"Ну и кто пойдёт откапывать Лабрадора?" или наши приключения с Асей-тян

Последующие главы будут ну очень автобиографичны. Попытаюсь описать весь ужас, который я пережила в лагере. Сначала будет немного скучновато, но по-другому никак не могу, извиняйте. Ведь как написать что-то интересное, если тебе стерли память? с:

О, это прекрасное чувство – ты встаешь в полвосьмого утра летом и мечтаешь сдохнуть. Великолепное ощущение, сразу так тонизирует. И вот так уже второй год подряд, во время отъезда в лагерь. Но знаете, что самое великолепное? Ты встаешь и понимаешь, что ты лошара и все перепутал, и у художественной школы вообще надо быть в два часа дня. Я забилась в немой истерике, полностью осознавая свою ничтожность в этом жестоком мире. Потом вспомнила, что у меня есть компьютер, и истерика сразу же прошла. Я забацала себе парочку бутербродиков, сварила чайку и уселась на свой царский трон, радуясь, что у меня еще будет время написать в бложек. Пока монитор мигал, включаясь, я подперла голову рукой и стала смотреть на занавески, колыхавшиеся на ветру. Это меня немного удивило, и тут я заметила, что окно открыто нараспашку. «Вот же ж…» - подумалось мне. Если честно, я была немного удивлена, ведь обычно летом я никогда не забываю закрывать его на ночь, как бы ни было жарко дома. У меня, видите ли, боязнь комаров, и когда над ухом что-то зудит, я начинаю рвать и метать. В комаров. Обычно промазываю. В общем, приходилась перестраховываться. Я захлопнула окно, быстрым взглядом окинув пейзаж за ним. Как всегда – школа, унылый черный забор и многоэтажки вдалеке. Вдохновляет. Хм… Хотя постойте-ка. Что-то странное с забором. А и точно. Каким-то непостижимым образом одна из панелей была перевернута и поставлена вверх тормашками, что меня немного напрягло. К тому же она была малость измята. Наверное, алкаши какие-нибудь ночью что-то не поделили с забором, решили порешить все на месте. Я не помнила, что же такого произошло вчера, но все тело словно окутывало ощущение легкости, и это было круто, ведь вчера в голове у меня был дикий пати хард. Интересно, почему? А, хуй с ним. Надо бы вконтактик зайти. Отрывки мыслей бешено носились в голове, не желая соединяться во что-то более-менее разумное. Пальцы стучали по клавишам со скоростью света, я хотела успеть еще до полудня закончить все дела в компьютере, чтобы потом спокойненько отдыхать перед отъездом. Онлайн Даши не было. Сначала я удивилась, но потом поняла, что еще, мать вашу, только полвосьмого, и летом в это время все нормальные люди спят. Хотя, судя по рассказам Даши, она вообще вставала в шесть утра, так что я понятия не имела, что она сейчас делает. Может быть, пытается догнать Мусю и съесть ее. Стоп, нет. Муся всегда голодная, значит, она пытается съесть Дашу. Примерно вот в таком же бреду прошло все утро. Сколько бы я не заходила вконтакт, Даши там не было даже и в помине. Ну я так не играю. Поговорить было не с кем, так что, оставив в бложике запись с трагичным названием «уезжаю», я выключила компьютер и отправилась наводить красоту перед отъездам. Ну как красоту. Башку помыла и зубы почистила. Все, я мадама, ребята, можно идти покорять мир. Я хотела было позвонить Даше перед отъездом, но у мобильника не было сигнала, что меня, опять же, удивило. Совершенно не ловил. Очень странно, учитывая, что я находилась сейчас не в каком-нибудь ночном темном лесу, а во вполне цивилизованном городе. Время до полвторого прошло в тупом ожидании. И чем ближе было к этому времени, тем больше я волновалась. Да, вот такая уж я. Постоянный мандр-р-раж из-за всяких глупостей. Пишем контрольную – у Юли сводит живот, участвуем в соревновании – у Юли сводит живот, едем в незнакомое место – Юля чуть ли не грохается в обморок. Но в данной ситуации поездка была