В мире тумана

В этот день Пауль задержался на работе дольше, чем рассчитывал и, выскочив из здания университета, где преподавал немецкий язык, едва успел на автобус, идущий к одному из железнодорожных вокзалов Солт-Лейк-Сити, чтобы потом на пригородном поезде добраться до дома. Несмотря на поздний час, на платформе было несколько человек ждавших последний поезд, но все они стояли немного дальше, и поэтому Ландерс оказался в вагоне совсем один, что его пока совсем не беспокоило. Сейчас мужчина радовался тому, что вообще успел добраться до станции вовремя, и не пришлось тратить деньги на такси или гостиницу. За окнами проносились то огни, то темные очертания деревьев на фоне ночного неба, и Пауль уже почти задремал, но тут свет погас и мужчина встрепенулся. Неожиданно поезд въехал в тоннель, и все вокруг потонуло во мраке. Помня, что подземный отрезок пути совсем короткий, Ландерс развернулся к окну и уставился в темноту, которая уже начала его пугать, но тоннель все никак не кончался. Нервно прижав к себе сумку с зонтом и непроверенными тестами своих студентов, Пауль силился разглядеть хоть что-нибудь, но в окнах по-прежнему была только тьма. Запаниковав, мужчина полез в карман за телефоном, однако уже в следующую секунду тоннель закончился, и в окна вагона ударил тусклый дневной свет, который в первый момент показался Ландерсу ослепляюще ярким. Не веря в реальность происходящего, Пауль завертел головой и испугался еще больше. Все вокруг изменилось до неузнаваемости, и практически новый вагон, в который он сел на вокзале Солт-Лейк-Сити превратился в старый и облезлый с проржавевшими поручнями и линялыми потрескавшимися сидениями, а за окнами клубился не то туман, не то дым. Через несколько минут поезд остановился, и в абсолютной тишине Пауль явственно услышал, как открылись двери. На ватных ногах он прошел по вагону и, продолжая прижимать к себе сумку, выглянул наружу. Туман немного рассеялся, но все вокруг, вплоть до низкого, затянутого тяжелыми тучами неба, казалось серым. Поезд остановился перед узким перроном с растрескавшимся асфальтом, а справа виднелись развалины станции - всего одна стена, груда коричневых кирпичей и рухнувшая черная крыша. Все остальное тонуло в тумане, в котором проступали лишь призрачные очертания каких-то построек и деревьев. Глядя на это серое безжизненное пространство, Пауль никак не мог решить, что ему делать - выйти из вагона или остаться в нем и дождаться следующей остановки, надеясь, что эта причудливая станция лишь его сон. Невероятными усилиями мужчина заставил себя успокоиться и, перекинув через плечо лямку от сумки, продолжил вглядываться в серый туман, время от времени начиная часто моргать, пробуя проснуться. Обычно, когда он во сне понимал, что это сон, данный прием пробуждения всегда срабатывал, но не теперь. Время шло и ничего не происходило. Поезд стоял на месте и лишь по-прежнему клубился туман. Понимая, что надо уже что-то предпринимать, Ландерс решил пройти по составу до локомотива и попробовать найти хоть кого-нибудь, однако дверь, ведущая в следующий вагон, не открывалась. Мужчине очень не хотелось выходить из поезда, но в итоге все-таки пришлось это сделать. И как только он спрыгнул на низкий перрон, двери со скрипом захлопнулись, однако состав остался стоять на месте. Подавив желание позорно завизжать от страха, Пауль пошел вдоль цепочки старых вагонов, покрытых грязно-серой шелушащейся краской и заглядывая в окна, но разглядеть хоть что-то никак не получалось. Добравшись до мощного локомотива цвета умбры, мужчина, поднявшись по металлической, припаянной сбоку лесенке, заглянул в обшарпанную кабину, но она оказалась пуста. Не зная, что еще сделать, он спрыгнул на асфальт и, в который уже раз оглядевшись, зашагал к развалинам станции, сам не понимая, что рассчитывает там найти. Внезапно сзади раздался лязг, и поезд тронулся, быстро набирая скорость. Глядя на уходящий состав, Пауль так растерялся, что не мог двинуться с места, только стоял и провожал взглядом последний, облезлый вагон. Неожиданно на Ландерса накатило желание спрятаться, но вопреки этому непонятному импульсу он двинулся к краю перрона, где кажется была лестница вниз. Спустившись