Прекрасная песня

Грэйс Хелен Джонс родилась 3 ноября 1988 года в Кронтоне. Когда ей исполнилось 5 лет, родители собрали все деньги и переехали в город, чтобы дать младшей дочери хорошее образование. У Грэйс есть сестра Джулия, старше ее на пять лет. Джулия Джонс не отличалась способностями, которые ее сестра проявила в раннем детстве, срисовав с картины на стене приличный для трехлетнего ребенка набросок. Но Грэйс и Джулия перевелись в Лидс вместе. Когда им исполнилось одиннадцать и шестнадцать соответственно, Джордж и Клара вернулись в Кронтон, оставив девочек на самостоятельное проживание, так как таким образом выжить в большом городе было легче. С детства познав ограниченность и ценя старания родителей, Грэйс привыкла довольствоваться малым, быть благодарной и стараться как только возможно. В школе девушка училась на отлично и умело совмещала все уроки с занятиями в художественной студии. Девочка всё чаще и чаще выигрывала конкурсы, ее привлекало искусство, и школа начала отходить на второй план. Наступил момент выбора: что же более важно. Родители настаивали на продолжении учебы, сестра поддерживала в творчестве. Грэйс, не сумев выбрать, продолжила работать на два фронта, уставая до предела. Джулия, которой на тот момент уже исполнилось двадцать один год, не смогла поступить в институт. В этом Грэйс чувствовала и свою вину, так как в семье отдавали предпочтение ей, образование лучше у нее. Через некоторое время старшая Джонс вышла замуж и уехала из старенькой однокомнатной квартиры, оставив Грэйс одну. Первое время девушке было сложно, но теперь она никому не мешала, работая с картинами до утра. Ей удалось окончить школу с высшим результатом. Далее выбор университета. Приехав домой к родителям, Грэйс ожидала поддержки, понимания и помощи. Но те настаивали, чтобы девушка пошла учиться на адвоката. У Джонс же этого и в мыслях не было. А на заявление о художественном колледже последовал жесточайший отказ и скандал в обвинении в несерьезности. Грэйс, одержимая идеей художества и верой в себя, в тот же вечер вернулась в Лидс. Первые несколько недель девушка не знала, что делать. Обида на родителей отразилась на ее жизни. Грэйс, в отместку им, бросила работу и подалась в снова нарастающую в городе популярность субкультуры хиппи. Познакомившись с многими ребятами, она сменила стиль, испытала жизнь, полную свободы и любви, и впервые попробовала алкоголь и наркотики. Но разумное и творческое начала просыпались в девушке. Благодаря такому кругу общества, Грэйс увлеклась музыкой первой эпохи хиппи. The Beatles стали ее идолами. Как бы не восхваляли поклонники группы гитаристов, девушка обращала внимание на ударника. В ее голове появилась собственная теория важности барабанщика в любой группе. И с тех пор Грэйс загорелась желанием научиться играть. К двадцати годам Джонс освоила барабаны, она играла целыми сутками, получая выговоры от соседей. Но именно так она понимала, что находит себя. Грэйс больше пугала неперспективность данного увлечения, она стала искать музыкантов. Но серьезные коллективы не принимали человека с мировоззрением и вкусами шестидесятых годов. Но настал светлый и удачный день. Грэйс со своей компанией решили переехать в большой город, Бирмингем, где больше возможностей, развлечений и простора для их широких душ. Конечно же, барабаны взяли с собой. Дорогу в фургончике не помнил никто, ведь внутри стоял дым от курева. Но приехав, ребята опомнились. Так как Грэйс не желала прекращать репетировать, она сняла отдельную от друзей квартиру и продолжала играть. Благо накопления были. Девушка чувствовала себя маленькой и беззащитной в этом большом городе. Грэйс казалось, что бетонные джунгли давят на ее внутренний мир и лишают его воздуха. Она слишком влилась в общество цветов, это изменило ее. Грэйс почти не общалась с родственниками. Но она была ужасно хрупкой и ранимой, воспринимая этот мир особенно остро. На неделю закрывшись в квартире, девушка оттачивала пару особенно тяжелых приемов. Она как и раньше ушла от реальности и погрузилась в себя. Когда продукты все-такие кончились, Грэйс решила выйти в город. Открыв дверь, она увидела записку, где ее друзья извещали ее, что возвращаются в Лидс. Они не смогли достучаться до нее и оставили. С момента отъезда прошло три дня. Это стало ударом для