Yellow Butterfly

Мы забудем о завтрашнем дне И проживем еще один день сегодня. <...> Ты сохраняешь мою веру живой, С тобой я не боюсь Подняться и упасть, и встретить свою судьбу. Ты и я - Мы были рождены, чтобы летать.*

- Ты это видел? - Просто не обращай внимания. - Нет, просто ну какого черта? Какого она закрывает глаза своему сыну, как будто мы не держимся за руки, а, не знаю, трахаемся прямо посреди улицы? - Фрэнки. Так бывало всегда. Пожалуй, давно пора было привыкнуть к реакции окружающих людей, самой разнообразной: от полного безразличия до презрительно скривленных лиц и мерзкого шепота за спиной. Но тут дело было не в привычке, а в том, что Фрэнк вообще всегда был таким — слишком эмоциональным и восприимчивым. Фрэнк не мог проигнорировать, пропустить мимо ушей, пройти мимо, и Уэй зачастую списывал это на возраст. Джерард же всегда был самим спокойствием и относился ко всему с долей пофигизма. Он уравновешивал непоседливость и эмоциональность Айеро, так что да, они были, пожалуй, идеальной парой. - Когда мне тоже перевалит за 30, я тоже превращусь в дерево? Предположительно, в дуб? - Не знаю. Но, надеюсь, к этому времени ты поймешь, что никогда не получится быть хорошим для всех. Даже если ты будешь самым милейшим существом на планете, всегда найдется тот, кто будет оставлять ядовитые комментарии у тебя за спиной. И, надеюсь, ты научишься все это просто игнорировать, потому что это действительно не заслуживает твоего внимания. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на унижающих тебя людей. И почему в дуб? - Не знаю. Просто ты похож на дуб. Джерард иронично приподнял бровь. - Тем, что мне все фиолетово? - Нет, просто рядом с тобой так же спокойно. Как под дубом тепло и сухо в самую дождливую погоду, так и рядом с тобой — спокойно. Ты, не знаю, словно отражаешь все то плохое, что есть в окружающем мире, и защищаешь тех, кто рядом с тобой. Мужчина улыбнулся и легко поцеловал Фрэнка в темную макушку. - Ну вот, видишь, быть дубом не так уж и плохо. Был обычный выходной майский день, и они с самого утра гуляли по городу. Фрэнк заметил это за Джерардом еще давным-давно, когда они только познакомились. Уэй безумно любил просто так, без цели, бродить по городу, намотать за один день пешком больше десятка километров. Он исхаживал не только все большие и главные улицы города, чаще всего его заносило в самые пыльные и дальние закоулки, в самые грязные уголки, где вообще мало кто бывал. Фрэнк не понимал, что такого находил в этом блуждании Джерард, какое очарование он находил в пыльном асфальте, бетоне и стекле. А Уэй с любознательностью ребенка забредал все дальше и дальше, отыскивая замусоренные непонятные тупички и маленькие тихие улочки со старыми домами. Он что-то видел, видел во всем этом, видел в трещинах на зданиях, изрисованных стенах, черных крышах и битых стеклах, в самом их городе. Фрэнк сначала гулял с ним просто так, за компанию, потому что ему нравилось проводить время с мужчиной, а потом втянулся. Ему и самому стало интересно находить что-то новое в давно знакомом городе. Но все равно, для Джерарда в этом занятии было что-то еще, что-то, чего Фрэнк пока не понял. Сегодня они решили не углубляться в дальние районы города, а просто гуляли по его главным улицам. Майское солнце отражалось от высоких застекленных зданий и било в глаза, было тепло, но еще не жарко. Людей на улицах было много, намного больше, чем в обычный будний день. Они шли вниз, мимо сплошных рядом магазинчиков, кафешек и кофейных, рассматривая витрины. Джерард щурился на солнышке, подставляя под его лучи бледное лицо, в уголках его губ таилась едва заметная улыбка, потому что Фрэнк, идущий рядом, стал очень похож на ребенка сейчас. Он задумался и почти врезался в Айеро, остановившегося напротив какого-то магазинчика и рассматривающего что-то в его глубине. - Что там? Фрэнк не ответил, лишь кивнул на что-то внутри. Кажется, в этом магазинчике продавали все — от зубочисток до газонокосилок. Попробуй догадайся. Джерард прижался к спине парня и попытался проследить за его восхищенным взглядом. - Это то, о чем я думаю? - спросил он, и в голосе его звучали нотки неверия, потому что, кажется, это был красный