даже не так страшна, как тот факт, что придется сделать, чтобы поехать. А именно – выпить таблетку от тошноты. Помню, мама миллиард раз рассказывала мне о том, «как же я хорошо пила таблетки, когда была маленькой, жрала их пачками, даже не запивала». Ну, это давно было. А сейчас я выросла, поумнела/отупела (нужное подчеркнуть), и теперь до чертиков боялась этих таблеток. Отвратительный вкус имбиря, от которого тошнило еще больше, нисколько не поднимал настроение перед поездкой. Я всегда запивала одну малипусенькую таблетку кастрюлей сока, если же дома была только вода – у меня начиналась истерика. Я не могу запивать это днище безвкусной водой, уж извините. Ну да не будем больше о моих комплексах и страхах. Сок дома был, таблетка уже была запита, так что оставалось только погрузится в машину и отправится на встречу ахуительной поездке хрен знает куда! Ну, то есть к художке, откуда нас заберет автобус. Всю дорогу туда я смотрела в окно, думая о том, куда же мы приедем. Лагерь располагался у озера с очень живописным название Кургьярв, что я сначала перевела как «Огуречное озеро»* и искренно верила, что там будет много огурцов, и мы пойдем их с Лизой вечером жрать. И будет заебись романтика. Продолжая думать об этом, я достала мобильник. Опять никакого сигнала. Возможно, стоит сказать родителям, но зачем напрасно их волновать? Еще начнутся разборки и укоры типа «Ты не могла об этом сказать, когда мы еще были дома?!». Не, нахуй. Не будет и у Кургьярва сигнала – не беда, позвоню с Лизиного. Погодка на улице была довольно неплохая, но летней ее можно было назвать с большой натяжечкой. Серые редкие облака все портили. Я могла только гадать, какой погода будет у Кургьярва, будь он проклят! То есть оно. Это же озеро. Пейзаж за окном постепенно менялся. Карьер кончился, и уже через пару минут мы ехали по шоссе в сторону города. Еще минут пять – и вот мы уже в центре, проезжаем мимо знакомых магазинов в сторону гламурной розовой гостиницы «Таллинн», около которой, в зажопистом переулке с высокими деревьями и находилась художка. Обычно пустой тротуар у школы уже был забит машинами, родители выталкивали из машин детей-первокурсников, что-то говорили, обнимались, пихали в руки детям художественные принадлежности. Детишки были немного растерянные, оглядывались, искали знакомых. Я подбоченилась, осознавая свою крутость над этими малявками (год разницы –это ж вообще). Ребята постарше приезжали с родителями или одни, сразу же сбивались в кучи, о чем-то болтали. Только в первый год страшно ехать – потому уже находишь себе знакомых, друзей, точно знаешь, что надо брать с собой. Если ты не нуб, конечно. Как Илья. Начала вспоминаться первая поездка в лагерь. Опять же страх, что что-то пойдет не так. Масла в огонь подливало то, что я не взяла с собой кучу нужных вещей, поэтому на протяжении всей недели приходилось стрелять их у знакомых. Но, в общих чертах, было весело. Когда мы все не ругались. И вот я, с кучей вещей в руках, увидела в толпе Лизу и потопала к ней. Обняться не получилось из-за занятых рук, ну да неважно. Сразу же рассказала ей про забор, это же так интересно! Мы стояли и смотрели на все приезжающих детей и их родителей, о чем-то разговаривали, ждали автобуса. Вот и родители подошли, мама увидела знакомую и тут же бросилась к ней, папа предложил свою помощь в держании мольберта, который уже валился из рук. Вах, настоящий джентельмен. Я трясла онемевшими руками и все еще разглядывала толпу. Это интересно. Вот, например, старшекурсники – вообще странные ребята. Кто волосы перекисью травит, кто одевается странно. Вот, например, идет девчонка - ярко-розовые волосы, заплетенные в косу, челка полностью закрывает один глаз, а во втором вообще розовая линза вставлена. Правда, этой девчонке лет 14, ну