Прекрасная песня

Промедлив пару секунд, Джен бросилась к Джеймсу, еле успевшему убрать гитару. Девушка рухнула к нему, послышались всхлипы. Джеймс прижал ее к себе, вопросительно смотря на застывших ребят. Грэйс подняла газету и письмо, она непонимающе нахмурилась, но, пробежав взглядом сначала по газете, а потом и по быстрому корявому почерку, прикрыла ладонью рот. - Да что такое? - Оливер забрал у девушки бумаги. Кэрри нагнулась, чтобы видеть содержимое, внимание приковала маленькая заметка в самом внизу. Джен все еще дрожала в руках Джеймса. - Так... Этой ночью на безлюдной улице было найдено тело молодого человека... - Йен! Его звали Йен! - вдруг выкрикнула Джен, что Джеймс вздрогнул. - По-видимому, девятнадцатилетний Йен Курт покончил жизнь самоубийством, спрыгнув с крыши пятнадцатиэтажного здания. Причины полиции пока неизвестны. В руках у него находилась коробка с диском муз... - Оливер запнулся, - музыкальной группы The Limit, а на включенном плеере их песни. Случаи суицида среди молодежи учащаются... Никто не мог вымолвить ни слова. Кэрри прочитала письмо с извинениями о навязчивости и наглости, в конце подпись реального имени, слова благодарности и "Прощай". Глаза девушки метались из стороны в сторону. Грэйс жалостливо смотрела на вздрагивающую Джен. - Это из-за меня! Я виновата! - выкрикнула та. - Он пришел перед концертом, просил познакомится поближе, я отказала! - сквозь рыдания произнесла Джен. - Он умер из-за меня! Это на моей совести! - Тихо, не говори так. Это неправда, - находясь в шоке, Джеймс пытался успокоить девушку, но та не поддавалась. - Почему ты мне ничего не сказала? Джен не отвечала, лишь сильнее вжималась в парня. Оливер и Грэйс не знали, что сказать, а Кэрри думала. Она подошла и села на корточки рядом с Джен, положив руку ей на плечо. - Идем, - тихо и спокойно сказала Кэрри. - Зачем? - опасливо спросил Джеймс, считая, что она может только ухудшить. Девушка вопросительно изогнула бровь. - Поговорить. - Кэрри... - предостерегающе начал Джеймс. - Ты хочешь, чтобы она успокоилась? Только Кэрри может так сделать, - серьезно сказала Грэйс. Парень с сомнением глянул на нее, но разжал руки, и Джен, стискивая губы, подчинилась брюнетке. Кэрри повела ее на кухню и закрыла дверь. - А чего это ты так задергался? - спросил Оливер. - Что она ей будет говорить? Почему не я? Почему нужно уводить? - отозвался Джеймс. - Джен никому не доверяет так, как Кэрри, - уверенно сказала Грэйс, поставив точку. Дженнифер опустилась на стул, прикрыв трясущиеся губы ладонью. Кэрри молча достала из шкафа бокалы и бутылку абсента, разлила и пододвинула Джен. - Давай, - кивнула Кэрри, они выпили, и блондинка снова судорожно вздохнула. - Он пришел тогда, был таким милым и внимательным, букет мне подарил. А я... я такая жестокая! Кэрри, это из-за меня! И песни наши были у него в наушниках, когда он... Мой голос, понимаешь? Как мне с этим жить? - Джен прикусила кожу на костяшках пальцев, слезы капали на руку, а Кэрри давала девушке выговориться. - Если бы я была мягче, добрее, нужно было что-то иначе сказать, сделать. Может, даже дать ему надежду. Нельзя было так поступать, - с придыханием сказала Джен. - Надежду? - склонила голову Кэрри. - Я понимаю, тебе очень тяжело, но Дженнифер. Уясни, что ты не виновата. Он лишь один из тех, кому хватило смелости подойти. Нам нужно было предоставить официальность вашим отношениям с Джеймсом. Ты поступила как порядочная девушка. Совесть всё равно не позволила бы ответить. Он фанатик, значит, что-то