Джонс. Она вернулась в теплую квартиру и осталась там одна. Девушка пыталась осознать факт, что ее оставили те, кого она считала друзьями. Это классический сюжет естественного отбора - слабых оставляют за ненадобностью. И Грэйс осталась. Ее душа стала слишком мягкой, а она сама дорожила бывшими друзьями больше, чем те заслуживали. Она корила себя за все: разгульную жизнь, нежелание общаться с родителями и сестрой, отчужденность от мира. Девушка не знала, как ей быть дальше, куда идти и чем заниматься. Но кисти и барабанные палочки ответили за нее. Грэйс попыталась собраться. Тем более, деньги были на исходе. Девушка решила, что поднимет себя сама. Больше ничего не оставалось. Джонс искала работу, ходила по художественным школам, но удача не улыбалась ей. От отчаяния и безысходности Грэйс набрела в огромную студию, где было всё, начиная от модельных агентств, заканчивая музыкальной школой. Горько усмехнувшись, девушка ходила по фойе, смотря на картины и детские рисунки. Из одной из комнат доносилась музыка, и Грэйс заглянула туда. Это был день открытых дверей, и за инструментами находились дети, просто так нажимающие на клавиши или дергающие струны. Барабанная установка находилась напротив двери, девушка не хотела привлекать внимание, но не удержалась. Она села и отыграла свою любимую партию. Это словно наполнило Грэйс вторым дыханием. Она подняла голову и встретилась с пораженными взглядами детей. Девушка улыбнулась и поспешила выйти. Но вдруг ее утянули за руку. Грэйс ничего не понимала, уставясь на эффектную длинноволосую блондинку, во все глаза смотревшую на нее. Отпустив ее руку, девушка представилась Дженнифер Джетт. Сначала Грэйс не могла разобрать ни слова из тараторенья Джен, она эмоционально размахивала какими-то бумагами, кажется, из модельного агентства, и рассказывала. Как оказалось, знакомая Джен набирает группу и ей нужен барабанщик. Блондинка же смело намеревалась занять место вокалиста. Грэйс заинтересовалась, ведь она давно хотела этого. Но Джен предупредила, что отбор будет строжайшим. Девушки пришли на встречу в уже подготовленную как студию квартиру. Их встретили до жути похожие темноволосые парень и девушка. Чарли и Кэрри Плант представились. Грэйс мысленно прогнулась под суровым оценивающим взглядом девушки. Но ее заинтересовали странные бегающие глаза Чарли, потрепанный вид, хотя парень выглядел вполне солидно. Кэрри расспрашивала про музыкальные пристрастия и в дополнение к произведшему отличное впечатление внешнему виду Грэйс была очень приятно удивлена ее музыкальными предпочтениями. Но чересчур гордый и довольный вид брюнетки, ее манера держаться поражали Грэйс. Кэрри будто чувствовала себя всемогущей и всесильной по сравнению с остальными. Она попросила Грэйс сыграть что-нибудь. Девушка, смущенная под пристальным взором двух пар синих глаз, села за установку, выдохнула и отыграла ту же партию, которую слышала Джен. Та надеялась, что Грэйс понравится Кэрри. И ухмылка, исказившая губы брюнетки, это подтвердила. К своему удивлению, Джонс была принята в состав "The Limit", как и Джен в 2008 году. Но Кэрри вызывала у девушки смешанные чувства, одолевала своего рода опаска. Грэйс видела, что Плант очень строга и щепетильна к мелочам, но она превосходно владела гитарой, просто безупречно. Джонс пыталась довести до такого же уровня свою технику. Но было то, что отвлекало ее из раза в раз. Чарли Плант оставался скрытой личностью для Грэйс. Он находился в тени своей сестры, приходя в студию. Было ясно, что они оба отчуждены от других, холодны, но вместе они становились самыми близкими друг другу. Чарли все чаще приходил нервным и разраженным, а Кэрри подолгу беседовала с ним на кухне за закрытой дверью. Грэйс и Джен не знали, что происходит, и не понимали. Но первая не сводила глаз со старшего Планта. Своей подачей, манерами, любезностью и будто аристократическими чертами он покорил сердце маленькой девочки, верившей в вечную любовь. При нем Грэйс боялась сделать что-то не так, хоть малейший промах. Но вскоре она поняла, что вежлив Чарли ко всем одинаково, а на нее в отдельности даже не смотрит. Грэйс знала, что ей далеко до уровня Джен и тем более Кэрри, но слепая надежда теплилась в сердце, а наивность и вера грели душу. Вскоре Кэрри стала более светлой и счастливой, Грэйс и Джен