по ветхим бетонным ступенькам, раскрошившимся по краям, Пауль ступил на старую асфальтовую дорогу, из трещин которой то тут, то там прорастала чахлая бледно-зеленая трава. Вдоль дороги стояли высокие разбитые фонари, а справа и слева очевидно было поле, которое скрывал туман. Подняв взгляд, мужчина с тоской посмотрел на серое небо и двинулся вперед, надеясь, что этот мрачный и пугающий путь приведет его к человеческому жилью, и он, наконец-то, сможет разобраться в сложившейся ситуации. Вскоре окружающий пейзаж начал меняться, и Ландерс понял, что оказался в каком-то городе. Вокруг, на довольно большом расстоянии друг от друга возвышались серые многоквартирные дома в три и пять этажей. Пауль уже почти добрался до ближайшего из них, но внезапно его внимание привлек тихий хруст, и мужчина обернулся. Со стороны станции к нему двигалось странное существо, по очертаниям напоминающее худого лысого человека с очень длинными руками и ногами, колени на которых были вывернуты назад. Одежды на твари не наблюдалось никакой, но на бежевом теле не было никаких половых признаков, впрочем, как и глаз на плоском лице, где виднелся только темный провал рта. При каждом шаге чудовища раздавался тихий хруст, но в окружающем безмолвии он казался Паулю невероятно громким. Глядя на медленно приближающегося монстра, Ландерс замер на месте, но в следующую секунду из-за угла дома выскочил длинноволосый мужчина в поношенных серых джинсах и черной водолазке и, подбежав к Паулю, схватил его за руку и потянул за собой. - Беги, только не останавливайся! - на ходу крикнул незнакомец, увлекая Ландерса вглубь города. Добежав до серого трехэтажного дома, они остановились, и незнакомец, осторожно заглянув в подъезд, поманил Пауля за собой. Поднявшись на второй этаж, мужчины зашли в первую попавшуюся квартиру, которая на деле состояла только из единственного, пустого помещения с голыми бетонными стенами, кое-где прикрытыми лохмотьями вылинявших голубых обоев, и окном. - Все, можно отдохнуть, - длинноволосый мужчина первым сел на пол и привалился спиной к стене. Ландерс, тяжело дыша, опустился рядом. Он по-прежнему не понимал, где оказался, но ему стало гораздо легче от осознания того, что он не один и рядом находится другой человек, который может пролить свет на всю эту непонятную ситуацию. - Как же давно я не видел живых людей... - тихо произнес незнакомец, дотрагиваясь рукой до груди Пауля, словно не веря, что он настоящий. - Год, два... не знаю. - Где мы? - прерывисто спросил Ландерс, пробуя отдышаться после пробежки. - Что это за место? - Я не знаю, - тут же ответил мужчина, осторожно проводя кончиками пальцев по кисти Ландерса. - Как ты сюда попал? - На поезде. Ехал с работы, потом тоннель и это место. И вагон изменился, понимаешь? Он стал старым и облезлым. И там, в Солт-Лейк-Сити была ночь, а тут день... Я вышел из поезда, и он уехал. Что происходит? Что это за монстр там был, от которого мы убегали? - Пауль взглянул в голубые глаза, словно надеясь найти там все ответы. - Я, как и ты, попал сюда, когда ехал на поезде. Это было в Калифорнии около двух лет назад, точно не знаю. Я делал заметки, но иногда пропускал по нескольку дней. Не бойся, тут мы пока в безопасности и я расскажу, что знаю, - незнакомец придвинулся еще ближе к Паулю и взял его за руку. - Не напрягайся, мне просто надо тебя коснуться, я до сих пор не верю, что ты настоящий... - Хорошо, все в порядке, я понимаю, - натянуто улыбнулся тот, чуть сжав в своих пальцах кисть мужчины. - Даже не знаю с чего начать... Повторюсь - я не знаю, что это за место. Тут никогда не бывает солнца, почти всегда туман, совершенно нет людей, только разные твари, одну из которых ты видел. Они все опасны. Это какой-то старый город, но тут нет ни номеров домов, ни названия улиц, никаких надписей. И он меняется. Это самое хреновое. Дома как будто движутся, меняются местами, и внутри они тоже меняются. Например, была двухкомнатная квартира, а стала четырехкомнатная или наоборот, и обстановка меняется. - Это невозможно. - Пауль крепко зажмурился и покачал головой. - Возможно. Скоро сам все увидишь. Тебя как зовут? - Пауль Ландерс. Я преподаватель немецкого языка в университете. - Немец? Акцент