this is the best day ever. Part I
2 августа 2014 г., 16:28
Пятница. Люблю пятницы, потому что за ними следуют выходные. Весь день я испытывал чувство, словно что-то необычное должно случиться. И я с нетерпением ждал субботы.
Вчера мы с дедом сходили в галерею. Это была не просто выставка картин, это было гораздо интереснее. Там были выставлены произведения людей с психическими отклонениями. Должен сказать, это весьма необычно. Некоторые из них были жуткие, темные, люди на этих картинах были изображены в неестественных позах. Другие картины показывали некие абстрактные образы. В общем и целом, мне понравилось проводить время с дедом на этой выставке. Мы обсуждали картины и пытались догадаться, чем страдал художник. Могу сказать точно, что я плохо разбираюсь во всем этом.
Сегодня я вернулся домой со школы, переполненный надеждой, что и этот вечер мы проведем с дедом так же интересно. Но все мои надежды обрушились, потому что дедушка и папа, очень серьезные, закрылись в кабинете отца и что-то долго обсуждали, и я даже не смог пойти к Джерарду, потому что мама попросила меня помочь ей на кухне. Не так я планировал провести вечер пятницы. Лучше бы я не отказывался пойти к Джамии этим вечером, но что сделано – то сделано.
Однако за ужином меня ждала приятная новость, и предчувствие чего-то интересного вернулось.
– Фрэнк, нам придется уехать на эти выходные, – серьезно заявила мама, – тебя мы взять не можем, поэтому ты остаешься дома один.
Я был готов проломить потолок от радости. У меня в голове зародились сразу множества идей, как можно провести целых два дня выходных. Но если бы я начал открыто радоваться, это выглядело бы подозрительно.
– Когда вы уезжаете? – спросил я, пытаясь усмирить свои эмоции.
– Завтра утром, – хрипло ответил мне дедушка, он сидел напротив меня и медленно ел запеканку.
– А зачем? – все же любопытство я усмирить не смог.
– По делам, – произнес папа тем своим строгим голосом, который пресекает все дальнейшие вопросы.
***
Я два дня не видел Джерарда. Два. Гребаных. Дня. И сейчас я лежал в постели, глядя на темное беззвездное небо, уже бросивший бессмысленные попытки заснуть. Каждую свободную минуту я думал о нем. Я боялся, что он не простит мне того, что я взял его скетчбук. Но ведь это всего лишь скетчбук? Я вскочил с кровати и ринулся к шкафу, доставая свои порванные в коленях джинсы и зеленую толстовку. Это не просто скетчбук, и он много значит для Джерарда. Не знаю, откуда, но я знал это, и я собирался нанести Джерарду визит в эти двенадцать часов ночи. Выйти из дома было легко. Через окно. Я не боялся леса, темных силуэтов и уханья совы. Главным страхом для меня являлось потерять Джерарда. Я постучал в дверь. Ничего. Холодный страх сковал мое сердце, но когда я постучал сильнее, дверь сама отворилась. Ни минуты не сомневаясь, я шагнул вперед, в этот темный коридор. – Джерард? – наверное, это было слишком громко. Но я не мог больше ждать. – Зачем ты пришел? – его голос звучал уверенно, но я чувствовал, что говорить так давалось Джерарду сложно. – Я… я пришел извиниться, – я снова говорю не все, что у меня в мыслях. – За скетчбук. Мне просто стало… – Ничего, Фрэнк, – его голос уже мягче, почти как обычно, а по моему телу снова побежали мурашки от того, как он произнес мое имя. Я облегченно выдохнул, оглядываясь по сторонам в надежде, что смогу увидеть его. Но вокруг темно, и я снова напрягся. – Уже поздно, – робко произнес Джерард, и я почувствовал чье-то прикосновение к моей руке. Я схватил его ладонь, словно боясь, что он может испариться. – Можно я останусь? – я повернулся в ту сторону, где, как я предполагал, находится Джерард. – Если хочешь… – неуверенно