Два Одиночества

- Грейнджер, - устало протянул мужчина. – Опять вы! Мне казалось, что у вас, в отличие от Поттера и Уизли, проблем со слухом никогда не было. Девушка обхватила себя за плечи и виновато посмотрела вниз. Ни тебе здравствуйте, ни до свидания. Каждый раз, когда она приходит в кабинет, диалог начинается с одного и того же. Холодный и чёрствый Снейп поливает её колкостями, а потом утыкается в свою книгу. Вечно недоволен, как обычно ворчлив, но что она может поделать, если после войны ей не с кем поговорить. Некоторые ученики замкнулись в себе из-за потери родных и близких. Другие и вовсе делают вид, словно ничего не происходило. И стоит ей завести разговор на тему войны или уроков, все ребята, ни капли не стесняясь, кривятся и, игнорируя ее, продолжают обсуждать свои беззаботные темы. Однако Гермиона пережила слишком много, чтобы так легко забыть обо всем, что было, что ей пришлось перенести и что могло бы случиться. Учеба помогала отвлечься от непонятного ощущения внутренней тревоги и унылого одиночества в Хогвартсе. Гарри и Рон не остались доучиваться на седьмой курс, поэтому в школе ей составляла компанию Джинни. Но она, став новым капитаном команды по квиддичу, и так была слишком занята своими делами, чтобы часто проводить с ней время. Остальные ребята из Отряда Дамблдора закончили школу в прошлом году или решили не продолжать обучение. Даже статус героини войны не имел никакого значения. Как и прежде, с ней не стремились заводить дружеские отношения. Кто-то поговаривал, что она слишком зазналась, а кто-то - что сошла с ума. На слухи Гермиона никогда не обращала внимания, ей сполна хватило конфликта с Ритой Скиттер на четвертом курсе, тем не менее, длительное нахождение в таком режиме сводило с ума. Медленно и незаметно, Грейнджер все сильнее отгораживалась от мира. Так было комфортнее ей, и окружению, видимо, тоже. Гарри и Рон отвечали на её письма редко: мальчишки были по горло заняты делами по поручению Министерства. Стали волонтерами и помогали аврорам вылавливать беглых пожирателей смерти. К тому же Гарри был занят реконструкцией дома Сириуса, да и Джинни тоже время нужно было уделять. Благо существовали вылазки в Хогсмид. Что касается Рона, то у него тоже дел хватало. После смерти Фреда Джордж совершенно раскис, в магазине «Всевозможных волшебных вредилок» требовалась помощь. Кто, как не Рон, мог её оказать?! Разумеется, он сам вызвался. Именно тогда в её голову пришла мысль пойти к нему. Человеку, который мог понять её, как никто другой. Такой же одинокий, задумчивый и всеми позабытый. Первый раз направляясь к нему, Гермиона немного нервничала. Все-таки подобный визит будет выглядеть немного неловко и странно. Правда, затем, немного подумав, она решила, что ничего не теряет. Поэтому смело толкнула дверь в кабинет и вошла, глядя прямо на профессора. Снейп сначала поднял бровь, недоумевая, чего она от него хотела. Но далее, терпеливо выслушав протараторенную речь девушки, шикнул, чтобы она его со своими жалобами на жизнь больше не беспокоила. Тогда Гермиона фыркнула и ушла ни с чем. А спустя пару дней вернулась вновь. Война забрала часть детских страхов, научила жить сегодняшним днем, сразу говорить человеку правду и не лукавить, как это часто делают остальные люди. Грейнджер так и поступила. Высказала зельевару всё, что накипело с годами. И причем ни капли не заботясь, что у неё могут быть из-за этого проблемы. В конце концов, она говорила не только плохое, но и хорошее. Казалось, она была чуть ли не единственной, кто поблагодарил его за всё, что он делал эти годы. Возможно что-то мог бы сказать ему Гарри, но Гермиона не была до конца уверена, что юноша сейчас способен смотреть ему в глаза. Через несколько лет – да, а насчет «сейчас» трудно было предположить. Мужчина был недоволен, но прогонять её почему-то не стал. Тогда он впервые увидел её теплую улыбку, которая, на удивление, была адресована именно его персоне. Северус Снейп занял все мысли в голове Гермионы. Она по крупицам собрала хронологию всех событий и поняла, как важен был этот человек. Настолько значительна была его фигура во всей этой стопке. Лежала практически у самого основания, и, убери кто её с нужного места, все рассыпалось бы, полностью разрушив тот хрупкий финал, ставший их победой. Они были на волоске от гибели. Все до единого. - Не прогоняйте меня, профессор, - отчаянно попросила она. Вначале у неё появились подозрения, причем случилось это намного раньше, до войны. Гермиона тщательно отмахивалась от этих дум, как от назойливой мухи. При всем при этом, с учебой на седьмом курсе к ней пришло окончательное осознание. Понимание этого факта болезненно отзывалось уколом в сердце, а где-то глубоко в душе у неё появилось ощущение пустоты. Слишком несправедливо, но слишком правдиво. - Я устал от вашей компании, будьте добры избавить меня от своей персоны сегодня, - он скривил губы в недовольной ухмылке. - Но, сэр, завтра последний день и я уеду из Хогвартса, - у неё опустились плечи. - По-вашему, я так похож на идиота, что страдаю провалами в памяти? – Снейп изогнул бровь. - Вовсе нет, я никогда так не считала, - Гермиона ласково погладила деревянную поверхность. - Что вы хотите? – спросил он полушепотом и сузил глаза. Подозрительности у него было не занимать. - Понимаете, профессор, я долго думала над этим. Отрицала, ужасалась и вместе с этим… расстраивалась. Ведь вы и я… - Гермиона запнулась. – Вы сами понимаете, что это невозможно. - Грейнджер, - прошипел Северус, но это было отнюдь не грубо. - Не перебивайте, - волшебница так и не осмелилась поднять глаза. - Не смейте указывать мне, что я должен говорить, а что нет, - тем же тоном процедил мужчина. - Я должна, профессор, я не могу иначе, - у нее предательски наворачивались слезы, несмотря на то, что война должна была дать девушке неплохую закалку. - Уходите, мисс Грейнджер, - он на мгновение прикрыл глаза. – Повторяю, уходите и никогда не возвращайтесь. - Выслушайте… - Я не собираюсь ничего слушать, - оборвал он. - Я люблю вас! - голос Гермионы надломился. Снейп замер и слегка приоткрыл рот, но так ничего и не ответил. - Просто знайте это, - она приблизилась и поцеловала дерево картинной рамы. – Знайте, что я люблю вас, профессор. Отстранившись, Гермиона направилась к двери. Дойдя до порога, она все-таки решилась обернуться. Северус Снейп сидел на своем стуле, и молча смотрел на неё со своего портрета. Уголки его губ слегка дрогнули и она, не удержавшись, улыбнулась ему в ответ, прежде чем уйти из кабинета...