немного присутствует, - улыбнулся незнакомец. - А я Крис... Крис. Паулю показалось, что мужчина хотел назвать и фамилию, но почему-то передумал. Однако сейчас эта странность благополучно затерялась на фоне всего остального, и Ландерс не придал этому никакого значения, списав на то, что Крис предпочитает, чтобы к нему обращались только по имени, безо всякой ненужной официальности. - Где ты живешь? - Пауль уже пришел в себя и решил, что надо ознакомится с ситуацией поподробнее. - Ближе к центру города. Там дом есть, который меняется и движется меньше всех. И узнать его легко, если уползет. В нем всего два этажа, а во всех остальных три и пять. Не знаю, почему он такой особенный, - тут же добавил Кристоф, не дожидаясь этого вопроса. - А что ты ешь? А вода? Господи, я не представляю, как тут можно жить. Вся полученная информация была настолько удивительна и невероятна, что Ландерс просто терялся в догадках, что и почему могло произойти с поездом, на котором он ездил почти каждый день. Как ни странно, страх перед этим местом и неизвестностью уже отступил, и мужчина решил во что бы то ни стало найти выход из сложившийся ситуации и попробовать вернуться домой из непонятного мира тумана. - Можно, если знать как, - отозвался Шнайдер, все еще держа Пауля за руку. - С водой никаких проблем нет, она почти во всех домах из кранов течет. Чистая. Канализация тоже вроде функционирует, только туалетной бумаги нет. Приходится тряпками пользоваться, шторы на кусочки рвать. А вот с едой сложно и странно, за ней надо по квартирам лазить. На кухнях бывают пакеты с крупой, солью, мукой, иногда сахар попадается, макароны, банки с помидорами и огурцами и разные консервы, если особенно повезет, можно и мясные найти. Вот только проблема в том, что жратвы на одной кухне много никогда не бывает. Например, в одной квартире найдешь банку с сайрой и небольшой пакетик гречки, в другой пакет риса, а в третьей и четвертой вообще ничего, а на монстров можно везде нарваться. Хорошо то, что эти запасы не кончаются. Вот взял сегодня из кухни крупу, а через неделю заходишь на эту же кухню, а там уже банка тушенки в шкафчике стоит. - А эти продукты с нормальным сроком годности? - А вот это еще интереснее, - рассмеялся Кристоф и завел за ухо мешающуюся прядь волос. - Нигде никаких этикеток нет. Это либо прозрачные пакеты, либо банки - стеклянные и жестяные. Поэтому в жестяных каждый раз сюрприз. - И как ты их открываешь? - еще больше удивился Ландерс. - Консервным ножом. Тут вся фишка в том, что найти можно многие вещи, только по квартирам надо для этого лазить, а это напряжно и опасно. Тут почти как с едой, где-то занавеску найдешь, где-то старое одеяло или посуду. Я за то время, что живу тут, много чего к себе натаскал. Ничего не говоря, Пауль сунул руку в карман и, достав мобильный телефон, уставился на небольшой экранчик. Его посетила достаточно нелепая мысль, что тут может быть сеть, а следовательно, они могут связаться с внешним миром, но конечно же, это было не так. Недовольно вздохнув, Пауль кинул бесполезный аппарат в сумку и опять посмотрел на Кристофа, который по-прежнему не сводил с него глаз. - Электричества тут тоже нет? - Нет, - мотнул головой Шнайдер, - но в моем доме иногда есть газ. Благодаря этому можно готовить. Вот только спички почти закончились, а найти еще, никак не получается. У тебя зажигалки нет? - Нет, я не курю. - Жаль, от сигареты я бы тоже не отказался, вот уж чего тут никогда не находил, - вздохнул Кристоф. - Отдохнул? Нам бы уже надо выдвигаться, а то темнеть скоро начнет. - Подожди, давай еще минут пятнадцать посидим. Пауль устроился поудобнее, насколько это вообще было возможно на голом бетонном полу и прокрутил в голове только что полученную информацию, чтобы как-то систематизировать свои вопросы, которых уже и так было слишком много и постоянно появлялись новые. Сейчас он не думал ни о работе, ни о друзьях, ни о родителях, оставшихся в другом мире, сейчас мужчина сосредоточился на том, чтобы понять, где оказался и как тут выжить, чтобы вернуться домой. - Крис, почему ты сказал, что газ бывает не всегда? - начал он с бытовых вопросов. - Потому что иногда его нет, и нужно умудриться