Кисляк! Ты слишком...Кисляк!

-Так-с, а где шоколадка? - тихо бормотала я себе под нос, собирая сумку к Щукину. Он сегодня рано утром приехал с областной олимпиады, поэтому я решила его поздравить, заодно и увидеть. Да, пошла уже неделя. Целая неделя после той неловкой ситуации в раздевалке. Неделя постоянных взглядов и улыбок, каждый раз когда я появляюсь в поле зрения Кисляка, или наоборот. Так смешно, но походу я его простила. Нет, не так. Простила я его на следующий день, но забыла про ту историю с соком именно неделю назад. Почему именно тогда? А хрен его знает! В общем, достав из холодильника белую шоколадку Millennium, я начала обуваться. -Передавай Диме "привет". И может ты его в гости как-то пригласишь? - В коридор зашла мама и поцеловала меня в щеку. Да, я вернулась домой. Во-первых - не хочу мучать родителей, во-вторых - надоело постоянно ходить по улице, а в-третьих - дома лучше, как не крути. И вы все меня в этом поддержите. По поводу футбола. Родители решили дать мне спокойно играть за "Ледяных Волков", но с учетом того, что я буду учиться и не пропускать уроки. -Мам, я же говорила, что хорошо, позову его в субботу. Мама как-то увидела Диму, он тогда собирался уезжать на олимпиаду и заскочил попрощаться, и ей взбредило в голову, что мы идеальная пара. Я тогда еще долго смеялась, чуть ли не падая на пол. Выйдя на улицу, я улыбнулась, щурясь от яркого солнца. Да, уже почти закончилась зима, скоро избавимся от этих шуб и сможет, как нормальные люди, ходить в футболках. То, что Дима уехал на олимпиаду ради Вики и пропустил матч с "Легионом 74", я узнала одна из первых. Щукин сильно переживал и долго не мог определиться, что ему делать. Знаете, я не осуждала его выбор, потому-что сделала бы, наверное, также. Поднявшись на нужный этаж, я нажала на кнопку звонка и через мгновение мне открыла Елена Константиновна. -Привет, Саша. -Здравствуйте. А Димка дома? - с улыбкой спросила я, но лицо мамы Щукина было нахмурено. -Да, дома. Только, Саш... Он закрылся в комнате и ничего не говорит. Так-с... Еще его психов не хватало! Зайдя в коридор, разувшись и раздевшись, я постучала в дверь, которая вела в комнату Щуки, но никто ни слова не сказал. -Дима! Открой, пожалуйста! Тишина. Даже не пошевелился, засранец! -Значит, вот так! - Елена Константиновна, которая все это время наблюдала за моими действиями, была крайне удивлена, когда я открыла дверь и зашла комнату, повышая голос с каждым шагом. Она, наверное, думала, что я буду нежной, доброй и т.д., но она плохо знает мои методы. - Щука! Наглость - второе счастье! Это что за... - договорить я не успела, так как передо мной возникла странная картина, которая заставила меня закрыть свой рот. Дима сидел на полу, упираясь спиной на диван и опустив голову. Такого Щуку я еще никогда не видела. Настолько поникший и расстроенный, что я не смогла больше и слова обидного произнести. -Дим? - неуверенно прошептала я, но хоккеист так и не обратил на меня внимания. - Дима! Парень взглянул на меня из под полуопущенных ресниц и мое сердце упало в пятки. В таких красивых голубых глазах, которые я так любила, не было ни доброты, ни нежности, ни веселья. Пустота. Просто пустота. -Эй... Что случилось?.. Я закрыла двери и села возле парня в позе "лотоса". А он так и не обратил на меня внимания, просто сидел и смотрел в одну точку. И это пугало. -Ничего, - хриплым голосом произнес Дима, не шевелясь. -Дим... - начала было я, но Щукин меня перебил, так громко вскрикнув, что я от неожиданности