Тёмный «цензура»

В кабинете Уильяма Ти Спирса раздался звонок телефона. - Алло, сеньорита Сатклифф на проводе, я Вас слушаю. - промурлыкал изврат, развалившись в кресле и закинув ноги на стол Уилла, пока того не было в кабинете. - Да, да, я вас понял, всё будет сделано, в честь Рождества мы устроим вам корпоративчик, дес. Дорогуша, всё будет в лучшем виде. - Диспетчер Сатклифф, что это Вы делаете? - внезапно в дверях показался Уильям, от неожиданности Грель поперхнулся и уронил телефон на пол. - Оу, Уилли, ты, как всегда, появляешься так же неожиданно, как айсберг в океане на пути несущегося лайнера под звёздным полотном ночи. - пародия на человека обняла фигуру Уильяма сзади, пытаясь прижаться несуществующей грудью к спине начальника. У начальника нервно задёргалась бровь. - Что вы себе позволяете, Сатклифф? У нас много работы, мне не до ваших игр, принимайтесь за дело. - поправляя очки, завернул мужчина в трудовое поле страданий, не забыв дать нерадивому подчинённому хорошего PEASдюля излюбленным секаторомкастратором. - Буу... Бууу... Скукотища. Ты такой холодный, Уилли... Ты меня так заводишь... - аловолосый бестий попытался пролезть тонкой ручкой в брюки начальника, но получил ещё одного PEASдюля. - Ну Уилли! А знаешь что? Было бы интереснее устроить праздник для работников такого места, как банк душ. Скоро Рождество, милый, а праздники неотъемлемая часть жизни даже для таких существ, как мы. - улыбнулся во все свои тридцать два Грилль. Начальника пробрала дрожь. Повисла пауза. Зеленоглазая "прелесть" сверлила взглядом бедного Ти Спирса. - На этот раз Ваша взяла, будет праздник, так уж и быть. Только, ради всего святого, не как в прошлый раз... - А что было в прошлый раз? - Вы пригнали демонов в костюме Санты вместе с северными оленями и заставили их танцевать стриптиз! - Ну... - Потом явились охуевшие ангелы, с горя напились и присоединились к демонам! - Эм... - Что "эм"? - Вообще-то это была идея Гробовщика... Неловкая пауза. - Это, пожалуй, самая странная новость за всё моё существование... - Уильям снял очки и потёр переносицу. - Он, кстати, тогда с парочкой ангелов пересп... Ладно, неважно, - пожалел Грилль бедного начальника, который был настолько воспитанным, что слушать о таких вещах ему было отвратительно. - Ла-а-адно... И вообще, идите организовывать корпоратив! - начальник пинком выгнал Сатклиффа из кабинета. - О-ля-ля, я позвоню Себастьянчику, спустя наших посиделок у мадам Ред прошёл уже целый месяц, ему уже должно было полегчать, бедняжка. - красноволосый педант схватил телефон и унёсся в неизвестном направлении. - Женщины... - вздохнул Уилл и принялся за работу. * * * - Дворецкому бобо, попе бобо. Хозяин, не могли бы Вы хоть сегодня не гонять меня по поручениям? - жаловался Себастьян, когда Сиель вытирал свои ботинки об его задницу. - Молчать, Добби, хозяин тебе ещё не подарил носок. И не подарит. Ты сам виноват, что я наступил в собачье дерьмо на пороге моего поместья. - маленькое чмо замахнулось второй ногой. - Ай! Да будет Вам... - Помолчи лучше, ходячая катастрофа, это твоя работа, за мою душу поблажек не будет. - на это раз чмо замахнулось кое-чем другим. Ах, фантазии... - Хозяин? - горничная стояла где-то неподалёку, размахивая шваброй. - Кхм, Мейлин, посуда вымыта, рубашки поглажены, бельё выстирано, полы вычищены? - прервал игру в гляделки демон. - Уже ухожу. - горничная понеслась прочь. - А, кстати, недавно звонил твой горе-любовник. Где ты их только находишь? - пробурчал Сиель. - Какой именно? - Ну нифига у тебя амбиции!? Ладно, не