Ничего

      К Акке в комнату вваливается EGM и измученно падает в кресло. Бледный, с синяками под глазами, запавшими щеками. Вечная шапка, надвинутая на глаза, прячущая сейчас совершенно несчастный взгляд. Он кутается в толстовку, как будто очень мерзнет, хотя Ким сидит в футболке и ему очень даже тепло. В целом все это выглядит совершенно ужасно.       - Что случилось?       - Ничего, - устало отвечает парень.       Это "ничего" на самом деле означает "отъебись и не спрашивай меня ни о чем".       - Ванная, кровать и холодильник в твоем расположении, - Акке кидает ему сложенное чистое махровое полотенце и возвращается к компу. EGM еще несколько минут лежит в кресле, даже не пытаясь подняться. Сил совсем нет, хочется свернуться калачиком и сдохнуть. Потом с тяжелым вздохом встает и тащится в ванную, сидит на полу душевой кабинки под обжигающе горячей водой, пытаясь согреться.       На кухне делает себе огромную чашку чая, бутерброд с тем, что нашлось в полупустом холодильнике - ветчина и сыр. Прихватывает все это, пепельницу и сигареты (они всегда лежат в ящике со столовыми приборами) и идет обратно в комнату. Придвигает кресло так, чтобы смотреть на монитор, стаскивает с кровати тяжелое большое покрывало и укутывается в него, устраиваясь в кресле поудобней. Акке оборачивается, чтобы погладить его по щеке, и возвращается к игре. Как только они допушили вражеский трон, он встает из-за компа.       - Это десятая за сегодня, я все.       -Четырнадцать отспамил, - тихо говорит EGM и затягивается, выпуская дым в сторону Акке.       - Дай мне тоже, - Ким берет сигарету и вдыхает горький дым, обжигающий легкие, согревая что-то внутри и сжигая эмоции в пепел. Убивать себя, зная, что ты прав. Восхитительно.       - Я в душ и вернусь.       - Угу, - Дони отбирает сигарету обратно. Сердце колотится как сумасшедшее, рвется от боли, не давая дышать. Он судорожно хватает ртом воздух, пытаясь сделать вдох, и не может. Акке беспомощно мечется вокруг секунд 10-15, после чего быстро отбирает и тушит сигарету, а сам тащит EGM'а в ванную комнату и включает воду на полную. Еще несколько судорожных попыток, и парень вдыхает. Ким, расслабляясь, опускается на пол рядом с ним.       - Сердце болит, - шепчет совершенно бледный ЕGM.       - Это невралгия. Пиздец какой-то с тобой творится. Дыши главное, лежи и дыши, я за аптечкой сгоняю. Перевернуть ящик с лекарствами на кухне, накапать какого-то успокоительного с подходящим действием, заставить Дони это выпить. Помочь дойти до кровати, уложить, поправить подушку под головой.       - Мне мама так делала в детстве, - слабо улыбается EGM.       - Спать тоже в шапке будешь? - иронично интересуется Акке.       - Свет выключи, сниму.       - Так и не дал мне помыться, засранец, - беззлобно. Ким быстро принимает душ, а потом залезает в кровать, обнимая Джерри, гладя по голове, утыкаясь носом ему в шею.       - Акке, - чуть хрипло выдыхает он, переворачиваясь к парню лицом и прижимаясь крепче.       - М?       - Почему мне только с тобой становится легче?       - Потому что мы два долбоеба, - говорит Акке.       - Саппортящий дуэт, - хихикает EGM, цитируя одну из статей про них, и морщится - любое резкое движение все еще отдается болью в груди.       - Иди в пень, а? Дони не отвечает, уютно устроившись под боком у Акке, проваливаясь в сон.       "Эта дебильная привычка, - думается Киму, - приходить друг к другу, когда плохо, когда-нибудь нас подведет." Но пока что они справляются - держатся на плаву, утешают, ловят в момент, когда все кажется ужасным, и возвращают мир на место. Может быть, об этом говорила Келли, когда пыталась сделать из команды семью, и, наверно, у нее получилось.