да неважно! Творческие личности, так сказать. Хотя, мне кажется, можно быть таковым и без адского разноцветного хера на башке, честно. Затем показался наш ненаглядный Илюшечка в очень странной панамке. Буркнув «привет», он тут же скрылся. В толпе мелькнули три первокурсницы, с которыми я ходила на историю искусств. Нам было всем по 12 лет, но они пошли в художку на год позже. Честно признаюсь, я не разговаривала с ними ни разу, хотя мы постоянно пялились друг на друга на уроках. Может, в этом году?.. А вот там шли эстонские тупые шлюхи, ой, извиняюсь, наши одногруппницы. С собой у них были чемоданы на колесах, и я даже не сомневалась, что в них куча всяких шмоток и обуви, которые в лагере ну вообще не нужны будут. Я сочувственно посмотрела на эстонок. Ну не дал Бог мозгов, ну что поделаешь! Подошел автобус. Все столпились, стали пихать свои вещи в багажник, побежали занимать места. Я быстро обнялась с мамой, выхватила у папы мольберт и побежала укладываться, чтобы побыстрей сесть в автобус. Божечки, хоть бы сесть не в конце автобуса… Не хочу провести следующие три часа в тряске, пытаясь удержать в себе остатки плотного завтрака. -Звони каждый день три раза! Можно больше!– крикнула мама вдогонку. Я быстро кивнула и ринулась в автобус. Усевшись с Лизой на сиденья (не задние, о да, детка), мы тут же стали сверять наши пищевые запасы на предстоящую поездку. -Шоколадка, - пробубнила Лиза, копаясь в сумке. –Опа, сок! -А у меня печеньице, - я заулыбалась, но через секунду улыбка исчезла с моего лица. –Вот же ж, оно поломалось. Сука. -Сука, - с состраданием в голове подтвердила Лиза. –Ну ладно, держись. Ты же сильная. -Да, я мужик, я справлюсь! – я распрямила плечи. –Поломанное печеньице не способно сломить мой стальной дух! Наш интеллектуальный разговор о еде был прерван голосом учительницы из громкоговорителя, которая делала перекличку. Скучное занятие, но смешное. Иногда такие фамилии услышишь, что смешно становится. Особенно у эстонцев. Хм, нет, я ничего не имею против эстонцев, вы что. И, барабанная дробь! Спустя полчаса автобус тронулся! Все повскакивали с мест, замахали родителям и родственникам, которых скоро уже не было видно из-за того, что мы заехали за угол. Идеально. Уже через все секунду все, как по команде, зашуршали пакетами с едой. Родители были забыты, теперь только еда и рисование. Можно и без рисования. Впереди сидели знакомые девчонки, с которыми мы общались с первого года, так что поездка прошла довольно весело. С едой, блекджеком и шлюхами. Тут я немного приукрасила, да. Пейзажи на протяжении всего пути были унылы. Почему? Расскажу. Эстония – это когда ты выезжаешь из города и видишь «деревья-деревья-деревья-хуевая куча деревьев-о блять гнездо аиста-сукаблять опять деревья-о сарай какой-то», и так сколько бы ты ни ехал. Ну, может корову еще встретишь раз в час. Поэтому без друзей в дороге никак – со скуки помрешь. Сочувствую Илье. Чем ближе мы подъезжали, тем больше чернели облака, и это мне совершенно не нравилось. Погодка ничего хорошего не предвещала, о купании в огуречном можно было забыть. Скоро крупные капли забарабанили по стеклу, стекая в красивые узоры. Началась игра «Эй-смотри-моя капля-быстрее-скатится-чем-твоя» и тому подобные нищебродные развлечения. Я потерла слипающиеся глаза и, привстав, оглядела автобус. Кто-то уже завалился на соседа по сиденью и спал, кто-то играл в карты. Эстонки на заднем сиденье ржали как лошади, что заставило меня поморщиться. Глупые. Пизданутые. Шлюхи. Извиняюсь, вырвалось. В такой вот уютно-семейной атмосфере и прошла наша поездка. Где-то к пяти часам мы, наконец, въехали на огороженную с двух сторон лесом дорогу, которая привела нас к довольно уютному комплексу зданий, около которых гордо возвышалась табличка «Kurgjärv», то