Солнце полуночи

Дин, Кас и Бенни шли уже третий день разыскивая портал. Несколько часов назад они блестяще отбились от левиафанов, а Бенни спас жизнь Касу. К облегчению охотника, напряжение между ангелом и вампиром значительно ослабело. Во всяком случае, так казалось затуманенному сознанию Дина. Адреналин схлынул, и охотника охватила противная мелкая дрожь, будто превращающая мышцы в желе. Последние несколько суток, проведенные без сна, не прошли даром. Перед глазами Дина плясали темные пятна, веки горели и норовили слипнуться, руки и ноги, казалось, весили по пол-тонны. Стоит прибавить к этому эмоциональную встряску, вызванную той опасностью, которой ангел избежал благодаря Бенни. Дин был сосредоточен на том, чтобы продолжать идти вперед, подальше от того места, где их нашли левиафаны, и не заметил, что Кас уже некоторое время внимательно наблюдал за ним. Охотник споткнулся, и почувствовал, как его повело куда-то в сторону, но крепкая рука ухватила его за локоть, удержав от падения. - Тебе нужно отдохнуть, - в низком голосе Каса отчетливо слышалось неодобрение и беспокойство. Дин попробовал возразить: - Отойдем еще на милю и передохнем, - но наткнулся на спокойный непреклонный взгляд друга: - Дин, здесь безопасно. Поблизости нет ни левиафанов, ни других монстров. Кас в очередной раз доказал, что не нуждается в чтении мыслей, чтобы знать, о чем думает старший Винчестер. Дин с сомнением посмотрел на Каса, но усталость взяла верх. Охотник огляделся. Неподалеку росло отличное дерево с широким стволом и густой кроной. Дин с довольным ворчанием опустился на землю под деревом и с наслаждением вытянул ноги, откидывая голову на жесткий ствол. Охотник почувствовал, как у него против воли слипаются веки, но сопротивлялся, притворяясь спящим и глядя на друга сквозь неплотно сомкнутые ресницы. С Каса станется попытаться отправиться на разведку, пока он спит. Но подозрения Дина не оправдались. Кас опустился на землю рядом с Дином, прислонившись спиной к мощному стволу дерева. Бенни сел напротив под другим деревом. Вампир был молчалив и хмуро наблюдал за человеком и ангелом. Впервые с момента своего появления в Чистилище, Дин посмотрел на небо над собой, небо, на котором не было Солнца. Дина это не испугало. Страх за Каса, смертным холодом леденивший ему сердце, сменился едва ли не счастливым покоем. Сейчас человеку было тепло. Цель была достигнута, он успел и ангел жив. Его лучший друг, его названый брат, Кас… Преодолев столько препятствий, шагая по трупам, захлебываясь в нечистой крови, которую он проливал на пути к своему ангелу, он наконец-то нашел его. Единственную нить, связывавшую его с миром живых, единственный источник тепла в этом жутком мире… Того, кто одним своим существованием вселял в него надежду на лучший конец, того, кто следовал за ним повсюду. Кас нашелся. Осталось лишь добраться живыми до портала и вернуться домой. Подумаешь, раз плюнуть! Они выберутся, Дин уверен в этом. Кас – ангел, Бенни, хоть и тот еще засранец, но клинок держать в руках умеет, а он… А он Дин, черт подери, Винчестер! Втроем они кому угодно надерут задницу. Они обязательно выберутся! Бенни отправится в родные края, но Дин не забудет боевого товарища, будет держать его в поле зрения. Они с Касом найдут Сэма и завалятся к нему, перепугав и обрадовав до полусмерти. Дин расскажет все брату, но позже. Потом они сядут в Импалу и поедут… неважно куда, просто вперед! Дорог на свете очень много, им сгодится любая – лишь бы была охота впереди. Дин откроет все окна в машине, чтобы ветер дорог бил в лицо, вдавит педель газа в пол, заставляя двигатель зарычать, и врубит музыку на