"Morok"

Подробно рассказав все Хельви, Марина выдохнула и внимательно посмотрела на ведьму, сжимая в руках чашку с отваром. - Хорошо. Дай мне то, на чем кровь Александра. Тон королевы был спокоен, и, даже можно сказать, умиротворение играло на ее устах. Девушка вытащила бумагу и дала Хельви. Старая ведьма долго рассматривала ее, будто ища подвох, затем решилась. Марина наблюдала ту же картину, что и недавно. Хельви взяла заточенный камень, напоминающий нож, и медленно порезала себе руку. Кровь из ее тела, темная и живая закапала на бумагу, словно свежие чернила. Королева взяла потрепанное гусиное перо и начала что-то медленно им писать. По неволе, Марина сравнивала Александра и Хельви. Где была Хельви, там царило спокойствие. Она сама была этим спокойствием. Ее голос, взгляд, сочащийся мудростью тысяч лет, ее манера двигаться. Хельви была королевой, но она не смотрела на всех свысока, в ней не играла гордыня и все были на равных с ней. Марине было хорошо рядом, Хельви общалась с девушкой, как со своей подругой. Марина привязалась к старой ведунье. Другое дело - Александр. Нет, он не был глуп. Но мудрость не сочилась из его глаз. Лишь четко поставленные цели. Колдун делал все резко и быстро, кровь его пахла раскаленным железом, холодная решимость была в его голосе, металл был глазах шамана. Марина боялась его. Боялась того, что он смотрит на нее, ничем не смущаясь, изучающе, с некой иронией. Боится, что одним ловким движением он отрежет ей голову и оставит гнить в таежных лесах. Но глаза боятся, а язык Леоновой огрызается, пытается ужалить шамана по больнее, но ничего, кроме его предупреждений не добивается. Марина ненавидела его. Всячески пыталась показать это и уже начинала переходить все грани, нести чушь, но никак не могла задеть колдуна за живое, словно этого живого, у него и вовсе нет. Ей не было с ним комфортно, девушка отчетливо понимала, что он ей не друг и никогда не будет таковым. Они всего лишь заключают перемирие. А после того, как вторая убывающая луна падет, все вернется к истокам кровавой вражды. Хельви закончила писать и, аккуратно завернув бумагу, отдала ее Марине. - Я удивлена, что он показал тебе навь. - Навь? - Мир загробный. - Констатировала Хельви. - То место, которое ты описала, черная пустота, и есть вход в навь. А изба - это что-то вроде кладовой для Александра. - Понятно. А семена? Что там должно вырасти? - То, что задумал колдун для нас, вырастит на его землях и будет расцветать там долгое время. Марина просто кивнула. - Когда тебе нужно явиться к нему? - Серьезно спросила королева. - К рассвету завтрашнего дня. - Отдохни. Еще есть время. - А если просплю? - Марина резко вскочила. Хельви покачала головой и посмотрела на договор. - Он разбудит тебя в назначенный час. Спи. Марина расслабилась и откинулась на медвежью шкуру. Ее глаза сомкнулись и сама Дрема* пребывала с юной ведьмой.

***

Проснулась девушка от резкого толчка в плечо. Резко поднявшись, Марина посмотрела на бумагу, которая дрожала, словно лист на ветру. Встав, ведьма одела сапоги ,и возложив лук на плечо, взяла меч. Была уже глубокая ночь и Марина рисковала опоздать, если не выйдет в путь прямо сейчас. Взяв договор, ведьма выскочила из покоев королевы и помчалась к колдуну, боясь опоздать. Через круглые черные болота, по пятам вчерашнего пути, через леса, через поросшую мхом землю, через свое нежелание. И, взлетев, ведьма продолжает свой путь к ангару. Когда она спускается на землю и приближается к воротам, уже начинает рассветать. Девушка прибавляет шаг и видит оборотней, стоящих прямо и неподвижно. Они изображают холодные статуи, принадлежащие своему хозяину, эдакие бесчувственные солдаты. - Такие же бесчувственные, как и их хозяин. - Думает Марина. Она подходит ближе к этим амбалам, зная, что они ничего ей не сделают. По крайней мере, не должны. - Где ваш хозяин? - Уверенно, с повелительной ноткой спрашивает студентка. Один из них кивает в сторону, показывая ей. Марина разворачивается и видит лестницу. Наваждение какое-то, ведь в прошлый ее визит, лестницы там точно не было. Девушка поднимается по ней, идет прямо и попадает в комнату. Она понимает, что уже была здесь, но выглядело это иначе. Здесь не было кофейного столика, паркета, черного кожаного дивана, персиковых обоев, гардин того же оттенка, и огромной венецианской люстры. Раньше - здесь было пустое тусклое помещение, состоящее из бетонных стен. И все.

