Служебный роман

Мы с Алёной и Викой сидели на кухне и учили Анюту готовить. Ну, как, учили... Просто готовили еду на наш девичник. Без матерей. Ибо они на нас всех обиделись. - Эльза, а почему медовый месяц называется медовым? – Аня подняла свой наивный взгляд на меня. - Потому что, детка, в моём случае, Том уже добился своего, и может есть столько сладкого, сколько душе будет угодно, и не обращать внимания на диеты и тренажёрный зал, – потом добавила на русском, чтобы она не поняла. - Ибо сожжёт он калорий за этот месяц больше чем всегда – известным всем способом 18+. - Ну да. Заодно и тебя замучает, – Алёна поиграла бровями. - Слушай… - Что? - Хотя да. Или нет, это я его замучаю, потому что медовый месяц выпадет на последние месяцы беременности. Уа-ха-ха-ха! – я взяла ложку двумя руками и начала перемешивать салат а-ля злая ведьма с этим смехом. У Алёны опять приступ смеха начался. - А в моём случае, это когда невеста уже добилась своего и может тоже есть сладкого сколько угодно. Не опошляйте, девчонки! – у Вики всегда был пунктик на лишнем весе. Сколько её помню, она либо ест всё, либо не ест совсем. Тут в комнату зашли мужчины. Точнее предводитель и Бог праздников папа, Том, Влад и Кирилл, а вот уже не моего свёкра не было. Сто процентов, его жена не отпустила. - Том, перестань! Почему ты не хочешь устраивать мальчишник? Это же традиция, – папа пытался его уговорить. Да, свадьба не наша, но мама… В любом случае распишемся мы в Лондоне. - Да, это традиция! – поддакнул Влад. - Ну, представляешь стриптиз? – Кирилл томно посмотрел на нас. - Представляю… - Влад сделал этот кошмарный томный взгляд. - Ну, там девушки борются в грязи… - Кирилл, заткнись. Аня, зайка, может, ты пойдёшь смотреть мультики? - Хорошо, шеф. Кстати, девушки в грязи - отстой, круче, когда они борются во фруктовом желе, – все удивлённо проводили её взглядом. - Эльза, Вика, скажите, ведь вы не против мальчишника? - Это такой вечеринки, где девушки в бикини будут танцевать вокруг моего жениха? Да? -Вика выглядела возмущенной. - И садится ему прямо на… эээ… колени? – на божественные коленки Томаса! - Лично я считаю, что стриптиз – это унижение для женщины. И он меня нисколько не возбуждает, – Том положил руку на грудь. - И меня! – поддакнул Влад. Алёна усмехнулась. Мы с Викой переглянулись и ответили хором. - Ну, тогда ладно, идите. - Да, у нас будет мальчишник! – возрадовался рыжий. - Ты что радуешься? Ты ж на него не пойдёшь, – папа и Кирилл отвесили ему по подзатыльнику и ушли. - Знаете, я бы на вашем месте не отпустил их на мальчишник. Я бы просто запретил им... идти без меня. Обида! – на нас это не особо подействовало, поэтому Влад побежал за ними и истерично кричал. - Шеф, шеф я сделаю для вас всё что угодно, только разрешите пойти с вами! Ше-е-е-еф! Алёна посмотрела вслед галопирующему рыжему существу и вздохнула. - Рискуете, девчонки. Так их и увести могут. - У тебя, как обычно, оптимизм изо всех щелей, - я развела руками. – Главное, чтобы живыми вернулись, а с остальным разберусь. Тем более, Том же такой порядочный, такой целомудренный. Он кожицу с куриного окорочка снять стеснятся, а ты говоришь о таких вещах. Кстати, не хотите окорочка поесть? – я подошла к холодильнику. - К чёрту диеты! Давай! – Вика капала слюнями, Алёна снисходительно кивнула. - И что сидите? Берите, – они подошли к холодильнику и стали выбирать. В коридоре вновь раздались шаги, и мы, аки тараканы при включенном свете, спрятались за ночным богом. На кухню опять зашли мужчины. Как призраки, по дому шляются. - …И тут я засовываю ей за резинку трусов 200 долларов! – Кирилл. - М-м-м, а я