поймать тот момент когда он будет, чтобы что-то приготовить. Костер - не вариант, тут очень мало дерева, один камень кругом. - А как согреться зимой? - Тут не бывает зимы. Днем всегда тепло, но вот ночью всегда очень холодно. Очень. Так что из дома нельзя выйти. Наверное, поэтому тут ничего и не растет кроме этой вшивой недотравы. Проще говоря, днем тут летняя температура, а ночью зимняя, но удивительно то, что дома не промерзают, несмотря на то, что за окном, наверное, минус тридцать, только под утро становится холодно. Пойдем уже, дома поговорим, времени у нас много, - невесело усмехнулся Шнайдер и первым поднялся с пола. Как только они вышли из дома, одетый в джинсы и белую футболку Пауль сразу отметил, что стало прохладнее, и поэтому сомневаться в словах нового знакомого о прихотях здешней бешеной погоды не приходилось, как впрочем, и во всем остальном, учитывая странность этого места. Вокруг по-прежнему был туман, который стал еще гуще, существенно ограничивая видимость. Осторожно пробираясь за Кристофом вдоль длинного дома, Ландерс напряженно озирался по сторонам, но пока ничего страшного не происходило, и на них никто не стремился напасть. Однако уже через пару минут Шнайдер остановился и начал прислушиваться, чуть поворачивая голову то вправо, то влево. Из-за угла появилась длинная тень, и они опять побежали. Пауль даже не оглядывался. Он уже понял, что в этом мире он ничего не знает и пока нужно полагаться только на Криса. Юркнув под какую-то арку, мужчины опять перешли на шаг и довольно скоро добрались до того место, которое Шнайдер начал считать своим домом. Это двухэтажное, серое строение почти ничем не отличалось от остальных, и Ландерс поймал себя на мысли, что один еще долго не сможет ориентироваться в этом странном городе. Оказалось, Кристоф облюбовал себе однушку на втором этаже, которая, впрочем, выглядела не слишком презентабельно. В довольно просторной комнате с одним окном и голыми серыми стенами не было никакой мебели, но зато она была просто завалена разными вещами, которые в своей обычной жизни Ландерс посчитал бы ненужным старым хламом. Однако, присмотревшись, мужчина понял, что все находящееся в комнате разложено в неком подобии порядка. Ближе всего к двери лежала разная одежда, далее какая-то ткань, то ли скатерти то ли занавески, еще дальше просто куча разномастных тряпок, а за ними громоздилась кучка вещей, никак с текстилем не связанная, куда входили несколько стеклянных бутылок, пара свечей, ножницы, и даже небольшая потертая картина с зимним пейзажем и замерзшей речкой. А в углу располагалось сооружение из нескольких слоев потрепанных одеял, очевидно служившее хозяину жилища постелью. - Покопайся в шмотье и выбери себе что-нибудь более-менее теплое, - произнес Кристоф и, выудив из кучи черный свитер с молнией, накинул себе на плечи. - Ах, да, располагайся и чувствуй себя как дома, - весело улыбнулся мужчина, а Пауль воспринял его слова чуть ли ни как издевку. Порывшись в вещах, Ландерс все-таки нашел то, что ему подошло - бежевый свитер под горло, но надевать его пока не стал. Отложив находку в сторону, он подошел к окну и посмотрел на улицу, но разглядеть ничего не удалось, лишь смутные очертания дома напротив, тонущие в тумане и быстро наступающей темноте. В этот момент Пауль опять усомнился в реальности мира тумана, но и на сон все это уже нисколько не походило. Скорее на какую-то страшную сказку, где все странно и непонятно. Подумав о том, что Кристоф живет тут уже около двух лет, Ландерс сжал кулаки и изо всех сил зажмурил глаза, чтобы не разрыдаться, и уже через минуту ему удалось взять себя в руки. Надо было что-то предпринимать, искать выход, но сначала нужно узнать об этом мире все, что возможно, расспросив Криса. Однако сильнее всего мужчину тяготила мысль, что если этот человек не нашел обратный путь за два года, может быть его и нет, а поезда идут в один конец? - Ты есть будешь? - прервал мысли Пауля голос Кристофа. - Не особо хочется, но, наверное, надо. Отвернувшись от окна, Ландерс прошел на меленькую кухню, такую же облезлую, как и комната. В этом помещении находилась старая газовая плита, внешний вид которой не внушал особого доверия к ее надежности