полную громкость. Не сможет долго сдерживаться, и начнет подпевать, конечно… Сэм покряхтит, а Дин ухмыльнется, глядя в зеркало заднего вида, и обязательно увидит в зеркале немного озадаченные синие глаза Каса. Они выберутся, и все так и будет! Человек не заметил, как ленивые мысли плавно перешли в дремоту. Дин уронил отяжелевшую голову на пахнущее чем-то невыносимо-родным плечо Каса, и погрузился в сон, чувствуя, как неизвестно откуда взявшийся теплый ветер обдувает его лицо. Кас сидел молча, стараясь не шевелиться, чтобы не потревожить сон Дина и всматривался в лиственный полог над собой. Обычно мертвая, серо-бурая листва деревьев казалась Касу живой и непривычно зеленой. Будто в Чистилище внезапно ворвалась весна... Эти деревья были немыслимо древними. Древнее и левиафанов, и ангелов, и людей. Людей… Кас перевел взгляд на спящего Дина. Несмотря на все ужаснейшие испытания, его истерзанная, но раз за разом исцеляющаяся душа сияла первозданным светом. Пережитые потери и пытки Ада оставили на сияющей сущности черные трещины. Словно рисунок чернью на светлом серебре... Перепачканное в пыли и крови лицо друга было безмятежным настолько, насколько это вообще возможно в Чистилище. Рассматривая полу-зажившие царапины на высоких скулах, Кас не удержал вздоха сожаления, коснувшегося лица Дина. - Он впервые спит, - погруженный в свои мысли Кас вздрогнул, услышав резкий голос вампира, и перевел на него непонимающий взгляд. Бенни пристально смотрел на ангела, - Он ни разу нормально не спал со времени нашей встречи здесь. Так, дремал минут по пятнадцать-двадцать раз в 2 суток. Что-то шевельнулось в памяти Каса. - Почему так мало?, - Кас с удивлением осознал, что спросил вслух. Губы вампира искривила язвительная улыбка: - А потому, что спустя эти пятнадцать-двадцать минут он просыпался хрен знает от какого кошмара, хрипя твое имя. Он сейчас спит лишь потому, что ты наконец-то рядом, - Бенни красноречиво покосился на расслабленную руку Дина со сбитыми в кровь костяшками, сжимающую плащ Каса. - Кас, дружище... ты нужен мне! - Объясняю для непонятливых: Я НИКУДА БЕЗ ТЕБЯ НЕ УЙДУ! Уяснил? В его ушах все еще звучал знакомый до боли глубокий хриплый голос Дина, предательски дрогнувший при этих словах. Кас прикрывает веки и видит зеленые глаза, полные тревожного ожидания, горящие решимостью не отпускать... Но сильнее всего в них страх... Отчаянный страх потерять снова. Жгучий коктейль, который растворил твердое намерение Кастиэля держаться подальше от своего человека. Несмотря на все содеянное им, Дин простил его, и даже больше. Если бы только он сам мог бы простить себя так же, как его простил Человек! Бенни внимательно следил за каждым движением ангела, безотчетно накрывшего пальцы спящего своей ладонью: - Он тебе очень дорог… Кас просто ответил: - Да. Если на то пошло, ближе и дороже Винчестеров, и Дина в частности, у него никого не было. - …так же, впрочем, как и ты ему, - закончил вампир. Кас вздрогнул от неожиданности и смятенно посмотрел на Бенни. Вампир лениво пояснил: - С момента нашей встречи – уже больше полугода – он как одержимый гоняется за монстрами, практически без сна и отдыха и выпытывает адрес курорта, на который ты свалил. Кас хрипло произнес: - Полагаю, ты не раз уговаривал его бросить поиски. Бенни ухмыльнулся: - Еще бы! Да только… Черт, да он сразу поставил мне ультиматум: или я ищу тебя вместе с ним, и тогда он вытаскивает меня, либо он остается здесь. Кас молчал, чувствуя, как что-то с силой сжимает горло. Нахлынувший поток противоречивых эмоций буквально поглотил ангела - растерянность, изумление, и эгоистичное счастье, пробивавшееся сквозь