изначально не так с психикой, - ровно проговорила Кэрри, но и самой трудно. - Нельзя было так поступать, говоришь? - она усмехнулась. - Со всеми поступают так, Джен, и с тобой. Люди эгоисты, неужели ты еще не поняла? Я благодарна Джеймсу, что ты забыла Адама. Так и ты помни, что мне пришлось стягивать тебя с крыши и вытаскивать из ванной с перерезанными венами, предварительно сломав замок в двери! А всё потому, что он нашел себе какую-то дешевку. Поэтому ты не снимаешь с запястий фенечки, - заметила Кэрри, она считала, что деликатность и мягкость только ухудшат ситуацию. Джен стыдливо опустила глаза. - Джеймс знает? - Нет, конечно, я старательно прячу, - отозвалась блондинка бесцветным голосом. Кэрри опустила голову и, сев рядом с Джен, приобняла ее за плечи. - Пойми, твоей вины нет, ты не просила его, не хотела обидеть, - аккуратно говорила она. - Не занимайся самобичеванием, попробуй смириться. Значит, такова была его судьба, к написанию который ты не причастна. Ты слишком светлая, Джен, и уже искупила болью, муками и этими слезами, - Кэрри вытерла размазавшуюся тушь с ее лица, - ту толику вины, если она и была. И помни, что мы с тобой. Джеймс тебя не оставит, уж поверь, он без ума от тебя, что даже слов подобрать не может, - улыбнулась Кэрри. - Всё будет хорошо, и он в лучшем мире. Наверное, слушает там твой голос. Мы будем помнить нашего самого верного фаната, а ты не вздумай думать о себе плохо, твоего греха нет, - закончила Кэрри и поцеловала девушку в лоб. - Почему они так долго? - ерзал на кресле младший Фелпс. - Что Кэрри ей говорит? - Не делай из нее монстра, Джеймс, - оборвал его Оливер. - Она хочет помочь. - Как здесь поможешь? - обернулся на брата Джеймс. Дверь открылась, нарушив тишину, первой вышла Джен. Ее глаза пустые и покрасневшие, но слез больше нет, лишь руки немного трясутся. Джеймс подскочил, она села в кресло с ним, он опустился обратно. - Ты как? - спросил парень, стирая с щеки оставшуюся капельку туши. Джен медленно закивала. Джеймс дернулся к ней. - Сейчас советую воздержаться от поцелуев, - тихо на ухо шепнула ему Кэрри незаметно для Дженнифер. Джеймс был благодарен ей за успокоение Джен, за исчезновение слез и ровное дыхание. Он лишь обнял девушку, но до ужаса крепко, стараясь заглушить ее терзания. Кэрри поджала губы и встретилась взглядом с чуть улыбающимся Оливером. Она подошла, и парень обнял ее. Не было сил сопротивляться. - Ты волшебница как всегда, - тихо произнес Оливер, Кэрри улыбнулась. Но на душе у всех остался тяжелый груз. Этой ночью никто не спал. Кэрри не могла сомкнуть глаз, она понимала, что возможны неприятности, связанные с родственниками Йена, может, даже с прессой. - Всё будет хорошо, спи, - Оливер поцеловал девушку в лоб и посильнее обвил руками, Кэрри выдохнула ему в шею. Спасибо, что ты есть. Но мысли всё равно возвращались к Джен. Она снова дала волю слезам. Даже казалось, что обижает память Йена тем, что сейчас с Джеймсом, который так отчаянно пытается успокоить Джен, но ей от этого будто становилось хуже. У парня сердце кровью обливалось от того, что она так мучается, а он ничего не может поделать. И только Грэйс, лежа в одиночестве и смотря в потолок, думала, что скорее всего Йен был одинок. И настолько, что нашел утешение в музыке. Он утопал в ней с головой, в конце концов захлебнувшись, но уже от самого себя, помешанности и одержимости. Ему не с кем было поделиться, рассказать что-то сокровенное вот такой бессонной ночью. Грэйс глубоко вздохнула. Почему ты так далеко?

