Дух леса.

Это был побег. Бессмысленный и глупый. Но я просто не мог больше оставаться в городе. Он словно душил меня своими многолюдными улицами, давил огромными многоэтажными зданиями, сбивал с ног зловонными многокилометровыми пробками, оглушал злобными выкриками и громкими гудками автомобилей. Поэтому, отпросившись у начальника, я слился с опостылевшей до зубовного скрежета работы в час дня. А уже в три, оседлав свой старенький, но верный скутер с навьюченной на него палаткой и кое-какой провизией, ломанулся прочь от неугомонной толпы. Мне было абсолютно все равно, куда ехать. Лишь бы подальше от высасывающей последние силы цивилизации. Подставив лицо теплому ветерку, я вдыхал полной грудью терпкий аромат тянущегося вдоль трассы соснового леса и лыбился во все тридцать два, как законченный псих. Мне хотелось орать во все горло, пока не охрипну. Хотелось взмыть ввысь, под облака, рваными хлопьями ползущие по голубому небу. Хотелось смеяться и плакать одновременно. Но пронзительный гудок ехавшей сзади фуры, под колеса которой я едва не загремел, неудачно вильнув рулем, заставил меня сосредоточиться на дороге. Остановился я лишь тогда, когда солнце окрасилось в багряный цвет и склонилось к земле, чтобы отдохнуть за ночь и на следующий день вновь появиться на небе, даря всему живому так необходимые свет и тепло. Припрятав скутер в кустах, я закинул за спину рюкзак и углубился в чащу леса, в надежде найти какую-нибудь полянку, подходящую для ночлега. Вдыхая полной грудью чистый слегка пьянящий воздух, я сам не заметил, как вышел на берег лесного озера. Застыв в немом восторге, несколько минут смотрел на то, как последние лучи заходящего солнца окрашивают водную гладь в кроваво-красный цвет. А легкий ветерок, словно робкий любовник, нежно прикасаясь к поверхности озера, вызывал мелкую рябь, больше напоминающую бегущие по коже мурашки. Оторвавшись от завораживающего зрелища, я быстренько установил палатку, собрал сухие ветки и оборудовал костровище. Солнце тем временем окончательно село, уступив свои владения полной луне, лениво взбирающейся на потемневшее небо. Я долго сидел, бездумно пялясь на пламя, потом поджарил сосиски и хлеб и с огромным удовольствием поужинал. Чувствуя легкую усталость и приятную ломоту в теле, я потянулся до хруста в суставах, скинул с себя сковывающую движения одежду и поспешил к озеру, решив искупаться перед сном и смыть с себя городскую и дорожную пыль. Вода была словно парное молоко. Даже вылезать не хотелось. Сколько времени я провел в озере, резвясь, как пятилетний ребенок, не знаю. Лишь почувствовав легкую судорогу в левой ноге, решил, что пора на берег. Выходил из воды не спеша, то и дело оглядывался на бегущую следом лунную дорожку. Улыбался своим мыслям. А когда посмотрел в сторону палатки, замер на месте, приоткрыв от удивления рот. Рядом с разведенным мной костром стоял… Сказать «человек» у меня язык не повернулся. Да, существо напоминало мужчину по фигуре и наличию половых органов. Но… Слишком высокий для человека, с бледной, почти белой кожей, слегка светившейся в лунных лучах, совершенно обнаженный и с большим пушистым белым хвостом, стелившимся по земле. Я моргнул. Он стоял. Я потер глаза кулаками. Он не исчез. Я кашлянул. Он не шелохнулся. - Эээ, простите, а вы кто? - охрипшим голосом поинтересовался я. Тишина в ответ. - Вы заблудились? - повторил попытку я. Опять тишина. - Вы меня вообще слышите? Понимаете? - я начал злиться. Существо, помедлив, кивнуло. Его внимательный, словно пронзающий насквозь, проникающий в самую душу взгляд пугал меня, но в то же время завораживал. Я шагнул вперед. Он не шелохнулся. Я шагнул еще раз. Никакой реакции. Подойдя вплотную, я встал так, чтобы его лицо попало в свет от костра. И задохнулся от увиденного. Божественно красив! Это единственное, что пришло мне в голову. Правильные черты лица, высокий лоб, наполовину прикрытый отросшей челкой, прямой нос, тонкие, четко очерченные губы, высокие скулы, у правого виска непонятный знак: то ли шрам, то ли иероглиф. Но больше всего меня поразили его глаза. Темно-синие, как ночное небо, глубокие, как лесное озеро, и сияющие, как полная луна. Они манили меня, лишая разума, пленяли и затягивали. Я никогда в жизни не заглядывался на парней, но этот был Совершенством, именно так, с большой буквы. С трудом сглотнув, я оторвал взгляд от его лица и продолжил осмотр. Тело подтянутое, в меру мускулистое, плоский живот, длинные стройные ноги с тонкими щиколотками и узкими ступнями. Рядом с ним я почувствовал себя карликом, уродливым и нескладным. Хотя на самом деле таковым не был. Да, я не брутальный мачо. Худенький, среднего роста, довольно симпатичный, светловолосый. Выгляжу моложе своих лет, что иногда мешает. Например, при покупке алкоголя с меня всегда требуют предъявить паспорт, а потом долго его изучают, пытаясь уличить меня во лжи. Задумавшись, я не заметил, как пришелец оказался рядом со мной. Почувствовав прикосновение его руки к своей щеке, дернулся от неожиданности и отшатнулся. - Вы, люди, такие странные, - низким хриплым голосом произнесло