обычно сотню сую, 200 многовато за раз, – Том. Стоп! То-о-ом?! - Слушайте, а мелочь? Мелочь можно? А то у меня есть немного, – типичный Влад. - Нельзя, трусы оттянешь. – ответил папа и, судя по звуку, дал ему очередной подзатыльник. Мы с девчонками вышли из-за холодильника. - В общем, я уверена, что Кирилл устраивает эту вечеринку только чтобы порадовать папу. - И стриптизерш, вот у них то точно радости будут полные штаны, – шутка-минутка от Вики. - Надо наш девичник спланировать. Только без мам, а то они не поймут наших развлечений, – Алёна встала в позу аля тибетский мудрец и задумалась. - Кстати, да. Ну, по ходу разберёмся. Будем проводить вечер под девизом «Адекват не наш формат». - Самый нормальный план, ю ноу, - девчонки засмеялись. Я торжественно поклонилась и мы продолжили готовить. POVТом По многочисленным заявкам мы всё-таки поехали в бар. Ну не могу я так, мне совесть не позволяет, для меня это всё равно, что изменить. Но расстраивать шефа не хочется, да и Эльза разрешила, поэтому я поехал. Вместе с нами были ребята Кирилла и парни из группы. Мы сидели за столиками. Я вместе с шефом и Владом, Кирилл оперативно смылся сразу по приходу. Я сидел как на иголках, совесть грызла ужасно. Рядом танцевали девушки в индийских костюмах. - Шеф можно взглянуть хотя бы одним глазком? – у Влада были завязаны глаза. Шеф сказал, что рано. Тот заёрзал на стуле. - Не балуй. Тоже мне, Кутузов нашёлся. - Что? Что они сейчас будут делать? – взволновано спросил он. - С тобой ничего, не волнуйся, – шеф поправил ему повязку. – Том, а тебе и вправду не нравятся обнажённые девушки? – спросил шеф со смехом. - Абсолютно не нравятся! – подошёл официант. – Значит, мне салат с бабами… ой, то есть, с крабами, блондинку… - шеф засмеялся. – …грудинку и куриные бёдра, в-всё. - Признайся, что тебе здесь нравится, – с самодовольной улыбкой сказал шеф. - Нет, мне здесь не сильно нравится, но вот здесь и здесь... – я указал взглядом на танцующую девушку. – ...у неё действительно неплохо. – я опять замялся. - Какая замечательная вечеринка, шеф! – отозвался голос Кирилла. Он спустился со сцены, где танцевали девушки, в одной футболке, трусах и ботинках, при этом всё вышеперечисленное было в желе. - Кирилл, ты что, боролся с девушками?! – воскликнул я. Да, если я в таком виде пришёл к Эльзе домой, то она бы меня прямо там на кол посадила. - Нет, я п-п-п… - он засмотрелся на девушку. - …пробовал желе. - Ну, расслабься Том, отведай свободы напоследок. А? – упрашивал меня шеф. - Поосторожнее со свободой, наш народ к ней ещё не очень привык, потому что у него с утра от неё голова болит, – предупредил Кирилл. - Это верно. - А знаете, что я сейчас подумал? - у меня в голове появилась одна мысль. - Знаем, но это у неё за отдельную плату, – сказал шеф. - Нет, нет, что вы, я не об этом. Я подумал, что скоро придётся мне с этими глупыми вечеринками и мудрыми друзьями-собутыльниками завязать. - Том, ты покидаешь шоу-бизнес? Кошмар! – пожалел меня Кирилл и отправился обратно на танцпол. - Нет, я женюсь, и у меня будет ребёнок, - все сочувственно на меня посмотрели. - Всё! Достало, я пошёл! – воскликнул Влад, сдёрнув повязку, и направился к бару. - Да, уж. Для него же лучше делал... – ухмыльнулся шеф. – Так, что ты там говорил? - Да, я женюсь. Женюсь на самой чудесной девушке на свете, на моей Эльзе. - О, кого-то на лирику потянуло. Успокойся ты уже. Эльза не узнает, обещаю. - Я и не беспокоюсь, но душа не на месте, чувствую себя вором. - Ладно, сейчас рыжий «успокоится» и домой поедем. Успокаивался он недолго. Мы вышли на улицу, и дальше, по идее, он должен был начать трезветь, но