ответил он, а я, обрадованный, повел его по коридору в спальню. Джерард зажег огонь в камине, и комната озарилась мягким оранжевым светом. Я сидел на кровати, наблюдая за Джерардом, и через полминуты он уже сидел рядом. Мне в голову пришла прекрасная мысль. – Родители завтра уезжают на два дня, – уверенно начал я, но замешкался. О чем я думал? Неужели я надеялся, что Джерард может согласиться? Пристальный взгляд Джерарда заставил меня продолжить, но уже не так уверенно. – И… я хотел предложить тебе… провести их у меня. Я не знал, куда деть глаза. Я то смотрел на Джерарда, то куда-то в темный угол комнаты. Внезапно он положил ладонь на мою щеку, заставляя взглянуть на него. – Я согласен, – я заметил улыбку на его лице. Такую чистую, очаровательную и… я почувствовал, что хочу коснуться этих губ своими. Внезапно меня наполнила необъяснимая смелость, и я готов уже был немного податься вперед… – Мне следует брать что-нибудь с собой? – Джерард убрал свою руку, и меня кольнула обида. – Если считаешь нужным, но на твоем месте я взял бы с собой нижнее белье и запасную футболку, на случай если ты не любитель спать голым, – откуда во мне столько смелости? Я ведь еще и подмигнул ему. Джерард неуверенно улыбнулся, опустив взгляд. Я усмехнулся. – Я думал, что ты захочешь позвать друзей или свою девушку, – надо же! Мне показалось, или я, правда, слышал в его голосе ревность? – Не беспокойся об этом, чувак, я бы не позвал тебя, если бы не хотел видеть тебя у себя дома, я серьезно! – убеждал я Джерарда. – Эм… ну окей, – на его лице снова появилась та улыбка, и я улыбнулся ему в ответ. – Ты останешься на ночь? Как я хотел это услышать! В голосе Джерарда было столько надежды, что я так и так не смог бы ему отказать. И его глаза… словно улыбались. Я поверить не мог, что так действовал на него. Я кивнул и прилег на постель, подложив руку под голову. Джерард лег рядом, его плечо касалось моего, и у меня перехватило дыхание от этой близости. Итог: я не мог заснуть, потому что был готов скакать до потолка от радости и обнимать Джерарда так сильно, как только можно. Но Джерард снова начал напевать ту сладенькую мелодию, как в первую ночь. Я слушал его ангельский голос, и меня медленно накрывал сон.***
POV Gerard. Кто бы мог подумать, что Фрэнк придет ко мне снова. Спустя два гребаных дня. Все это время у меня из головы не выходил вопрос: "Вернется ли ко мне Фрэнк?" Я ведь так грубо обошелся с ним… И вот он здесь. Тогда я, правда, очень разозлился на него за то, что он взял мою личную вещь, а сейчас я счастлив, как маленький ребенок, получивший желанный подарок на Рождество. Волнение, охватившее меня, когда он спросил меня о выходных. Боже... Я проведу их у него дома. С ним. Вдвоем. Это, правда, волнующе для меня. Мы должны будем заниматься чем-нибудь, разговаривать. Вот дерьмо! Он, скорее всего, опять предпримет попытки узнать о моем прошлом, и мне, блять, придется как-то скрыть все, что я натворил, мне придется скрывать правду от единственного человека, который предпочитает мое общество. А ведь я давно не проводил выходные с кем-то. Я люблю одиночество, но его было слишком много в эти годы. А сейчас мы лежим на моей кровати. Бок о бок. И наши плечи соприкасаются, и я чертовски хочу обнять его, но боюсь, что он подумает обо мне не очень хорошо. Нужно просто немного подождать. Хотя, он нормально отреагировал, когда я коснулся его щеки. Я закрыл глаза, медленно и глубоко втянул в себя носом воздух и так же медленно выдохнул. Я скосил взгляд на Фрэнка, но в темноте особо много не увидишь. Фрэнки, видимо, уже спал, а я прикрыл глаза и стал напевать себе колыбельную. Правда, написана она мной. Но было бы куда драматичнее, если бы это была колыбельная, которую мне пела мать и прочее, но, увы. Это просто моя чертова песня.***