об этом речь, звонила красноволосая проблемка и во всех возможных красках романтики описала её душевное состояние, а потом уже попросила тебя к телефону. - Госпаде, мне можно начинать молиться во второй раз? - дворецкий почувствовал страх своей демонической жопой. - А знаешь, я тут подумал, что было бы неплохо... - Ой, не продолжайте, всё, что угодно, только не что-либо связанное с этим существом, с этим вурдалаком, этой фурией глубин ада, которых я даже не видел. - умоляла нечисть на коленях. - Акхем... - прокашлялся ребёнок. - Оно пригласило тебя, ну и меня разумеется, на Рождественскую вечеринку в главном офисе департамента душ, и, конечно же, я никак не мог отказаться. - усмехнулось чмо. - О мой Люцифер, какие же люди жестокие, не люблю, не люблю их. * * * - Хм, что такое? - проснулся Брейк после сладкого сна, услышав телефонный звонок. - Какой-то Грилль пригласил работников Пандоры в главный офис департамента душ провести Рождество вместе с богами смерти, что за шуточки? - в замешательстве проговорил Лунетт, нервно протирая свои очки. - Департамент душ? Боги смерти? Ну ебанько, новые игры линии секса по телефону? - шутканул клоун, вставая со стула. - Что вы такое говорите? Лучше бы делали свою работу, а не шутки шутили, Брейк. - Ну тиха-тиха, пока ты не разошёлся, проведаю-ка я Оза, пока тот не устроил путешествие. - пытался слинять Зарксис. - Ну что за человек? - Лиам схватил ближайшую книгу и зашвырнул прямо по затылку убегающего альбиноса. И попал. Послышалась брань. * * * - Как проходит подготовка к главному событию этой недели? - бегал по департаменту Сатклифф и разгонял лентяев по поручениям. - Рон? Рональд? Ронни?! РОНАЛЬД КОКС, ПРОСНИСЬ НЕМЕДЛЕННО! - Да, мэм? - шинигами тут же вскочил с места, вытирая слюни с заспанной мины. - Не стыдно тебе, засранец? В качестве наказания будешь неделю навещать каморку в конце коридора в десять часов вечера. - Понял, понял я всё! - взвизгнул Рональд, схватил список приглашённых и убежал выполнять работу. - Ишь, работнички. - поправляя очки, изврат направился по делам. * * * Вечер следующего дня, корпоратив. Все приглашённые стояли вокруг огромной красивой ёлки в большом холле. Вышел Уильям, откашлялся, и, со своей торжественной кислой миной объявил в микрофон: - Поздравляю всех присутствующих с Рождеством! Мы рады приветствовать вас на нашем костюмированном балу! Все радостно зашумели. - Позвольте же начать наше представление! Началось стандартное выступление, как на детском утреннике. Под громкую музыку на сцену вышел поддатый Эрик в костюме Кикиморы, чем тут же спровоцировал хохот публики. Надо сказать, за собой он вел на верёвке фигуристую, с белыми волосами, ну-ебать-какую-сексуальную Снегурку в коротенькой шубке, чулочках, сапожках и кокошнике, с белой и очень длинной косой. Снегурочка нехотя плелась за Кикимором, смотря на Эрика, как на идиота. - Эге-гей, людишки, смотрите-ка, кого я похитила! - начал Слингби, пытаясь убрать волосы парика назад. - Знаете, кто это? - он резко дёрнул Снегурку на себя, и она повалилась на колени, матеря всё и вся. - Ну допустим! - крикнул кто-то из зала. - И хто ита? - спросил Кикимора. - Ты вообще кто? Ты шпионишь за нами? - Нет, Кикимер наблюдает. Будьте добры ответить на вопрос. - Персональная шлюха деда Мороза!!! - крикнули аж несколько человек. - Вообще-то я его внучка... - смущённо пробурчала Снежная баба. Где-то за кулисами Алан пихал деду Морозу в рот носок, пытаясь заткнуть дикий хохот. - Уже не деда Мороза, а моя персональная шлюха! - похвастался