не тут то было. Кирилл отправился домой, изъявив желание оставить штаны в баре, а рыжий начал от нас убегать и нам пришлось его догонять, потому что он хотел от нас спрятаться. А потом он разделся догола. Увиденное не развидеть... Затем он нашёл полицейскую машину и залез на неё. Что было дальше, не прикрыть цензурой 21+. Стыдно!.. Но видео записать надо. Продолжалось это до тех пор, пока не появились сами полицейские. Мы с шефом унеслись в направлении к машине, оставив Влада на произвол судьбы. В это время позвонила Эльза. - Привет, что делаешь? Когда вернёшься? – она обеспокоена. Ещё бы, ночь на дворе. - Бегу, скоро буду, – еле ответил я. Мы добежали с шефом до машины и уехали домой. Надеюсь, Влада отправят в вытрезвитель... POVЭльза Начало темнеть, и мы оправились на поиски приключений. Первым номером нашей программы была прогулка до стриптиз бара. Так неловко мне никогда не было. Ну, пришли мы туда. Для меня это начало становиться юмористическим мероприятием. Мы набрали еды и зачем-то сели прямо перед сценой. Танцует значит перед нами мужик, в костюме Тора (Господи, почему я представила Криса в этом одеянии... ну, как - одеянии, тряпочкахх). Так это чудо вдруг под ползло ко мне, взяло мою руку и засунуло к себе в трусы. - Зашибись! Поела пиццу! Меня это почему-то разозлило. Хотя нет. Меня это конкретно взбесило. Я немного наорала на Вику и орущую от смеха Алёну, и мы отправились домой. Дома ждал конкурс Вики по поеданию чего-либо на спор. Все сдали по нескольку бумажек с написанием продукта. Я просто молилась, чтобы это была не корица. Я пробовала съесть целую ложку, но что-то пошло не так... Полный нос корицы и слёз - не лучший исход. - Итак, берите. – Вика встряхнула мешочек с бумажками и протянула нам. Алёна уверенно взяла первой. - Мне надо съесть… - глаза у неё стали размером с тарелки. – Перец чили! Это самоубийство! Далее была я. - А мне целый лимон... – ну не самый худший вариант. - Может не надо, а то ещё… - Можно Алён, не волнуйся. Всё под контролем. Потом была очередь Вики. - Ложку корицы, – и тут нас с Алёной накрыло. Приступом смеха. - Будь мужиком, держись, – мы с Алёной победно дали друг другу пять. И тут началось самое страшное. Исполнение приговора. - Вот, прошу. – я отдала Алёне засохший перец. – Он немножко подсох, пока ждал тебя. - Поддержка от Бога. Она взяла перец и надкусила его. Получилось так, что она часть оторвала. - Я надеюсь, там жуков нет? Вроде нет. Пока всё нормально, - пока. Через пару секунд началось самое страшное. – Ох, ва-аха-ха. Жарко! – она это пропела как оперная дива. После мучений и помахиваний, она всё-таки съела его. Потом настала моя очередь с лимоном. Алёна «квакала» от моих гримас. - Помнишь, что лицо, что локоть, – люблю её. Я разрезала его на несколько больших кусков. - Боже, он аж солёный. Но после того как проглотишь, и рот слюнями наполнится, так сладко. Боже, я съела его и я жива! Но было всё равно вкусно. - Тебя не поймёшь! – возмутилась Вика. - Тебе что-то не нравится? Давай, жги с корицей. Запыхала она всю кухню корицей, будь здоров. - Я чуть не умерла. – она постояла секунд десять, смотря в одну точку. – Как быстро это было! Далее мы врубили Снуп Дога и танцевали под Smoke weed everyday. Это было нечто! Столько позитива и упоротости! Потом Алёна узнала, что есть на свете такой няня Люк. И то, что он агент Тома. И ещё самое главное, над чем Алёна долго смеялась, Люк - гей. Ну, бывает. - Пусть Том осторожней будет, а то с твоим милым станет то же самое, что случилось с тобой пару месяцев назад. Ну, помнишь, да? - Не будет, Люк хороший. Вы с ним чем-то похожи, кстати. Когда я