Выходит, Александр послал на нее морок*?

- Гад ползучий. - Прошипела Леонова. Холодная ярость начинала закипать в озерной ведьме. Она приходит к нему с миром, прибегает и убегает с этим чертовым договором, а он сыплет ей мороки в глаза. Мерзавец. - Я вижу, ты познакомилась с интерьером? Колдун задает вопрос с ноткой сарказма и, кажется, попадает в цель. Это ее задевает и шаман видит, как щеки красавицы краснеют от гнева, глаза ее темнеют и чуть ли не метают молнии. Шаман замечает, что в гневе, юная ведьма еще красивее. Она дышит глубоко, ладошки ее сжимаются в кулачки, грудь молодой ведуньи вздымается и Александр понимает, что действительно задел ее, возможно, даже обидел. - Я, значит, к тебе с миром прихожу, с бумажкой этой туда-сюда гоняюсь через болота, а он колдует на меня?! - Колдую. Могу и колдую. И я бы не советовал повышать на меня голос. В этот момент в комнату зашла светловолосая девушка, по одеждам видно, что тоже ведьма, положила печенье с фруктами и кувшин с водой на столик, затем, кинув удивленный взгляд на Марину, ушла. Студентка изумленно посмотрела на колдуна. Значит, Хельви была права. Он убивает не всех ведьм, а некоторых оставляет подле себя, чтоб те служили ему. Александр подходит к столику и отодвигает яства в сторону. Разворачивает бумагу и начинает читать. Вслух. "Я - ведьма Хельви, королева озерных ведьм в Таежных землях, благодарствую тебе и обязуюсь взять на себя обязательства, мир на две луны, убывающие в свой срок и обязуюсь тебя, колдун, шаман, волхв, морокун, чаровник, сын колдуна Ылто Валло, возложить на себя обет сего мира нашего и благодарю тебя за это." Колдун перевел взгляд на Леонову. Та только хмыкнула. - Твоя очередь. Окропи своей кровью договор. -Что? Хельви не говорила мне, что нужно проливать свою кровь! Я не буду этого делать! - Воскликнула Марина. - Ты не знаешь, что такое "проливать кровь". Ты - вестник, идущий от Хельви, говорящий от ее имени, ты обязана это сделать. Если твоя королева обманывает меня, то поплатится за это не только она, но и ты. Марина смотрела в его глаза и пыталась найти подвох. А что, если он обманет ее или что-то пойдет не так?! Вдруг Хельви чего-то не договорила ей?! Но кто не рискует, тот не пьет шампанское, так ведь? Хотя, о шампанском не может идти и речи. Нужно забрать ведьму с собой. - Хорошо. Я окроплю документ своей кровью, если ты отпустишь со мной ту ведьму, что была здесь. Доброжелательность мага ластиком стирается с лица, словно маска, и в следующую секунду Марина чувствует, как рука Волкова обвивает ее шею и приподнимает в воздухе. Ее наглость выводит шамана из себя, но он понимает, что убить ее не выход. Даже если бы и был таковым, то Волков все равно бы не стал лишать ее жизни.Он просто не хотел. Слишком юна и красива. Словно распустившийся цветок с шипами. Будет жаль, если она умрет. Пусть лучше служит ему. Девушка хрипит, одна ее рука сжимает ручищу Волкова, вторая же, тянется к мечу, висящему на тех же коричневых веревочках. Александр резко отпускает ее и студентка падает на пол, хватая ртом воздух. - Я мог бы убить тебя прямо сейчас. - Говорит колдун. - Но я даю тебе шанс служить мне. - Служить? Тебе?! - Прошипела ведьма потирая свою шею. - Я даже отпущу ведьму обратно. Насчет обучения не