Эрик. - Ты охуел?! - Та тиха ты, тиха. - заткнули Снегурду снежком в рот. - А вы знаете, кто я? Не знаете? Я -Кикимора греховная, скверная, содомная... Упс, не тот текст. Организатор, то бишь Грилль, стоящий в передних рядах, фейспалманул. - И Снегурочку я продам на чёрном рынке за наркоту в сексуальное рабство, о как. Ну всё, мы пошли. - и Кикимор со своей Шлюхой удалились за кулисы. Раздался звук завывающей вьюги, и на сцену выбежал Гинтоки, Рональд и Ханджи, которой парни несли длиннющий шлейф белоснежного платья. Она была, собственно, очкастой Снежной Королевой. - Я - Снежная королева! Я должна быть королевой Рождественского Бала! И у меня есть великолепный план как это устроить! - разглагольствовала Зоэ, пока Рональд и Гинтоки в костюмах метелей крутились и подпрыгивали рядом. - Слуги мои! Летите в поля, к морям, в леса, города! Заморозьте все дороги, дома! Похитьте мне Снегурочку! - Да, госпожа... - вякнули Гин и Рон, и пинком были посланы за кулисы. Толпа в зале тихо, но верно скатывалась под стулья от идиотизма этой ситуации. Через пару секунд Метели принесли Королеве Снегурочку и мёртвую Кикимору. Нет, они её не убивали, просто он по пути в своё болото накидался мухоморами и различными грибами до зелёных чёртиков, и проблем с похищением внучки деда не было. Вся эта компания удалилась со сцены. На сцену вышел Дедушка Мороз... И все женщины в зале потекли. Да чего там женщины, добрая половина парней в зале тоже обкончалась. Ибо дедом Морозом был Легендарный жнец. В охуенном костюме, состоящем из красной кожаной куртки с чёрным поясом, чёрных обтягивающих джинс и длинных сапог. Ну и стандартная шапка деда Мороза на голове. По залу прошло тихое "а-ах..." Когда он улыбнулся, потекли даже свечи на люстре. Заметьте, не обкончался только демон, ага. Хотя он был близок. - Никто не видел мою внучку? - бархатным голосом спросил дед Мороз. - Я твоя внучка!!! - заорал кто-то. - Возьми меня!!! - крикнул ещё кто-то. - Э... - дед Мороз малость прифигел и попытался ретироваться со сцены, но его нагло выпнули из-за кулис. - Дед Мороз!- рявкнула на него Ханджи-Королева, вставая перед ним и загораживая его для всех. По румянцу на её щеках было видно, что она тоже хряпнула водочки для храбрости. - Ты не имеешь права быть Королём Снежного бала! Я - Королева! - и Королева распахнула перед Гробовщиком свой снежно-белый плащ, который был одет на голое тело. Гробовщик с диким визгом рухнул в обморок. Оказывается на тело Ханжи нацепили голого капрала Леви, яки коалу, и Гробовщик не выдержал этого убийственного взгляда "Я пришёл по твою душу, детка". Деда Мороза откачивали минут двадцать, отпаивали валерьянкой ещё минут десять, уговаривали не бояться очкастую ещё минут двадцать. В итоге представление задержалось почти что на час. - Ладно, Дед, в качестве извинений я отдам тебе твою внучку или кто она тебе там... - промямлила Снежная Королева и вернула деду внучку. - Ну что же! - сказал дед Мороз. - А теперь давайте зажжём самую-самую красавицу в этом зале! - и крутанул наш дедушка головой на сто восемьдесят градусов, что от разворота пришлось смазывать шестерёнки в шее, которые поддерживали голову страдальца на плечах. - Ща Снегурку подожжёт!!! - раздалось в зале. - Раз-два-три, ёлочка, гори! Кто-то кинул спичку в Снегурочку. Бедняга сразу же загорелась. - СУКА!!! Дед Мороз молниеносно снял свою куртку, но, к великой нерадости, под его шубой тоже кое-то закоалился, и начал бить ей Снегурочку, пытаясь потушить пламя. И тут со снегурочки слетел кокошник. - Зарксис, ты?! - раздался