Я люблю тебя, понимаешь?

      На часах без пяти шесть. Вы, немного потоптавшись около небольшого здания в два этажа, постучались в красную железную дверь. Изнутри послышался приглушенный голос Леши:       - Входи, чудо!       Как он понял, что это именно Вы? Ведь к нему может прийти кто угодно. Может быть, он Вас уже чувствует?       - Вот тут и будем репетировать. Вот твои слова. А теперь давай споем, минус у меня есть.       Вы на это лишь кивнули головой. Здание было очень уютным. Стены лишь заштукатурены и покрашены в, так сказать, «теплые» цвета. В углу стоит барабанная установка, рядом гитара, микрофон. У стены, что находится напротив двери, был большой, потрёпанный, кожаный диван коричневого цвета. Над ним висит картина. Рядом стоит торшер, который, правда, освещает помещение несколько тускло. Посреди комнаты возвышается винтовая лестница, ведущая на второй этаж. Внутри царит какая-то дружественная, приятная, своя атмосфера.       - Чудо, ты не спишь?       Вы помотали головой, очнувшись от своих мыслей. Леша включил музыку, столь знакомую и полюбившуюся Вам. Вы начинаете петь, вернее, шептать, ведь в начале песни именно так и предполагается. Затем подключается Ваш друг. Голос у него становится чуть хриплым, но до ужаса приятным. Теперь вместе, проигрыш. Леша запел громче, теперь подключаетесь Вы. Песня получается живая, очень похожая на оригинал. Музыка закончилась, вы оба замолчали. Воля оглядывает Вас с нескрываемым восхищением. Чувствуется, что он еле сдерживается, чтобы не подойти и не обнять.       - Почему ты все это время молчишь, чудо? Я не знал, что у тебя такой прекрасный голос. Ну почему ты меня томишь ожиданием услышать хоть один звук от тебя? Меня это очень огорчает! Знаешь, ты особенная. Заставляешь меня подниматься в рань, чтобы успеть к тебе. А обычно мое утро начинается в одиннадцать, в двенадцать! Ну скажи хоть что-нибудь!       Тишина. Вы стоите, отводя взгляд и опустив голову вниз.       - Ну ладно, тогда репетиции будут чаще и дольше. Ты меня вынудила, так что знай - каждый день здесь в четыре часа дня. Не опаздывать! А теперь на счет завтра. Прости, я уезжаю на неделю, мы не сможем увидеться. Дай мне свой номер, я тебе СМС скину, когда приеду. Эх, жаль от тебя уезжать... Можно, я тебя обниму?       Вы впадаете в ступор, но через минуту киваете. Леша, не теряя времени, подходит и обнимает Вас, прижав к себе за талию. Вы немного краснеете, но отвечаете. Это мгновение такое хрупкое, но теплое-теплое, как немного остывший чай, от которого все равно продолжает идти дымок. Леша обнимает мягко, бережно, но в то же время крепко, словно не желает отпускать. Вам очень приятно, не хочется отсюда уходить на холодную улицу, где моросит мелкий, но противный дождь.       Друг Вас отпускает, Вы его тоже. Он посмотрел Вам в глаза. Долго, ласково как-то, словно желая сказать: «Я тебя в обиду не дам». Потом еще раз обнимает. Вы же, вконец смущенная, оставляете номер своего телефона и уходите, помахав на прощание рукой, а в голове проносятся стайки мыслей о том, что Вам будет его не хватать. Хм, странно...