In The Dark

Лидия долго копошилась в одежде в поисках чего-нибудь, что я вполне могу испачкать. Она одела меня, накормила и подвезла к дому Найла. Мне вовсе не трудно ориентироваться в пространстве, но неизвестность пугает. Это вы закройте глаза и пройдитесь по едва знакомому помещению. Сразу выставите перед собой руки. А у меня все проще - трость. - Наконец то! - знакомый голос. Найл. - Да, я пришла. А что мы будем делать? Почему я буду пачкаться? - Идем, - мгновение, и я почувствовала теплую руку, сопровождающую меня. Нам пришлось преодолеть много ступенек, чтобы пройти в нужную нам комнату. Тут тепло. Звуки отдаются глухо, что немного успокаивает. В музыкальной комнате у нас дома так же. - Найл? - он отпустил мою руку, а затем я услышала хлопок двери. - Найл?! Черт! Он оставил меня здесь одну. Идиот! Я начала ходить по комнате, пытаясь найти место, где можно присесть, но на такое, увы, не наткнулась. Трость выпала из рук и мне было не очень комфортно нагибаться за ней, так как я не знаю, что находится передо мной и за мной. Придется ориентироваться с помощью рук. Мне удалось нащупать шершавую холодную ткань. Судя по тому, что на ней нет ни одной складочки, она натянута. Дальше я ощупала дерево. - Это мольберт, - голос Найла раздался сзади. - Ты вернулся? - Я и не уходил. Просто сделал вид. Мне хотелось понаблюдать за тем, что ты будешь делать здесь одна. - Что?! - я запыхаюсь от ярости! - Я тебе не подопытная крыса, черт побери! - Мэди, я не это имел ввиду. Я хотел, чтобы ты сама нашла мольберт. Без меня. Кстати, ты знаешь, что это? - Нет, - с прежней обидой в голосе пробурчала я. - На нем рисуют. - Ты пригласил меня, чтобы поиздеваться? Как я рисовать тебе буду?! - Я тебе помогу. Найл положил мне в руку тоненькую палочку. Из дерева. Ее конец был пушистым. В другую руку он положил мне все такую же деревянную доску. Он постоянно тыкал палкой в ту самую доску, а потом наносил все это на ту самую ткань. - Что будем рисовать? - В его голосе звучало веселье. - Издеваешься. Это точно. - Нет. Серьезно. Что рисуем? - Солнышко. Цветы. И... Любовь. - Ты хочешь изобразить любовь на рисунке? - Если можно. Найл хмыкнул и приступил к рисованию. Правда все принадлежности находились у меня в руках, а Хоран лишь направлял их. - Как мы изобразили солнце? - Тепло. - А какого оно цвета? - Мне хотелось узнать, что он скажет. Очень глупо, когда слепой человек уточняет что-то вреде цвета. - Теплого. - Как что? Ну, или кто? - Как солнышко. - И как ты. Не знаю как, но я сама развернулась к Найлу, чтобы он мог видеть мое лицо, даже если я не могу видеть его. К моим губам прикоснулось что-то теплое, как солнце, и ласковое, как лепесток. По мне словно ток прошелся. - Извини. - Это было так... Что это было? - Поцелуй. Я не должен был этого делать. - Мама говорила, что целуются только тогда, когда люди любят друг друга. - Как бы ты изобразила этот поцелуй на картине? - Я чувствовала, что Найл смущен. - В саду был цветок. У него были бархатистые лепестки и сногсшибательный запах. Роза. - Что ж, я думал, что цветы мы будем рисовать отдельно. - Я не хочу рисовать, - мои руки сами по себе начали обследовать лицо Найла в поисках губ. Когда мне удалось их найти, мы снова поцеловались. Я не знаю сколько раз это повторилось, но для меня каждый был как первый. Только сейчас моя нижняя губа сильно заныла, а Найл усмехнулся. Даже не знаю, что ему ответить на это. - Прости. Не удержался. Для справки - я ее укусил. - Найл, ты любишь меня? - Нашла момент спросить, когда уже все сделано. Даже смеяться захотелось. - Да. Люблю.