Война с самим собой

Во мне проснулся Гробовщик и его юмор. Я предупредила. *** Бегать на костылях не удобно, но Дик за пару месяцев осваивает эту науку в совершенстве, и даже бег с препятствиями становится для него пустяковой разминкой. Настоящей проблемой являются прыжки. Перемахнуть через подоконник не так уж и сложно, а вот приземлиться без потерь удается не каждый раз, но вожделенная затяжка стоит значительно больше сломанного костыля и похереных тапочек, так что бегать дрикс не перестает ни через неделю, ни через месяц. - Вы бы так реабилитацией занимались! – бурчит пожилой врач, наткнувшись на северянина поздней ночью в женском туалете. - Поменяйте мне лечащего врача и я уже завтра забегаю без костылей, - привычно парирует парень, блаженно затягиваясь. - Не понимаю вашей ненависти к практиканткам, уже третья за последний месяц… - сетует старый врач, осматривая пациента. - Я не труп, чтобы на мне практиковаться. - Вы голубчик хуже трупа, - вздыхает врач – Вы имеете наглость бегать на незажившей до конца ноге и тем самым сводите все мои старания к нулевому эффекту. - Нога не отвалится, а вот нервов на ваших… практиканток у меня точно нет, я между прочим контуженный… у меня и справка есть. - Как же помню-помню, при мне ее вам и выписывали, по вашему же пожеланию… Потерпите, уже через месяц мы вас выпишем, а может и того раньше… если перестанете забеги по всей больнице устраивать… и курить не пойми что. - Почему не пойми что? – возмущается Дик – Отличный гашиш, еле пронес. Попробуете? Врач устало вздыхает и качает головой. Он лечит этого мальчишку всего второй раз за всю свою долгую практику, но знает северянина пожалуй получше, чем все его сослуживцы вместе взятые, и странная ненависть к практикантам его удивляет, ведь в прошлый раз дрикс наплевательски относился даже к обещанием ампутировать ногу, только попыхивая сигарой спросил, где можно приличным протезам разжиться, а тут… *** Жить на гражданке не получалось. Существовать да, жить нет. Это дошло до Дика в первый же день без костылей, который он благополучно закончил в отделении полиции откуда его, к его же всеобъемлющему ужасу, вытащили три полу-грации,* что еще сегодня утром пытались его залечить до смерти. - Пришли добить? – хмуро произнес северянин, взамен приветствия. - Предлагаю сделать вид, что мы его не знаем, - спокойно произнесла сероглазая недо-грация, зло раздувая ноздри и явно собираясь в скором времени раскашляться. - Но Айри, это как-то… - залепетала голубоглазая полу-грация, смущенно поправляя воздушный платочек на шее. - Я гей, - хмуро произнес Дик – И квартира у меня в кредит… И вообще я безработный… и контуженный… у меня и справка есть. - В первый раз его вижу, - зло шипит голубоглазая и, не дожидаясь развязки, вздернув маленький носик, удаляется. Айрис что-то порычала себе под нос и тоже поспешила за подругой. - Попытки юмора будут? – осведомилась кэнеллийская грация, продолжая заполнять какие-то бланки. - Могу станцевать на стойке. - Они уже в курсе, что ты контуженный и со справкой. - Никогда не стоит давать людям ложные надежды, - усмехнулся Дик, довольно шустро вскарабкиваясь на стол. Кэнеллийка только усмехается и щурит черные глаза. *** Второй день свободы кончился как первый, но этой концовки дрикс не запомнил, потому как он узнал, где в столице торгуют неплохим гашишем и к его несказанному счастью там торговали не только им, но еще неплохим виски и вполне себе симпатичными девочками, а еще там устраивали бои в клетке и был тотализатор. - И как ты только до своих лет дожил? – зло произнесла недо-грация, в три ночи, все в том же участке. - Я пережил твое лечение, и автоматически получил статус бессмертного, - усмехнулся Дик, скручивая из пальцев знак мира и похуистически куря в камере. Алва устало выдохнула, сдувая челку со лба: - Я не буду тебя вытаскивать. - Я и не просил, просто все, что у меня есть из документов, это выписка из больницы с твоим именем, - последние слова даются дриксу почему-то очень тяжело, как и сидячее положение. - Ты же не забыл, что тебе нельзя пить? – спрашивает недо-грация напрягаясь. - Что значит забыл? – мямлит Дик отъезжая куда-то в темноту, собственный голос казался ему глухим и каким-то неродным – Я брезгую этими знаниями… - Еблан. – зло рычит женщина, срываясь с места. Ее испуганные глаза и тусклый свет льющийся через открытую дверь последнее, что запоминает северянин, прежде чем потерять сознание, а когда то все же возвращается, первое, что видит рядовой, это заинтересованные синие глаза напротив. *** Третий день был самым хреновым, потому что сколько бы Дик ни моргал, глаза не пропадали, а сил протянуть руку и развеять глюк, так сказать в ручную, банально не хватало. - Ра-а-ами-и-и-и, - тянет глюк – Он очнулся! - Свали в туман, - по-доброму просил дрикс, не сильно рассчитывая на удачу. - И хамии-и-и-ит, - усмехается глюк, но послушно пропадает из поля зрения, зато его место занимает Алва в халате. - Боги… только не это, - стонет северянин, пытаясь подняться с кровати и куда-нибудь уползти. - Да, это снова я, - усмехается практикантка – И это снова твоя любимая палата! Из который ты не выйдешь еще пару недель! И, кстати, бонусом и совершенно бесплатно ты теперь торпедоносец! Еху! Мои поздравления! - Лучше бы я сдох, - устало произнес дрикс, прикрывая глаза. - Забыл? Ты у нас бессмертный! - Рами, это твой парень? – спрашивает глюк уже откуда-то из-за двери палаты. - Нет, и ты кстати наказана, так что тащи свою попку сюда! Будешь присматривать за этим придурком, что бы он торпеду не вырезал… с него станется. - Проклят. – шепчет Дик, смотря как девочка лет пятнадцати вваливается обратно в палату – Я точно проклят. - Меня вообще-то Росио зовут, - обижается кэнеллийка, в наглую заваливаясь на стул рядом с кроватью, северянин устало стонет и накрывается с головой. Пиздец подкрался незаметно и по всем фронтам. __________ * Это НЕ отсылка к одноименному сериалу, это отсылка к Рафаэлю Санти. Именно к Санти и не по тому что в поисковике он выползает первым, просто его картина мне нравиться больше.