показала ей его фото, то её гиений смех, наверное, аж в Лондоне был слышен. Дело в том что Люк очень «удачно» получается на фото. - Что же он такой упоротый-то? - Как ты, – тут меня на «ха-ха» так пробило. - Что есть, то есть. А давайте ему по Скайпу позвоним? – это плохо, очень плохо. - Нет! Никогда! Ага, так меня и послушали. Бедный Люк! Упоротость - это диагноз. Зато с ним по душам поболтать можно. Он спокойный, тихий, правда иногда, когда Том его не слушается, бывает просто невыносим. Сначала он на меня почти накричал, за то что нас с Томом могли заметить, ну, и всякая остальная дребедень. Но после моей заявки про то, что я в положении, чуть не расплакался. Эх, всё-таки Люк хороший. На часах было 01:42. Пришёл Кирилл в трусах и желе. - Вот он я! Вот он, мой дом родной! – крикнул он и упал. Вика готова была его убить. - Кирилл, а где остальные? - Так, так, так… - он начал загружать локацию. – Они скоро приедут. И он был прав. Приехали. Том и папа без Влада. Сначала все были рады, но потом Алёна поняла, что в полицию придётся ехать ей, потому что Влад особо никому не нужен. Но на это зрелище хотела посмотреть и я, поэтому ей будет не скучно. Том успел заснять его подвиг на полицейской машине, и после просмотра мы с Алёной одновременно посмотрели друг на друга. - Кто залезает ментам на машину? - Го-лый му-жик! - Кто демонстрирует всем свои …. - Тихо! – в этот момент зашёл папа. Мы не могли остановить приступ смеха, а он сделал вид, что ничего не слышал. - Я баню затопил. Идёте? Мы с девчонками переглянулись. Они сбегали за купальниками и теперь мы все вместе стоим в предбаннике и замерзаем, потому что папа нас не пускал с аргументом, что ещё не готово. Вскоре он всё отремонтировал и смог нас впустить. Сидели долго, и тут мне стало плохо. Сначала был жар, как в аду, а потом меня и вовсе начало знобить. - Эльза, Тома в этот раз не буду просить, плесни как следует, – папа подтолкнул меня. Я только встала, чтобы потянуться к ковшу, как в глазах потемнело, ноги подкосились и я начала падать. Сознание отключилось, и вот я уже лежу в предбаннике на диване, завёрнутая в простыню. Даже пошевелиться было тяжело, да и глаза упорно не хотели открываться. - Ого, она почти фиолетовая! – Вика была явно взволнована. Ещё бы. А мне самой как-то фиолетово... Лежу, слушаю. - Алёна, говори уже, когда она очнётся?! – Том нервно кричал. - Я врач тебе, что ли?! Успокойся и жди, нехрен тут самого беспокоящегося строить! - Не орите! Она скоро отойдёт, только вот ваши крики этому не помогут. - единственная адекватная мысль за сегодня, и, конечно же, от папы. - О, в себя приходит! Я с трудом разлепила глаза, и первым, кого я увидела, стал Том. - Поднимите мне веки! - все облегченно вздохнули. - Ты как? Голова не болит? Не кружится? - Не, нормально, – наврала, по вискам стучали дятлы, а мир вокруг пролетал мимо, как на карусели. – Перегрелась немного и не заметила. Беременность… - я развела руками. Папа задвинул наставление от души про мою безответственность, а так же добавил, что лучше про это недоразумение маме не рассказывать, иначе будет всемирный облом. Она будет бочку на Тома катить, что не уследил. Да кто вообще уследил бы, если я всегда в уголке рядом с каменкой сижу? Когда я более-менее пришла в себя, мы переместились в дом, в частности, на кухню. Зашёл разговор о Малышевой. И вместе с этим древнее видео про, кхе-кхе, обрезание, которое стало настоящей легендой в России. Том, естественно, это видео не видел, но и показывать ему мы не собирались. Не хотелось рушить ему психику. Но Том потом достанет со словами «что там было, мне интересно, расскажи». Рассказывает