***

В течение нескольких дней Оливер создал официальный сайт группы. Как и ожидалось, появились поклонники. Но были и те, кто знал о деталях смерти Йена Курта и винили во всем ребят. На форуме шли ожесточенные споры между ними и фанатами. А потом как-то прознали адрес студии, и, когда музыканты выходили после очередного просиженного впустую дня, их встречали молодые люди. Кто-то улыбался и просил фото, но были и странно смотрящие в сторону Джен. Девушка держалась изо всех сил, Джеймс не отходил от нее ни на метр. В глубине души они жалели о новом информационном источнике, но и понимали, что это необходимо. Кэрри не требовала ничего от Джен, они даже не репетировали, ведь у первой все еще заживала рука. Обеим девушкам было тошно и тоскливо по своим причинам, близнецы же поддерживали их, как могли. Кэрри злилась на себя и свою временную отчасти беспомощность. Она не может играть, это дергало ее нервы как ниточки, готовые вот-вот лопнуть. Девушка иногда подолгу рассматривала уже бинтовую повязку и единственное, о чем Кэрри не жалела, это то, что несмотря на боль и слабость она выступила, и благодаря этому их альбом покупался, так как многие критики оценивали именно тот концерт. Кэрри поняла, что за очень многое должна быть благодарна Оливеру, он вообще изменил ее жизнь. И саму Кэрри. Она заметила, что после того кратковременного расставания боится спать без Фелпса. Наступление ночи стало ассоциироваться со сближением, лаской, нежностью, любимым человеком. Оливер часто говорил, что любит ее, Кэрри отвечала, но это особые случаи. Она привыкла быть немногословной и скрывать чувства, на которые кто-то может покуситься. Но девушке хотелось открыться Оливеру целиком, она стала безоговорочно доверять ему, он прощает многие ее промахи и закидоны. И даже сейчас, глубокой ночью, когда Кэрри приспичило спать полусидя, так как рука больно задевает, Оливер спал, положив голову ей на живот и осторожно держа забинтованную ладонь. Так Кэрри точно не могла уснуть. Она улыбалась, наблюдая, как Оливер чуть поворачивает голову и щекочет волосами кожу на оголенном животе из-за задравшейся футболки, принадлежавшей ему, между прочим. Кэрри аккуратно перебирала его волосы, которые уже пора стричь, но ей не хочется, нравится вот так, небрежно. Ей нравится, когда Оливер спорит с ней о каких-то мелочах, будь то маршрут утренней пробежки, одежда или сорт кофе в магазине. Кэрри позволяет ему выигрывать, ведь в конце концов Фелпс находит аргумент, которому она не может сопротивляться. Только с ним Кэрри стала опаздывать, никому она не разрешала столько, сколько Оливеру. Он действительно безумно ей дорог, Кэрри полюбила этого клонированного и абсолютно не желает знать, что будет, если его вдруг не станет рядом. Оливер пошевелился и повернул голову, этим лишь сильнее задирая футболку. Кэрри приглушенно рассмеялась. Он смотрел на нее сонными глазами, девушка чуть улыбнулась и опустилась на кровать спиной. - Ты решила встать раньше обычного, в три? - пробормотал Оливер, переворачиваясь и ложась рядом. - Чего не спишь, милая? - вздохнул он, но тут же понял осечку и поджал губы. Кэрри усмехнулась. - Потому что ждала, когда скажешь это, ведь только тебе можно, - произнесла она, притягиваясь и нежно целуя парня, что тот моментально проснулся от удивления. И это было причиной основательно пробудиться даже в три часа ночи.