бишь огурцово-аистовое озеро. На той самой табличке, кстати, был изображен аист. -Как это аист? – расстроилась я. –А огурцы мы где жрать будем? -Вот черт, - тоже расстроилась Лизон. Место, в которое мы приехали, было довольно-таки уютненьким. Деревянные темно-коричневые здания, около которых, в центре была свободная площадка, покрытая мелкими серыми камушками и плиткой. На площадке стояли два деревянных шезлонга, и это было довольно комично, учитывая мерзкую сырую погоду. Чуть поодаль, слева, была кривая лестница, ведущая наверх, на горку, на которой, как грибы на поляне, выстроились такие же темно-коричневые маленькие домики, как и внизу. В них можно было жить по два-три человека, не более. Справа тоже была горка, немного поменьше, и вела она в лес. И впереди, за зданием столовой была горка с лесом. Да что уж там, тут везде был ебаный лес и горки. Там лес с горками, тут лес горками, везде лес с горками. Никакой цивилизации! Но все же это уютно... Для каких-нибудь маньяков. Мы вышли из автобуса. Перемена почувствовалась сразу. Относительно теплый Таллинн остался далеко позади, и теперь мы попали в сырое и влажное место со стаями комаров, которые летали тут и там, выбирая себе жертву посочнее. Я стала серьезно за себя беспокоится, ибо была в меру упитанным человеком. Пришлось достать толстовку и укутаться в нее, чтобы меня не начали жрать. Лиза тут же полезла в мобильник. -Вай-фая тут нет, - с разочарованием в голосе произнесла она. Я потянулась за своим телефоном. -И сигнала тоже. -Как это? - подруга глянула на экран. -Ты чего, все тут есть. -У меня нет, - я нервно закусила губу. -Черт, может я телефон сломала?! -Вот уж не знаю, - Лизон пожала плечами. -Может, ты его уронила где-то? -Ага, и ты думаешь, что нокии от этого что-то будет? Наивная смертная! Начался мелкий, противный дождь, который до смерти напугал комариные стаи. Они в беспорядке заметались в воздухе, пытаясь поскорей впиться в какую-нибудь несчастную жертву. Все дружно замахали руками и начали ругаться, пока наш с Лизой любимый учитель (которого мы прозвали Лысиком за его великолепную лысую голову) распределял учеников по комнатам. Мы заскочили под небольшую крышу здания, в котором мы должны были жить. Комаров там было больше, поэтому махать руками и материться приходилось с удвоенной мощью. Здание было полукруглое… Ну, то есть полуквадратное, с трех сторон окружающее площадку с шезлонгами. Прямо напротив был дом повыше, трехэтажный, там, судя по всему, должны были жить учителя. Я не представляла, где тут находится столовая, ну да не суть пока. Мне бы сначала магазин найти… И вот именно тогда, подумав о магазине, я вдруг поняла, что нам не с кем жить в комнате. Я такая логичная, ужас просто. В прошлом году было легче - мы сразу же заселились с девчонками из нашей группы - одна была русская, другая эстонка. Эстонка не выдержала нас и на четвертый день свалила из комнаты и жила одна весь оставшийся лагерь, а затем вообще ушла из художки (мы тут ни при чем, ребята, честно). Русская тоже была близка к тому, чтобы свалить куда подальше. Она даже делилась со мною планом побега. Но, все же, мы как-то смогли сосуществовать вместе оставшиеся два дня, и это было хорошо. Но теперь этих девчонок с нами не было, знакомые из другой группы уже смогли записаться в комнату. Мы с Лизой растерялись. Больше мы, как бы, никого так хорошо и не знали. И вот оно, наше спасение от одиночества! Около нас стояли те самые первокурсницы и о чем-то тихо говорили. Мы с Лизой переглянулись. -Давай с ними? - подруга спрятала мобильник в карман. Я пожала плечами. С кем угодно, лишь бы не с ванильными эстонскими пездочками, у которых вместо мозгов Джастин Бибер. Дождь усиливался. Мы подбежали к первокурсницам, быстро протараторили, что неплохо было