Мне в лицо засветил яркий солнечный свет, и я медленно открыл глаза. Прямо передо мной была черная макушка Джерарда, а я обнимал его за талию. Он был близко. Очень близко. Именно так я хотел бы просыпаться по утрам. Я не успел остановить себя, когда сильнее прижал Джерарда к себе, зарываясь носом в его спутанные волосы. Я не успел заметить, как улыбка медленно, но верно расплывалась на моем лице, а руки все сильнее, но от этого не менее нежно сжимали талию моего мальчишки. Моего мальчишки. Ну и ладно, это мои мысли и в моих мыслях он мой. Я одумался, а это мечтательное выражение сошло с моего лица. Джерард засопел и медленно повернулся в моей цепкой хватке. Когда же он развернулся ко мне лицом, то улыбка растянулась уже на его лице. Боги, а сонный Джерард – это вообще нечто очаровательное, если в остальное время его хочется нагнуть и ..кхм... засадить ему глубоко, то сейчас хочется просто молча восхищаться. – Доброе утро, – прохрипел Джи. Черт. Я возбудился, как школьница, от одного его голоса. Надеюсь, он не почувствовал. – Доброе, – а вот мой голос похож на хрипы старика перед смертью. Круто. – Пора вставать? – Наверное... Вот дерьмо. Я ума не приложу, что можно еще сказать в такой ситуации. Мои руки все еще обнимают его, а еще мы улыбаемся друг другу. Я мог бы еще молчать, но тут я вспомнил… – Ебать! – я как ошпаренный вскочил на ноги. – Родители. Прости меня, Джи. Прости, что испортил утро, но я вчера ушел из дома, когда все спали, они уже, наверное, потеряли меня, – я понесся к коридору, но кое-что вспомнил, – Джи, жду тебя в четыре у себя. До скорого, малыш! Малыш? На что только способен мой мозг в таких ситуациях?***
Как только я (так бесшумно и незаметно, как только мог) залез обратно в свою комнату и шмыгнул под одеяло, тут же услышал стук в дверь. – Фрэнки, ты уже встал? – тихо позвала меня мама. – Завтрак на столе, и ты должен попрощаться с дедушкой сейчас, потому что он уезжает раньше, чем мы с папой. Я промычал в ответ что-то невнятное, но мама скрылась за дверью, а я со скоростью света принялся натягивать на себя пижаму, чтобы выглядеть более сонно. Одевшись, я медленно спускаюсь и осматриваюсь. Так, на кухне никого, зал пуст. Все на улице? Я фыркнул, но все же вышел на улицу. Там стояли дед и отец с матерью. – Фрэнк! Иди прощаться и прости, что мне пришлось так рано уехать. Обещаю, что приеду еще раз и очень скоро, – потрепал меня по волосам дед. Ну не могу я обижаться на него. На кого угодно, но только не на моего деда. Нет. – Ничего страшного, дедушка. Я как-нибудь переживу, а вы уладьте все свои дела, – я пытался хоть как-то его подбодрить. Мы с ним обнялись, затем он сел в машину и уехал.***
После завтрака мама с папой обсуждали что-то на кухне, а я оперативно удалился в свою комнату. Я не знал, чем себя занять. Делать уроки – не вариант, я не мог усидеть на месте. Я попытался поиграть на гитаре, и даже это не смогло надолго отвлечь меня. Однако вскоре я услышал голос мамы, зовущей меня, и явился в прихожую. – В холодильнике ужин, вот тебе деньги, это на два дня, так что не траться особо, – наставляла меня мама, словно мне 10 лет. Я взял несколько купюр, протянутых ею, и сунул в карман. – Не разгроми дом, Фрэнки, – мой папа по-доброму усмехнулся, потрепав меня по волосам, совсем как дедушка. – Хорошо, – я улыбнулся. За моим спокойным голосом было сложно скрыть нетерпение, но, как мне кажется, у меня получилось. Мама чмокнула меня в щеку и вышла, а за ней и отец. Было около трех часов, и остался всего час до прихода Джерарда. Моего Джерарда.
