Забытая сказка, пришедшая вновь.

      Порой с тобой может случиться несчастье. Ты можешь пораниться, сломать себе что-нибудь, а иногда даже потерять память детских лет. Ты теряешь воспоминания весёлых моментов, проведённых с лучшим другом, теряешь все свои чувства по отношению к нему, но иногда случается так, что ты вновь встречаешь его, вспоминаешь и возвращаешь то тепло, даруемое им каждый день. И потом уже не хочется ничего решать, с кем-то спорить или кому-то что-то доказывать. Хочется остаться с ним и провести этот миг вдвоём.       Я его забыла. Полностью. Я не помню его улыбки, его нежной руки, державшей меня за запястье. Не помню его голоса, его задорного смеха, которым он одаривал меня в любой ситуации. Забыла блеск его прекрасных глаз, с грустью смотревших мне в след, когда я возвращалась домой к брату и родителям. Я совсем забыла, как ему было тяжело в те дни, забыла, как он страдал. Он был один…       Я никогда не думала, что потеряла часть своей жизни, кусочек души. Думала, что так всё и должно быть, не смотря на колющую боль в сердце, продолжала жить в своё удовольствие. Может, когда-то были сомнения, неприятные ощущения, что как-будто я что-то забыла, что-то важное, но сейчас всё прошло, я откинула эти мысли назад в прошлое, хоть теперь и жалею.       Надо было раньше подойти к брату, расспросить обо всём, что терзает мою душу. Надо было раньше высказать все свои подозрения, а не ждать до последнего. Ну почему я такая дура?       С тех пор, как я переехала жить в магистратуру к брату и узнала жестокую правду, прошло уже две недели. В детстве у меня была лёгкая такая амнезия из-за того, что я упала с обрыва. Тогда брат рассказал мне о том, что Отоя-кун был моим самым близким лучшим другом в детстве, но про амнезию он так и не узнал – отец запретил рассказывать, потому что считал, что общение с детдомовским ребёнком несёт не очень-то и хороший результат, подпорчивая тем самым репутацию семьи.       Что ж… спасибо, папа. Я так рада, что ты это сделал ради меня, ради моей дальнейшей судьбы. Ты просто не представляешь, как я сейчас счастлива!       Век бы тебя не видеть. И твою дурацкую работу тоже. Хорошо, что я не пошла по твоим стопам.       Сейчас я находилась в беседке у озера около агентства и размышляла над дальнейшими своими действиями. Крутя в руках маленький карандаш, весь изгрызенный от столь сильных эмоций, пробирающих до мозга костей, изредка наносила на небольшой листик блокнота предложения, в скором времени перерастающих в короткое стихотворение. Привычка выплёскивать все свои эмоции на бумаге появилась у меня ещё в детстве, наверное, тогда же, когда я потеряла воспоминания.       Опять туда потянуло. Вот почему я никак не могу выкинуть это из головы? Прошло, вроде, целых две недели, а смириться с тем, что у меня была амнезия всё ещё не могу. Почему «была», хотите спросить? А потому что я уже всё вспомнила. Ну, почти всё. Некоторые события моё сознание всё ещё затемняет, оставляя приличный промежуток между моментами. Так хочется всё вспомнить…       Ну почему я не могу перемотать свою жизнь на самое начало, как фильм на экране телевизора?       — Эй, Амая-тян, чего грустишь? — опять этот бархатный голос моего лучшего друга. Так близко, но так далеко, словно его здесь нет, будто это моё подсознание играет со мной злую шутку, хочет, чтобы я, испугавшись, скрылась за толстой дверью нашей с Нанами-тян комнаты и не высовывалась оттуда до конца этого месяца. Я так уже устала от этих глюков. — А-м-а-я, ты меня слышишь?       И тут до меня доходит…       Приподняв голову так, чтобы моя длинная чёлка, наконец, откинулась в бок, я испуганно посмотрела на стоящего передо мной парня с ярко-красными волосами, растрёпанными в разные стороны, и сияющей до ушей озорной улыбкой. Иттоки Отоя собственной персоной.       — О-о-отоя-кун? — пропищала я, чуть ли не взлетая над скамейкой, на которой я минут тридцать сидела в тишине и покое.       Я тогда действительно испугалась. Не знаю чего именно, но коленки у меня затряслись, а под ложечкой неприятно защемило. А я ведь так старалась его избегать, ну почему мне всегда не везёт?       Видимо Иттоки не заметил моей реакции, раз он даже намёка на удивление не подал, хотя, может, он просто не хотел её замечать? Сколько бы ни наблюдала за ним, вижу всё равно одно и то же. Отоя постоянно оставался весёлым, как бы на него ни орали, прогоняли, злились. Парень старался быть ко всем дружелюбным, милым и заботливым. Он никогда не уделял человеку внимания меньше или больше. У него нет любимчиков. Для него все равны.       