бы жить вместе, и они согласились. И, знаете, это сожительство в будущем обернулось очень даже крутой дружбой, но тогда я об этом, конечно же, не знала. Они просто были для меня девчонками из художки, с которыми я говорила первый раз в жизни. Мы, как прирожденные лохи, записываться побежали чуть ли не последними, поэтому Лысик долго искал нам свободную комнату. Я уже начинала расстраиваться. Нет, то, что мы нашли соседок по комнате - это очень, очень классно, но вот комары, дождь, сырость и отсутствие комнаты... Ну, это немного так рассеивало радостное настроение. И вот, наконец-то! Комната на первом этаже в конце коридора с одним малюсеньким окном под потолком! Н-да, не фонтан. Комнатка была довольно небольшая, но стояло в ней шесть кроватей – две двухэтажные и две простые, все у стенок. Шкаф (в котором, наверное, полно мертвых жуков), помойка, стол со стульями у окна – вот и все убранство, так сказать. Лиза с досады ударила шкаф ногой. На такой сарай мы как-то не рассчитывали, вспоминая нашу комнату в первый год, которая была просто огроменной, и в которой могло поместиться человек двадцать. Я вконец расстроилась, но все же решила выйти в коридор и осмотреться. Коридор был длинным и широким, слева располагались двери в комнаты, справа же не было ничего, кроме редких окон и помойки. За нашей комнатой было только довольно большое помещение со столом для пинг-понга посередине и старым камином у стены. Довольно мрачное помещение без освещения, мне стало сразу неуютно, и я ушла. Ну все, ребятки, начался мой патихардный лагерь. *** А ведь и правда - надо всегда искать в вещах позитив, тогда и не будет так хреново. Рисовать мы в тот уже не должны были, ведь уже было шесть вечера, и надо было идти в столовую, а потом на собрание лагеря. Оно, как я поняла, должно было проходить на горе, где были расположены те маленькие домики. Ну вот и позитив! Не рисуем в художественном лагере! Да и к комнате мы постепенно привыкали, хотя Лизон еще истерила. Я тут же заняла нижнюю кровать у стола, ибо с верхними этажами я не в очень хороших отношениях. Первый год еще помнится. Пиздец как я тогда от комаров намучилась.Раскладывая вещи, я то и дело поглядывала на новых соседок. Интересные у нас тут личности собрались. Познакомьтесь, первая первокурсница - Диана. Высокая, со светлыми кудряшками. Ну очень болтливая, в отличие от остальных двух, с довольно смешной привычкой - прикрывать рот рукой во время смеха или обычного разговора. Как только я услышала, что она фанатка Джонни Деппа, я тут же поняла, что мы подружимся. У второй тоже были светлые кудряшки, и она тоже была высокая. И звали ее тоже Диана. Ну, правда, Диана-Белла, но не суть. Усевшись на кровать, она тут же достала блокнот и начала в нем рисовать. И до столовки она просто сидела и рисовала, стесняясь разговаривать. Третью же звали Нора, низкая (аж ниже меня!)девочка с короткими темными волосами и в очках. Особой разговорчивостью она тоже не отличалась, но зато она очень любила есть йогурты, которых у нее с собой было дофига. У нее с йогуртами любовь, ага. Короче, они плюс мы с Лизой - вот и получилась странная компашка на эту неделю. Вдруг дверь отворилась и в комнату ввалилась еще какая-то первокурсница, поменьше нас, которой я никогда не видела. Видимо, места в комнате со своими одногруппницами ей не хватило, поэтому ее вытурили к нам. Узнав, что ей придется жить с нами, девочка сморщилась, словно собиралась заплакать. Жить с такими припизднутыми, как мы - сущее наказание, понимаю ее. Мне самой иногда плохо, как вспомню, кто я такая, так вообще плакать хочется. Мы с Лизой тут же врубили музончик, стали орать, прыгать, драться за кровати, короче, пытались показать девочке, что мы нормальные. Видимо, не получилось. Она вдруг прекратила не спеша