Поросенок

      Все бегали, словно ужаленные, первогодки с интересом оглядывали все вокруг, а на заднем дворе курили те, кому осталось учиться в этой школе последний год. Стены там были свежеокрашены в оливковый цвет, мебель такая же старая и изрисованная, а в туалетах воняло. На подоконниках сидели компании девчонок, обсуждавших очередного парня или модные туфельки, а весь задний двор был занят старшеклассниками и просто теми, кто хотел покурить.       И никто не замечал на заднем дворе парня, который сидел на газоне со своими мыслями. В наушниках играла ненавязчивая песня, и, слегка покачивая в такт головой, Джерард делал штрихи в своем рисунке, дорисовывая учителя английского, имени которого он не запомнил. Джерард чувствовал отчетливый запах дешевых сигарет и пристальные взгляды на себе. Ему было чертовски неуютно и одиноко. Все же Уэй скучал по Тиму.       Первый день в старшей школе не принес Джерарду какого-либо удовольствия, как и разочарования. Всем так же было плевать на него, и, к его счастью, «крутые» парни не стали отбирать его вещи, заставляя бегать за ними. Он наблюдал на уроках, как едва знакомые одноклассники уже обсуждали то, как напьются сегодня вечером. Джерард лишь завистливо вздыхал, понимая, что не так общителен как эти парни. Уэй настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как в пяти метрах от него собрался большой круг. Лишь когда до его ушей донеслись неразборчивые выкрики, Джерард убрал свои вещи и с долей интереса решил протиснуться ближе к центру, чтобы понять, что за движуха сейчас заставила его подняться с места.       Парень под крики и свист осторожно расталкивал людей вокруг, слушая недовольное шипение. В центре круга, как он и догадывался, была самая настоящая драка. Такие он видел только в фильмах про подростков. В средней школе драк не было, а потому Джерард с садистским (?) интересом наблюдал за тем, как один парень мутузил другого, а потом наоборот.       Джерард протиснулся еще ближе, как его толкнули прямо в круг. Он упал на четвереньки в паре сантиметрах от двух дерущихся парней, сердце забилось в учащенном ритме. На секунду повисла гробовая тишина, а затем кто-то из толпы пнул Джерарда под зад, и раздалась реплика «Ну и задница!» Все рассмеялись. Злобно, агрессивно. Было видно, что здесь одни старшеклассники. Кто-то хрюкал, дразня Уэя, который сейчас с застывшим от ужаса лицом сидит перед толпой мерзких старшеклассников. Ему было дико страшно и стыдно. А драка продолжалась, но все, кажется, забыли про нее, смотря только на Уэя. А Джерард боялся пошевелиться. Казалось, он сгорит сейчас от стыда. - Ну-ка разошлись все! – тот самый учитель английского, имя которого Джерард не запомнил, разогнал толпу.       Только в эту минуту Джерард почувствовал горячие дорожки слез, которые текли по пухлым щекам. Отец часто ругал его с самого детства, что парень чересчур эмоциональный, и что плачут только девчонки. Но сейчас он пытался подняться и хлюпал носом, чувствуя, что ему еще более неловко, чем пару минут назад. Тем временем оба виновника драки стояли перед учителем и отчитывались. Тот лишь махнул рукой и, посмотрев на Джерарда удивленным взглядом, скрылся в школе. Уэй все так же хлюпая носом, встал на дрожащие ноги и получил грубой толчок в плечо от одного из участников драки, из-за чего чуть не потерял равновесие. Второй же улегся на землю, закатав рукава худи. Джерард, немного постояв, собрался с силами, понимая, что избитому парню сейчас намного хуже, и спросил: - Тебе помочь? - Себе помоги сначала – резко ответил тот, морщась от боли в носу. Увидев то, как поник и так опозоренный парень, смягчился. – Нет, спасибо. Извини.       Джерард кивнул и, больше ничего не сказав, пошел на следующий урок. А на душе у парня было тоскливо, и слезы текли по его щекам. И даже стоя этим вечером на четвереньках перед унитазом, пытаясь выблевать сегодняшний обед, ему не стало лучше.