Глава 1
17 августа 2014 г., 15:15
И Она придет, и не станет покоя ни молодому, ни старому, ни живому, ни мертвому. И ветер вместе со стонами зараженных разнесет Семя Её, вода почернеет и вскипит от нечистой крови, земля взревет от обилия неупокоенных душ. Боль одного станет болью общей, город станет могильником. Небо над мечеными Ею покроется язвами, плодя в себе заразу. Разверзнется почва в немом крике, укрывая в себе Проклятый город. Так завещали предки, так и будет.
***
После нескольких недель нескончаемых дождей и слякоти по небу Магнолии наконец-то разлилась радость. С солнечными лучами она спускалась на улицу, на головы прохожих, отражалась в окнах, воде, играла солнечными зайчиками на лицах уснувших, отражалась от камней мостовых. Молодые жительницы Магнолии скидывали с себя опостылевшие теплые одежды, надевали легкие платья, цветастые юбки, майки, облегающие шорты, оголяя пикантные участки своих тел; жительницам постарше оставалось завистливо вздыхать, вспоминая былые времена. На удивление, осеннее солнце не стремилось расплющить улицы города жарой, отчего маги из Фейри Тейл наслаждались необычным теплом середины октября, обилием заданий и, в конце концов, жизнью и свободой – мастер Макаров уехал по делам, и даже всевидящее око Эрзы не могло отследить и остудить горячие головы волшебников. Хартфилия недовольно поскребла свой стакан. Все развлекаются, радуются внезапно отступившей осени, особо безрассудные даже лезут в воду "купаться" – а у неё что? А у неё все по-старому – пачки счетов за квартиру, пачки ненужных уже чеков и кипы такой же ненужной одежды, купленной, что называется, на горячую руку. Вот бы попался ей какой-нибудь издатель-добродетель, она бы взяла бы и дописала роман, а там гонорары, известность, поклонники и новые романы! Не надо было бы сейчас сидеть и думать, где бы достать лишний джувел. Да только где ж взять такого добродетеля? Эх, если бы да кабы… - Лю-тян, чего грустим? – с улыбкой спросила МакГарден, подсаживаясь к ней. - Да все оттого же, - в ответ улыбнулась Люси. – Ты кажешься встревоженной, что-то случилось? Леви замялась. Неуверенно взглянула на подругу, но все же решилась. - Джет пропал. Сегодня все утро его искали. Вчера не видела его целый день, да и Дрой тоже. Мы немного волнуемся. Люси задумалась. Действительно, когда в последний раз она видела высокого напарника Леви? - А, может, он на задании? – Люси пожала плечами, когда Леви отрицательно покачала головой. – В любом случае, думаю, что с ним все в порядке. - Не знаю, - совсем тихо сказала МакГарден, немало удивив этим Люси. Однако ответить Хартфилии не удалось – громкие крики волшебников заглушили все остальные звуки. Девушка оглянулась на шум и улыбнулась: что бы ни происходило в жизни, в Фейри Тейл ничего не меняется. И этот дух Фейри Тейл она любила больше всего. - Что за бред ты несешь, головешка? – насмешливо крикнул Грей. – Ты и скорость? Это даже звучит смешно! - Ха?! Уж не тебе об этом говорить, Король Труселей! – раздраженно откликнулся Нацу. – В схватке со мной ты все равно продуешь! Окружившие их волшебники загалдели, предвкушая новую эпичную битву. Нацу и Грей столкнулись лбами, почти видим был дух вечного соперничества, исходивший от этих двух. - Нарываешься? А давай проверим?! – почти прорычал Грей. - Давай! Круг вокруг Магнолии, кто быстрее пробежит, тот и выиграл. Проигравший исполняет желание победителя, идет?! - Идет! Ты еще пожалеешь о том, что согласился на это, когда будешь исполнять мое желание. - Это мы еще посмотрим! Сказано - сделано. Под радостный гвалт остальных двое волшебников вылетели на улицу. Переглянувшись, Люси и Леви отправились за толпой.***