и безопасности, небольшой стол из потрескавшихся досок, некогда выкрашенных белой краской, и три деревянных табуретки явно из разных наборов. А в углу были навалены обломки досок и другие деревяшки, очевидно на тот случай, если все-таки понадобятся дрова. На столе стояли две маленьких эмалированных кастрюли, синяя и желтая с красными цветами, чугунная сковорода, несколько белых разноразмерных тарелок, огромный зеленый чайник литров на пять и шесть кружек, три железных и три керамических. Все продукты ютились в углу стола и, взглянув на эти более чем скромные запасы, Пауль в который уже раз тяжело вздохнул. Стратегический запас состоял из пакета риса и гречки, нескольких разномастных жестяных банок безо всякой маркировки и четырех литровых стеклянных банок с солеными помидорами. Впрочем, при ближайшем рассмотрении, за чайником обнаружился еще двухкилограммовый пакет с мукой и соль, что в общем-то тоже не вызвало у Пауля большой радости. - Я точно знаю, что тут фасоль, а тут рыба, - произнес Шнайдер, выставляя вперед две банки - маленькую и побольше. - И по размеру и по тому, как оно там плещется, если потрясти. Что в остальных, не знаю. Если не любишь консервированную фасоль, можешь испытать счастье и открыть любую другую банку, если что, я потом доем. - Нет, все нормально, я почти всеядный, особенно в экстремальных условиях, - усмехнулся мужчина. - А ложки есть? - Да, в синей кастрюле все лежит: ложки, вилки, ножи и консервный ключ. Доставай. Давай еще вот эту откроем, - Кристоф взял литровую жестянку. - По моим наблюдениям, в таких оказываются или персики в сиропе или ананасы. Так, и что же это у нас? О, отлично, сегодня на десерт будут персики. - А свежих фруктов и овощей тут не бывает? - спросил Пауль, зачерпнув ложкой белую фасоль. - Несколько раз картошку находил и помидоры с бананами, но последние два наименования уже в испортившемся состоянии, - отозвался Шнайдер, подцепив кусок рыбы. - М-м, хлеб не предложил. Сейчас. Привстав с табуретки, Кристоф пододвинул желтую кастрюлю поближе к Ландерсу и снял крышку, под которой оказалось несколько небольших лепешек с неровными краями и бугристой поверхностью, по виду более всего напоминающих толстый лаваш. Подобные хлебные изыски Пауль никогда особенно не любил, но тут сразу же решил попробовать, так как подозревал, что одной фасолью и парой кусков рыбы совершенно не наестся. - Это откуда? Тоже нашел? - Ландерс взял лепешку и, понюхав ее, с удовольствием откусил хрустящий край. - Блин, вкусная. - Просто ты перенервничал и проголодался, поэтому и вкусная, - засмеялся Шнайдер. - Это я утром напек на сковородке из муки с водой, там даже сахара нет, только мука и вода. Смешиваешь, раскатываешь в блин, натираешь мукой и на горячую сковороду. Я когда в первый раз до этого додумался, вообще в щенячьем восторге был, чуть из штанов не выпрыгивал. Я хлеб-то люблю, а тут его нет. - Крис, а ты не пробовал выбраться отсюда? - серьезно спросил Пауль, продолжая жевать лепешку. - Пробовал, - поморщился тот и выловил из жестяной банки половинку консервированного персика. - Только уйти далеко отсюда невозможно. То туман слишком густой, то твари косяком прут, как лосось, а то идешь-идешь прямо и опять в этот город приходишь, как будто дома быстренько вперед тебя пробегают и выстраиваются в произвольном порядке. А железная дорога, если тебе интересно, круговая, город опоясывает. Мне как-то удалось пройти вдоль рельсов по внутренней части кольца короткими перебежками. - А если перейти рельсы? - Ландерс тоже наколол на вилку вкусно пахнущий желтый персик, но есть его уже не хотелось. - Переходил. Идешь сквозь туман по короткой серой траве и довольно скоро опять их переходишь и оказываешься в этом же городе. - Невероятно, - Пауль покачал головой и все-таки откусил от сладкого персика. - Но неужели ты действительно не видел тут людей за все это время? - Почему не видел? Видел. - Ты же говорил, что я первый человек, которого ты видишь за все время здесь, - опешил Ландерс. - Я говорил, что ты первый живой человек, которого я тут встретил, - усмехнулся Шнайдер. - Поясни, я не понимаю. - Желудок крепкий? - довольно мерзко улыбнулся Кристоф и, глядя на изумленное лицо