Молния

Лилли была не по обыкновенному тихой, когда они сели в машину и поехали по направлению к дому Майли. Хэзер мельком поглядывала на дочь, непрестанно стучащую ногой по сиденью автомобиля. Как только машина оказалась у ворот с покосившимся забором, Лилли выскочила из транспорта, оставив матери лишь слабое «пока». Она готова была ворваться в дом, но вовремя поняла, что даже в такой ситуации самым правильным будет успокоиться и постучаться. Бабушка Руби открыла дверь уже через несколько секунд. Она улыбнулась, пустив Лилли внутрь, хотя девушка легко могла прочитать беспокойство в глазах женщины. Руби указала рукой в сторону дивана, и неожиданно Лилли почувствовала себя неуютно. Она так долго ждала, чтобы узнать правду. Сейчас она ее знает, но это чувство оставило ее совсем пустой. Лилли признавала, что Майли все-таки сделала, что-то, случайно или нарочно, чем вызвала гнев жителей города, но это «что-то» было практически ничем. Глупые приметы этого маленького городишки заставили их отречь от общественной жизни самого милого человека, которого Лилли только встречала. Блондинка тяжело сглотнула и подошла поближе. То, что она увидела, просто разбило ей сердце. Майли устроилась на коленях матери. На ее голове было что-то типа белой повязки. Сьюзен периодически гладила дочь по волосам, на ее лице играли десятки тысяч эмоций. И хуже всего было то, что Майли плакала, тихие слезы капали из ее глаз, время от времени девочка всхлипывала. Лилли никогда не видела подругу даже немного грустной, а сейчас та была подавлена. Блондинка приземлилась на колени рядом с девочкой и взяла ее щеку в свою ладонь. Лилли стряхнула большим пальцем несколько слез с лица подруги и легко поцеловала ее в губы. - Как ты, раздавленный опоссум? Майли улыбнулась. Ее улыбка мало походила на то, как она делает это обычно, но какой-то приблизительный эффект заставил Лилли облегченно выдохнуть. - Мне всегда хорошо, когда ты рядом. - Бусинка, мне нужно идти на работу через некоторое время, но я позвоню им и скажу, что сегодня не приду, - сказала Сьюзен, помогая девочке сесть. - Нет, мама, все в порядке… Лилли останется со мной. Правда? – спросила школьница, чем голос уже не звучал таким грустным, а большие голубые глаза были наполнены надеждой. Лилли, в свою очередь, не могла спрятать улыбку. - Конечно, столько, сколько ты захочешь. Сьюзен поочередно посмотрела на обоих девочек и вздохнула. Она провела рукой по волосам Майли. - Ладно, но если что-то случится. Ты обещаешь, что позвонишь. И бабушка Руби тоже здесь будет. Она поцеловала дочь в единственное целое место на голове и встала, посмотрев на блондинку, уютно устроившуюся на полу у дивана. - Лилли, можно тебя на секунду? Девушка почувствовала беспокойство. Майли, как обычно, ничего не волновало. Она включила древний агрегат, чем-то отдаленно напоминающий телевизор, стоящий у стены напротив, когда Лилли слабо кивнула и проследовала за женщиной на кухню. Сьюзен с опаской взглянула на диван, но Майли их беседа была не интересна. Она снова вздохнула. - Лилли, я хотела поблагодарить тебя за то, что защитила мою малышку. Кто знает, что они еще могли с ней сделать. Лилли сглотнула. - Так, она в порядке? Раньше она не выглядела такой грустной, когда я уходила, а сейчас… - Я думаю, прошло какое-то количество времени, прежде чем она заинтересовалась. А эти дети… Майли привыкла, что люди говорят о ней всякие гадости, но они сказали ей, что это она убила своих отца и брата. Лилли впилась взглядом в женщину, чувствуя нарастающую в груди злость. Она вспомнила о том, что ей сказал брат, все эти смехотворные вещи, и ждала, пока Сьюзен их опровергнет. - Кто-то сказал, что Майли приносит несчастье. Они из-за этого ее ненавидят? Сьюзен хмыкнула, оглянувшись на диван. - Они сами сначала не верили. Майли родилась раньше, очень неожиданно. Старая акушерка, которая жила в городе, приняла роды. Все называли старуху ведьмой. По правде говоря, она была странная, но до рождения дочери я об этом не думала. Она выглядела не просто напуганной. Помешанной. Сказала, что рождение Майли – это плохое