Take a Breath

(lm - lightning)

Потерянный и обезумевший, человек способен на всякого рода вещь. И, когда отметка на спидометре уже давно перескочила отметку 100, а времени становится все меньше и меньше, особо не задумываешься о морали и совести, о том, ради чего жил и к чему в итоге пришел. Твой друг в беде, в глубокой яме, в которую толкнул его ты сам. Вытащить Хейли из этого ада – моя обязанность. Когда на том конце провода раздался голос моей подруги, в сердце больно кольнуло, а ноги подкосились. Потеряв всякую способность рассуждать здраво, я толкаю миссис Пайн, так не вовремя оказавшуюся на моем пути, хватаю с тумбы ее ключи от машины и выбегаю на улицу. Телефон в руках начинает вибрировать, оповещая меня о новом сообщении. На экране высвечивается адрес, и я, не теряя ни секунды, сажусь за руль и завожу машину. Что я наделала? Насколько сильно они искалечили Хейли? Во что я всех ввязала? Бесконечный поток вопросов, но ни одного верного и четкого ответа. Я вспоминаю слова Хейли, все ее предостережения касательно Малика, ее предупреждение о том, как мое любопытство может выйти мне боком. Почему она оказалась права? Почему все так? От бессилия стучу кулаками по рулю. Я вытащу ее, даже ценой собственной жизни. Сердце бешено стучит, и адреналин бьет по вискам. Я вдавливаю педаль газа в пол, набирая практически максимальную скорость, и все равно будто еду слишком медленно. Меня накрывает страх того, что вот-вот – и будет слишком поздно, но просто не позволяю себе думать об этом. Я боюсь думать об этом. Наконец, кажется, спустя целую вечность, я вижу знакомое здание и подъезжаю к указанному месту. Заброшенный склад, что стоит чуть поодаль от многоэтажек. Не оригинально, но зато есть где спрятаться. Останавливаю свою машину недалеко у входа. Сейчас нужно действовать крайне осторожно, но решительно, так как есть только один шанс сделать все правильно. Я не могу войти туда с пустыми руками – совсем не велика вероятность того, что я выйду оттуда на своих двоих. Никакого оружия, вроде пистолета или хотя бы ножа, у меня нет. Что делать? Черт, я даже не знаю, сколько там людей и что они вообще задумали. Как мне быть? Почему я не позвала никого на помощь? Я совсем растеряна, чувствую, будто тону. Барахтаюсь изо всех сил, но глубина тянет меня вниз, ко дну, в темноту. И я должна сейчас молить о помощи, кричать, но голос мой совсем тих, а вокруг – ни единой души. Только такие же утопающие. Откидываю голову назад и закрываю глаза. Думай, Санни. Думай. Осматриваю местность вокруг. Шанс на побег отпадает – нас застрелят в считанные секунды. Я понимаю: если бы они хотели убить меня, они бы давно это сделали. Что же тогда? Они хотят выудить из меня информацию о Зейне? Или, что еще хуже, пытаются поймать его через меня? Неужели я – приманка? Тогда к чему впутывать в свою грязную игру Хейли? У входа в склад появляется человек в черном костюме. Слишком большой – в рукопашном бою он сделает из меня отбивную меньше чем через десять секунд. Этот человек поднимает руки вверх, подобным жестом призывая выйти из машины. Но интуиция подсказывает – западня. Раздумываю недолго. Страх и сомнения вдруг исчезают – я уверенно нажимаю на педаль газа и мчусь вперед. Не успевший среагировать, мужчина, разбивая лобовое стекло автомобиля тетушки, падает где-то позади, в то время как я, словно обезумевшая, мчусь на другого бандита. Он успевает отскочить, и это решение становится фатальным для третьего бандита, прятавшегося за вторым. Останавливаю машину и осматриваюсь. Тот, что успел отскочить, теперь прятался за мощным столбом. Я выхожу из машины и подбегаю к мужчине, которого сбила последним. У его головы образовалась небольшая лужа крови, но бедняга еще дышит. Хватаю пистолет, что лежал рядом. Бегу обратно к машине и прижимаюсь к ее дверце. Целюсь в ту сторону, где прячется за столбом бандит. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Спокойно, Санни. Сосредоточься и не думай ни о чем. Представь, что ты снова в тире, и он – мишень, в которую тебе нужно попасть. Легче легкого. Руки трясутся; секунды кажется вечностью. В какое-то мгновение мужчина выбегает из укрытия, и я, не теряя времени, нажимаю на курок. Дважды. На второй раз человек в маске падает. Убила? Слышу громкий топот – я лишь успеваю заметить чью-то спину, прежде чем она скрывается за бетонными стенами помещениями. Тело напряжено до предела, кажется, будто все оно превратилось в сталь. Я чувствую, как кровь пульсирует по венам, как она растекается по всему организму вместе с адреналином. Мысли лихорадочно крутятся в голове, одна перескакивая другую, и с каждой секундой я будто теряю способность соображать здраво, но все еще твердо стою на ногах. В помещении устанавливается тишина. Не обычная тишина, не умиротворяющая, не таинственная. Тишина убийственная, тягучая, отвратительная. Дышу тяжело, и каждый мой вздох дается с неимоверным усилием – легкие будто сдавливают в тисках. Пытаюсь позвать Хейли, но вместо крика из горла вырывается сдавленный хрип. Я не позволяю себе расслабиться – ноги еле держат меня, и если я хоть на секунду потеряю контроль – провалюсь в долгий и мучительный кошмар. Слышу быстрые стуки своего сердца, что, кажется, отдаются эхом по всему зданию. Вот-вот – и оно – сердце – остановится. И я остановлюсь. Перестану существовать. Я попала в западню, и охотники вот-вот захлопнут ловушку. Накинут сеть. Вопрос только в том, чего они ждут. – Санни! Хейли. – Санни! Санни! Она бежит, спотыкаясь, бежит от огромной волны, которая сейчас захлестнет ее. Бежит ко мне, будто я ее единственный спасательный круг. – Хейли! Наконец-то! Я так испугалась. Я сжимаю подругу в объятиях. Она здесь. Живая. Здоровая. Неважно, что было прежде и что будет после - Хейли в порядке. Из моих глаз потоком льются слезы, и я все крепче обнимаю ее. – Мы выберемся отсюда, Хейли. Все будет хорошо. – Пошли отсюда скорее. Я отстраняюсь от своей подруги. Ее волосы растрепаны, тушь потекла, испачкав все лицо, глаза пусты, а губы дрожат. А я ведь даже не знаю, что пришлось ей пережить. – Прости меня, Хейли. Это... Это все из-за меня. Я... – задыхаясь в слезах, я предпринимаю жалкие попытки попросить прощения. – Я всего этого не хотела. Прости. – Все позади, Санни. Я буду в порядке, – Хейли переводит взгляд на лежащее на холодном полу тело и сглатывает. – Пойдем отсюда, иначе я окончательно сойду с ума. – Да, хорошо. Хейли подходит к машине и открывает дверь. Садится на пассажирское сидение. Движения ее медленные и очень неуверенные, она вся дрожит как осиновый лист. Я осматриваюсь. Почему эти люди не двигаются? Неужели я их убила? Почему так тихо? Это выглядит очень подозрительно. Такая девушка, как я, не смогла бы одолеть трех бугаев за раз. Должно было быть хоть какое-то сопротивление. Я знаю, что в здании больше людей, чем те, которых я покалечила. Знаю, что они сейчас следят за мной. Чего? Чего я не вижу? Что упускаю? – Санни! – Хейли вырывает меня из мыслей. – Поехали уже. Я смотрю на подругу. Беспомощная и слабая, она смотрит на меня умоляюще, но вдруг что-то в ее взгляде меняется, и теперь направлен он на что-то позади меня. Взгляд, полный испуга. – Не так быстро, – от этого насмешливого отвратительного голоса по коже пробегает стадо мурашек. Найл. Бездушная копия человека. – Ух, Санни, а ты не так проста, как кажется. Уделала моих людей. Он появился в окружении четырех охранников, которые в одно мгновение окружили нас с подругой. – Чего тебе надо? – Хотя, – не обращая на меня особого внимания, парень продолжал. – На самом деле, не очень-то и сильно ты их ранила. Но им было приказано не оказывать особое сопротивление. Я хотел немного поиграть, знаешь ли. Позволить тебе почувствовать, что ты свободна, позволить обрести крылья, чтобы потом медленно их срезать, – смотрит на меня исподлобья, на лице играет злая усмешка, и сам Найл – воплощение всего худшего, что только может быть в человеке. – Но, знаешь, мне всегда не хватает терпения. Мне надоел этот спектакль. Ведь ты так ослеплена страхом, что ни о чем другом не можешь думать. Ты выглядишь так жалко. Каждый раз он повторяет, какая я жалкая. И каждый раз его медленный, тягучий голос высасывает из меня душу. Но сейчас я слушаю Найла вполуха. Думаю совсем о другом. Осознание будто оглушило меня, ударило под дых. Нам отсюда не выбраться. Мне отсюда не выбраться. – Санни, ты такая глупая, что решила сбежать от Зейна. Наверное, ты даже не понимаешь, как это сыграло мне на руку? – Найл подходит ко мне вплотную и, ледяными глазами прожигая во мне дыру, произносит: – Ты хоть знаешь, что развязала войну? – Чего ты от меня хочешь, Найл? – Ты наверняка знаешь, чего я хочу, – он отходит на несколько шагов, делает небольшой круг вокруг меня и останавливается напротив. – Я устал, так что давай сделаем все быстро. Нужно прикончить твоего дружка, который уже встал мне поперек горла. И, моя дорогая Санни, ты мне в этом поможешь. – Откуда такая уверенность? Найл слегка приподнимает брови, и я начинаю понимать.