сжалась в комочек, в страхе глядя на парня. -Я же сказал, ничего!!! Если бы это был не Дима, а кто-то другой, я бы психанула, накричала и ушла бы из этой квартиры куда-подальше. Но это не кто-то другой, а Щука, тот самый Щука, который никогда не обидет, не накричит, сама "Спокойность". Но что же могло произойти, чтобы он так изменился? -Дима. Объясни, пожалуйста, что случилось? - уверенно произнесла я, пытаясь заглянуть другу в глаза, но тот лишь отвернулся, ни слова не сказав. Тишина. Мертвая тишина, которая так неприятно давила на барабанные перепонки. Я уже отчаялась и собралась уходить, как внезапно по комнате разнесся тихий сиплый голос. -Меня выгнали из команды. Ступор. У меня ступор. Я встала как вкопанная, не понимая, послышалось мне или нет? -Что? - удивленно переспросила я и поняла, что зря. -Меня из "Медведей" выгнали! Что здесь непонятного?! - Дима резко встал и схватился руками за голову. Его крики были слышны по всей квартире , я боюсь даже представить, как переживает сейчас Елена Константиновна. - Вышвырнули! Хотя, сказали, что я сам ушел, когда променял команду на эту чертову олимпиаду! Он бы еще долго кричал, обвинял бы себя за неправильное решение, заставлял бы своим голосом дрожать стены, но я не выдержала и, подойдя к нему, обняла, уткнувшись носом в его грудь. Димка часто называл меня малявкой, хотя, у нас разница в росте не больше десяти сантиметров. Его руки обвились вокруг моих плеч и он дотронулся своим лбом до моей макушки. "Ну да, по сравнению с ним, я малявка" - с легкой улыбкой подумала я, чувствуя как крепко к себе прижимает меня Щука. Тогда я умерла в первый раз... Только под вечер я смогла уйти и это не только потому, что я хотела поддержать Диму. Когда я вышла из подъезда, я сразу же направилась на остановку, где села на нужный автобус. Все эти пятнадцать минут я смотрела на часы, примерно вспоминая, когда у "Медведей" заканчивается тренировка. Да, это глупо. Да, это не мое дело. Но оставить Щукина в таком состоянии гораздо хуже. И вот за окном показался Ледовый Дворец и, выйдя на улицу, я направилась прямиком к нему. Зайдя в буфет, я увидела компанию хоккеистов за одним из столиков и подошла к ним. -О, Саня! Привет! - Я пожала руку Назарову, а затем и остальным парням. Их было немного: Костер, Сеня, Миша, Вадим и Егор. Остальные, наверное, уже разошлись. -Здорово! Парни, слушайте, а Макеев уже ушел? Мой вопрос напряг только одного из хоккеистов - Егор отложил от себя чашку с кофе и косо взглянул на меня. Он походу уже догадался, что я хочу сделать, но сомневаюсь, что он настолько глуп, чтобы рассказывать об этом вслух при "Медведях". -Глупо, - спокойно произнес он, как-бы невзначай, и это вызвало у меня усмешку. Почему он так ненавидит своего брата? Да половина влюбленных парней поступила бы также. Вторая половина просто моральные уроды. -Может быть, - все еще ухмыляясь, сказала я, а потом повернулась к остальным. - Так вы не видели Сергея Петровича? -Он ушел сразу после тренировки. Плохо. Значит, придется как-нибудь в другой раз прийти. Ладно, все-равно целых две недели у нас не будет химии. Впервые рада, что заболела наша училка. Попрощавшись с парнями, я вышла на улицу и уже собралась идти домой, как меня ждал неприятный сюрприз. Возле подножия лестницы стояла красивая стройная девушка с длинными светлыми волосами и... Кисляк. Он ей улыбался, так завораживающе и красиво, но впервые эта улыбка, как нож вонзилась в мое сердце. Я чувствую, как начинают течь слезы, но на губах