предзнаменование, при солнечном затмении. Она натрепала всему городу, что моя девочка – предвестник чего-то очень нехорошего. - А потом она умерла? - Да, от сердечного приступа. Ей было около девяноста лет. Но, конечно, первые семена сомнения сразу зародились после этого случая. Я думаю, поначалу люди отмахивались и ссылались на глупые приметы, но даже те люди, кто божился, что не верят им, присоединились к последним. Так, на всякий случай. Скорей всего, они просто с нетерпением ждали пока что-то плохое случится, отсюда все эти стереотипы. Все стали избегать ее. В школе и на улице. - Что случилось? – Лилли не знала, как ей принять эту информацию, как придать всему услышанному хоть малейший смысл. Слова Майка все еще звучали у нее в голове. – Я что-то слышала про знаки или что-то типа того. Сьюзен покачала головой. - Как я уже сказала, они всеми силами старались найти что-то жуткое, чтобы подтвердить свои собственные домыслы. За несколько недель до рождения Майли, произошло несколько неприятностей, мы не искали им объяснения. - Что вы имеете в виду? - Какой-то скот совершенно неожиданно умер, жесткая засуха побила поля, урожай, а потом залив затопил все вокруг. Люди уверяли, что видели армию скорпионов и змей, просто глупости, правда. А после того, как Майли родилась, все начали проявлять ненужное внимание к любым ее действиям. И «улик» прибавлялось. Пес помер, после того, как Майли его погладила, лошадь сморилась, шины вспыхнули огнем. Мой отец умер через несколько недель после их первой встречи. Потом эта молния; После второго раза мы решили забрать ее из школы. Мы буквально изолировали ее от мира, надеясь, что, не видя ее, люди скорей все забудут. В какой-то мере это работало. Майли не жаловалась – она была счастлива. Но потом ее брат и отец умерли, и все изменилось. Лилли сглотнула который раз за день. Все, что она услышала, до сих пор казалось ей полным бредом. - Майли была в машине, когда это случилось? Сьюзен кивнула. Ее челюсть захрустела от неприятных воспоминаний. - Она ничего не помнит про тот случай. Полиция сказала, что электрический разряд молнии ударил в автомобиль, и ее отец потерял управление. Майли не пострадала. За исключением потери памяти. К тому прибавились разного рода неприятности, наш запрет на выкуп закладной, пожар в доме, удары молнией, и людей понесло. Они теперь были абсолютно уверены, что Майли приносит зло. - Это просто смешно, - подтвердила Лилли, не понимая. Как весь город может сойти с ума весь разом. - Для нас, да. Но ты должна понимать, что они сами уже погрязли в своих загадках и безумных идеях. Этот город сделал из Майли козла отпущения. Им нужно было чем-то объяснить все несчастья, произошедшие за последние десять лет. В обратном их переубедить будет очень трудно. И именно поэтому, я каждый раз волнуюсь, когда дочь пропадает из поля моего зрения. - И Майли обо всем этом знает? Сьюзен кивнула. - Да, она знает. Но ты же ее знаешь, она себе на уме. Ничто ее не берет. Я просто хочу, чтобы с ней все было хорошо. Лилли бросила быстрый взгляд на диван. - Я позабочусь об этом. Сьюзен мягко улыбнулась и положила руку на плечо девушки. - Спасибо, Лилли. Я рада, что она нашла тебя. Женщина вышла за дверь, бросив на прощание быстрое «пока». Лилли вздохнула и вернулась к пристанищу своей девушки. Раскинувшаяся на диване девочка широко улыбнулась. Лилли села рядом с ней, обвив руку вокруг ее талии. - Что ты смотрела, раздавленный опоссум? - Давай пойдем на улицу! Лилли нахмурилась. - Я думала люди со сколами в черепе должны сидеть дома. Майли скривилась. Лилли подумала, что это была самая милая вещь на свете. Она рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать подругу. Майли быстро прижалась к ней, опуская голову на плече девушки и обвив руками ее талию. Лилли провела руками по кудряшкам девушки, не забывая о повязке, до сих пор прилепленной ко лбу Майли. Она вздохнула. - Я просто хочу лежать с тобой здесь всю жизнь, - пробормотала Майли, вгрызаясь пальцами в рубашку подруги. Лилли прижала ее к себе сильнее, надеясь унять ее боль. - Я тоже, опоссум. Я тоже.