Медленно поворачиваюсь и вижу неслышно плачущую Хейли и охранника, что направил на мою подругу пистолет. – Хорошо. Я помогу тебе. Но отпусти Хейли. – Нет уж, – Найл смеется. – Либо вы уйдете вместе, либо не уйдете вообще. Звони Зейну. Телефон с собой у тебя наверняка имеется. – У меня нет его номера. – Нет проблем. Я наберу. Он выхватывает из моих рук смартфон и, быстрым движением пальцев набрав номер, возвращает его, предварительно нажав кнопку вызова. Прикладываю трубку к уху, прислушиваясь к равномерному звуку гудков. – Слушаю. Сердце останавливается. Зачем я слепо последовала его приказу? Зачем позвонила? Ясное же дело – Зейн помчится мне на помощь, тем самым подписав себе смертный приговор. Кого мне похоронить? Зейна или себя вместе с Хейли? Я не могла сделать ни то, ни другое. После всего пережитого я не могла убить Зейна. Неужели нет никакого выхода? – Привет, Зейн. – Санни? Почему же он оказался таким неосмотрительным, а я такой медлительной? Почему он позволил себе попасться в руки безжалостных кукловодов, и почему я не уехала раньше, когда в запасе было четыре месяца? – Санни? Ты в порядке? Где ты? – Все хорошо, – медленно и громко выдыхаю. – Все в порядке. Я просто соскучилась. – Соскучилась? – его тихий и недоверчивый голос прокрадывается внутрь моего подсознания, заставляя, вынуждая признаться во всем. Нельзя. Ничего ему не говори. – Санни, серьезно, что с тобой? Где ты? – Почему твои руки были тогда в крови? Перевожу взгляд на Найла. Взгляд выжидающий и любопытный. Любопытство – порок, когда оно переходит через край. Я знаю, о чем говорю. – Я тебя не понимаю. Где ты? Хотя бы намекни. – Помнишь, когда я попросила у тебя телефон, чтобы позвонить маме? А мой разговор с сестрой помнишь? На самом деле я все выдумала. Я не звонила сестре. Мне просто нужно было отвлечь тебя. Все, что я говорила – неправда. Слезы стекали по моим щекам, и я их не контролировала. Я уже больше ничего не контролировала. Знала только – мне нужно все рассказать Зейну, здесь и сейчас. Есть только я и моя душа, что, наконец, вырвется из собственноручно созданной клетки. Не знаю, почему Найл меня не останавливал. Вряд ли он был под впечатлением от моих признаний. Скорее всего, нужен был всего лишь звонок не со скрытого номера, чтобы тотчас определить наше местоположение. А, согласитесь, здание, в котором я находилась сейчас, не вызывало особого доверия. Зейн наверняка уже понял, что я не в порядке, и сейчас вычислял, где мы находимся. Я знала, что звонок был ошибкой, но не видела другого выхода. И, если уж нельзя больше ничего вернуть или исправить, мне остается только один выход – говорить. Я забыла о Найле. Об охранниках, окружавших меня. И даже о Хейли. – А помнишь поездку в Сан-Франциско? – сглатываю комок в горле. – Кажется, это было лет сто назад. Так давно. Зейн, в тот момент я так ненавидела тебя. Конечно, я всегда ненавидела тебя, но тогда помимо ненависти я испытала чувство глубокого разочарования. Понятия не имею, как я могла простить тебя, простить все твои обидные слова, забыть всю боль, которую ты мне причинил. Знаешь, – улыбаюсь сквозь слезы, – я понятия не имею. – Все будет хорошо. Мы будем в порядке. Все будет хорошо. Сколько раз я слышала эти слова сегодня? Сколько раз сама повторяла их? Ничего не будет хорошо, и это нормально. В какой-то степени это нормально. – Мы не будем в порядке, Зейн. У этого лабиринта нет выхода. Есть только бесконечное блуждание по его темным закоулкам. Найл дает какой-то знак, и охранники, держа Хейли под руки, отходят на достаточно большое расстояние. Сам парень присоединяется к ним. Теперь я нахожусь вне зоны их слышимости. Кажется, Хоран все понял. Своей цели он добился – Зейн скоро будет здесь. И теперь давал мне право на последний разговор. Хейли все еще была в их руках – я не могу сделать что-то такое, что может причинить ей вред. Я могу только говорить о том, о чем боялась говорить. – Санни… Я рядом. Ты в безопасности. – Я никогда не буду в безопасности. Даже если бы ты был обычным человеком с обычной жизнью и обычным хобби, и мы бы познакомились при совсем других обстоятельствах, я бы все равно не была в безопасности. Просто уезжай. Прощай, Зейни. – Санни… Санни! Я выключаю телефон и бросаю его в сторону. Найл смотрит на охранников и еле заметно кивает головой. Темная бездна встречает меня с раскрытыми объятиями.