чувство вины и боль за предстоящее. То, что он нужен Дину, то, что этот неугомонный человек, рискуя жизнью, бегал по Чистилищу, чтобы найти его, сильно усложняло и без того непростое положение Каса. Бенни будто прочитал его мысли: - Скажи-ка мне вот что, ангелочек... Ты веришь, что сможешь выбраться из этой дыры? Кас с усилием оторвал взгляд от спящего на его плече охотника: - Дин верит. В проницательности Бенни явно нельзя было отказать. Он присвистнул: - Так ты остаешься?! Кас устало посмотрел на вампира: - Я не смогу пройти через портал. Даже если бы и смог…, - Кас, не договорив, с силой провел ладонью по лбу, и перевел полный тоски измученный взгляд на спящего Дина. Все эти месяцы ангела, уводящего левиафанов как можно дальше от своего человека, поддерживала и согревала лишь одна мысль: что Дин жив и борется. Здесь, в мире, где нет ни дня, ни ночи, а лишь вечные сумерки, Дин и мысль о его спасении, стали для Каса ярким теплым солнцем посреди полуночи, которую он нес в себе. Во всех четырех мирах... Дин... Только Дин был смыслом всего - борьбы, существования, жизни... Был персональным Солнцем падшего ангела. И будет им, покуда Кастиэль существует. Спящее солнце чуть пошевелилось под долгим, полным тоски и горечи взглядом лучшего друга и сползло с плеча, устроившись на груди Кастиэля, щекоча шею русой макушкой и вновь затихая под стук его сердца, на котором устроился щекой. Кас произнес, не отрывая взгляда от Дина: - Не говори ему ничего. Он должен выбраться из Чистилища, чего бы это ни стоило. У Дина есть шанс пройти через портал, но только, если он пойдет туда один… Без меня… Бенни посмотрел на ангела другими глазами. Он вспомнил разговор с Дином месяц назад. - Поскорее бы уже найти этого твоего Каса, - вампиру надоели долгие и бесплодные поиски. Мгновенье спустя Бенни оказался с силой прижатым к дереву. Дин крепко держал его за грудки, сквозь изумление и злость на дне зеленых глаз плескался страх: - Откуда, черт возьми.?! Бенни стряхнул с себя руки охотника и огрызнулся: - Оттуда, что ты каждую ночь вопишь это имя во сне! Дин прикусил губу, резко развернулся и пошел дальше. Бенни шагал рядом. Немного погодя он спросил: - Как вы с ним познакомились? Должен же я хоть что-то знать о чудике, из-за которого рискую навечно застрять здесь!, - но понял, что вопрос был неправильным – Дин побледнел, но продолжал идти, не сбавляя шаг. - Мрачный, веселый? Худой, толстый..? Какой он? Дин не ответил, лишь нервно дернул плечом. Сообразив, что охотник не настроен откровенничать, Бенни отстал. До поры, до времени, конечно.Но спустя несколько часов, во время небольшого привала, Дин негромко спросил: - Так ты хочешь знать какой Кас? Бенни молча поднял голову, внимательно глядя на охотника. У парня явно накипело, и нужно хоть с кем-нибудь поговорить. Не то, что Бенни был любителем откровений, да и парень этот не походил на того, кому когда-либо была нужна жилетка. Но эта странная, такая редкая среди людей верность другу удивляла Бенни, и было во всей этой истории что-то, отчего не слишком-то чувствительное любопытство вампира зудело не переставая. Он еле сумел вытянуть из него рассказ про брата, но этот Кас… Ради кого этот странный, суровый человек проливает потоки крови? Словно в ответ на мысли Бенни, тихая, теплая и грустная улыбка осветила задумчивое лицо Дина. Глаза охотника были светлыми-светлыми и пронзительно зелеными. Таким Бенни его еще никогда не видел. Разве что когда он рассказывал о Сэме. - Он как человек дождя, знаешь?, - голос Дина был тихим, он словно утонул в воспоминаниях. Бенни не знал и недоуменно нахмурился. Дин негромко пояснил: - Он не