истеричный вопль Гилберта из зала. - Ебало завали! - рявкнул ему в ответ Снегурк, продолжая гореть. Многие из работников бухгалтерии разочарованно вытащили руки из штанов, узнав что у них выступает не Снегурочка, а Снегурк. Накося выкусите, господа рукоблуды. Чарльз Грей спрыгнул с туши Гробовщика и понёсся в зал, увидев на столе сочную индейку. - Госпаде, как же я заипался жрать эвкалипт под этой тесной шубой, иди ко мне, моя дорогая. - лицо графа исказилось в гримасе удовольствия, но за его ногу схватил капрал и потащил обратно. - Эээ, сиди смирно, чтобы не выделяться, скотина. - Пшёл к чёрту, шпендель! - Чё, вякнул? Да и пробежался Мамай любви между этими двумя. В зале поднялся кипишь. Бегающий Снегурк в панике побежал от Гробовщика, который стал дубасить его косой. Пламя перекинулось на ёлку... - Ебать... - прифигел Брейк. - А что же дальше? - тут у него в голове промелькнула мысль. Тут же работник Пандоры скинул с себя платье Снегурки. Многие женщины, увидев это происшествие, побежали за вёдрами, ибо полился фонтан удовольствия из довольных рыл. Зарскис же подбежал к ёлке, присел на колени с вытянутыми руками и заорал во всё горло: - О великий Сатана! Да отведай души этих людей и даруй мне бессмертие, ибо желание Воли Бездны исполнить надобно, да и переиметь всю Пандору охота. В зале начался кипишь. - Мда... - прихуевший Себастьян отдирал юного господина со стены за кулисами. - Эти коровы настолько огромны, что даже маленький господин пропечатался на обратной стороне кирпичной стенки. - Чё вякнул? Отдирай давай! - Слушаюсь... Ох, какая неприятность, право... - Тут проходит посвящение в сатанисты? - в окне показался Винсент Найтрей, держа в руках тушу Чешира. - Процитирую великую фразу... - у дворецкого проявился пофиг фейс на лице. - Ебанько... - и любовь к котам оставила юного господина без помощи в стенке. * * * Главное здание чёрного ордена было уже разгромлено, повсюду валялась сломанная мебель и мишура, сгоревшая ёлка, которую потушили весьма необычным способом - парни, работающие и не работающие в небесной канцелярии устроили конкурс на самую длинную струю запуска жидкости из мочеиспускательного канала, и весьма успешно. Сказалось количество выпитого шампанского. Когда ёлка была потушена, они решили перейти на что-то покрепче и взялись за водку, водку, водку, ну и прочие радости жизни и смерти. - Танцуют все! - рявкнул Гробовщик-сексуальный-дед-Мороз, которого наняли озорником-затейником, то бишь аниматором, на всю небесную канцелярию. И все стали танцевать. Бухой в дрова Грилль подкатил и споил Лиама, и тот сейчас валялся под столом, пока Грелль творил с ним... Всякие нехорошести, но бабушка Шерил потом наказала алую звезду вечера и посадила её на верхушку ёлки. Жёпой, без вазелина. Трезвый и вообще не пьянеющий Брейк жрал сладости, пока бруталочка Эрик с висящим на его плече Аланом не предложили ему какой-то непонятной жижи. Сказал, что это напиток настоящих мужиков, что его производят в небольшом цеху небесной канцелярии. От этой булькающей жижицы Зарксис опьянел. После пятнадцатой бутылки, конечно, но опьянел. Снегурк не упал и не уснул, нет, забрался на сцену к Гробовщику и присоединился к своему дедушке, (Гробовщику было весело. Он ржал, смотря на этот бедлам из танцующих стриптиз жнецов, блюющих демонов, спящих людей и быстро, и умело набирающих грехи на свои светлые души ангелов) и крикнул в микрофон: - В-всем бухать и трахаться! - и начал раздеваться. Тишина. К Брейку подбежал воняющий перегаром герцог Барма и засунул ему в