все-также светиться усмешка. Наблюдаю как он ведет её к своей машине, заводит мотор и уезжает, даже не заметив меня на лестнице. -Не ну он издевается!.. - Все-также стоя с горькой улыбкой и слезами на лице, произнесла я. Тогда умерла я во второй раз... Если я думала, что смогу прийти на следующий день к Макееву, то я просто не знала какое разочарование меня ждет. К весенним каникулам нас так завалили уроками, что просто умереть и не встать. Все время какие-то самостоятельные, контрольные, открытые уроки, огромные рефераты и дополнительные занятия. Освободиться я смогла лишь через полторы недели, потому-что катастрофически не хватало времени на все. И вот сейчас я стою как-раз возле входа в Ледовый и жду главного тренера "Медведей". Солнце ярко светило, на небе ни облачка, вообще за такое короткое время погода сильно изменилась, но зато теперь можно спокойно носить свободные вещи и не бояться замерзнуть. -О, Сашка! Привет! - Я обернулась, хотя могла бы и сама догадаться о том, кто владелец этого красивого бархатистого голоса. Кисляк, увидев меня, слащаво улыбнулся и мне уже тогда захотелось дать ему в лицо. Парень потянулся за поцелуем, но я быстро увернулась, не дав ему это сделать. -Не трогай меня! Чтож, сказать, что он удивился, это ни слова не сказать. -Саш, ты чего? -Отстань от меня и больше не подходи ближе, чем на пушечный выстрел! Андрей нахмурился и, схватив меня за руку, сильно сжал ладонь. -Что случилось, ты можешь объяснить? -А ты не понимаешь? -Нет! -Иди к своей блондинистой дуре и к ней приставай! А меня не трогай! Кисляк еще сильнее нахмурился, но отрицать не стал. Отпустив мою руку, он только кусал губы, стараясь, как можно дольше, не смотреть мне в глаза. -Да, лоханулся. Вот теперь меня просто распирало от гнева. Я готова была прям сейчас расстрелять этого придурка, да так, чтоб от него мокрого пятнышка не осталось! -Лоханулся?! - в шоке глядя на него, переспросила я. - Знаешь что, Кисляк! Я могла понять, что ты бабник и не одной юбки не сможешь пропустить, но то, что ты такой высокомерный, напыщенный идиот, которых еще свет не видывал, этого я даже не подозревала! Я могла бы еще много рассказать Кисляку про его биографию, но именно в этот момент из Ледового Дворца вышел Макеев и я сразу же забыла про придурка, стоящего рядом. -Сергей Петрович! Можно с вами поговорить? - Я подошла к главному тренеру "Медведей" и он походу даже не был удивлен, когда увидел меня. -Хорошо. Но я думаю, что знаю, о чем вы хотите поговорить. Мы прошли чуть дальше, чтобы, выходящие из здания, косолапые не слышали разговор, который сейчас произойдет. -Вы по поводу Димы? - начал было Макеев и я грустно вздохнула. -Да, Сергей Петрович. Только не "выкайте" мне, пожалуйста, а-то я чувствую себя очень некомфортно. -Как скажешь, - согласился мужчина, а потом добавил. - Только в команду Дима не вернется. -Но почему? -Саш, он сам предпочел олимпиаду, а не команду. Я, конечно, все понимаю, учеба и так далее, но тем не менее. Ты знаешь, что Сеня получил травму во втором периоде? Я закатила глаза, но нехотя ответила. -Да, знаю. -Вот. Ему пришлось конец матча простоять на обезболивающем. Если бы был второй вратарь, этого можно было избежать. -Но, Сергей Петрович, вы бы видели как ему тяжело без хоккея, он не может без команды! - цепляясь за последним ниточки, жалостно просила я, но все в бесталку. -Тогда же смог, - Макеев остановился возле своей машины, но все еще хмурясь, продолжил убивать мою надежду. - Саш, пойми, это его выбор, не мой. Так