похож на других пернатых, ни на кого не похож. Вообще не понимает шуток, чувства юмора у него, считай, и нет вовсе, - Дин рассеянно выдернул нитку из шва на рукаве своей замызганной кожанки. - Забавно… Он никогда не смеется, улыбки от него почти не допросишься, но... он все равно ухитряется отмочить ТАКОЕ, что и не знаешь... Хвататься за бока от смеха, или за голову от ужаса, - теперь мужчина теребил несчастную нитку. - Он разговаривает так, будто с небес свалился, - Дин усмехнулся невольному каламбуру, - Кас сотни раз спасал наши с Сэмом задницы. Без геройства, позерства... Просто приходил и спасал... а потом уходил молча, не прощаясь и не дожидаясь оваций. Бенни осторожно поинтересовался: - Он тебе очень дорог, верно? Дин моргнул и сфокусировал взгляд на Бенни. Немного помолчал, отбросил нитку. Хмыкнул и пожал плечами: - Ты только что открыл Америку, чувак! Бенни ухмыльнулся. Дин теперь рассеянно крутил в руках свой тесак, и, хотя его взгляд был устремлен на острый край клинка, мыслями охотник явно был где-то очень далеко. Бенни, которому наскучило наблюдать за этим, возобновил разговор, полу-утвердительно произнеся: - Так он вроде света в конце туннеля? Типа, путеводная звезда? Дин усмехнулся, не отрывая взгляда от клинка: - Тоже мне, романтик... Нет... Нечто... большее... удивительное. Вроде Солнца, среди полуночи. Мы – охотники, я и Сэмми, и, каждый день находясь среди грязи, как можно не испачкаться? Поневоле ищешь хоть что-то, чтобы удержаться на плаву и не захлебнуться в окружающем дерьме. С Сэмом все ясно, он все еще верит в лучшее, счастливец... Его держит вера в счастливый конец. А я… мне не дает сорваться брат рядом и вера в то, что, пока есть такие как Кас, для нас, людей, не все потеряно. Наступила тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием человека. Дин ушел в воспоминания, а Бенни не торопил его, обдумывая услышанное. Бенни нескоро решился прервать затянувшееся молчание: - Как вы познакомились? Дин вздрогнул и побледнел: - Не спрашивай! Бенни пожал плечами, и пробурчал себе под нос что-то не слишком лестное о упрямых ослах, цепляющихся за свои драгоценные тайны и драматических актрисах. Дин раздраженно выдохнул: - Он спас меня, ясно? Вытащил мою душу из пекла и исцелил ее, хотя я сам не верил ни в то, что я это заслуживаю, ни в то, что ему это удастся. Бенни замер, недоверчиво глядя на охотника, который, по его словам, побывал в аду. Голос Дина внезапно стал еще более хриплым: - Я не хотел ему доверять, не хотел привязываться. Меня учили не верить ничему сверхъестественному. Я упирался как последний сукин сын, но он протащил меня из глубин Ада до порога Небес. Можно сказать, подталкивая пинками. Неслабыми такими пинками... Дин усмехнулся, блеснув белыми зубами на темном от грязи лице, и машинально потер челюсть. Бенни удивленно смотрел на охотника. Он еще никогда не видел на лице Дина такой настоящей, искренней улыбки, от которой в уголках глаз появились веселые лучики морщинок. Дин задумчиво потер сбитые костяшки. Взгляд его оставался светлым и далеким: - Когда я влипаю по самые уши, и готовлюсь распрощаться с жизнью, он каким-то непостижимым образом узнает об этом. И приходит на помощь, даже истекая кровью и лишившись сил. У Каса какой-то особый нюх на мои неприятности. Хотя… он бы сказал, что это – та самая особая связь... Бенни, услышав последнюю фразу, не удержался и тихо хрюкнул, пытаясь сдержать смех. Дин растерянно посмотрел на него, не понимая причины внезапного веселья. Бенни прыснул и, не сдерживаясь, разразился хохотом, увидев, как испуганно расширились глаза Дина, когда он понял ужасающую двусмысленность