воздушный змей. Фрэнк обернулся к нему, и по его взгляду Уэй понял, что не ошибся. - У тебя действительно никогда не было воздушного змея? - на всякий случай спросил он. Айеро покачал головой. - Нет. Джерард улыбнулся и кивнул. - Тогда мы просто обязаны это исправить. Они целовались на задней площадке автобуса, который вез их все дальше и дальше от разогретых улиц. Они ехали за город, и у них не было ничего, кроме мелочи на обратную дорогу, воздушного змея, друг друга и 3 месяцев лета впереди. В воздухе летала пыль, которую можно было разглядеть в лучах солнца, а Фрэнк все не мог перестать улыбаться. - Приготовишь мне панна-котту? Захотелось вдруг. - Сам приготовишь, нет там ничего сложного, - ответил Джерард. - Ты вот сейчас не подумав ляпнул. - Просто я все еще лелею надежду научить тебя чему-нибудь посерьезней, чем «разогрей еду в микроволновке». - Да ты отчаянный, - рассмеялся Фрэнк. - Тебе мало кучи перепорченной посуды? - Испорченной плиты, взорвавшегося тостера, сломанной мясорубки, четырех сгоревших сковородок и... - тут же продолжил Джерард, но Айеро закрыл ему рот ладонью, не давая продолжить список его кухонных приключений, за что его ощутимо укусили за палец. Он хотел что-то ответить, но увидел, как Джерард, посмотрев куда-то ему за спину, расплывается в улыбке, а потом, тихо смеясь, роняет ему голову на плечо, глуша смех. - Что? - спросил он у веселящегося Уэя. - Да что такое? - но серьезный взрослый мужчина лишь как можно тише хихикал, вызывая невольную улыбку Фрэнка. Он все-таки обернулся, чтобы посмотреть, что же так развеселило Джерарда, и увидел, что за их маленькой семейной сценкой наблюдали, кажется, все немногочисленные пассажиры, которые были в автобусе. На них не обращали внимания лишь мальчик и девочка лет четырех, но у них были свои заботы. К удивлению Фрэнка, ни на одном лице не было даже тени презрения и отвращения, кажется, они наоборот подняли своим попутчикам настроение. Многие улыбались, глядя на них, и парень почувствовал, как краснеют щеки. В пяти минутах езды от города было озеро, куда по выходным часто ездили отдыхать жители. На самом деле, это было весьма живописное местечко: озеро, с одной стороны окруженное лесополосой, с другой — лугом, уходящим далеко вперед. Сегодня там тоже были люди, и на Фрэнка, который с наисчастливейшим выражением лица носился со змеем, с завистью наблюдала пара мальчишек лет семи, чьи семьи расположились неподалеку. Джерард задумчиво жевал травинку и не мог отделаться от мысли, что Фрэнк сегодня целый день напоминает себя 17-19 лет, и это было... волшебно. Мужчина улыбался, запрокинув голову вверх, долго стоял так, задумавшись, подставив лицо солнечному свету, и не заметил, как к нему неслышно подошел Фрэнк. Небольшая желтая бабочка, кружившая неподалеку, подлетела к Джерарду и села ему на плечо. Фрэнк, который просто не мог упустить такой возможности, вытащил телефон и включил камеру. Уэй, услышав тихий щелчок, открыл глаза и повернулся к нему лицом. - Что ты делаешь? - Просто улыбайся, Джи. Джерард для начала показал в камеру средний палец, но потом все-таки улыбнулся. - Что? Фрэнк потыкал себя в плечо. Джерард перевел взгляд и улыбка его стала еще шире, когда он увидел маленькую гостью. Он протянул руку, и бабочка абсолютно безбоязненно перебралась на его ладонь. - Она тебя совершенно не боится. - Конечно, я ведь лапочка, - Уэй дернул бровью, заставив Фрэнка прыснуть от своей интонации школьницы. Джерард сложил ладони лодочкой, и теперь бабочка сидела в самом центре, а мужчина смотрел на нее, чуть склонив голову и легко, но грустно улыбаясь. Фрэнк сделал снимок, уже заранее зная, что он будет самым лучшим. - Я люблю бабочек, - Джерард чуть вытянул руку, и она поползла к кончикам его пальцев. - Они красивые. И живут красиво. И мало. Он протянул руку выше, и бабочка, посидев еще пару секунд, легко взмыла вверх. Фрэнк заснял и это тоже. Уэй стоял, задумчиво глядя на уменьшающееся желтое пятнышко. - Я люблю тебя, ты же знаешь? - спросил он. - Конечно, знаю. Джерард обернулся, посмотрел на Фрэнка, улыбнулся тепло и нежно. - Не забывай об этом, ладно? Над ними высоко в небе кружил огненный воздушный змей. * - Scorpions “We were born to fly”