волнуйся - будешь приходить только на экзамены. Работать под наблюдением капитана Шарапова. Он тебя обучит. Будешь старшим помощником. - Нет уж. На побегушках я ему не буду. Но ведьму с собой заберу. - Казалось, Марина оживилась. - И я не буду служить тебе - я буду работать на тебя. - Это одно и тоже. - Это - разные вещи. - Как знаешь. В общем, суть ты поняла. - Поняла. Но если будешь поднимать на меня руку - перережу тебе глотку, как свинье. Я попросила не десять ведьм, а всего одну, а ты меня прикончить пытаешься здесь. - Ты вообще не имеешь право у меня что-либо просить. Ты на моей земле, ведьма. Марина поджала губы. А ведь колдун прав. Она понимала, что на земле шамана властвует только он и никто ему здесь не ровня, она все понимала, но это бессилие буквально убивает своеволие Марины, сочится соком бессилия и выжигает девичью гордыню на пару с самолюбием. - Но у нас мир. - Возразила ведунья. - Это ничего не меняет. Я же сказал, что могу убить тебя. - Не можешь. Хватит мне угрожать. Договор подписан твоей кровью. Нарушишь клятву - сгоришь также, как и эта жалкая бумажка. Ясно? Теперь настала очередь колдуна изумляться. Вот как ты заговорила, маленькая, смелая девочка. Этот мужчина живет две с половиной тысячи лет и не раз встречал таких, как она. Он считал своим долгом укротить такую, подмять по себя, усмирить, получить от нее все, что можно и что нельзя. И Александр всегда добивался своего. Девушки, очарованные его обаянием, влюблялись и теряли весь свой пыл, становились покорными подстилками, и когда это происходило, маг просто терял интерес и выкидывал сломанную игрушку. Но Марина была другой, Волков видел это. Она была смелой, красивой и юной, в ней не было того стального стержня, что так нравилось Александру в девушках, но тем не менее, в студентке присутствовали наглость и упорство, и ее храбрость не переставала удивлять старого колдуна. О этой ведьме можно сказать, что она "без царя в голове". И это нравилось Александру. Леонова молча подошла к столу и колдун взял ее ладонь. Она была холодная и влажная. Признак страха и нервозности. Очень хорошо. - Только не режь ладонь. - Попросила ведьма. Будучи маленькой девочкой, Марина бегала от врачей в школе, чтобы те не делали ей уколы, даже убегала с больницы, когда нужно было взять кровь на анализ. Марина выросла, а страхи, почему-то, остались. Александр никак не ответил на ее просьбу, но просьбу выполнил. Взяв костяной нож, колдун коснулся лезвием подушечки указательного пальца Марины. Сначала мягко, затем, немного надавил, и , наконец, Волков сделал глубокий надрез. Марина зашипела от боли. Оба наблюдали, как красная молодая кровь капает на бумагу, и та, сразу впитывает алую жидкость, как губка. Марина сразу почувствовала, что что-то не так. Договор высасывал из ведьмы силы вместе с кровью. Пергамент жаждал ее и поглощал, но Марина была слишком слаба и не могла дать столько энергии, сколько нужно. Слабость настигла юную волшебницу, в глазах ее потемнело, конечности онемели. Девушка выдохнула и ее тело резко выгнулось дугой, голова запрокинулась назад, Марина хрипло вдохнула и почувствовала, как вылезли ее когти. Перед тем, как потерять сознание, девушка поняла, что сильные руки Александра подхватывают ее, не давая упасть.