сказанного: - Да нет же, чувак! Не в ТОМ гребанном смысле! Это типа мы связаны потому что он меня спас, а не… Да заткнешься ты наконец, хренов извращенец?!, - рявкнул мучительно покрасневший Дин заржавшему в голос вампиру. Бенни с радостью бы заткнулся, но очень уж непривычно было видеть сурового, сосредоточенного воина красным от злости и смущения. Дин раздраженно засопел, и поднялся на ноги одним по-кошачьи бесшумным и пружинистым движением: - Как надоест ржать, догоняй! Бенни не раз жалел о своей несдержанности. Шанса, что удастся снова разговорить Дина, практически не было. О Кастиэле никто из пойманных монстров ничего не знал, и это не могло не сказываться на настроении охотника, мрачнеющего после каждого допроса. Бенни, исподтишка следивший за напарником, с тревогой стал замечать, что Дин словно нарывается на неприятности. После очередной схватки, буквально выдернув Дина из-под клыков какого-то вампира, Бенни набросился на него: - Ты совсем спятил? Зачем спрятал тесак в куртку? Дин огрызнулся: - Я знаю, что делаю! Бенни сердито рявкнул: - Так скажи и мне! Только не надо врать, что не успел вытащить тесак! Реакция у тебя лучше, чем у любого урода в этой дыре! Лицо Дина дрогнуло. Что-то странное мелькнуло в его глазах. Бенни отчаялся дождаться от него ответа, как вдруг услышал усталый, тихий голос: - Я хотел выманить Каса. Бенни изумленно уставился на человека. Дин задумчиво смотрел куда-то в землю: - Он всегда знает, когда мне нужна помощь. Спасал меня столько чертовых раз! Он и сейчас должен был узнать и прилететь... Дин обвел окружающие деревья хмурым взглядом. Бенни замер. При том, что он только что услышал, отсутствие ангела могло значить только одно. Бенни нерешительно начал: - Ты не думаешь, что он..? Дин резко обрубил: - Нет! Бенни раздраженно закатил глаза: - Откуда ты можешь…, - но Дин прервал его: - Поверь, я знаю! А делаю так, - он кивнул на труп вампира, - чтобы убедиться, что он пережил еще один день. Потому что в такие моменты я чувствую… нутром чувствую, как надо мной разворачиваются его крылья. Тебе не понять, а я не сумею объяснить так, чтобы ты понял, уж извини. Бенни ждал продолжения, но Дин, словно очнувшись, потер затылок, произнес: - Я на минуту, - и исчез за деревом. Дин каждый вечер уходил так минут на десять. Бенни не знал, что его подтолкнуло, но на этот раз он последовал за Дином, двигаясь бесшумно, но все же рискуя быть обнаруженным. Чутье и слух охотника стали острее, чем у зверей, и то, что Дин не услышал приближения Бенни, лишний раз подтверждало, насколько охотник выбит из колеи. Пройдя метров двадцать вглубь леса, Бенни замер, услышав тихий шепот Дина: - Я не знаю, где тебя носит, Кас. Я зову тебя уже семь месяцев и все без толку. Я чувствую, что ты жив, скажи спасибо этой долбанной «особой связи». Хватит играть со мной в прятки, старик! Я устал терять близких! Если ты меня слышишь… дай хоть какой-нибудь знак! Дин замолк, и изумленный Бенни решился выглянуть из-за ствола. Дин сидел, прислонившись к дереву и отчаянно глядя вверх, словно дожидаясь ответа. Ничего не произошло. Голова Дина тяжело поникла. Он крепко зажмурился, сдвинув брови, но не смог удержать предательскую слезинку, прочертившую светлую дорожку на его перепачканном лице. Посидев еще минуту, он решительно поднялся на ноги и поднял кверху лицо: - Дождись меня, слышишь? Я все переверну вверх дном, но найду тебя! Бенни поспешно вернулся к месту привала. Дин вскоре вышел из-за деревьев, и хмуро произнес: - Засиделись, пошли уже? Бенни вспомнил эти два коротких раза, заочно познакомивших его с Кастиэлем. При первой встрече ангел не произвел на