***

Кэрри наконец-то сняли гипс, синяки под глазами Джен и Джеймса уменьшились, пора возобновлять работу. Но неожиданности любят тех, кто о них забывает. Кэрри нервно теребила струны, наигрывая воображаемую мелодию, Оливер топал ногой, а Грэйс перебирала палочки. Джен и Джеймс опаздывали уже на час. - Не знаю, трубку он не берет, - в который раз сказал Оливер. Наконец, дверь открылась. Глаза Дженнифер были напуганные и неверующие, Джеймс же смотрел в пол. - Кэрри, нужно поговорить, - хрипло произнесла она. - Что случилось? - настороженно спросила брюнетка. Джен вздохнула. Вдруг все вздрогнули от звонка на сотовый Оливера, парень быстро юркнул на кухню. - У меня проблемы, - продолжила Джен, Джеймс приобнял ее за плечи. - Я сегодня встала, ужасно першило горло, но я не заболела. Решив проверить, попила воды и попыталась сделать распевку, - глаза девушки застлала соленая пелена. - Кэр, я потеряла голос! - выпалила она. И тут Грэйс и Кэрри услышали, что всё не так. Голос охрип, понизился, диапазон уменьшился. Джен прерывисто вздохнула. - Теперь вас будет трое, ты ведь, Кэрри, прекрасно поешь, - произнесла она и не смогла сдержать слез. - Чшш, тише, - шептал Джеймс, обнимая ее. Кэрри открыла рот, находясь в полнейшем замешательстве. - Нет, Джен, ты что! Ты остаешься в группе! - твердо сказала она. - Нам тебя не заменить, -добавила Грэйс. - Дженнифер, послушай! - Кэрри посмотрела на Джеймса, тот расслабил руки, и девушка подошла к блондинке. - Ты никуда не уйдешь. Будешь аккомпанировать на рояле, пока голос не восстановится, а так будет! А пока... да, на вокале будем мы с Джеймсом... Но это вопрос времени, Джен, - Кэрри вглядывалась в ее глаза. Слишком часто Дженнифер плачет, нервы не выдержали, и это отразилось на всем организме. Кэрри понимала, что это может стать серьезным ударом для имиджа группы, но она не оставит подругу. - Мы никогда не использовали клавишные, - шмыгнув носом, сказала Джен. - А теперь будем. Изменения, обновления - хорошая вещь, и ты нам нужна! - заявила Кэрри. - Спасибо тебе! - блондинка кинулась ее обнимать, Кэрри улыбнулась. - Джеймс, ты пришел как раз вовремя, - со странным лицом вошел Оливер. Все взоры обратились к нему. - Нас вызывают по старой работе. В Америку, в Орландо, на открытие парка. Уехать нужно на неделю, - на выдохе произнес Оливер и тут же встретился с непонимающим, неверующим взглядом Кэрри. - Нам нельзя отказаться. - Но мы не можем сейчас уехать, я не могу оставить... - начал Джеймс. - Я знаю! Но мы именно должны, - подытожил Оливер. Повисла гробовая тишина, Кэрри смотрела на него, уехать значит оставить ее. В сердце что-то больно кольнуло. - Стоп, - вдруг выпалил Джеймс. - У нас есть две путевки в Майами, а это в одном штате с Орландо! - как открытие века произнес он. - Ну, то есть нужно купить еще билеты, мы с Оливером будем на съемках, а вы на пляже. Тебе нужно отдохнуть, - обратился он к Джен. - У нас пропадет неделя, а с Полом договор, - сказала Кэрри. - Его всё равно пришлось бы нарушать, - напомнила Грэйс, и они поведали Оливеру о Джен. Он, как и все, не мог поверить. - Вот и сходите там к хорошему специалисту, - пожал плечами Оливер. - Кэр? - А она молчала. Не надо бы им никуда уезжать. Если бы только Джен, а Джеймс ее одну не отпустит, а без него группы не будет. Сейчас Дженнифер слишком плохо, чтобы лишать ее такой возможности и обрывать хоть какой-то шанс на скорое восстановление. - Ладно, - тихо кивнула она. - Вот и отлично, - улыбнулся Оливер, преобнимая девушку. - Я закажу еще три... - Я не поеду, - подала голос Грэйс. - Почему? - не поняла Кэрри. - Мне нужно быть здесь, помогать сестре, вы же знаете. Оставить ее на неделю я не могу, - поджала губы девушка. - Точно? - Да, а вы езжайте, редкая возможность, - улыбнулась Грэйс. К вечеру все срочно купленные билеты были у ребят на руках, а чемоданы вытащены с дальних полок. - До чего я докатилась, уже лечу в Майами, - усмехнулась Кэрри, когда они ехали в аэропорт. - Как настоящая звезда, - добавил Оливер. - О да! А вы на весь день будете нас бросать? - в раз сгрустнув, спросила она. - Нет, постараемся быстрее, я не хочу упустить возможность побыть с тобой в таком месте, - заявил парень. - Я люблю тебя, - призналась Кэрри и, нагнувшись к нему, поцеловала. Девушка не любила летать в самолете, не нравились долгие формальности и ожидание. Дженнифер почти сразу же уснула на плече у Джеймса, а Кэрри, откинувшись в кресле, смотрела в иллюминатор. - Эти дни пролетят быстро, не переживай. Искупаться не успеешь, а уже нужно будет возвращаться, - сжав ладонь девушки, произнес Оливер. - Да,- улыбнулась Кэрри. - Но главное, чтобы Джен начала поправляться. Через три часа они уже были в аэропорту. Близнецы забронировали не обычную гостиницу, а два домика неподалеку от пляжа. Войдя, Кэрри не сдержала улыбку. Только начинали появляться отголоски солнца на горизонте, оно постепенно просачивалось в окна, теплым светом освещая дом. Внутри всё было выполнено в кремовых и шоколадных тонах. Девушка разулась и прошла по теплому деревянному полу, кроме спальни была только одна ванная и кухня. Кэрри прошла в комнату и усмехнулась. Интересно, Оливер знал, как всё выглядит? На светлых стенах висели картины с видами океана, окна занавешены плотными шторами песочного цвета, но гвоздем программы была поистине королевская кровать, заправленная простынями цвета кофе. Кэрри не переставала улыбаться. Она почувствовала ласковые руки, обвившие ее под грудью, родное дыхание на шее и нежный поцелуй в плечо. По телу прошли мурашки. - Тебе нравится? - спросил Оливер. - То, что ты делаешь - безумно. Ну и комната так ничего, - заявила Кэрри и рассмеялась. - В таком случае, можно совместить, - он обжег горячим дыханием кожу девушки, от чего у той внутри всё сжалось. Кэрри облизнула пересохшие губы и обернулась к Оливеру. Жаркий и терпкий поцелуй, перенесший их на кровать, длился, казалось, вечность.

