Падали, но поднимались

      Первый учебный день в этом году. На улице тепло, в кои-то веки сентябрь радует жителей города солнечной, не дождливой погодой, а я парюсь в душном классе и рисую каракули на полях старенького учебника. Стрелка часов настойчиво указывает, что половина урока уже прошла. Учитель задерживается, что, впрочем, для Какаши-сенсея абсолютно типично. Одноклассники тихо переговариваются, делятся впечатлениями о прошедших каникулах, радуются встрече. Вокруг моей парты буферная зона и тишина. Всё как обычно.       Меня зовут Узумаки Наруто, прошу любить и жаловать. Мне шестнадцать лет, учусь в старшей школе «Коноха». Длинные, светлые волосы, которые я прячу под бейсболку, голубые глаза, небольшой рост и по три шрама на каждой щеке, оставшиеся с раннего детства и напоминающие усы. Отсутствие дресс-кода позволяет мне одеваться так, как удобно, поэтому я предпочитаю носить спортивные мешковатые штаны, кроссовки, свободную футболку и толстовку. Оранжевую. Скорее всего, многие считают меня мальчиком, если вообще знают о моем существовании. В общем, ничего особенного. Я - сирота, родители погибли, когда я была совсем маленькой, так что до двенадцати лет жила в приюте. После одного неприятного инцидента меня из этого чудного заведения вышибли, не назначив опекунов, но дав взамен однокомнатную квартиру в самом дерьмовом районе нашего города и обещание оплачивать счета и продукты. Обещание, впрочем, никто выполнять не собирался, так что себе на проживание я зарабатываю самостоятельно: мою полы в школе после уроков и раз в неделю убираю в доме одной состоятельной семьи. На мой взгляд, у меня сильный характер. Я точно знаю, что всего смогу добиться в этой жизни, даже без наличия богатеньких родителей.       У меня есть лучший друг – Киба Инузука, он учится в параллельном классе. Знакомы мы с детства, его семья занимается разведением собак. У Кибы веселый характер, он необидчив, общителен и любит мечтать. Имя его мечты – Хината, скромная одноклассница, являющаяся по совместительству первой наследницей богатейшего клана Хьюго. Мой друг так же далек от этой девушки, как земля от солнца, но не унывает, продолжая хранить её фотку под своей подушкой.       Помимо Кибы друзей у меня в школе нет. Прозвище «поломойка» давно и прочно ко мне прикреплено, а общаться с подобной личностью местным мальчикам и девочкам зазорно. В глубине души меня раздражают все эти дети, ничего не знающие о реальном мире, так что исправлять ситуацию я смысла не вижу.       Раньше в нашей школе учились посменно, но с этого года руководство приняло решение объединить классы. Именно поэтому сегодня должен прийти новенький. По слухам, к нам в класс направляют только одного человека, видимо, мы считаемся достаточно укомплектованными. Не знаю.       Наконец Какаши Хатаке заходит в класс вместе с моим новым одноклассником, представляя его. Да неужели. Саске Учиха. Говорят, что он очень красив: чёрные волосы, уложенные в стильную прическу, тёмные глаза, бледная кожа, накаченная фигура. Девчонки толпой за ним бегают. Говорят, что у него сложный характер, он мало с кем общается. Говорят, что его родители погибли несколько лет назад в автокатастрофе, и теперь он живет со старшим братом. Говорят, что его семья владеет крупной фирмой, входит в десятку богатейших и влиятельнейших людей страны. Звезда школы. Мистер совершенство, идеален во всем. Почти Бог. Отворачиваюсь. Мне плевать на него. Таких, как я, Боги не интересуют. Таких, как я, интересует, будет ли им что пожрать сегодня вечером или придётся опять довольствоваться водой из-под крана. Чем платить за квартиру в конце месяца. На что купить новую обувь – в старых кроссовках уже подошва отваливается. И прочая бытовуха. Впрочем, такие как я, Богам тоже не интересны. Совсем.       От дикого визга одноклассниц закладывает уши.       - Саске-кун! Садись рядом!       - Не садись с ней, садись со мной!       - Нет, со мной!       - Со мной!       Громче всех орут Харуно Сакура и Яманака Ино, обе входят в фан-клуб Учихи. А я-то думала, чего это закадычные подружки решили сегодня сесть раздельно. Девочки развиты не по годам и давно мечтают заполучить паренька в свое личное пользование. Красивые, не то что я. Как они умудряются дружить и при этом бегать за одним и тем же парнем, мне не понятно.       Слышу шаги и звук отодвигаемого стула, на парту рядом со мной опускается чужая сумка, а по классу проносится разочарованный вздох. Скашиваю глаза и вижу, как Учиха опускается на соседнее место, попутно доставая из сумки учебник и писчие принадлежности. Странный парень, хотя, может, его просто достали все эти поклонницы. Не повезло вам, девоньки, но не спешите отчаиваться – на перемене вашего идола обязательно просветят, кто я, и он с радостью пересядет к одной из вас. Здороваться не буду, нет смысла. Перевожу взгляд на учителя, уже начавшего урок, и начинаю записывать сегодняшнюю тему.       Уроки тянутся невыносимо медленно, Учиха свою жопу со стула так и не поднимает. Видимо, пересаживаться желания не возникло. Обидно, я привыкла сидеть одна, развалившись на парте, а его присутствие меня стесняет. Очень хочется жрать, в рюкзаке меня дожидается вкуснейший бутерброд из подсохшего хлеба и соевой колбасы, а также пакетик чая. Заварю в школьной столовой, слава Богу, кипяток там бесплатный. Поболтать бы с Кибой, но он сегодня дежурный, так что обедать будет после всех. Придется кушать в одиночестве, но мне не привыкать.       Наконец звенит долгожданный звонок на перемену. Хватаю рюкзак и бегу в столовую – из-за объединения смен там сегодня ожидается столпотворение. Ну ничего, в очереди мне стоять не надо, так что я легко занимаю себе свободное место. Точно знаю, что никто теперь рядом не сядет, и спокойно выкладываю свой обед. Я люблю есть медленно, тщательно прожёвывая каждый кусочек. Так появляется ощущение, что съел гораздо больше пищи, чем это было на самом деле. А ещё мне нравится представлять, что я ем вовсе не бутерброд, а какую-нибудь по-настоящему вкусную пищу. Рамен, например. Или курицу в соусе терияки. Или…       Мои мечты были нагло прерваны двумя подносами, поставленными напротив. На столовую опустилась звенящая тишина, не слышно было даже жужжания мухи, летающей возле окна. Подняв глаза, я обалдела – Учиха Саске, собственной персоной, вместе со своим приятелем – Хьюга Неджи, таким же красавчиком и богатеньким мальчиком. Кстати, Неджи является двоюродным братом незабвенной Хинаты, хотя нельзя сказать, что они часто общаются. Фан-клуб Хьюга ничем не уступает по размерам фан-клубу Учихи, и мы с Кибой часто смеемся, представляя, что будет, если они передерутся между собой. И вот двое этих парней желают сесть рядом со мной. Оглядевшись, я понимаю, что других свободных мест в столовой действительно уже нет, но конкретно этим двум личностям большая часть школы с радостью готова уступить своё место. Тем не менее, их выбор падает именно за мой столик. Мир что, сошел с ума? Почему тогда никто меня не предупредил??       - Можно? – Бровь новоиспеченного одноклассника вопросительно изгибается, губы растягиваются в ехидной усмешке.       - Валяйте, – обреченно вздыхаю я, пододвигая свой чай ближе. Ну вот, всё настроение испортили, не буду же я мечтать при посторонних людях. Обычно на меня в столовой никто не обращает внимания, но сейчас я буквально затылком чувствую сотни ненавидящих взглядов, направленных в мою сторону. Если бы была такая возможность, меня бы уже закидали камнями.       Уже без аппетита заканчиваю обед и сваливаю из этой обители зла в курилку. День определенно становится все хуже и хуже…