почти не слышали упреков в свою сторону. Они были удивлены, но надеялись, что так все и останется. Чарли же пропал на долгое время, и мысли о нем сковывали разум Грэйс. Кэрри пригласила девушек на званый ужин, вечеринку, у своего молодого человека. Грэйс была весьма удивлена, узнав его имя, а роскошный дом, в котором, как оказалось, и жила Кэрри, превосходил все ожидания. Джонс была поражена, когда ее водили по залам. Еще больше она удивилась поведению Кэрри: она не отходила от Марка ни на шаг, не переставая улыбаться. Но затем своим визитом их почтила очаровательная блондинка. Кристина сразу же произвела впечатление милой девушки, но через пару минут этот образ разбился в глазах Грэйс. Опоздавший Чарли, поспешно снял куртку и чуть ли не подбежал к Кристине, поцеловав ее. Сердце Грэйс сжалось, хотя она сама не понимала причину. Ведь неужели на что-то надеялась? Самооценка девушки опустилась ниже возможного уровня, а вера в счастливые концы потерялась в глубине души. В тот вечер Грэйс было действительно тошно. Она наблюдала за Кристиной и Чарли. Позже он поспешно уехал, а Грэйс уже была пьяна. Она хотела было вернуться домой вместе с Джен, но ее задержала Кристина, прося составить компанию. Увидев в этом что-то заманчивое, Грэйс осталась. Кристина рассказывала девушке о Кэрри и ее скверном характере, о Чарли и его странной маниакальной любви к сестре. Грэйс слушала и улавливала только одно имя. Она еле стояла на ногах, но не собиралась уходить. Через некоторое время они остались в гостинной одни, а в коридоре послышались ругательства голосом Кэр, дверь хлопнула. Грэйс, не обратившая на это должного внимания, начала говорить Кристине, как той повезло с Чарли. Блондинка усмехнулась и позволила Джонс нести этот бред, смеясь над ней. А через минуту она решила позабавиться. Кристина сказала Грэйс, что Кэрри ужасно плохо поступила с Марком и он сейчас жутко страдает. Джонс тут же выразила жалость к нему. Затем Кристина предложила Грэйс отдохнуть и набраться сил, эту идею девушка с удовольствием поддержала. Но что происходило дальше, Грэйс не могла больше вспомнить. Это стерлось, хотя помнила все свои 22 года жизни. Она чувствовала что-то, но приглушенно. Разлепив глаза от оглушительного крика, Грэйс увидела над собой кричащую Кэрри, а рядом - Марка. Они были под одеялом, без одежды. Голова болела жутко, только теперь Грэйс поняла, но было поздно. Кэрри буквально выкинула ее из комнаты. Одевшись, в дверях дома Грэйс наткнулась на озлобленный взгляд приехавшего Чарли. Этого девушка не забудет никогда. Она действительно не знала, что теперь делать и как смыть этот позор. Но было понятно - группа для нее теперь недосягаема. Кэрри не хотела видеть никого в дальнейший месяц, в особенности Грэйс. Но та, заручившись поддержкой Джен, просила Плант о прощении. Вина действительно была огромной, Грэйс признавала ее, но девушку навели, это было не ее желание. Разумеется, отношения Плантов с Марком и Кристиной были порваны. Чарли же говорил с девушками от лица Кэрри, которая не появлялась вообще. Набравшись в себе смелости хотя бы поднять глаза на Чарли, Грэйс принялась объясняться ему. Она не могла выдерживать этого огромного и тяжелого чувства вины, это душило ее и ломало. Чарли видел правду в глазах Грэйс. Та боялась, что он презирает ее, но поняла, что ему так же все равно. Единственной заботой Чарли была сестра. Кэрри простила Грэйс и вернулась в группу совсем другой. Почерневшая внешне и душой, Кэрри ожесточилась, но к девушкам у нее появилось доверие. А Грэйс однажды услышала благодарность за то, что помогла Кэрри не совершить роковую ошибку - связать жизнь с Марком. Но Грэйс всегда будет не по себе из-за этого. Вскоре в группу пришел Алекс Роттен. Грэйс никогда ему не симпатизировала, он отталкивал ее. На первом месте стоял Чарли и его великодушие. В глубине души Грэйс боготворила его душу и красоту, но это было слишком, чтобы признаться даже самой себе. Джен и Грэйс нужны были Кэрри. Трудный период в ее жизни продолжался, а Чарли часто не было рядом. Девушки не давали Плант напиваться до потери сознания и пытались отучить курить. Однажды, сам Чарли попросил Грэйс об этом. Он изменился, и Джонс знала это. В особенности, в тот переломный момент, когда Чарли обратил внимание не на появившихся Фелпсов, а на саму Грэйс.