Интересно, а ты тоже?       Что за мысли, соберись, тряпка! Просто ума не приложу, что вдруг на меня нашло, но эти рассуждения действительно пугали. Хотелось спрятаться от самой себя, закрыть поскорее своё сознание и зарыться в тёплое одеяльце, накрывшись мягкой подушкой. Но, может, и музыка подойдёт?       Признай…       Признать? Нет, я не хочу, мне это не надо. У меня есть любимая академия, которую нужно закончить на «отлично», чтобы Микадзэ заткнулся со своими доводами, а ещё есть братик, за которым нужен глаз да глаз. Зачем мне ещё нужно признавать… Впрочем, что именно признавать?       Ты ведь его любишь.       Нет, не люблю. Я знаю Отоя всего пару недель, как я могла его полюбить? Абсурд какой-то, не могла же я влюбиться в этого позитивного парнишку так быстро. Это просто нереально. Меня просто на просто не могли очаровать его сияющие глаза, наполненные искренностью и добротой, радужная улыбка, дарящая тепло и уют, энергия вокруг него, придающая окружающим сил вставать и идти дальше к цели. Даже этот экстравагантный и бархатный голос…       Вот видишь. Ты его любишь. Просто признай это, тебе станет легче. Да и знакомы вы уже давно, разве нет?       И правда, давно…       Чувствую что-то большое и тёплое на своём плече, из-за чего я оторвалась от размышлений и, вспомнив, что сейчас моим собеседником является не второе «Я», а Отоя, быстро перевела взгляд фиалковых глаз на него. Он оказался совсем рядом, непозволительно близко, даже сердце стало отбивать какой-то особый ритм о рёбра, при столкновении вызывая достаточно громкий звук.       Казалось, я сейчас потеряю сознание, оставшись беспомощной куклой лежать на этой проклятой скамейке. Но, так или иначе, этого не происходило. Я мысленно ликовала, при этом, не забыв дать себе две отрезвляющие пощёчины.       — Ты в порядке, Амая-тян? — нет, конечно, что ты, со мной всё хорошо, просто немного перенервничала и всё. Впрочем, собственно, почему я нервничаю? Любишь. …       Да… люблю. Ещё как люблю! Всем сердцем, всей душой. Его всего.       Почему ты постоянно выигрываешь, оставляя меня разгребать весь этот бедлам, произошедший по твоей вине?! Постоянно… Сама же ты не можешь разобраться в себе, почему бы не помочь?       Смехотворно. Но… я тебе благодарна, спасибо за помощь.       Я тяжело вздохнула, собираясь с силами, – мне сейчас они были как никогда нужны – резко разогнулась, чем вызвала у Иттоки удивлённый взгляд.       Признаю, я люблю тебя, Отоя Иттоки!       Мягко схватив парня за руку, я медленно приблизилась ближе. Честное слово, если я помру, вину скидываем на моё второе «Я» – это оно будет виновато в моей смерти. Затормозив на полпути, я решалась сделать этот шаг в бездну, из которой нет мне возврата. Сердце забилось в разы сильней, а к лицу подлилась кровь, я чувствовала его горячие дыхание на своих губах, но смелости не хватало закончить начатое.       Всё это время я не поднимала свои веки, стараясь тем самым унять дрожь по всему телу. Я не хотела смотреть в его ошеломлённые моими действиями глаза, не хотелось увидеть потом отвращение и неприязнь. Нет, я понимала, что, может быть, этого не будет, ведь Отоя, навсегда останется Отоей – милым мальчиком, видевшем во всём оптимизм. Но, тем не менее, было безумно страшно.       Я ахнула, когда Отоя, первым переступив эту невидимую черту, накрыл своими мягкими губами мои, чуть дрогнувшие от такого неожиданного поворота событий. Моему удивлению просто не было предела. Я… я… Опять то тепло, растекающееся по всему телу, дарило необыкновенную лёгкость. Хотелось просто взлететь, порхать над землёй, вместе с ним…       Я помню, как мама рассказывала мне прекрасные истории о великой силе любви, когда я ещё была совсем маленькой. Тогда мне хотелось такого же счастья, хотелось найти свою любовь всей жизни, принца на белом коне. Я понимала, что всё это лишь сказки. В реальной жизни так не бывает. Но так хотелось в них верить. И я мечтала, ждала и надеялась, но она так и не приходила, не было того, кого бы я по-настоящему полюбила.       И сейчас, наконец, оторвавшись от таких желанных губ, я поняла, что сказки иногда воплощаются в реальности. Я нашла его… мой личный принц.