- Когда посчитаешь нужным.

Гарри стоял, как вкопанный и переводил взгляд с Луи на эту Эмму и наоборот. Зак сильнее прижимался к омеге и тот крепко обнимал его. Девушка с презрением посмотрела на кудряша, что не ушло от глаз альфы. Луи подошел к Стайлсу и, поставив ребенка на ноги, обнял за талию, а Зака взял за руку. Так он хотел показать Эмме, что он не нуждается в ней, что у него все хорошо и, возможно, скоро он будет не один воспитывать сына. Гарри смущенно улыбнулся, когда мальчик встал впереди него, словно защищая, но в тоже время крепче сжимал руку отца. Девушка была явно удивлена. Ее не было всего каких-то три с чем-то месяца, а Луи уже завел себе какого-то! Но Томмо был даже рад, что она ушла, потому что тогда он был бы несчастен. Целыми днями на работе, приходит домой, а ни ужина, ни ласковых слов, ничего не было. Сын оставался с нянькой, что очень делало больно Лу. А уйти он не мог, потому что тогда бы никогда больше не увидел Зака. Но когда жена ушла сама, то суд решил, что Зак останется с отцом. А сейчас у него есть Гарри... Этот милый, стеснительный омежка, к которому так привязался мальчик и сам Луи. У которого такое доброе сердце, ласковый взгляд и нежные слова, которые так успокаивают альфу. Не волновало его, что прошло всего ничего - этого было достаточно, чтобы понять, что Гарри - омега, в котором так нуждается Томлинсон. Эти кудряшки он готов ласкать вечно, в эти зеленые глаза он готов смотреть вечно, быть рядом с Гарри он готов вечно. Луи было так спокойно просто лежать вместе с ним, обнимать его и чувствовать, как тот к нему прижимается. Было так приятно готовить омеге завтрак в постель, а после смотреть, как он угощает сына блинчиками. Черт, да на самом деле Луи был в этот момент просто счастлив! - Что ты здесь делаешь? - после долгих минут молчания, наконец, спросил альфа, явно показывая взглядом свое недовольство. - Луи, я... Поняла, какую ошибку совершила, и прошу, простить меня. Я была неправа и очень хочу вернуться к тебе, я люблю тебя, - говорила Эмма с порога, делая шаг в дом, - Зак, иди к маме. - Ты больше не его мать, - резко сказал Луи, загораживая Зака и одновременно омегу собой. - Но ведь я его родила! От тебя, между прочим! Луи, это мой сын, и я хочу быть как с ним, так и с тобой. Дай мне обнять его, - попросила девушка, но тут неожиданно Зак вышел из-за спины отца, отпуская его руку. Гарри прикрыл ладонью рот и его глаза чуть ли не заслезились, а Томлинсон с неверием посмотрел на ребенка, но тот остановился в шаге от альфы. - Тетя Эмма, - эти слова повергли девушку в шок, Луи заставили потупить взгляд, а Гарри загореться надеждой, - вот моя мама. Мальчик повернулся к кудрявому и указал на него ладошкой. Стайлс всхлипнул, улыбаясь, а после он присел на одно колено и вытянул руки вперед. - Иди сюда, малыш, - выдохнул он, и Закари тут же подбежал к нему, обнимая за шею. Томмо смотрел на эту сцену с широкой улыбкой и понимал, что из глаз омеги катятся слезы счастья, но никак не печали. Мысленно он плакал вместе с ними, но он мужественно посмотрел на девушку, которая явно ничего не понимала. - Эмма, ты многое упустила своим хладнокровием к сыну, а теперь о нем заботится Гарри. Если бы ты и правда, любила меня и Закари, ты бы не ушла от меня, не изменила мне, - спокойно сказал Луи, - а теперь, будь добра, покинь мой дом. - Никто не может заменить мать сыну! - воскликнула Эмма и резко подошла к Заку, - Пойдем домой, солнышко. В ее голосе столько притворства, что это взбесило даже Гарри, который до этого ничего не сказал этой девушке. Ключевое слово "до этого". Когда мальчик вырвался и подбежал к Луи, и тот взял его на руки, Гарри сказал: - Мать - не та, кто родила, а та - кто воспитала. Вы даже не имеете права называть себя матерью Зака. Из-за вас мальчик познал детство только благодаря Луи, но вы лишили его самого главного - материнской заботы, - Гарри говорил психологической манерой общения, что даже Томмо заслушался его, - И если бы не Лу, мальчик бы потерял не только мать, но и самое главное время в жизни. - Да кто ты такой, чтобы читать мне нотации? - Эмма замахнулась на кудряша, чтобы ударить, но прямо за секунду перед Стайлсом оказался Зак и принял удар на себя. Мальчик упал на пол и схватился за щечку. Эмма отошла, а Гарри тут же присел рядом с ним и поцеловал в больную щеку. - Боже, прости, солнышко. Зачем ты это сделал? - обеспокоенно спросил омега, снова целуя щечку Зака, а после прижимая к себе, крепко обнимая. Но ребенок лишь заплакал, сквозь слезы смотря на разъяренного Луи, который в этот момент смотрел на бывшую жену. - Луи, прости. Он появился из ниоткуда, - начала оправдываться та, но Томмо лишь прошел мимо нее и открыл дверь. - Уходи. Гарри тебе уже сказал, почему ты не являешься матерью Зака. Сейчас ты даже не подошла к нему и не успокоила, а Гарри уже во всю пытается это сделать. Он любит моего сына больше, чем ты. А теперь уходи, - закончил Луи. Эмма гневно посмотрела на Стайлса, но тому было плевать. Зак, которого он так полюбил, сейчас плакал и это делало очень больно. Девушка тряхнула длинными черными волосами и вышла из дома. Альфа хлопнул дверью и в туже секунду оказался рядом с омегой и сыном. - Па-па, - протянул мальчик и переполз с колен кудряша к отцу, всхлипывая, - па-па... - Тише, все хорошо, сынок, все в порядке. Мы здесь, мы рядом. И никто нас не разлучит, - тихо шептал альфа. Мальчик повернул голову и посмотрел на Гарри, который сам еле сдерживал слезы. Тогда Зак шмыгнул последний раз, вытер слезы ручкой, выпрямился и всем корпусом повернулся к плачущему парню. - Мам, - сказал он, и Гарри посмотрел на него, - все хорошо. Мы вместе, мы рядом. Стайлс хихикнул и подполз к ним ближе, обнимая. Луи обнял их двоих, и они все прижались друг к другу. /// Луи широко улыбался, смотря на два чуда, которые сейчас спят на его груди. Зак лежал на Гарри, а тот на Луи. Он сильнее обнял омегу и поцеловал в шею, зарываясь носом в кудряшки где-то на затылке. Неожиданно Гарри завозился, а после открыл глаза, сразу улыбаясь. Альфа чуть наклонился и соединил их губы в нежном поцелуе. Стайлс улыбнулся, притягивая Луи к себе ближе за затылок. - Гарри... - тихо сказал Луи, отрываясь от омеги, - я хочу сделать тебя своим. И в этот момент щеки кудряша вспыхнули румянцем, глаза широко распахнулись, а хватка альфы стала лишь сильнее на тонкой талии. Какое-то время они так и сидели: Луи - в ожидании, а Гарри - в шоке. Но потом Стайлс смягчил черты лица, слабо улыбнулся и ответил: - Я хочу быть твоим.