раскладывать вещи, свалила все обратно в сумку и выскочила за дверь, зовя на ходу учительницу. Ну и дура вообще. В столовую мы опоздали, решили уже не есть и просто сидели до собрания в комнате, ломая голову над загадкой тысячелетия - где же в этом Мухосранске находится магазин. Слава Богу, свои запасы у нас еще остались, хотя каюсь, мое поломанное печенье мы так и не смогли съесть, пришлось выбросить. До собрания мы маялись дурью, стелили белье на кроватях, слушали музыку, пытались завязать разговор друг с другом, что пока получалось не очень, ибо знакомы мы были только первый день. Но мне уже было не так херово, потому что страдала я не одна, а с компанией. Утренняя легкость улетучилась, на плечи камнем упали суровые лагерный будни в антисанитарных условиях. На собрании лучше мне не стало. Слева от домиков находилась небольшая трибуна, как на спортивных стадионах. На нее можно было даже присесть, ибо дождь кончился, что мы и сделали. И начались нудные-принудные полчаса скучного трепа. Вышел мужик-учитель и начала что-то там вякать по-эстонски. Я его не слушала, заметив чрезвычайно интересное дерево сбоку. Нет, ну какое ж охуенное дерево! Зачем кого-то слушать, когда есть вот такие вот деревья?! Потом начали выходить какие-то люди, и им все почему-то хлопали. Я вообще ни во что не врубалась. И вдруг пошел дождь. Девчонки завизжали, все попрыгали с трибун и побежали назад в дом. Собрания официально объявляется закрытым. Уже подбегая к дому, я заметила, что на горке неподалеку от нас бегают какие-то дети. Видимо, это был спортивный лагерь, автобус которого приехал чуть позже нас. "Ебаные неудачники" - подумала я с улыбкой, увидев, как они бегут под дождем в своих легеньких курточках. Ну, вот мы и дома. Дойдя до конца коридора, мы с большим трудом открыли скрипящую дверь (пришлось даже ее пнуть пару раз) и прошли в нашу бомжатскую комнату, обсуждая ту хрень, которую нес мужик целых полчаса. Вдруг все разом умолкли. На Лизиной кровати сидела та сама странная девочка с розовой косой и желтыми линзами, в руках у которой был блокнот Дианы-Беллы. В данный момент она была поглощена изучением рисунков в нем. -Эм... Привет? - пробормотала Лиза, на чьей кровати сидела странная гостья. Девочка вздрогнула, подняла голову и тут же уставилась на меня с коварной ухмылкой, отчего мне стало не по себе. Такое ощущение, что ее никто не волновал, кроме меня. Не знаю, какой реакции она ожидала, но я просто немного удивилась. Видимо, новоприбывшая ожидала совсем другой реакции, потому что в ее глазах промелькнуло недоумение. -А, привет! Я уж думал, вы никогда не придете, - девчонка улыбнулась и отвела от меня свои желтые глазищи. Точнее один глаз. Второго я так и не увидела. Говорила девчонка без акцента, но было в ее голосе и внешности что-то... Странное и знакомое. -Ты как через закрытую дверь прошла? - я была ошарашена. -Закрытую? - незнакомка хлопнула глазами. -Да нет, вы не так поняли, мне ключи еще одни дали! Я ваш новый сосед по комнате. У меня глаз аж дернулся. Какого хрена она говорит о себе в мужском роде? Мы все переглянулись, явно удивленные таким странным появлением. -Я заберу свой блокнот? - тихо спросила Диана-Белла, и, получив его, уселась на свою кровать рисовать. Вот молодец человек – вообще ничего не волнует. -Слушай, я, конечно, все понимаю… Но ты не могла бы не говорить о себе в мужском роде? – недовольно буркнула я. Вот бесят такие телки, которые ПОСТОЯННО говорят о себе в мужском роде. Незнакомка снова посмотрела на меня с недоумением, как будто я сморозила редкостную глупость. Затем она начала пожирать взглядом ковер, словно пытаясь переосмыслить свою жизнь. Это… Это чертовски странно… И хватит так на меня смотреть, стерва, я не знаю тебя, хватит! -Ну извини, - наконец произнесла