***

      Никто уже не помнит, зачем на крыше школы была установлена небольшая будка, примыкающая к вентиляционной трубе. Ходили слухи, что её поставили для охранников школы, чтобы днём они могли патрулировать крышу и следить за студентами, периодически устраивающими здесь драки. Я в эту чушь нисколько не верила, так как руководство школы мало интересуется делами школьников, но истинное назначение будки мне так же не было известно. Будка имела три стеклянных окна с широкими подоконниками, центральное отопление и свет. Внутри наличествовал диван, пара скамеек и мусорка. Старшеклассники приспособили данное помещение под курилку. Там всегда было полно народу, очень дымно и на удивление уютно. Людей, собиравшихся под маленькой, железной крышей, объединяли общие интересы, поэтому в курилке существовал определенной кодекс поведения: никакой агрессии. Там запрещалось оскорблять друг друга, драться или иным другим способом показывать свою неприязнь к членам «клуба курильщиков». В курилке собирались зачастую одни парни, так как Саске Учиха и Хьюга Неджи «терпеть не могли курящих девушек!», хотя иногда попадалось и несколько представительниц прекрасного пола.       Забравшись на свое любимое место на подоконнике, я щёлкаю зажигалкой и медленно делаю первую затяжку. Из-за того, что обед в школе в самом разгаре, в курилке пока ещё никого нет, и можно спокойно лечь и вытянуть ноги. Говорят, что жизнь похожа на сигарету, – чем глубже затягиваешься, тем быстрее тлеет. Не знаю, так ли это, но порой мне хочется сделать особенно глубокий вдох и закончить со всем раз и навсегда. Я не всегда была такой.       Сирота. Жестокая судьба позаботилась о том, чтобы не осталось никого, кто мог бы обнять меня и утешить в трудную минуту, и я отчаянно искала человеческого тепла. Когда-то в детстве я не хотела мириться с враждебным отношением к себе со стороны других детей и всячески пыталась перебороть общественное мнение. Старалась быть весёлой, общительной, энергичной, и это приносило свои плоды. Несмотря на то, что в приюте приятелей у меня так и не появилось из-за жестокого закона «каждый сам за себя», в школе ко мне относились гораздо теплее. Со мной здоровались, мне улыбались, садились рядом и дарили свое общение. Первый лучший друг - Киба, выгуливающий в парке своего щенка; Ино, поправляющая мне прическу; Сакура, дарящая забавную игрушку на мой восьмой день рождения. Нельзя сказать, что эти связи были прочными, ну, помимо Инузуки, но они были. А потом мы все выросли. То, что случилось в приюте четыре года назад, я буду вспоминать вечно. Остаться одной в целом мире в двенадцать лет - это безумно страшно. Повезло на первое время встретить ребят из соседнего подъезда, помогших продуктами и объяснившими способ их добывания. Гаара, Канкуро и Темари стали для меня семьей. Выбора не было, и пришлось устраиваться на работу. Двенадцатилетние подростки никому не нужны, и я была по-настоящему счастлива, что директриса пошла мне навстречу, взяв на работу в качестве уборщицы. Я до последнего верила, что одноклассники поймут мое положение и поддержат.       Не приняли. Отвернулись сразу, резко оборвав все связи со мной и наградив обидным прозвищем. Для них я стала низшим существом, чем-то на вроде таракана. Не отчаиваясь, я снова и снова искала новых друзей, в надежде на простое общение. Но с каждым днём все труднее было отвечать улыбкой на презрительные взгляды, шутками – на ругательства, бездействием – на удары. Сил не осталось, и в какой-то момент я просто закрылась от всех, устав плыть против течения. Поняла, что приютский закон работает и здесь, и приняла это. Жизнь закрутила меня в своем водовороте: появились другие люди, другие интересы, взрослые проблемы, и постепенно я стала в школе невидимкой.       