Забавный медальончик

- Итак, Гарри, ты хотел поговорить? Мы с Томом устроились в одной из гостиных Малфой-Менора. Прошло несколько дней с памятного обеда вместе с профессором Квиреллом. К слову, личность Квиринуса была полностью подавлена Волдемортом, но никто об этом не жалел: у профессора не было ни родных, ни близких друзей, он был отщепенцем по жизни, вечным искателем правды, идеалов, но нашел он лишь суровую реальность существования на периферии жизни Темного Лорда. Риддл в эти дни был удивительно адекватным и спокойным и с юмором относился к Люциусу, который весьма опасался поселившегося на неопределенный срок в его доме Лорда. Казалось, что Его Темнейшество – самый обычный человек, если бы не проскакивающие с некоторой частотой стальные нотки в голосе, красные отблески в глазах и всплески магии, не умещающейся в непривычном для нее теле. А ещё порой – отрешенный взгляд и фразы, непонятные даже мне. Очевидно, изнанка мира значительно повлияла на его мировоззрение. - Да, нам необходимо прояснить некоторые моменты. О, чаек! Обожаю малфоевских эльфов, такие расторопные существа. Да и сама семья Малфоев – очень разумные и понятливые люди, спокойно воспринявшие нового жильца. Достаточно было Люцу сказать: «Так надо» - и Драко с Нарси умерили свое любопытство. Глава рода знает, что делает, и перечить ему или приставать с расспросами – излишне. Это один из множества уроков, что прививаются с детства в чистокровных семьях, и я даже порой жалею, что не везде так. Это же очень удобно! Но, впрочем, мы отвлеклись… Том ждет, чтобы я первый заговорил, все-таки это я вызвал его на беседу. - Начнем с начала? У меня накопилось несколько вопросов. Захочешь ты на них отвечать или нет – не известно, но если не задам, то не узнаю, не так ли? С того момента, как я узнал о пророчестве, я не мог понять, почему ты ему поверил? Не пояснишь? И, действительно, волшебник, добившийся столь многого, даже имя которого боятся произносить, обладающий невероятными знаниями и умениями, повелся на какое-то непонятное предсказание. Точнее – на его ЧАСТЬ, которую удалось подслушать(!) Снейпу (весьма неблагонадежной личности, что было позднее доказано) при проведении собеседования директора Хогвартса в кабаке его брата с амбициозной, но не вызывающей доверие своим пьянством шарлатанки. Все это вполне могло быть подставным. - А кто тебе сказал, что я просто взял и поверил? Конечно, когда Северус пришел ко мне с этой информацией, я не мог ее не проверить. Среди моих последователей были и невыразимцы. А уж они-то и могут сказать: кто, когда, при каких свидетелях и о ком было произнесено пророчество. Правда, сами тексты предсказаний доступны лишь ограниченному кругу лиц, и выяснить, что конкретно сказала Трелони, мне не удалось. Но так как обстоятельства, описанные Снейпом, подтвердились, то не было причин не верить остальному. И я, естественно, не хотел смиренно дожидаться, пока ты вырастешь и будешь иметь реальный шанс на победу надо мной, а потому решил убить тебя младенцем. Я удовлетворил твое любопытство? Том говорил размеренно, четко, без лишних подробностей, как не о себе. Его глаза не были затуманены воспоминаниями или тяжелыми мыслями, как обычно бывает у людей, которые рассказывают о себе. Взгляд ясен, слова слетают как заученный урок. Такое ощущение, что он все знает о той жизни, что рассказывает, но не имеет к ней ни малейшего отношения. Либо, что вероятнее, это произошло так давно, что былые эмоции и думы стерлись из разума, остались лишь голые факты. Обдумываю минуту, подводя в голове новые итоги. Что ж, опять мимо, как и с Бродягой. - Да, вполне. Не возражаешь, если я спрошу, как ты оцениваешь защиту философского камня? Это не праздный вопрос, честно. - Хмм… Если думаешь, что из года в год Дамблдор подставлял тебя под удар Страшного Меня, то ты прав. Камень охраняли спустя рукава, Альбус знал о василиске, в старом друге не мог не разглядеть чужака, не занимался с тобой защитой разума. Очевидно, он понимал, чем ты являешься, и хотел расправиться с тобой моими руками. Маленькие жертвы для всеобщего блага, это в его стиле. Но, думаю, знай он о другой возможности избавиться от крестража в тебе, Дамблдор воспользовался бы ей, слишком уж он человеколюбив. Оп, а я уж думал, что в параноика превратился. Кстати, назревает ещё одна тема, о которой хотелось бы