Яблоки пахли детством, чуть терпкой обидой, сладкой ностальгией. Может, поэтому она их любит? А может быть, потому что в этом лесу больше почти ничего не растет, а она выжившая из ума старуха, любящая копаться в собственном прошлом. Прошлое как вода: затронешь раз – пойдут круги. Полюшке казалось, что она в самом эпицентре этих водяных колец. Некстати всплывают давно забытые воспоминания, слишком часто щемит душу тоской. Женщина отогнала назойливо жужжащего комара. Прошлое осталось там, в другой жизни. И следует напоминать себе об этом почаще. В яблоке несколько муравьев прогрызли ход. Деловитый упрямый народ. Чем-то они ей напоминали магов – те так же суетились, только все больше без дела. Полюшка положила яблоко назад. Пусть себе суетятся. Что-то должно было произойти: деревья, травы, кусты озабоченно перешептывались, не выдавая тайны. Впрочем, ей не до чужих тайн. Старая женщина и без них знает достаточно. Так уже было однажды, когда ей пришлось выручать старого друга. Мир тогда тоже грозился измениться. Хотя, если подумать, так было постоянно. В его мире все было таким – все гремело, суетилось, двигалось, разрушалось – на руинах строилось, умирало – на черепах рождалось. Пускай. Это их, магов, дела. Полюшка задумчиво взглянула поверх леса, туда, где могли бы виднеться крыши самых высоких домов Магнолии. Выйти в город, чтобы предупредить? Усмехнулась. Нет, точно не сегодня. Приди бы к ней старый друг, она бы предупредила. Она бы и рада предупредить, но о чем? Отчего чувство, словно что-то забыто? Здесь, на этой поляне её когда-то о помощи просили. Или не здесь – память уже не та. Старая женщина прислушалась к лесу. Вдруг идет к ней кто-то. Но никто не шел. Лес оставался неизменным. Ну и пусть. Черт с ним, с этим миром. Их дела. Прочь от этой полянки, от этой ностальгии, от этого чувства долга.***
Магнолия смазывалась в одну линию, по которой можно пробежать. Тележки с цветами и товарами, животные и люди – все это стало незначительными препятствиями, через которые Нацу перемахивал не задумываясь. Это было действительно его: ветер в лицо, безграничная свобода, незнакомые переулки, неожиданные повороты, замысловатые трюки, помогающие оторваться - и пусть Морозильник глотает за ним пыль. Только он не отстает, дыша в спину, но оторваться можно всегда, вот за тем поворотом. Нацу прибавил скорости, оставляя позади себя Фуллбастера. Бамс! Перепрыгнув не вписавшегося в поворот Драгнила, Грей со смехом пронесся по улице. Незадачливый соперник остался теперь позади, и брюнет уже предвкушал победу. Глупый, глупый Нацу, когда ж ты поймешь, что спорить с Фулбастером бесполезно? Они завернули за очередной угол. До финиша оставалось совсем ничего! Гул в ушах нарастал, мир по бокам смазался совсем, и теперь соперники смотрели только вперед, туда, где за последним домом виднелась крыша их гильдии. Ледяной волшебник слышал за спиной тяжелый топот ног Нацу, но только усмехнулся. Ты слишком отстал, Саламандр. Готовься к поражению! Внезапно его ноги запнулись обо что-то громоздкое. С громким вскриком Грей перелетел через это нечто. Не зря говорят: хорошо смеется тот, кто смеется последним. Оглушительно хохоча, Нацу пролетел мимо Грея. - Чёрт! – воскликнул Фуллбастер, мельком обернувшись. Какой-то человек, завернувшийся в теплый плащ, лежал на спине, не подавая никаких признаков жизни. Грей решил, что это очередной пьяница и уже собрался броситься вдогонку, как вдруг тело зашевелилось. - Больно… Полустон, полухрип. И все же этот звук заставил Фуллбастера застыть на месте. - Больно… Грей медленно обернулся в надежде, что ему все это показалось. Пригляделся к телу, резко выдохнул: - Какого…?! - парень бросился к лежащему, аккуратно отвернул край капюшона и так и застыл. – Эй, ты меня слышишь? Лежавший открыл глаза, взглянул искоса на Грея и прикрыл веки в знак согласия. - Что случилось? - Не знаю, - тихо ответил тот, как вдруг его лицо исказилось болью. Он выгнулся, вцепившись в полу плаща, и изо рта, сквозь сжатые зубы, потекла пена. Завернув больного в плащ, Фуллбастер прижал его к мостовой и шептал что-то бессмысленное, успокаивающее. Тело больного обмякло, его глаза закатились, а Грей, чувствуя как бешено колотится сердце, бережно взял его на руки. - Держись, парень, только держись, - прошептал Грей и тяжело поднялся. Из последних сил парень побежал к гильдии. Какое теперь к черту соревнование! Где-то в переулке мяукнула кошка, хлопнула дверь, плеснула вода. Из темноты выбежал рыжий пес с изодранным боком, деловито лизнул ошметок кровавой пены, фыркнул, и так же потрусил по улице.