Именно поэтому меня так неприятно поразило сегодняшнее всеобщее внимание: я отвыкла, что на меня смотрят, и испугалась. Направленная в мою сторону агрессия была сродни потоку ледяной воды, вылитой на голову. Страх оглушил, лишил воли и здравого смысла, несмотря на то, что лицо не дрогнуло. Захотелось спрятаться, забиться в уголок собственного сознания и позволить инстинктам управлять телом вместо меня.       Самый простой способ перебороть страх – это заглянуть ему в глаза. Дать имя, очертить невесомой акварелью страшный силуэт, дотронуться до него. У каждого человека есть личная зона, воздушное пространство, в которое впускать посторонних не принято. У меня эта зона достаточно велика, определенно шире, чем соседство за партой или за столом в школьной столовой. Я испугалась подпустить кого-то незнакомого в свой давно обустроенный мир, снова пережить всеобщую травлю и разочарование в людях. Это был просто глупый инстинкт, бессознательная реакция на нетипичную ситуацию. Вдыхая сигаретный дым, я пытаюсь понять, изменилось ли моё отношение к Учихе, появился ли хоть какой-то интерес, и с кристальной ясностью осознаю – нет, всё по-прежнему. Он остаётся чужим и бесконечно далёким от меня человеком, не имеющим со мной ничего общего, кроме школьной парты. Школа – не моя собственность, так что запретить ему сидеть рядом я никакого права не имею. Наши пути параллельны, и мне это нравится. Усмехаюсь, я снова в форме. Вдох-выдох, последняя затяжка и пора идти.

***

      Три урока проходят спокойно, затем выждать сорок минут и можно начинать мыть полы. Раньше, из-за двухсменного обучения, ждать приходилось намного дольше, но теперь будет возможность возвращаться домой до одиннадцати вечера. Учитывая район, в котором я живу, - это несомненный плюс. Чтобы не болтаться по пустеющим коридорам, поднимаюсь на крышу и забираюсь на ограждение. Забавно иногда понаблюдать за школьниками, торопливо покидающими родную альма-матер и спешащим по своим, несомненно, очень важным делам: прогулкам в парке, билетам в кино или обсыпанным глазурью пирожным в ближайшей кофейне. Сегодняшний день слишком хорош, чтобы сразу после школы идти домой. За своими мыслями я не сразу замечаю подошедшего Кибу.       - Привет, подружка! Ну, как прошел первый день? Много вам новеньких перевели? – Губы Кибы, как всегда, растянуты в заразительной улыбке.       - Только одного. Учиху Саске. - Не могу удержаться и улыбаюсь ему в ответ. - Но такое ощущение, что поменяли пол-класса.       - Что, такой шумный? – притворно удивляется друг.       - Да нет, вроде нормальный парень. Но вот Ино и Сакура…       - А-а-а, понятно тогда. У нас тоже все девчонки от него без ума, - грустно вздыхает Инузука.       - Что значит «тоже»? Я вот, например, тоже девушка, но не заинтересовалась!       - Ты, лисица, свой в доску парень, а потому не считаешься.       - Засранец!       - Да брось ты. К нам шестерых перевели, четыре парня и две девушки.       - Симпатичные? - не могу удержаться от шпильки. - А как же Хината?       - Ну тебя, дуру, лучше Хинаты никого нет! Слушай, а что за слухи по школе ходят, якобы Хьюга и Учиха сегодня обедали с каким-то оборванцем? Всё интересное из-за этого дежурства дурацкого пропустил! Слухи ходят, значит… Настроение опять портится.       - Они обедали со мной.       Киба достаточно хорошо меня знает и видит, что тема мне неприятна. Он сразу переводит разговор на прошедшие уроки, на своих собак, и вот я уже снова смеюсь над его шутками.       - А давай послезавтра сходим в «Чуку», отметим, так сказать, новый учебный год? – видя сомнения у меня на лице, поднимает руки: - Я плачу!       - Послезавтра пятница?       - Угу.       - Даже не знаю…       - Перестань, будет весело! Позовем Темари, Гаару и Канкуро, хоть развеемся.       - Ладно, уговорил. Мне работать пора.       - Я тогда тоже пойду. Удачи тебе!       - И тебе того же!       Киба убегает, а я, выкурив сигарету и проследив за ее полетом с крыши, возвращаюсь в школу.