место мужского достоинства сотку. - Пкорнейш-ше благдрю... - И-иха! - заорали все и стали танцевать. Гробовщик, дабы помочь танцующим стриптиз (их было уже четверо) вбил в пол сцены свою косу, лезвием вниз. Получился такой прикольный серебристый шест, с рёбрами внизу. Ну да кого это волновало. Первым его опробовал Армин и покрутился. Толпа глазеющих на это действо засвистела. Подбежали пьяные в хламину Зеглинда и Вульф и насыпали парню в трусы пятьсот рублей мелочью. "Братец Зарксис" тем временем лез целоваться к Шерон, которая была уже тоже готовенькая, при том что на всё. - А-а, тентакли! - заорал кто-то и из-за кулис выбежали Уильям и Рональд, а за ними - Канеки в одних трусах и кагуне за спиной. Горбатого только могила исправит. - О боже, как прекрасен! - носокровил рядом Цукияма, запустив руку себе в штаны и тихонько подрачивая на беловолосого извращенца. В сторонке тихо танцевал Руфус Барма, никого не замечая и напевая себе под нос: - М-м, я-а хочу-у жени-и-и-иться-а-а-а на Шери-и-и-ил... Шери-и-и-ил, моя-а-а любо-о-овь... Ше-е-ери-и-ил... Через несколько минут наиболее адекватные личности заметили, что со сцены исчез Гробовщик. Кто-то вырубил музыку, и уже из-под сцены послышались стоны. - Абдрлгхч? - промямлил Ирвин. - Абдрл. - согласился с ним лежащий лицом в оливье Шлюхостьян и встал. Морда, перепачканная оливье и селёдкой под шубой, в которой он валялся до цезаря, в котором подремал минут пятнадцать, пугала до дрожи, и пока он плёлся до сцены завязывающимися в узел ногами от него успели шарахнуться Гилберт и Элиот Найтрей вместе с Лео и Шалтаем-Болтаем, которого тоже споили, Сиэль, Рональд с Аланом. Дойдя до сцены, он с четвёртого раза пинком выломал кусок сцены, не додумавшись зайти через дверь. Там сидели Гробовщик в трусах с черепками "Monster High", Канеки, щупальцами прикрывавший свой стыд, ибо он был уже без белья, Леви Хаккерман, в галстуке и только, и спящий Лиам Лунетт, который был приспособлен в качестве игрального стола. Все рубились в карты. Выражение лица Гробовщика было незабываемо, словно маленького шаловливого мальчика застукали за непристойностями одновременно его бабушка, учитель и ОТЕЦ, бедный жнец вспомнил своё "счастливое детство". Рядом сидел заглючивший Руфус Барма, вместо карт смотрящий немигающим взглядом в свой раскрытый веер. - А кто стонет? - не вкурил Шлюхостьян. Ему показали на дальний угол комнатки, где любили друг друга Цукияма и... Алан. Шлюхостьян присвистнул, представив, ЧТО сделает с гулем Эрик. И, дабы не попасть под горячую руку жнеца, который уже стоял в проломе с налившимися кровью глазами, быстренько умотал. В это время Брейк и Ханджи болтали о насущном, то бишь обсуждали Цепи. - Слухай, Брейк, а почему у твоего Шляпника под плащом сразу анус открывается? - Это не анус. Это глаз. - Аха, глаз, ха-ха. - захихикала учёная. Пандоровец непонимающе посмотрел на неё. - Я всегда думала что это самая пошлая, ха-ха, Цепь... Ну ты прикинь, появляется шляпа, плащ, а под плащом медленно так, призывно открывается анальное отверстие... Ой, не могу... - в истерике очкозавр скатилась под стол. - Бля, пошла к чёрту... - протянул Брейк, пялясь на свой бокал с той самой жижей. В жиже плавали конфеты. В зале царило сонное царство. Все, кто был приглашён, были уже в какашечку и валялись везде: на и под ёлкой, на люстре, на потолке с помощью клея "Момент", под лестницей, под сценой, друг на друге в самых разных позах. Кто-то ещё шатался по залу, ища место, куда бы блевануть. Праздник удался на славу. Но похмелье будет то ещё.