она. –Больше так не буду. -Ну... Ну круто, - Диана, которая не Белла улыбнулась девчонке. –Тогда добро пожаловать к нам в свинарник. -Свинарник? Пф-ф-ф, вот через дня три будет свинарник, а пока это абсолютно стерильная комната, - отмахнулась я, стараясь не обращать внимания на полный срач в комнате и йогурты Норы. Заметьте, а ведь мы въехали только пару часов назад. -Так как тебя зовут? - Лизон уселась на кровать рядом с новоприбывшей. -Я? - розоволосая ненадолго задумалась, словно у меня был склероз, и она не помнила своего имени. -Карина. -Ок, а я Лиза, вот там вот Юля, человек, жрущий йогурты - Нора, рисующий человек - Диана-Белла и вот там еще одна Диана, которая мечтает превратить нашу комнату в свинарник, - сразу же познакомила Карину со всеми Лиза. Новоприбывшая натянуто улыбнулась, все еще время от времени посматривая на меня. Нет, вот странная она какая-то. Голос у нее низкий, не совсем женский, одета во все черное, да еще и волосы розовые. И говорит о себе как мужик. Ну прям точно творческий человек. Или косит под такового. -А почему ты на собрании не была? - решила спросить я. -А, да... - Карина неловко улыбнулась и замахала рукой. -Я на автобус опоздала. Пришлось звонить папе, он с работы отпросился и меня отвез. Странно. Очень странно. Крайне странно. На этом потрясения наши не кончились. Вдруг выяснилось, что на каждом этаже нашего лагерного дома всего лишь по одной ванной комнате. У меня был шок, пиздец какой шок. Душевые располагались совершенно в другом здании, которое находилось в метрах 30 от нашего дома, сбоку от дома, где жили учителя. Вот теперь я поняла, что начался для меня настоящий пиздец. Вечерком мы пошли прогуляться, осмотреть окрестности, просто проветриться. Карина от сего поспешно отказалась и свалила в неизвестном направлении. Ну и ладно. Магазина нигде не было видно и, по уверениям девчонок из другой группы, он вообще находился в 30 минутах ходьбы отсюда (Как... Как же я буду без еды? Мы ведь так любим друг друга!) Решив прогуляться куда-нибудь подальше, мы свернули на горку, которая находилась справа от здания, где мы жили. На возвышении находилась довольно большая утоптанная площадка, сбоку от которой шла дорога из странного черного материала. Что-то наподобие линолеума, не знаю. Она привела нас прямо в лес. Пройдя чуть-чуть, мы решили не углубляться на ночь глядя в такие дебри. Да и вообще там стоял знак «вход воспрещен», так что не будем нарушать законы. Да и комары уже вконец наглели. Короче, пришлось вернуться обратно. Лиза сразу же выхватила у Дианы ключи и побежала открывать старую скрипящую дверь, а я ненадолго задержалась на улице, присев на шезлонг. Ну грех в нем не полежать пару минут вечерком, когда тебя жрут комары! Вдруг послышались шаги. Пришлось с большими усилиями повернуть голову. Лучше бы я этого не делала. Надо мной зависла та самая великая и ужасная Карина. Кроме нас на улице уже никого не было, и это немного напрягало. Новоприбывшая присела на шезлонг, который стоял рядом и беспечно стала махать ногами. -Тебе привет от Ая-тяна, Джули, - вдруг с гнусной улыбочкой на лице произнесла она. -Че? - я привстала на локтях и непонимающе уставилась на нее. Видимо, Карина сама охренела, потому что она с минуту пялилась на меня, ничего не говоря. -Я говорю, тебе привет от Ая-тяна... -Ты что, припизднутая? - не выдержала я. -Что за Ая-тян? Карина раскрыла рот от удивления и просто продолжила таращиться на меня. Я выругнулась и, встав, пошла обратно в комнату. Не нравится мне эта телка - долбанутая какая-то. И улыбочки у нее противные. Не хочу с ней общаться. -Неужели ничего не помнишь?! – в догонку мне крикнула Карина. Нет, не помню. Ни черта не помню, склероз, знаете ли. У этой телки не все в порядке с головой. Вечер прошел весело. В