интересней всего папа, поэтому это был его выход. - Итак, одна ведущая рассказывала о пользе обрезания. И ладно бы просто рассказала, народ и так всё понял бы, так ей надо всё показывать на примерах, - Том чуток побледнел. - При этом, чтобы закрепить результат, пригласила раввина. Папа вышел из за стола и начал сказ немного писклявым голосом с проговариванием каждой согласной а-ля "кто такой логопед". - "Дорогие друзья, сегодня мы поговорим про обрезание. Есть добровольцы?" – все засмеялись, а Том слегка улыбнулся. Стесняется, что ли? – Камера зал показывает, там одни женщины сидят, было только два лысых мужика, но как только услышали, что надо быть добровольцами, их как ветром оттуда сдуло. Алёна начала трястись, как обычно, и тихонько хыкать. – "Дорогие друзья, мне просто нужен человек, можно женщину, не важно, - мы грохнули смехом. - Чтобы у неё был такой свитер с большим воротом, вот вы, пожалуйста, пойдёмте," – он поманил рукой. - Вышла, действительно, женщина с большим воротом. Раввин пока ничего не понимает. И тут Малышева говорит... - Алёна, как обычно, начала истерить раньше времени. - "Дорогие друзья, мы сейчас на примере этой замечательной женщины покажем вам…" И тут только я понял что эта женщина, вся, целиком…. – Том от смеха аж за живот схватился, впрочем, как и все остальные. - …будет изображать так сказать… ну, поняли. Раввин вообще в шоке, он никогда с такими крупными экземплярами не работал. - Вика поперхнулась от смеха. - "Вот смотрите, мы берём ворот свитера… Вы нормально дышите? Ну, ничего. Потерпите немножко. …И закатываем его." Женщина превратилась в мешок с картошкой. Стоит, один нос торчит, в шоке. - "Вам душно?" Та кивнула. "Вот что испытывает мужчина..." – папа вытаращил глаза. - У меня два вопроса. Почему ему там душно, и вообще откуда она знает, что испытывает мужчина? – от таких поворотов папиного повествования Том густо покраснел и продолжал смеяться, закрыв часть лица ладонью. - Там у неё ещё есть под рукой второй врач, Герман Шаевич. Просто супер, справа раввин, слева Герман Шаевич! – восторженно сквозь смех прокомментировал отец. – "Герман Шаевич, подержите, пожалуйста," – тут папа наклонился и, закрыв лицо руками, продолжал смеяться. О нас и говорить нечего. - Герман Шаевич в первый и последний раз держал... так сказать, не у себя. И тут она достаёт садовый секатор… "Но перед тем как мы приступим, давай те посмотрим как инфекция проникает туда. Вы готовы к проникновению инфекции?" Та уже всё, ей плохо. Конечно, свитер мелкой вязки, там душно. "Мы берём инфекцию, то есть конфетти, и сыплем туда." Женщина вообще в шоке. У неё уже полный рот разноцветных кружочков, новый год продолжается. Выпуск, кстати, январский был. - Кирилл сполз под стол, попутно ударившись затылком. - "Смотрите, инфекция задержалась. Теперь мы берём ножницы и отрезаем всё ненужное." Но, увы, ненужным оказались и волосы бедной женщины, – папу опять накрыло. У меня болел пресс, Алёна лежала на столе, Том гиенил и был красный, как помидор. - Может, хватит на этом? - Вика вытирала слёзы. - Нет, это ещё не конец, - папа прочистил горло и продолжил повествование. - "Смотрите, мы отрезали и всё, свобода. Крайняя плоть отрезается, головка освобождается, инфекция осыпается! Вам же хорошо?" С такой радостью в голосе. Но больше в этой истории мне понравился комментарий под видео: «А чтобы не было инфекции, нечего сыпать конфетти на хозяйство малыша!» Мы плакали и ещё долго не могли отойти от этого увлекательного и, главное, поучительного рассказа. После всеобщей депрессии усталость как рукой сняло. Вскоре мы разбежались по домам и