***

Утром Кэрри проснулась от навязчивых лучей солнце, слепивших глаза. На удивление девушки, уже было десять часов утра. Оливер ушел, не став будить ее. Кэрри подумала, что эгоистично чувствует себя брошенной. Но нужно потерпеть всего три дня. Джен вытащила Кэрри на пляж, что та совсем не любила, разве что океан. Он был кристально чистым, а песок белым и мягким. Оглядываясь на пальмы, казалось, находишься в райском месте. Наверное это потому, что сейчас мало людей. Кэрри наслаждалась воздухом и шумом небольших волн, но не любила солнце. Она сразу же водрузила большой зонт, под котором устроилась после недолгого захода в воду. Но заплывающая слишком далеко Джен не давала ей покоя, и Кэрри вынуждена была снова и снова окунаться в прохладную и обволакивающую воду, дабы находиться рядом с подругой. - Так странно, давно не видела тебя без макияжа. Тебе очень даже идет, - улыбнулась Джен, устраиваясь под солнышком на пляже. - Спасибо, - сказала Кэрри, прячась под зонт и натягивая черную шляпу на лоб. - Почему ты не хочешь загорать, в Бирмингеме такого не найдешь, - протянула Джен, растягивая на песке. - Мне не нравится, я хочу сохранить естественный светлый цвет кожи, у меня будто появляется корочка от солнца, - сказала Кэрри, гордясь своим слишком белым оттенком. - Ну как хочешь, может, ты и зря, - выдохнула Джен, отчаянно пытавшаяся расслабиться и сделать вид, что все хорошо, ведь заметно, Кэрри переживает. Вдоль океана сновали молодые люди, парочки, девушки и парни, желающие покрасоваться и показать себя. Кэрри терпеть не могла всё это, будто подиум напыщенных особ. На Джен обращали внимание и подолгу смотрели. - Джеймс бы не одобрил, чтобы ты привлекала столько народу, - с улыбкой заявила Кэрри. Дженнифер, не замечавшая этого, оглянулась и поймала на себя изучающие взгляды. Девушка тут же поднялась и забралась к Кэрри под зонт, стыдливо опустив глаза. Она не хотела больше привлекать внимание противоположного пола. Девушки вернулись раньше близнецов, Кэрри осталась с Джен, они хотели приготовить что-нибудь экзотическое. Но вошедший Джеймс нарушил их планы. Сразу приобняв Джен, он оглядел всё действо на кухне. - Кэр, тебя там Оливер уже обыскался, - сказал он с улыбкой. Ей не нужно было повторять дважды, Кэрри прекрасно понимала, что стала лишней. - Как всё прошло? - спросила она с порога. - Отлично, как ни странно. Два дня мы будем записывать ролики, а потом большое открытие, и свободны, - Оливер приблизился к девушке и убрал выбившуюся прядь ей за ухо. - Вы дома весь день были, что ли? Никаких изменений, где загар? - Я хочу быть бледной поганкой, которая прячется от солнечного света, - Кэрри склонила голову на бок и обвила руками парня, скрещивая ладони за его спиной в замок. - Чтобы сохранялся контраст между черным и белым? - усмехнулся Оливер. - Да, как в жизни. - А если представить, что жизненная гамма многогранна? - спросил он. - Значит, ее можно увидеть только ночью и только в другом человеке, - ответила Кэрри, голос ее смягчился, а на лице появилась легкая улыбка. Оливер начал понимать ее философию.

***

- Ты уверена? Потом ведь ничего не исправишь, - говорила Джен, отговаривая Кэрри. - А я и не захочу это исправлять. И вообще, что тут страшного? - азартно улыбнулась та. Дженнифер покачала головой. Когда Оливер вернулся домой, Кэрри выбежала из ванной на звук открывшейся входной двери. В глазах девушки читалось волнение. - Что с тобой? Неужели загорел квадратный сантиметр тела? - усмехнулся он. - Не угадал, - укоризненно отозвалась Кэрри, но загадочно улыбалась. Она подошла к Оливеру вплотную и чуть наклонила голову на правый бок. - Подсказка ясна? - Ты... ты серьезно, она настоящая или смоется? - выпалил Фелпс. Чуть выше ключицы Кэрри сделала небольшую татуировку, состоящую лишь из двух тонко выведенных символов: ОК. - Что это? О. К. Просто? - Где же Ваша фантазия, мистер Фелпс? - ухмыльнулась Кэрри. - О, - она положила руку ему на грудь, - К, - и указала на себя. Их инициалы. Оливер выдохнул. - То есть, ты сделала тату с моим именем? С нашими именами? - он аккуратно провел по коже, будто проверяя на подлинность. - Да, - улыбнулась Кэрри. - Мне так захотелось, оно ведь никогда не смоется и не исчезнет, - сказала она, вкладывая многие смыслы. Оливер покачал головой, он не думал, что девушка на такое способна, она связала себя с ним. Фелпс положил ладони ей на талию, приближая к себе. - Ты чокнутая, и я тебя люблю, - как факт произнес он и поцеловал Кэрри. Она запутывалась пальцами в его волосах, наклоняя все ближе к себе. Они снова не будут спать.

