Жизнь со своими грехами

Вэйни первой покинула общество этих недотёп, желая сменить обстановку на более подобающую. Пересчитав тысячи в пачке купюр и довольно улыбнувшись, она положила их в клатч к сигаретам. Женщина хоть и была уже в возрасте, но могла затмить своей внешностью многих молодых девушек. Её невозможно было не заметить в толпе. Вэйни ловила на себе взгляды – завистливые, восхищённые, раздражённые… Её переполняла эта гамма эмоций людей, но внимание с их стороны нравилось ей. Она наслаждалась абсолютно каждым взглядом. Но этого женщине было недостаточно. Для начала она решила сменить одежду. Ей хотелось блистать во всей красе на том приёме, куда Вэйни собиралась пойти. Проведя несколько часов в элитном магазине, женщина успела повздорить с каждым работником. Её не устраивало обслуживание, не устраивали вещи, которые ей подбирали консультанты. Но в последний момент она нашла идеальное сочетание, которое её устроило: классическое чёрное платье до пола с одной бретелькой, оголяющее мраморное плечо и подчёркивающее её превосходную фигуру, а также замшевые туфли на высоком каблуке. Ей подобрали в ювелирном отделе превосходные серьги, инкрустированные бриллиантами. В общем, она выглядела просто превосходно и теперь точно могла рассчитывать на то, что всё внимание будет приковано к ней. Теперь уже Вэйни выходила от стилиста, у которого провела от силы час. На улице уже сгущались сумерки, которые постепенно охватили каменные лабиринты большого города. Вэйни подошла к обочине, подзывая жестом руки такси. Оно не заставило долго себя ждать: жёлтый автомобиль тут же притормозил около неё. Вэйни села в салон и тут же поморщилась. Чувствовался запах. Знакомый запах похоти. Ласт. «Наш пострел везде поспел», - пронеслось в голове у женщины, и она недовольно хмыкнула. В водительском сидении сидел тот самый Эрик, который выглядел немного растерянным. Женщина, чтобы перебить запах рыжеволосой потаскушки, закурила. Водитель тут же возмутился. - Дамочка, будьте добры, не курите в салоне, прошу вас, - выразился он хоть и культурно, но с какой-то едкостью в голосе. Вэйни приподняла бровь, выпуская серый дым из лёгких через ноздри. - Я буду курить, где захочу, малыш, или ты хочешь, чтобы твоя жёнушка узнала о твоих похождениях с рыжей шлюшкой? – ядовито произнесла Вэйни, натянуто и недовольно улыбнувшись. – Так что помалкивай и смотри на дорогу. Вези на Мортон-Стрит, красавчик, сорок второй дом. Водитель с секунду сидел, вытаращив глаза в зеркало заднего вида, не понимая, откуда эта женщина могла знать такие подробности. По его телу пробежал холодок, как только он встретился взглядом со взглядом Вэйни. Он послушно завёл машину и повёз женщину к месту назначения, сохраняя молчание весь последующий путь, что Вэйни вполне устраивало. Запах сигарет смешался с запахом Ласт, но сделалось только хуже. Женщина опять недовольно поморщилась, смотря в окно на проносящиеся мимо здания. Наконец они прибыли. Вэйни с радостью вышла из салона автомобиля, сунув водителю купюру в пятьдесят долларов, проговорив, чтобы сдачу он оставил себе. Перед её взором предстал роскошное старинное здание галереи, в которой проходил приём. Даже отсюда веяло этим сладким ароматом раболепия. Вдохнув полной грудью, женщина двинулась ко входу. - Добрый вечер, миссис… - Мисс, - учтиво перебила парнишку Вэйни, лучезарно улыбнувшись. Тот также улыбнулся в ответ. - Простите, мисс. Могу я попросить назвать ваше имя? - Конечно, - краем глаза Вэйни смогла разглядеть ещё не отмеченное имя в списке и тут же назвать его. – Кларисса. Кларисса Воган. – Парнишка начал искать имя и, найдя его, тут же черкнул рядом ручкой. - Проходите, мисс Воган, - произнёс он, открывая дверь перед Вэйни. Та склонила голову в знак благодарности и прошла внутрь. Всё прошло гораздо легче, чем она ожидала. Хотя всегда можно положиться на старый-добрый подкуп, который никогда не выйдет из моды. Вэйни