одиннадцать ночи вдруг выяснилось, что у Дианы есть целая упаковка хлебцев и колбасы, поэтому вечер провели крайне продуктивно - обжирались, ибо у всех еще остались запасы с дороги. Карина в общем пати харде не участвовала, ибо предпочла нашей компании вечер с самой собой (как и Диана-Белла). Она уселась на верх двухэтажной кровати и оттуда весь вечер пожирала нас взглядом, в то время как мы пожирали еду. Стоило мне поднять голову, как я замечала, что она отводит глаза. Мрачная и задумчивая Карина нравилась мне все меньше и меньше. Ну и плевать, в принципе. Пока есть еда, проблем для меня не существует! Только поздно ночью, когда мы наболтались, нажрались и наржались, только тогда, пытаясь заснуть, я мысленно вернулась к странной фразе Карины. Укутавшись поплотнее в одеяло, я сжалась в комок, пытаясь забыть о том, что я нахожусь в душной комнате (окно-то маленькое) с кучей комаров. Итак, фраза. "Тебе привет от Ая-тяна." Ну что за нах? И что это должно значить?.. Хм. Ая-тян. Японец, значит. А может он из аниме какого-нибудь? Погодите-ка... Точняк! -Я не могу тут спать! –вдруг взревела Диана не Белла с верхнего этажа кровати. –Все шатается! -Ну ляг на пол, е-мае, - сонным голосом ответила Нора. Диана запыхтела, включила свет, отчего мы нашали жмуриться и протестовать. Кое-как отчистив площадку посередине комнаты от мусора, она стащила на пол матрас с бельем и улеглась на него с видом победителя. -Нет, ты конечно, молодец… -начала я. –Но свет-то кто будет выключать? -Блин. Но скоро свет был погашен, вокруг снова наступила полнейшая темнота, и я смогла вернуться к своим мыслям. Ая-тян, значит… Вдруг кто-то схватил меня за ногу. -Сукаблять! – взревела я, подскочив на кровати. Лизон захихикала.-Ты сволочь, ясно?! -Упс, прости, - послышалось из темноты. –А я думала, что это тут такое торчит… -Лапать обязательно было?! Через пару минут все же мы смогли успокоиться, и я опять вернулась к своим мыслям. Ая-тян, Ая-тян… Точно! Ая-тян - Аянами, ну конечно! Душенька-07! Я аж подскочила на кровати, чуть не ударившись лбом об перекладину. Послышалось «я тебя не трогала!» из темноты. Я легла обратно, опасливо косясь на перекладину, ибо надо мной сейчас спала эта злосчастная Карина. Или не спала, я не знаю, что она там делает. Вдруг она услышит стук моей башки и опять заведет этот странный разговор... Так, стоп. Ну, окей. Ну, Аянами. Дальше-то что. Какой привет нахуй? Или... Ах, ну да! У нее розовые волосы, как у этого, как там его... Куруюри, во! И линзы розовые! "Она просто бешеная косплеерша, которая фапает на Ая-тяна!", - я была полностью удовлетворена таким объяснением. Ну, теперь все ясно. У нее шарики за ролики поехали. Может быть, она думает, что аниме-персонажи могут ожить. Пф, вот ведь глупая. Ладно, разберемся с ней завтра, а сейчас надо спать. Только вот спать совершенно не хотелось. Перевозбудилась, так сказать. Слишком уж насыщенный день выдался. Я то и дело вертелась. Хоть я все и решила для себя насчет бешеной косплеершы, мозг все не хотел никак успокаиваться. Что я должна знать? При чем тут Аянами? Почему именно в нашей комнате оказалась девчонка, смотревшее это аниме, если в Эстонии его посмотрела не больше 50 человек?! Ну, я так думаю, страна-то маленькая… И вдруг меня словно молотком шарахнуло. За весь этот насыщенный день я так и не позвонила маме! Распахнув глаза, я стала шарить по столу, который находился недалеко от меня, и на котором уже возвышалась гора мусора. Нащупав что-то холодное и гладкое, я поднесла предмет к глазам. Да, мой телефон. Сняв блокировку, я тупо уставилась на экран. Сигнала все еще не было. Ну все, мать вашу, завтра у меня такой пати хард начнется… ___________________ *Кургьярв – озеро аистов (с эстонского) Куркьярв – озеро огурцов, лол, я гений эстонского