Джашин спешит на помощь!

- Славься, славься Джашин, Кровавый Бог! Да восстанет из пепла и крови воля твоя! Да поглотит мир бессмертная твоя благодать! Да прольются реки крови, да восстанут мёртвые из осквернённых могил, да распространиться темная воля твоя по всем четырём сторонам! Да узрят смертные благо, да свершиться кровавое возмездие по воле Джашина-самы! Восстань, Джашин! Восстань Джашин! ВОССТАНЬ, ДЖАШИН!!! Агрессивное хоровое пение сопровождалось барабанным боем, так и стучавшим по ушам. Толпа сектантов по-пингвиньи раскачивалась и топотала ногами, прославляя какого-то чувака с забавным именем. Топотание нескольких сотен ног сотрясало расписные стены мрачного подземелья, кое-где уже отваливалась штукатурка. Дрожащие отсветы факелов озаряли картины кровавого пиршества чудовищ разной степени симпатичности. Один из факелов, не выдержав сейсмоактивности, вылетел из паза и ударил меня по лбу. Я удивился и… проснулся. «Какая только хрень не приснится в сумасшедшем доме», - подумал я и перевернулся на бок. На этот раз действие вышло поспокойней. Толпы уже не было, зато посреди громадной комнаты стоял одинокий дедулька и распевал визгливым голосом иностранные мантры. И, как это обычно бывает во сне, каждое мантер… мантровое слово было мне на удивление понятно. А вот дядьке, похоже, нет. Все слова он произносил, забавно коверкая, да и, бьюсь об заклад, вообще не знал, о чём поёт. Ибо все слова песни были не столько хвалебные, сколько прям до жести неприличные. Этакие матерные псалмы, во славу, опять-таки, Джашина. Ну, я, конечно, понимаю, бывает, снится тебе анекдот, что ты – бородатый лектор, читаешь про что-то в огромной аудитории, а потом – бац! – оказывается про всю свою кибернетику ты рассказывал без штанов! Ну, какой-никакой, а сюжет. А здесь что? Жрецы, секты какие-то загадочные. Совсем не смешно. Скучно. А тут ещё и этот старичок визгливый… - О, Великий Джашин-сама! Пожри моё тело и душу! Восстань и прими мою жертву! И решил я поправить сюжетец. Сон мой – что хочу, то и делаю. - Слухаю тебя, дражайший! Чего надо? Ох ты, ну у меня и голосок. Будто у Джигурды после кошмарного похмелья, только ещё раскатистый такой, громкий. Круть. Жрец, по-видимому, чуть не уписался от восторга, грохнувшись оземь филейной частью. - Джашин-сама? – вытаращился он прямо на меня. - Сам, - поправил я. – Собственной персоной, так сказать! - Аааа… - старичок, кажется, собрался хлопнуться в обморок. - Спокойно, Маша, я – Дубровский! – предупредил я, но дядька всё равно упал. «Ох уж эта паства! То «приди!», «пожри!», то и здрасте не дождешься! - мысленно посетовал я. – Нахрен ты мне сдался, одни кожа да кости!» Старичок, однако, оказался крепкий. Быстро пришёл в себя, забубнив под нос какую-то соответствующую случаю молитву. Ну, так не интересно, - слегка обиделся я. - Эй ты, смертный! – Похоже, так разговаривают боги? – Слушай слова великого Джашина! Дедуля несколько раз сменил цвет лица и, кажись, завибрировал. Я вошёл в роль. - Прояви почтение к своему богу, гнида подзаборная! Тебя что, в школе не учили?! Дядька живо вытянулся в длину. Похоже, и правда учился на одни пятёрки. Молоток. - Какого хрена ты потревожил мой покой?! – проорал я нечто сугубо божественное. Ну, в сказках все первым делом этим интересуются. - Я… я…я… - Кто ты такой! - Я – Первый Жрец моего господина! – с дрожью в голосе выкрикнул дядька. – Мао Фудзимяо! И вдруг я подумал, что в моём сне чего-то не хватает. Логики, пожалуй. Хотя, её вообще-то всем снам не хватает, но тут… Всё, как бы, натуралистично так! С чего бы этому дядьке считать, что я бог? С виду-то я обычный парень, вроде… А вот разглядеть себя, кстати, не удалось. Равно как и нащупать и ущипнуть. Может это, конечно, во сне у меня затекли руки-ноги, но всё, что я видел – громадное помещение в стиле минимализм, жреца в длинном халатике и чьи-то огромные каменные ноги, растущие, по ходу дела, из меня! Ибо – допёрло! – статуя я! Громадная мраморная каменюка, мать его! Говорящая… Ну, тут любой уверует, это да. Ну и тут я попытался проснуться. Не получилось. И до кучи задрожали стены. И вот так я узнал, что я бог. Но, начну-ка, пожалуй, сначала. Если вам интересно, я – русский. На этом всё, потому что как меня зовут, сколько мне лет и откуда я вообще взялся, я не знаю. Болезнь у меня такая. Амнезия. Нашли меня тогда добры люди на ж/д вокзале, сдали честно в больницу. Но, как это обычно происходит в великой и могучей, коль ты явился без документов сам не знаешь откуда, из больницы меня отправили прямиком в дурдом. В котором я благополучно и пребывал до этих пор. Да нет, если честно, мне там даже нравилось. Обед по расписанию, одежка синяя в клеточку, ребят в отделении эдак штук сорок – все одеты точь-в-точь как я. Эдакий хор имени Пятницкого на пижамной вечеринке, вот только кто в носу ковыряется, кто о стенку бьется головой, кто вовсе пускает пузыри. Один я лежу целый день в палате, книжечки почитываю. Скучно, в общем. Ну а потом к нам в палату подселили новенького. Лет пятнадцати пацан, тоже со сдвигом. Утверждал мне, что он – Бог. И проспорили мы с ним на эту тему часа два, пока его не зафиксировали санитары. - Аниме пересмотрелся, - цокнул тогда языком бородатый главврач. Ну а мне с тех пор стали сниться какие-то кошмары. Я о том пацане уже забыл тогда начисто. Потому как, когда начали рушиться стены подземного храма, мне вообще стало не до обмозговывания. Я тогда до сих пор думал, что это всего лишь сон. Пока какой-то здоровенный кусок стены не стукнул меня по башке, и я отрубился.