комнатам и смогли спокойно поспать. На следующее утро часть народа отходила от вчерашней «свободы», а другая часть бродила по дому и занималась чем попало. Что-то случилось в водоснабжением. Папа, я и Том спустились в подвал. Отец вручил Тому ключ, дабы тот открутил болт. Том скребёт-скребёт, ничего не выходит. - Том, серьёзно, так ты полгода его крутить будешь. Это не сосок, это – болт, его надо не просто покручивать, а нормально и твёрдо отвинчивать. Сосок, конечно, тоже можно, но тут надо правильного человека найти. И она так не даст сделать, и так переволновалась наверное, когда… это самое… понял, да? - Папа! - А что, не так что ли было? Я слишком хорошо знаю твой характер. Том, ну скажи же! Я разве не прав? - Не в обиду будет сказано, да. – Том с интересом посмотрел на меня. А я была в шоке. Откровение дня! А так же всей моей жизни. Позже с Алёной поехали в полицию. Он сидел, понурившись и прикрыв хозяйство руками, посередине скамьи, остальные жители обезьянника его немного сторонились. Выплатив штраф за пьяный дебош и заполнив нужные бумажки, Алёна зашла в обезьянник и кинула на Влада простынку. - Прикрой срам. - Отвернись, не смотри. - Ой, да что я тут не видела? Нашёл, кого стеснятся, Мисс Скромность, – нет, Алёна не спала с ним. Просто, он сам нам своё фото отправлял, точнее не своё, а своего. И такое бывает. Алёна с Владом начали свои разборки ещё в машине. - Бухая скотина! Что в школе, что сейчас, алкоголик чёртов! - А ты бы хоть раз со мной выпила и поняла бы, что это не так уж и страшно. - Я пила с тобой, дебил! Ты просто не помнишь, потому что был в дрова! Каждый раз! - и так всю поездку. Как я узнала позже, по приезду к Алёне они побили всю посуду и разнесли гостиную. Идеальная пара. А что было у меня дома - это кошмар. Меня учили танцевать вальс. Да, я не умею его танцевать. Просто под музыку в обнимку пошататься - да, вальс – нет. Зато турецкие приват-танцы умею, спасибо маме. С Томом очень приятно танцевать, чувствуется уверенность. Когда у меня что-то не получается, он говорит что-то вроде «Не расстраивайся, давай ещё разок, всё хорошо.» Но это Том, а папа так крикнет, аж ноги подкашиваются. В итоге Том выгнал (!) папу и продолжил меня тренировать. Ну, более-менее научилась. Главное, на ноги не наступаю, а такт держать получается просто супер. И ещё Вика запрягла. Хочет на свадьбе песни One Direction услышать. Кстати, в ресторане где были подготовки, мы так с ней скандалили, даже Алёне досталось немного. С ударными адаптироваться легко, по крайней мере мне, в грязь лицом уж не ударю, постараюсь, более того, у меня напарник есть, а ребята… неизвестно ещё. И ещё, ни у кого такого голоса чтобы такое... кхм, такую песню петь.Мы люди рок-н-рола, а не попсы. Есть ещё Том. У него красивый голос, но Вике не нравится. Вот, пусть Кирилл поёт, заодно и подарок для невесты. Уж его-то голос ей обязан понравится. Получилось так, что оставшуюся половину дня я провела в гараже. Могу с полной уверенностью сказать, что я ненавижу эту группу. Нет, я к ним нормально относилась, до этого дня. Нельзя было за пару недель сказать про песню?! Нельзя вообще на пару месяцев раньше сказать, что она любит Кирилла?! Успокойся, Эльза... Я сдержусь и не накричу на неё. Она и так понимает. Господи, как хорошо, что Том рядом. И я так рада, что скоро мы сможем уехать отсюда. Нет, я люблю свою семью, но вечный контроль начинает доставать. Останемся вдвоём, ну плюс орущий на весь мир Люк. Ибо «А вдруг тебя заметят? И тогда столько сплетен будет, ай-ай-ай! Няня Люк потом не разгребёт, вот столько проблем будет!» Господи, дай мне сил пережить завтрашний день!