вошла в хорошо освещённую залу. Тут же к ней обратили взор все гости приёма. Она улыбнулась, взяв шампанское с подноса у официанта и пройдя в толпу. Она узнала абсолютно каждого человека. Ричард был знаком с каждым. Но Вэйни не знал никто, что, в принципе, не особо её огорчало. Она быстро подхватила темы сплетен и смеялась вместе с гостями. Дошло до того, что все в этом зале судачили друг о друге, но её буквально боготворили. Мужчины делали ей комплименты, а женщины восхищались её красотой. - Почему же мы о вас ничего не слышали, Вэйни? – спросила одна из дам, покачав головой. – Такая фигура, как вы, наверняка имеет вес в обществе. И, боже, какие же у вас отменные серьги! Я просто налюбоваться не могу, - Вэйни расплылась в улыбке, выслушивая всё, что говорила Скарлетт – так звали эту даму. - Ох, Скарлетт, это тайна до сих пор остается неразгаданной. Не понимаю, как такая женщина, как я, могла оставаться в стороне и не быть замеченной? – раздался женский смех, а Вэйни подпитывалась подхалимством со стороны гостей. Её зрачки приняли слабый фиолетовый оттенок, что заметил Гарольд. - Душа моя, вы пленили меня своими глазами, я готов молиться на вас! – говорил он, целуя руки Вэйни. Та лишь успевала театрально смущаться, показывая, что это вовсе не было необходимостью. Больше всего Гарольд уделял ей внимание, и она решила, что именно с ним развлечётся этой ночью. Вэйни, конечно, не была Ласт, но тоже была не прочь провести ночь с мужчиной, который её боготворил. - Гарольд, ваши слова греют мне душу, я просто не могу насытиться вашим обществом сполна, - женщина открыто улыбнулась, смотря блестевшими фиолетовым отблеском глазами на мужчину. Она склонилась над его ухом, начав шептать: - Почему бы нам не покинуть это злачное место и не поехать к вам в пентхаус, мой дорогой Гарольд? – он расплылся в улыбке, давно ожидая этого предложения. Гарольд помог Вэйни встать из-за стола, за которым они сидели, и парочка покинула приём, не преминув возможностью выслушать ещё несколько комплиментов на прощание. Вэйни села в лимузин к Гарольду на заднее сидение. - В пентхаус, Николас, - произнёс мужчина, и водитель кивнул, заводя мотор. – Ну, душа моя, вы готовы к бессонной ночи с таким развратником, как я? – спросил Гарольд, улыбнувшись и приближаясь губами всё ближе к губам Вэйни. - Не спешите, мой дорогой друг, всему своё время, - проговорила женщина, улыбаясь и едва касаясь губ мужчины. – Я подарю вам такую ночь, что вы запомните её надолго. - Я не сомневаюсь, Вэйни, ведь вы идеал женщины, я готов вас на руках носить, лишь бы быть с вами наедине. Уверен, что вас Шекспир восхвалял в своих сонетах, ибо ваши уста нельзя сравнить с кораллами, а глаза на звёзды не похожи… - всё это так сильно подействовало на Вэйни, что глаза её сейчас пылали ярким фиолетовым оттенком. Это немного смутило Гарольда, но он продолжал её восхвалять. Он прочитал ей множество стихов о неземной красоте женщины, включая тот самый сто тридцатый сонет, о котором говорил в самом начале их пути. Он даже не заметил, как быстро пролетело время поездки. Они поднялись на крышу. Гарольд отпер дверь и тут же проскользнул на кухню, проговорив: - Я за вином, душа моя, - Вэйни льстило это обращение, льстило отношение Гарольда к ней, это было заметно по её глазам. Но ей хотелось всё больше. Гордыня не знала границ. - Вэйни, какое вино вы предпочитаете? – раздался голос из кухни. - Белое сухое, мой милый друг, - сказала женщина, осматривая обстановку. Через несколько минут мужчина вышел с бутылкой в руках и двумя бокалами. - Вуаля, Шато д’Икем тысяча восемьсот девяностого года. Надеюсь, вам понравится. - Почему вы прекратили делать мне комплименты, Гарольд? – спросила Вэйни с улыбкой, беря бутылку из рук мужчины. – Такая дама, как я, весьма ранима и может посчитать это оскорблением. - Душа моя, помилуйте! Я восхищаюсь вашей красотой, если бы я умел писать стихи, то не смог