***

Наступил последний день съемок близнецов, они уехали еще раньше обычного. Оливер даже не засыпал, за что впоследствии Кэрри чувствовала себя виноватой. Они с Джен снова направились на пляж, но Кэрри больше лежала - ужасно хотелось спать. Девушка мельком услышала, что у Джен разболелась голова от жары, и она пойдет домой. Кэрри перевернулась на живот и устроилась поудобнее. Время шло, а вместе с ним и солнце не стояло на месте. - Мисс Плант, нам пора вылетать в Бирмингем, - официальным тоном проговорил Оливер над самым ее ухом в попытке разбудить. - Что? - девушка мгновенно приподнялась на локтях, но тут же почувствовала тянущую боль на коже. Кэрри подняла глаза, солнце уже садилось, а она не была под зонтом! - Ты проспала мой приход, знаешь ли. Я уж было подумал, ты нашла здесь себе симпатичного спасателя и уплыла с ним на катере от меня, - задумчиво протянул Оливер. - Да, очень смешно. Ай, черт, что у меня со спиной? - спросила Кэрри, щурясь. - Оу... - только и произнес Оливер. - Что? - повторила Кэрри, наблюдая за взглядом парня. - Ты сильно сгорела, очень, ты вся красная, - взволнованно сказал Оливер, оглядывая кожу девушки, когда-то такую белую. - Нет-нет-нет, - повторяла Кэрри, вставая. Спину и ноги буквально стягивало, неприятно покалывало. - Я как рак? И полоски остались? - в ужасе спросила она. Оливер кивнул. - Так... У Джен должны быть средства, с этим нужно что-то сделать! - Не нервничай так, это обычное дело, через несколько дней пройдет. - Нет, сначала я буду гореть, а потом этот чертов загар сойдет только через полгода! - отчаянно проговорила Кэрри. Всё из-за расслабленности! - Всё будет хорошо, - Оливер помог ей подняться и хотел было обнять за талию, как от малейшего прикосновения Кэрри зажмурилась. - Прости, - с сожалением выдохнул он и поцеловал ее в висок. По приходу Кэрри обессиленно рухнула на кровать, чувствуя, как одежда неприятно щекочет кожу, всё чешется и ноет. Девушка ткнулась лицом в подушку. Вот не хотела же и разумеется сгорела! Даже от вентилятора становилось хуже. - Я всё принес, - Оливер вернулся от брата с тюбиками кремов от загара. - Меня уже не спасти, выбирайся сам, - наигранно драматично произнесла Кэрри, изнывая от жара, который чувствовала. - Капитан никогда не покинет корабль и не оставит штурмана! - вторил ей Оливер, девушка тихо рассмеялась, и это отдалось болью. - Так, сейчас, - он присел рядом с Кэрри и осторожно спустил лямки с ее плеч. - Сам ведь сказал, что я вся выгорела, снимай полностью, - сказала она. Оливер усмехнулся, Кэрри никогда его не стеснялась. Осторожно стянув с девушки сарафан, он снова поразился. Как можно было так обгореть? И как можно быть такой идеальной? Кэрри впивалась зубами в подушку, каждое незначительное движение отдавалось болью. Оливер осторожно начал смазывать кожу девушки, начиная с ног. Кэрри терпела, хотя казалось, из глаз вот-вот брызнут слезы. - Расслабься, это тебя не убьет, - усмехнувшись, произнес Оливер. Кэрри попыталась, и, когда он нежно провел ладонью по пояснице, девушка громко выдохнула. От его прикосновений закрывались глаза и учащалось дыхание. Наконец-то жар начал спадать, исчезло ощущение, что вместо кожи пергамент, а тем временем руки Оливера уже были на ее шее. Он продолжал гладить ее спину, хотя у самого горели ладони, он изредка чувствовал, как Кэрри подрагивает. Оливер улыбнулся и коснулся губами лопатки девушки, послышался глубокий вздох. Он целовал ее спину, Кэрри сжимала губы. Смесь боли и наслаждения, как в лучшие времена. Она немного повернулась и притянула Оливера к себе, но как только Кэрри полностью опустила на спину, тут же подскочила, боль не прошла, а лишь приглушилась. Девушка виновато посмотрела на Оливера, тот улыбнулся и поцеловал ее в уголок губ. Через некоторое время Оливер принес Кэрри охлажденную простынь, которую они засунули в морозилку. Девушка обмоталась ей, стало легче, но лежать можно только на животе. Оливер устроился сам и подтянул к себе Кэрри. - Тебе будет холодно, - заявила она. - Вот и хорошо, а то жара