существо. - Вы всегда все разрушаете. Особенно то, что не можете подчинить себе. - Но, - хотел было возразить я, но в горле внезапно пересохло, и я не смог вымолвить ни слова. А пришелец продолжил. - Я наблюдал за тобой. Ты не похож на остальных. Ты не ломал деревья, чтобы развести огонь. Не ловил рыбу, чтобы утолить голод. Не разбрасывал мусор, не кричал и не ругался. Ты мне понравился, ты хороший человек, и я хочу наградить тебя за твое бережное отношение к природе. Проси, что хочешь. И я не нашел ничего умнее, как ляпнуть: - Я хочу тебя. И тут же похолодел, осознав, что именно произнес. - То есть я… я… не это, - начал оправдываться я, с опаской вглядываясь в сузившиеся глаза своего собеседника. Он слегка улыбнулся одними губами, шагнул вплотную ко мне, и его руки обвили мою талию. Меня словно огнем опалило. По телу пронеслась мелкая дрожь, коленки подогнулись. Я уперся ладонями в его грудь, то ли в попытке удержаться на ногах, то ли желая оттолкнуть. Что это? Какая-то магия? - Я не это имел в виду, - хриплым шепотом проговорил я, утопая в этих бездонных темно-синих глазах. - Я вижу твое желание. И я исполню его, - было мне ответом. А потом мир вокруг померк, потому что хвостатый искуситель впился в мои губы горячим, нежным поцелуем. Я пытался возразить, но добился лишь того, что его язык скользнул в мой приоткрытый рот и принялся ласкать мои десны, зубы, небо, переплетался с моим языком, рассылая по всему телу толпы мурашек и вызывая положительную реакцию моего организма, недвусмысленно упиравшуюся в бедро этого странного существа. На задворках сознания еще трепыхалась мысль о том, чтобы оттолкнуть его и сбежать, но руки, нежно поглаживающие мою спину, легко заглушили жалкие потуги разума вернуть власть над телом. Я обхватил руками его шею, прильнул ближе к его груди и тихонько застонал, отдавая себя полностью. Поцелуй становился все жарче и напористее. Вскоре воздуха стало не хватать. Тогда мой совратитель разорвал поцелуй и приник к моей шее, лаская ее губами, слегка прикусывая кожу и тут же нежно ее вылизывая. Я стонал уже во весь голос, окончательно лишившись способности думать и сопротивляться. Наслаждаясь происходящим, я не заметил, как оказался на песке, абсолютно обнаженный. Но мне было уже все равно. Я забыл, что являюсь натуралом и в моей жизни были только женщины. Забыл, что совершенно не знаю того, кто сейчас осыпал поцелуями мою грудь, посасывал соски и легонько дотрагивался пальцами до возбужденного сверх меры члена. Я выгибался ему навстречу, царапая короткими ногтями плечи, прикусывал распухшие от поцелуев губы и перемежал стоны тихими поскуливаниями. Когда в мое тело проник первый палец, я вздрогнул от непривычных ощущений. Хотелось изгнать инородный предмет из своего тела, но едва эта мысль посетила мою затуманенную страстью голову, как я почувствовал внутри себя второй палец. Попытался соскользнуть, но был надежно прижат к земле, и мои губы вновь оказались в плену у рта мужчины. Третий палец вызвал легкую боль, но почти сразу мой неизвестный любовник нащупал простату, и меня выгнуло дугой от пронзившего тело удовольствия. А потом я почувствовал его губы на своем члене и вновь забыл обо всем на свете. Существовали только эти крышесносящие ощущения, что дарили мне его руки и рот. Я даже не заметил, как сам стал насаживаться на его пальцы, что-то бессвязно бормоча, словно уговаривая о чем-то. Когда он приставил к моему анусу свой член, я ненадолго вынырнул из блаженного состояния и попытался возразить, но опять был заткнут поцелуем. Не знаю, что он сделал, наверное это была магия, но проникновение прошло почти безболезненно. Я ощутил лишь легкое жжение и дискомфорт. А потом он начал двигаться, раз за разом задевая простату, и я потерялся в ошеломительном мире чувственных удовольствий. Моя голова металась по земле, мои щеки горели огнем, губы были искусаны в кровь, руки соскользнули на ягодицы моему любовнику, притягивая его еще ближе ко мне. Я стонал не переставая, вскрикивал от особо чувствительных толчков, а когда волна ярчайшего за всю мою жизнь оргазма накрыла меня, я потерял сознание. Очнулся утром в своей палатке. Один. Несколько минут лежал, пытаясь понять, что же это было: ночной сон или бредовая реальность? В теле ощущалась лишь легкая усталость и расслабленность. Решив, что от избытка кислорода у меня просто разыгралась фантазия, я встал, натянул шорты и футболку, наскоро перекусил оставшимися с вечера сосисками, собрал свои вещи, закинул рюкзак за спину и, бросив прощальный взгляд на озеро, отправился на поиски своего скутера. Пора было возвращаться. Вечером должна вернуться из санатория мама, а она очень не любит ужинать в одиночестве. Но когда я отошел от берега примерно на двадцать шагов, легкий ветерок донес до меня бесплотный, но такой знакомый голос: - Будь счастлив. Ты этого заслуживаешь. Только не отрицай свою сущность, и все будет хорошо. Я оглянулся, и мне примерещился мелькнувший среди деревьев белый пушистый хвост. Улыбнувшись, я помахал рукой и двинулся дальше. Это будет лучшее воспоминание в моей жизни.