Пауля, рассмеялся. - Ладно, ты же мужик, в конце концов. Изредка на станцию приходят старые облезлые поезда, без каких-либо названий или опознавательных знаков. Хотя я думаю, что это всегда один и тот же состав. Откуда он берется на круговой железной дороге - не знаю... - Постой, - сразу встрепенулся Ландерс. - Они приходят с какой-то определенной периодичностью? - Нет. Совершенно в разные промежутки времени и даже ночью, никакой периодичности. Но минут за тридцать до прихода поезда во всем городе слышен гудок паровоза, по нему и можно определить, когда придет состав. - Но что с людьми? - нетерпеливо спросил Пауль. - Слушай дальше, не торопись. Я почти всегда начал бегать к станции, когда понял, как вычислить поезд, вот только каждый раз с нулевым результатом, и всегда все одно и тоже. Состав останавливается, двери открываются, но из вагонов никто не выходит. Я несколько раз заходил в состав, искал людей, а находил только трупы, уже окоченевшие, но без видимых повреждений. Обычно один, хотя как-то и два было. В основном мужики, женщины всего три раза попадались. - И что ты с ними делал? - вздрогнув, спросил Пауль, просто не представляя, что бы он сам предпринял на месте Кристофа. - Трахал. - Что?! - проглотив слюну, Ландерс уставился на сидящего рядом мужчину как на маньяка. - Да я шучу! - засмеялся Шнайдер. - Ты больной что ли? - Мне сейчас не до шуток, - серьезно произнес Пауль и укоризненно посмотрел на хихикающего Кристофа. - Ладно, не подумал. Это я уже привык... Ничего я с ними не делал, валяются и пусть валяются, это не мое дело. Я сначала ждал, что поезд тронется, и я куда-нибудь доеду, но этого никогда не происходило. Состав стоял с открытыми дверями до тех пор, пока не появлялись монстры, и мне естественно приходилось убегать. Сам понимаешь, в вагоне они бы меня сразу достали. Несколько раз я прятался в руинах станции и видел, что происходило потом. Эти твари вытаскивали трупы и сжирали их, после чего поезд уходил. Я пару раз сам попробовал выкинуть тела на перрон и остаться в поезде, но было то же самое - появлялись твари, однако в этом случае сначала гоняли меня, а потом только жрали трупы. - То есть поезд не трогается, пока в вагонах кто-то есть? - растерянно спросил Пауль, опять вздрагивая, но на этот раз от холода. - Именно, - кивнул Шнайдер, доедая последний персик. - Последнее время я даже перестал туда ходить. Тебе очень повезло, что в этот раз я решил полюбопытствовать и высунулся на ночь глядя из дома. - Я уже ничего не понимаю. - Я тоже. Пойдем спать. - Сейчас уже ночь? - Ландерс взглянул в окно, но привычной ночной темноты за ним не было, скорее, все стало темно-серым, а на кухне царил полумрак, в котором все равно можно было довольно хорошо различить все предметы. - Да, совсем темно тут никогда не бывает - туман как будто светится. Пошли, - Кристоф поднялся и влез в рукава свитера. - Только перед тем как ляжешь, надень что-нибудь теплое, а то к утру замерзнешь. И спать вместе будем, а то с одеялами дефицит. - Ладно. Вернувшись в комнату, Пауль натянул бежевый свитер и улегся рядом со Шнайдером, который уже окапался в куче одеял. Ландерсу было откровенно страшно засыпать в этом непонятном таинственном месте рядом с незнакомым человеком, но усталость взяла свое, и мужчина, пригревшись, быстро уснул, прислушиваясь к непонятному хрусту, скрипу и шелесту, доносящемуся снаружи дома. А вот Кристоф еще долго не спал, разглядывая в полумраке своего гостя. После долгих месяцев одиночества и разговоров с самим собой он буквально наслаждался присутствием Пауля. Сейчас в темноте и изредка нарушаемой тишине все желания вырвались наружу, и Шнайдеру хотелось прижать к себе этого человека, но не только для того, чтобы ощутить его реальность. Ему хотелось раздеть Ландерса, целовать его, вжиматься в его теплое тело и вспомнить все те неповторимые, яркие ощущения, которые дарит секс с другим человеком. В сознании промелькнула подлая мысль, что он без особого труда справится с невысоким мужчиной, однако в этот раз Кристоф поборол себя, понимая, что так поступать нельзя и, тихо выбравшись из теплой постели, направился в ванну, чтобы справиться с накатившим желанием, как всегда в одиночестве.