стоит невозможная, - выдохнул он и настойчиво приблизил девушку, та легла ему на грудь. Кэрри прикрыла глаза и почувствовала, как Оливер перебирает ее волосы, от этого вдруг стало намного приятнее, чем от поцелуев. Кэрри в который раз замечала, что Оливеру хватает и такой близости. Девушка ощущала себя нужной, и это потрясающее чувство, когда знаешь, что тебя любят, и ты можешь дать то же в ответ. Она посмотрела на него, взгляд Оливера был рассеян, но глаза оставались ясными. Тепло-карие или темно-зеленые при свете лампы на прикроватной тумбочке. И такие родные. Ей давно не было так хорошо, девушка безумно ему благодарна за все те странности, что с ней происходят. - Оливер? - тихо позвала Кэрри. - Ммм? - он провел пальцем по ее плечу. - Знаешь... Я... Я изменилась с тобой. Может, незаметно, но я ощущаю это ужасно остро. Мною движет невероятная тяга к тебе, постоянное желание быть рядом, - говорила Кэрри, Оливер внимательно слушал, но уже на первых словах хотелось поцеловать ее. - Я тебя люблю и ничего не могу с этим поделать, да и не нужно. Я хочу быть и жить для тебя, - произносить такие вещи для Кэрри было показателем истинных и сильных чувств, она говорила это впервые, и было немного страшно. - Мне никто больше не нужен, если ты со мной, всё вокруг - мелочи, а мы целый мир. Я не хочу смотреть ни на кого-либо еще, я слишком люблю твои глаза, чтобы смотреть в чужие. - Она вдруг усмехнулась. - Я потеряла контроль над собой. Даже сейчас, раньше я не смогла бы сказать такое, а теперь не жалею. С тобой я счастлива, Оливер. Все мои песни только для тебя. И я не знаю, что со мной сделается, если ты уйдешь насовсем, - на выдохе закончила Кэрри и закусила губы. Зачем она всё это сказала? Но так хотелось. Оливер внимательно смотрел на нее. Всё-таки Кэрри потрясающая, хотя бы тем, что от нее нельзя ожидать такого, но до ужаса приятно получать подобные сюрпризы. И если уж она говорила, то это было абсолютно искренне. - Я никуда не уйду, - покачал Оливер головой, проводя ладонью по щеке девушке. - Не захочу оставить тебя, насовсем - ужасное слово. Кэрри, не думай о плохом, я с тобой и безумно не хочу, чтобы это заканчивалось. Я тоже люблю тебя, моя жизнь раньше была слишком светлой и тусклой, - они усмехнулись, - но я благодарен тебе, что ты существуешь. Я не хочу, чтобы что-то менялось, - сказал он, целуя Кэрри в макушку, но девушка придвигается, и уже другой поцелуй длится дольше. - Да, и это должно остаться неизменным, - улыбнулся ей Оливер, тепло разливалось внутри них. - Знаешь, Чарли говорит, что ты смотришь на меня, как никто раньше не смотрел, - начала Кэрри. - А... - Хах, Чарли? - усмехнувшись, перебил Оливер. Ее брат постоянно оказывается с ними. - Я понимаю, что часто упоминаю его, - сказала Кэрри вполне спокойно. - Но и ты пойми. До тебя он был самым важным и значимым человеком в моей жизни, хотя ты все же его потеснил, - улыбнулась Кэрри, самолюбие внутри Оливера возликовало. - Просто... Я такая как есть благодаря ему. Мы ушли от родителей, когда мне было пятнадцать, учились жить самостоятельно, работали, чтобы получать образование. У Чарли это получилось успешнее, но я никогда не попрошу его помочь или как-то раскрутить нас. Привыкли всего добиваться сами. Он научил меня всему, и я бесконечно благодарна, что не стала учителем иностранных языков, как того хотели родители, - Кэрри фыркнула. - Но с тобой я пойду еще дальше. Ты моя поддержка и опора, и я должна извиниться, если когда-то обидела тебя, а это так, - произнесла Кэрри, чуть крепче обнимая Оливера. Тот погладил ее по волосам. Он достиг того, о чем думал на первых порах знакомства с Кэрри. Она может открыться, но только когда уверенна, безоговорочно доверяет человеку. Оливеру удалось сделать ее счастливой, и, казалось, от этого он счастлив сам. - Всё отлично, я рад, что у тебя есть еще один защитник, ибо на такую как ты и нас двоих мало, - усмехнулся Оливер. - Я не оставлю тебя, а буду рядом, даже если расстояние разделит нас. - Спасибо тебе за все, - Кэрри уткнулась ему в шею.