воспеть вашу красоту в них, так как она неописуема! – Вэйни расплылась в улыбке. - Гарольд, вы просто очаровательны, выпьем же, - она откупорила бутылку и разлила вино по бокалам. Гарольд принял из её рук вино. - За вашу красоту! – раздался характерный звякающий звук, и каждый чуть пригубил вино. - Вы правы, мой милый друг, это вино восхитительно, - проговорила Вэйни. Так прошёл час, была начата уже вторая бутылка. Гарольд сидел поддатым и едва сплетал слова в предложения. Но Вэйни требовала больше. - Ну же, Гарольд, вы хотите меня оскорбить? – говорила она, требуя всё больше дифирамб в свою сторону. Но мужчина уже так изнемогал желанием, что просто начал лезть с поцелуями к женщине. Вэйни это не оценила, поморщившись. - Гарольд, погодите ещё немного, пара комплиментов и я буду готова, - но мужчина не слушал её. Он упорно продолжал целовать её бледную кожу. Вэйни разозлилась. В её глазах сверкнуло фиолетовое пламя. - Я сказала, чтобы ты не лез со своими поцелуями сейчас, недоумок! – проговорила она гневно, оттолкнув от себя Гарольда. Тот испуганно смотрел на неё. – Не останавливайся восхвалять меня, придурок, если не хочешь расстаться с жизнью! – она цедила сквозь зубы, смотря в глаза испуганному Гарольду. Тот не знал, что сказать. Страх полностью поглотил его. - Значит так, да? Что ж… - Вэйни взяла бутылку и разбила её стеклянный стол, отчего на том образовалось трещина, а прозрачная жидкость разлилась на ковёр. – Поиграем! Женщина вскочила с дивана и начала надвигаться на стремительно убегавшего от него мужчину с острым горлышком в руках. Он ничего не понимал и не мог понять. Всё внезапно разрушилось. Он выбежал на балкон, быстро забежав в спальню и спрятавшись там в шкафу, ненадолго оторвавшись от Вэйни. Завибрировал телефон. Это был Ричард. Надеясь на то, что он поможет, он взмолился о подмоге. Тёрнер тут же бросился к нему. Как только вызов был сброшен, двери шкафа распахнулись. - Думал, что спрячешься от меня, щенок?! – спросила женщина уже с ножом в руках. Она приставила его к горлу мужчины, смотря разъярённым взглядом на Гарольда. - Говори, если хочешь выжить! - Прошу, не надо, я хочу жить… Вэйни, сжалься надо мной, - хныча, говорил Гарольд. – Что мне говорить?.. – он упорно не понимал, почему она хочет убить его. - Говори обо мне, восхваляй меня! – она приставила нож ещё ближе, отчего лезвие поранило кожу. Гарольд сглотнул. - Твою красоту не сможет описать даже самый великий из художников, не сможет воплотить в скульптуре великий из скульпторов. Душа моя, ты прекрасна и душой, и телом, - из глаз покатились слёзы отчаяния. Вэйни с несколько секунд смотрела прожигающим взглядом в его глаза. - Ты жалок, жалок, как никогда раньше, Гарольд, даже в тот момент, когда жена оставила тебя одного, - лезвие ножа впилось в горло и почти достало до сонной артерии. Но тут раздался голос Ричарда. - Вэйни! Отойди от него! Ты что творишь?! – нож был убран, а Вэйни обернулась к Ричарду. - А, вот и самовлюблённый мальчишка! Пришёл забрать меня домой, в темницу? Не выйдет! Я получу то, чего я хочу! Я… - она не успела договорить, так как раздался звук удара по голове. Гарольд огрел её дорогущей вазой из китайского фарфора. Она упала ничком, а Ричард пошатнулся, взявшись ладонью за затылок. - Блять! – на ладони виднелась кровь. Он тоже чуть не грохнулся в обморок, но сумел себя удержать на ногах. – Больше так не делай, Гарольд, но ты молодец. Я заберу её. И да, не говори, пожалуйста, никому об этом инциденте. Идёт? – мужчина несколько раз кивнул, ничего не понимая. Ричард кивнул в ответ, перевалив руку Вэйни на своё плечо и вынеся её из пентхауса. «Она принесёт бед ещё больше, чем Раф», - подумал молодой человек, положив её на заднее сиденье. Хотелось, чтобы всё это оказалось дурным сном. Затылок ныл от тупой боли, а сама голова раскалывалась. Ричард гнал по магистрали в свой дом, везя с собой последний свой грех на заднем сидении.