Дневник Классного Руководителя.

       Пока мы с Ириной шли к новому японскому ресторану, находившемуся недалеко от школы, я обдумывал, хватит ли моих скромных денежных средств, чтобы оплатить ужин. Поднявшись по пяти мраморным лестницам и увидев шикарный зал, я перепугался, какими же окажутся цены.        Да, стыдно признать, но учитель-практикант почти не зарабатывает. Раз в месяц мне присылают деньги родители, они всячески меня поддерживают. Вообще-то, новость, что их единственный любимый сыночек идёт поступать не на какую-либо престижную высокооплачиваемую профессию, а на простого учителя русского и литературы, безумно огорчила их. «Огорчила» — это мягко сказано, отец был в ярости, а мама впала в депрессию на недельку-две. Только мне это всё казалось игрой, спектаклем, плюс ещё сыграл юношеский максимализм… И вот, я поступил в педагогический ВУЗ, теперь учитель-практикант, отец с мамой смирились и всё равно продолжают заботиться обо мне.       И вот, очередной раз повезло, поскольку ресторан был новым, там проходила акция: «Мы удваиваем Ваш заказ». Таким образом, я смог узнать некоторые предпочтения Ирины, у нас оказался схожий вкус. Когда официантка с приятной азиатской внешностью, ничего не имеющей общего с Японией, в неком подобии кимоно принесла два аппетитнейших блюда с тигровыми креветками и мидиями, Ирина заметила: — Ты ведь знаешь, что морепродукты — это самый сильный афродизиак? Она загадочно улыбнулась, протягивая свои тонкие пальчики к креветке. От смущения я лишь молча хлопал глазами и уже был готов заявить, что вовсе не знаю, что же такое «афродизиак». — А что такое морепродукты? – да. Из-за волнения я оговорился и спросил совершенно иное. Поняв, что за глупость сморозил, хотел поскорее сунуть в рот креветку, дабы заткнуть его, но и тут неудача. Я засунул в рот приличный кусок лимона, который украшал блюдо и придавал цитрусовый аромат. Моё лицо исказилось, иринино же вытянулось, после чего она опустила глаза и, слегка улыбнувшись, проговорила: — Жень, ты сейчас такой смешной… — она сильнее заулыбалась, — просто очаровательно забавный.       Несмотря на всю комичность ситуации, это и правда был комплимент, комплимент от девушки, которой удалось меня смутить и поставить вот в такое неудобное положение. После мы ещё долго смеялись и смущались, обсуждая разные случаи и происшествия на наших свиданиях. Оказывается, и у психологов, у людей, которые вроде как разбираются в отношениях между людьми, бывают неудачи на личном фронте.       После всей этой восточной кухни, нам захотелось десерта, чего-нибудь особенного, сладкого, но в меню были лишь очень надуманные дорогие блюда. Ирина пригласила меня к себе на чай. По дороге мы зашли в какой-то супермаркет, долго стояли у витрины с тортами, выбирая тот, что по вкусу нам обоим. В итоге, нас искусила клубника, на вид довольно свежая и сочная, которая буквально требовала к себе сливок.       Сидя на кухне и слизывая с ягод пышные ароматные сливки, мы с Ириной перешли на личности. Хотя на них мы перешли уже давно, сейчас разговор было намного интимнее. Сейчас оправа очков не мешала мне любоваться глазами Ирины, их цветом лютиков, трепещущими ресницами. Я отнюдь не был романтиком, но эта девушка пробуждала во мне что-то скрытое глубоко внутри. Клубника оставляла алый след на её губах, отчего они выглядели так же сочно и привлекательно, как наше лакомство. Мы сидели близко, тесно, я чувствовал даже жар между нами. Абсолютно некультурно, пошло облизал пальцы от липкости сливок и притянул личико Ирины ближе, касаясь её губ, чувствуя сладость несравнимую ни с одним десертом в мире. Оба мы пьянеем от нежности и искренности этого поцелуя, но всё же отрываемся и молча глядим друг другу в глаза. — Это было волшебно, — Ира способна лишь шептать это, уголки припухших губ вздёрнуты, взгляд дурманящий, я отвечаю. — Да… мне пора, уже поздно.       И всё волшебство улетучивается, дома меня ждёт Петя, мой персональный комочек нежности и ласки. К сожалению, я без колебаний определяю, что он мне важнее этих волшебных поцелуев девушки мечты. Грустно попрощавшись и выйдя из дома, я окончательно протрезвел. В голову полезла куча вопросов: почему мы вели себя так безрассудно? почему я всё-таки смог остановиться? что меня остановило? Я был уверен на все сто, что Ира ни капли не обижена, что она и сама была рада, что мы вовремя остановились. Откуда такая уверенность? Также я был уверен, что это наш не последний поцелуй.       Моё маленькое пушистое чудо сладко посапывало на подушке, корм был съеден не полностью, отчего мне значительно полегчало. Значит, Петька не умрёт с голоду, пока я буду вести уроки и разгульную жизнь. Я залез в ванну, наполненную тёплой водой с морской солью, прикрыл глаза и снова погрузился в раздумья. Внутри меня всё как-то неспокойно, будто в ожидании чего-то, грядущих перемен, предчувствие какого-то события. В этом плане я трус, самый настоящий трус.       Ароматная тёплая ванна поистине успокаивала, расслабляла и располагала на некое душевное очищение. Мои руки заскользили по груди, животу… Я вспомнил краснеющие губы, сладкие ягоды клубники, липкие капли сливок. И почему-то я совсем не жалею, что не остался у Ирины на ночь, что не поддержал того жара, который зародился между нами. Нет, ни капли сожаления. Мои руки скользят дальше по телу, я опускаюсь под воду с головой, на губах солёный вкус воды. Сладкая судорога, выныриваю, вздыхаю, дышу. Нет, ни капли сожаления. Этот вечер был чересчур приторный.