***

Оставшиеся три дня они провели в доме, так как спина Кэрри окончательно не проходила, да и девушка отказывалась выходить на солнце. Но Оливер смог вытащить ее ночью к океану. И это было волшебно. Никогда не забудут то, что там вытворяли. Еще одно их место. Уже садясь в самолет, Кэрри признала, что вскоре захочет вернуться.

***

Улучшений у Джен не наблюдалось, что ужасно огорчало всех, а сама девушка чувствовала себя беспомощной и уязвленной. Кэрри попросила Пола повременить с концертами и записями. Но одним днем Оливер, опоздав в студию, с порога заявил: - Кэр, нам нужно поговорить, - он был абсолютно серьезен. Закрыв дверь, она уставилась на него, в душе начиная нервничать. Оливер не знал, как начать. - Мне нужно уехать. - Что? - выпалила Кэрри, не веря ушам. - Меня пригласили на второстепенную роль в очень большом проекте, - Оливер был темнее тучи. - Это одна из самых больших кинокомпаний, и если я откажу, навсегда потеряю шанс на какую-либо актерскую карьеру. - Сейчас? Оливер, ты думаешь об этом сейчас? - Кэрри завелась. - У нас и так дела плохи, а ты бросаешь? Да как ты можешь!? Я не знаю, что делать с группой, а ты, наш продюсер, от которого зависит всё, хочешь уехать? - кричала она. - Прости, я понимаю. Всё возьмет на себя Джеймс. Пойми, это всего на два месяца, я очень скоро вернусь, но я должен, - опустошенно произнес он. Кэрри прожигала его взглядом, она покачала головой и сделала шаг назад. - Кэрри! - Оливер успел поймать ее и прижать к себе. - Я не хочу уезжать. Но если я приму участие, мой рейтинг хоть немного, но возрастет, и тогда для вас от меня будет больше пользы. - Ты хочешь оставить меня, - она думала и о другом. - Ты говорил, что никогда не сделаешь этого, так что же получается? Там ведь будет куча наикрасивейших актрис, которые в миг затмят твое сознание. Ты не вернешься из цепких лап шоу-бизнеса, - жестоко сказала Кэрри, пытаясь отстраниться, но Оливер держал. - Нет! Плевать на это, потому что для меня существуешь только ты, - он взял ее лицо в ладони. - Расстояние нам не помешает, я говорил об этом. Я останусь с тобой. Пойми же, я не задержусь. Постараюсь прилетать на выходные, и это будет только наше время, - говорил он, а в ее глазах уже читались тоска и безысходность. - Ты не будешь приезжать, - полностью уверенно в своих словах сказала Кэрри. - Я буду стараться, - ответил Оливер. Она опустила глаза, ведь не может и не должна удерживать его. Кэрри кивнула. - Спасибо, что поняла. И помни, что я всё равно с тобой. - Когда? - опомнилась девушка. - Завтра, - это слово отразилось от стен и невыносимо больно ударило Кэрри, сердце сжалось, руки опустились. - Прости, - добавил Оливер, самому ведь было тошно. Кэрри снова кивнула, хотелось исчезнуть или проснуться. Почему так неожиданно? Девушка в миг померкла. Его забирают у нее. Они сообщили всё ребятам. Оливер хотел провести последнее время с Кэрри, а ей это было в тяжесть. Поцелуи, ночь больно отзывались внутри, в сердце что-то кололо. И когда он прощался с ребятами, задержавшись с Кэрри и долго поцеловав, душа ее сжалась и хотела отправиться с ним. - Я люблю тебя, - шепнул Оливер и отстранился. Он сел в машину и напоследок взглянул Кэрри в глаза, та снова кивнула. Оливер уехал, Кэрри сразу же пошла в дом, и только Грэйс заметила тонкую блестящую пелену, покрывшие ее всегда ясные глаза. Кэрри не находила себе места, везде было пусто, тихо и одиноко. Оливер звонил ей, но от этого становилось еще хуже. Как ломка. Ты знаешь, что доза есть, но не можешь до нее дотянуться, а она постоянно напоминает о себе. Кэрри не могла спать, она дрожала от холода, но терпела. В самую темную ночь после очередного разговора с Оливером Кэрри бездвижно лежала и смотрела в потолок. На секунду ей показалось, что глаза намокли, затем щеки. Девушка рывком вытерла лицо, но это был мираж. Снова стало больно. Одиночество еще никогда так не травило душу, каждый стук сердца будто тянул вниз, в пропасть, куда падаешь и не можешь упасть. И некому протянуть тебе руку. Кэрри решила, что это непозволительная роскошь - лежать и разлагаться. Девушка принялась восстанавливать группу. Они с Джен разучивали партии на рояле, у блондинки отлично получалось, она радовалась, что может быть полезной. Кэрри тренировала голос, но какая бы ни была песня, она получалась до невозможности печальной. Девушка продолжала писать тексты и музыку, она старалась не давать себе свободной минуты. Прошел месяц. Съемки Оливера стали занимать чуть ли ни весь день, он стал звонить реже. Да и Кэрри с постоянными репетициями не смогла бы отвечать. Хотя конечно бы смогла, но так было проще думать. По ночам снова накатывала апатия. Она безумно скучала, что уже хотела поехать к нему. "Вернись, я стала забывать твои глаза и улыбку." Кэрри думала, что лучше бы сгорала так каждый день, но только чтобы потом Оливер был рядом. И хуже было от того, что она сама его отпустила. Дни проходили всё чаще без звонков и таких необходимых обоим "Я люблю тебя". Кэрри... Снова начала курить, это давало ей иллюзию облегчения, так легче проваливаться в сон, будто забываешься. Никотин разливался по легким, словно заполняя пустоту. Они отдалились, как бы ни отрицали это.

Бывают такие моменты в жизни, когда нужен лишь один человек и больше ничего. Будто весь мир без него стал пустым.