спросить. - Человеколюбив? Возможно. Я тут после войны кое-какие данные раздобыл. Что ты знаешь об отряде «Алген»? Том выглядит заинтересованным. Тема явно ему близка. - О! Ты прав, «Алген» попортил мне много крови. Прикрываясь пожирательскими масками, они уничтожали практически всех без разбору. Конечно, и мои Псы не святые, но не всё, о чем говорят, совершено ими. Отряд «Алген» создан Грюмом под попустительством Дамблдора для превращения меня в чудовище и объединения граждан благодаря всеобщему страху. И попутно они добились недоверия аристократии ко мне. Стоило многих усилий, чтобы доказать, что не мои люди совершали те бессмысленные убийства. На самом деле, мирных граждан наша сторона почти не трогала. Да, признаю, магглы шли в расход свободно, а на членов Ордена велась охота, но обывателей старались не лишать жизни. Лишь в последний год войны пошли преобразования в законах, ставящие магглорожденные и предателей крови на ступень ниже, чем чистокровных. Что я считаю отчасти правильным, ибо они привносят слишком много чуждого в наш мир, с этим надо бороться. А насчет «Алгена»: Дамблдор позволил отряду существовать, но и сам точно не знал, что вправду совершили мои ПСы, а что – нет. У них всем заправлял Грозный Глаз, что б ему… - Откуда ты знаешь это? Ну, правда, слишком точные данные, они вызывают недоверие. Риддл усмехнулся. - Плохим бы я был Темным Лордом, если бы у меня не было везде (даже в этой организации) своих людей, хотя бы на самой мелкой должности. Да и после смерти Грюма «Алген» практически прекратил свою деятельность, и информация об отряде стала более доступной. - Но я в свое время все равно не смог точно установить, кто стоял за действиями этой группы. - Это потому, что ее члены уже не могли ничего сказать к тому моменту. Я успел уничтожить большую часть отряда. Они того заслуживали. Что ж, тут трудно не согласиться. - А что ты конкретно собираешься делать сейчас? Риддл помолчал, обдумывая, что ответить. Тихо тикали часы, нервируя меня ещё больше. Это был главный вопрос для меня, так как сам я хотел лишь отделаться от политики, войны, противостояния «белого» и «черного», отпустить, наконец, свой рассудок, стремящийся подстроиться под детское тело и самому стать таковым, зажить жизнью простого (ну, почти) мальчишки, пойти в Хог, по которому я очень скучаю, а потом… а потом – будет видно. Но все зависело от того, что скажет сейчас Том. Да, он говорил о том, что согласен со мной в недопустимости войны, но необходимости преобразований в Магической Британии. Сам я теперь уже ничего не хотел делать – есть Том, на которого можно все повесить. Но я не мог так просто отступиться, мне нужна конкретика, чем именно займется Темный Лорд, можно ли в действительности доверить ему этот мир, не повторит ли тот ошибки прошлого. - Я думал над тем, чтобы наведаться к Альбусу, поговорить с ним, объяснить ситуацию с моей стороны, заключить соглашение о ненападении и поддержании равновесия. Но что-то я сомневаюсь в успешности такого шага. Дамблдор очень упертый и крайне уверенный в своей правоте и идеалах старик. Вложить что-то в его голову практически невозможно. А потому сначала я в течение года буду преподавать, пока мои Пожиратели пробираются во все части Министерства, а потом с помощью них буду проталкивать отмены реформ, проведенных Альбусом, внесу нововведения в образование и защиту детей-сирот и магглорожденных и т.д., и т.п. Старик ничего не сможет сделать, мои ПСы – превосходные политики и влиятельнейшие люди, его Орден и рядом не стоит. Как я уже убедился, террором ничего не добьешься, даже благих целей, потому пойду другим путем. Да, это будет долгий путь, но бескровный и, надеюсь, принесет благо. - Аж поаплодировать захотелось! Ну, смотри, Риддл, если ты мне сейчас лапши на уши навесил, и в будущем я увижу притеснение магглорожденных или введение в учебную программу Непростительных, или ещё какую-нибудь фигню, я тебя ещё раз прикончу, благо, опыт убивания Темных Лордов у меня имеется. Понимаю, что никакой клятвы от тебя я стребовать не могу, а потому просто предупреждаю, чтобы ты не думал о себе, как о властелине мира. Я не намеревался ему угрожать, просто напомнил о том, что я смогу вновь спасти мир от него при необходимости. Чтобы не зарывался. Том лишь улыбнулся на мою тираду и, салютнув кружкой с чаем, произнес: - За мир и равенство в Британии!