Срок годности.

Есть ли у клятвы срок годности? Он дал ее так давно, но ни на секунду не смел забывать о ней. Клятва, с которой он отдал своей Госпоже всю свою жизнь и душу. И, как оказалось, сердце. Ему по нраву все: ее глаза, словно два драгоценных камня невиданной красоты, ее пухлые губы, которые иногда одаряют ворона улыбкой, ее четкий контур лица, о который того и гляди порежешься, ее прямая осанка, ее плавная походка. Вся она. После объединения королевств, все сложилось чудно. И люди, и волшебный народец зажили прекрасно, включая даже Малефисенту. Но он не человек. И не один из волшебных существ. Он лишь слуга, и на сердце у него тоска. Сейчас, сидя на небольшом утесе, он вспоминал, как недавно его Госпожа, словно вскользь, сказала: «Я вновь обрела крылья» Эта фраза ударила Диаваля в самое сердце, ведь такой намек понял бы каждый. Зачем ей слуга, служивший ей крыльями, если теперь у нее есть свои? Выходит, клятва все же исчерпала себя. Луна, пусть неполная, но такая яркая, освещала Топи, а звезды, россыпью, укрывали все остальное небо. Это место нашла Аврора. Вряд ли Малефисента не знала о нем раньше, но именно юная принцесса побудила ее полюбить это место. - Не спится? – спрашивает фея, присаживаясь рядом. Диаваль качает головой, не смея поднять на нее взгляд. – Это место очаровательно. - Да. - Тебя что-то тревожит? – спрашивает Малефисента, заметив печаль своего слуги. - Ничего особенного, Госпожа. Они сидят в тишине, смотря, как луна достигает своего величия и, освещая все Топи, вновь клонится к земле. Малефисента прислоняется плечом к Диавалю и непринужденно кладет ему на плечо голову. - Я знаю, в чем дело, - спокойно говорит она, прикрывая глаза. – Ты хочешь свободы. Я вижу, как ты порой смотришь вдаль. - Госпожа… - Ты славно мне послужил, Диаваль. Если хочешь, я верну тебе облик ворона, и ты сможешь улететь… Ты вновь станешь свободным. - Нет, - фея удивленно смотрит. – Я и дальше хочу быть твоими крыльями! Вашими, Госпожа. Я дал клятву. - Это было так давно, - почти смеясь, произносит Малефисента. - Пусть так, - качает головой ворон. - Слуга мне больше ни к чему, Диаваль. Ты можешь улететь, если хочешь. - Но я этого не хочу, - она улыбается, и сердце ворона сжимается. Сейчас. Именно сейчас, самая прекрасная фея из всех улыбается ему. Улыбается, не потому что она вновь подшучивает над кем-нибудь. Улыбается, не потому что Аврора озарила ее своей, не менее ослепительной, улыбкой. А улыбается именно для него. Потому что хочет подарить свою улыбку ему. - Нужна другая клятва? – вопросительно смотрит на Малефисенту Диаваль. - Не нужно больше клятв, - мотает головой она. - Но, Госпожа… - Малефисента. Не Госпожа. Просто Малефисента. - Малефисента, - медленно произносит Диаваль, и фея вновь широко улыбается. – Я буду с, - он запинается, - тобой, пока ты этого хочешь. - А когда расхочу? – Вновь кладет голову ему на плечо, сильнее прижимаясь к Диавалю. – Уйдешь? - Нет, - незамедлительно отвечает он. – Я всегда буду рядом.