Бенни никакого особого впечатления. Заросший, оборванный молодой мужчина на вид чуть старше Дина. Ни нимба, ни крыльев, о которых Дин говорил, меняясь в лице. Сверхъестественную природу его происхождения выдавало лишь выражение темно-синих, порой кажущихся черными глаз. Но теперь, глядя на сидящего напротив ангела, который обрек себя на мучения и смерть в Чистилище ради спасения друга, и теперь смотрел на этого друга, не в силах насытиться видом его спокойного безмятежного лица, вампир изменил свое мнение. Он понял, что имел в виду Дин, говоря, что таких, как Кас, больше нет. Понял, но не согласился, потому что сам Дин был именно такой, как Кас. Та же верность, та же преданность, только в профиль. Из размышлений Бенни вывело невнятное мычание просыпающегося охотника. Обнаружив, что все это время он спал на груди Каса, Дин немало смутился, и поспешил вскочить на ноги. То, что Дин спросонья не рассчитал сил и пошатнулся, дало Касу время стереть с лица все следы тяжелых мыслей. Бенни, игнорируя рожденную размышлениями тоску, ехидно поинтересовался: - Ну? Отдохнул, наконец? Дин с хрустом размял шею и удивленно ответил: - Да. Заметив задумчивый, теплый взгляд Каса, он слегка улыбнулся другу. Теперь он был уверен - все будет хорошо. Четыре месяца спустя они найдут портал. Прижимая руку к открытому порезу на предплечье охотника, Бенни постарается не смотреть в сторону Каса, которому остались считанные минуты до вечного расставания с Дином. В голове у него неожиданно всплывут чужие воспоминания, воспоминания Дина: грохот полусорванной кровли заброшенного сарая, стены, испещренные символами, дверь, распахнувшаяся и впустившая бледного молодого мужчину в бежевом плаще, осыпаемого искрами взрывающихся ламп, с взъерошенными черными волосами, острым носом и пронзительными яркими глазами цвета штормового моря. Прежде, чем полностью раствориться в руке Дина, Бенни успеет вспомнить полные ярости и боли слова человека, которыми он ответил на последнюю попытку вампира убедить его отказаться от поисков ангела, которая предшествовала их первому разговору о Кастиэле: - За последний год я дважды терял его. В первый раз его убили эти зубастые уроды, левиафаны, во второй раз он сошел с ума, исцелив от безумия моего брата. Больше я его не потеряю. Он мой лучший друг, мой брат. Он мой ангел Бенни погрузится в сон в руке Дина, и не увидит, как Кас, в последний раз взглянув в зеленые глаза своего лучшего друга, оттолкнет его протянутую руку. Бенни не увидит шока, потрясения и ужаса на лице Дина, когда он внезапно поймет, КАКОЕ решение принял Кас. Там, в портале, Бенни, сжимаясь от сострадания, содрогнется от мучительного немого крика, которым будет исходить душа Охотника, не сумевшего вытянуть свое Солнце за собой. Душа, внезапно ввергнутая в полуночный мрак, получившая рану, которой не суждено зажить. Бенни будет на пути домой, и не увидит, как Кас выпрямится, будучи не в силах оторвать глаз от места, где мгновенье назад был его Человек. Кас почувствует что-то мокрое на своей щеке, но так и не поймет, что это его первая слеза. Лишь отстраненно заметит, что вокруг стало очень холодно, что трава, мгновенье назад бывшая такого родного зеленого цвета, внезапно стала блеклой и серой. Полночь обступит одинокого ангела. Он не будет стоять здесь часами, не станет гадать, добрался ли Дин до дома, глядя на след тяжелого ботинка охотника, исчезающий на глазах, потому что спустя минуту его окружат левиафаны. Он лишь негромко прошепчет, прежде чем броситься в бой, слова, ставшие формулой его жизни: - Прости, Дин.., - обращаясь к ушедшему другу. К Солнцу, закатившемуся для него навечно.