что, тут я тебе ничем не смогу помочь. Извини, я спешу. Удачи тебе. Он уехал, а я так и осталась стоять возле дороги, не зная, что делать. Хреново. -Так вот значит, в чем проблема. Я обернулась, уже намереваясь сказать очередную гадость этому придурку, который почему-то до сих пор не уехал, но замолкла, когда увидела на его лице самодовольную ухмылку. -Чего ты лыбишься? -Да вот забавно смотреть на твои жалкие попытки, - Он все также нагло усмехался. - Все ради своего драгоценного Димочки, чтобы он увидел в тебе верную девушку... - договорил он не успел. На асфальте появилось красно-алые капли, Кисляк сделал несколько шагов назад, придерживая ладонью нос и шмыгая кровью. -Закройся, придурок! Хоть раз в жизни послушай меня и закрой свой рот! Не смей, слышишь? Не смей ни слова плохого говорить про меня! Дима для меня как брат и он честен, в отличии от тебя! Ты жалок, Кисляк! Ты жалок, потому-что скрываешь свою сущность и скоро она просто сама прикончит тебя! Твоя маска, сама же тебя и погубит! Ты слишком пластмассовый! Я опустила глаза, не смотря ни на Кисляка, ни на "Медведей", которые наблюдали за этим спектаклем. Тогда я умерла в третий раз... Двери со скрипом открылись и опять обеспокоенное лицо мамы Щукина. -Он куда-то уходил? - снимая обувь, спросила я и женщина кивнула. -Да, он относил какие-то книги. -Книги? - удивленно переспросила я, нахмурившись. - Много? -Целую сумку. Сказал, что пусть остальные учатся. Глубоко вздохнув, я тихо постучала и приоткрыла дверь. -Привет. Щука, оперевшись на руку, сидел возле компьютера. Когда я зашла, он обернулся и как-то попытался улыбнуться, хотя, получилось у него это очень лево. -Привет... - тихо прошептал он и обратно повернулся к компьютеру. Я медленно ступала по деревянному полу, осматривая книжные полки, которые теперь были наполовину пусты, чашку остывшего чая, лежавшую на столе возле Димы, и самого Щукина, который выглядел куда хуже, чем сегодня утром в школе. -Как дела? По комнате разнесся смешок парня. -Лучше всех! Из команды меня выперли, брат ненавидит, а девушка, ради которой я все это и замутил, сегодня меня послала. Жизнь прекрасна! И только сейчас я заметила на правой руке Щуки красные отметины, как от побоев. Думаю, он не раз бил кулаком в стенку. Жестоко. А я вот так сидела и смотрела на него, чувствуя как сердце сжимается от боли. Вроде бы, чего я так переживаю? Это же не со мной случилось. Но глядя на своего лучшего друга и зная, как он страдает, по-другому просто невозможно. А он рассказывал. Рассказывал как брат его обзывает, как эта дура Вика его послала и в который раз удивляюсь, как больно же бывает парням. Только мы, девчонки, рыдаем из-за каждой глупости, а им парням приходится сдерживаться. Терпеть и глотать слезы. Ведь настоящие мужчины не плачут. -Дим... – тихо позвала я и парень обернулся. Он сразу же нахмурился и, подойдя ко мне, обнял. Крепко-крепко. Так, что кажется кости еще чуть-чуть и сломаються. -Эй, не плачь! Вот ты странная! У меня проблемы, а рыдаешь ты! Я шмыгнула носом и слегка улыбнулась, ведь в какой-то мере он прав. -А что это у тебя с рукой? – спросил Димка, взяв мою ладонь в свою. Действительно, на костяшках уже появлялись красные потертости, примерно такие же как и у Димы. Два сапога пара. Ей, Богу! -Это что-то вроде дружеских ранений. Я улыбнулась и впервые за две недели услышала смех друга. Любила его смех, любила его улыбку. Стоп! Не правда. Не любила. Люблю. В этот момент я в четвертый раз умерла. Но потом воскресла...