Anorexic

      Прошло два дня с того момента, как я упала в обморок. Я очень смутно помню все подробности, но состояние Эштона, когда я наконец-таки пришла в себя, мне не забыть никогда. На лице парня читался ужас и страх, вперемешку с обидой. Я слишком нагло обманывала его, о чем сейчас очень сильно жалею. Но ведь меня тоже можно и нужно понять, не так ли? Я устала бороться со всеми проблемами, нависшими надо мной. Я просто хочу разобраться в себе и в своем теле. Почему люди не хотят понять меня? Я всегда всех понимала и поддерживала в меру своих возможностей. Но почему не хотят этого?       Я второй день лежала под капельницей в полном одиночестве. Никого ко мне не пускали, хотя я была не так серьезно больна. За эти дни я вполне могла переосмыслить всю свою жизнь и все свои планы на будущее. Главной целью у меня по прежнему было похудение. Я слишком часто думала об этом. С каждым часом я чувствовала, как гадкий жир заполняет весь мой организм. С каждым приемом противной больничной пищи, я чувствовала как толстею. Мне срочно нужно было выбраться из этого места и больше не возвращаться.       За дверью послышались знакомые голоса, что заставило меня почувствовать себя не очень то и прекрасно.       "Мама."       Я как ошпаренная тут же подскочила на месте и вцепилась свободной рукой в одеяло. Кто кто, но только не мама должна была узнать об этом. В детстве, а если быть точнее, то в подростковом возрасте, я была одержима похудением, как и все девочки в моем возрасте. Всю еду, которую мама накладывала за обедами и ужинами, я тихонько и незаметно сбрасывала псу, а сама притворялась, что была вполне сыта после приема пищи и быстро ускальзывала в свою комнату, где никто не смог бы достать меня этой противной едой. Но с годами, мама выбила из меня всю эту дурь и просто напросто приняла себя такой как есть. Я даже полюбила себя, но это было мимолетным чувством.       Дверь палаты со скрипом отворилась и внутрь тут же прошли знакомые люди. Мама, Клэр, Эштон и ... Я ожидала увидеть кого угодно - свою бабулю, покойную тетушку Мэгги, бывших одноклассниц, пса. Кого угодно, но только не её. Следом за Эштоном, в палату скромно и тихо прошла его мама, Энн. Сглотнув противный ком, застрявший в горле, я с ужасом посмотрела на всех людей, которые устремили свои любопытные взгляды на меня.       - Ээ. Здрасьте. - слабо улыбнувшись, я сложила губы в ровную линию, ожидая маминого гнева.

***

      - И чтобы никаких диет! Ты меня поняла?! - мне казалось, что мамин крик раздается на всю больницу. Окидывая взглядом Эштона и Клэр, я мысленно просила их о помощи, но те и замечать меня не хотели. - Ты совсем больная? Ты слышала о том, что творится с девушками, если они начинают вести себя так, как ведешь себя ты? Ты слышала о том, сколько девушек гибнет от анорексии? Ты дура, в конце концов?!       Мамин голос срывался после каждого предложения. Я молча выслушивала ее, стараясь не подливать масла в огонь, но мою маму было не просто остановить в таких ситуациях.       - Ты меня поняла?! - я кротко кивнула ей в ответ, с каждой секундой сползая под одеяло.       - Я поняла тебя, мама. Только не кричи, пожалуйста. Я тебя прекрасно поняла. - самым что ни на есть тихим голосом, я старалась успокоить и умерить пыл мамы. В мое поле зрения попадала мама Эша, которая явно хотела заступиться за меня, но не могла подобрать удобной минуты, чтобы вставить свои слова. Именно этого я от нее и не ожидала.       - Я забираю тебя домой, чтобы контролировать тебя. Эштон не против, да и твой папа тоже обеспокоен твоим состоянием. Так что никаких "но", ты переезжаешь на месяц к нам, а дальше как твое здоровье покажет. - на этот раз голос матери был спокойным, но спорить с ней сейчас было равносильно работе сапера - обрежешь не тот провод, а именно скажешь не то слово, и все, БУМ, мама взорвется и на меня прольется новый поток маминого негодования. Вздохнув, я уже хотела согласиться с ней, как миссис Ирвин встала и подошла к нам с мамой.       - Миссис Клиффорд, дорогая, вам не стоит так волновать о Хейли. Ее состояние не требует тщательного контроля и наблюдения. Я могу позаботиться о ней, если вы позволите. - сказать, что моя челюсть отвисла до уровня плинтуса в палате - ничего не сказать. Я была серьезно удивлена поведению Энн, но и безмерно благодарна ей в этот момент. Она понимала меня как никто другой, и быть может, она была единственным человеком, который проявил ко мне понимание за весь этот период времени. - Дело в том, что я работаю психологом и я в состоянии оказать ей психологическую помощь. Отговорить от этих действий. В конце концов, Эллен, дорогая, Хейли нужна сейчас помощь исключительно психолога, нежели ваш суровый контроль. Вы понимаете о чем я?       Энн действовала сейчас как искусный сапер, стараясь как можно осторожнее выбирать слова для разговора с разъяренной мамой. А сама мама приходила в умиротворенное состояние с каждым словом, спокойно произнесенным мамой Эша.       - Энн, скорее всего, вы правы. Ей нужен психолог, который аккуратно выбьет всю эту дурь из ее глупой головы. Но наверное, мне стоит забрать ее домой, чтобы наверняка быть уверенной в том, что она будет приходить в норму. - на этих словах мамы, я томно вздохнула и решила взять ситуацию в свои руки.       - Мам, если ты будешь каждый день давить меня, а ты будешь, то результатов от сеансов с .. психологом не будет. Мне не нужно твое внешнее психологическое воздействие на меня. Мне нужно спокойствие и понимание. Я не хочу домой. Я хочу жить с Эштоном и беседовать каждый день с Э... миссис Ирвин, в спокойной обстановке, без твоих комментариев и колких фраз. Пойми меня.. - я уже приготовилась к новой словесной атаке матери, но на удивление все пошло как по маслу. Мама смирилась с этим и возложила все последующие надежды на Энн, которая с радостью беседовала с мамой, выходя из палаты.       Теперь в палате находились только я, Клэр и Эш, который продолжал сверлить меня обиженным взглядом, молча сидя на кресле. Стоило матерям прикрыть дверь, как подруга тут же кинулась ко мне.       - Осторожнее, игла от капельницы. - я еле как высвободилась от жгучих объятий Клэр. - Со мной все в порядке, это был простой обморок. Не понимаю, почему люди раздувают из этого целого слона.       Не успела я перевести дыхание, как Эш подскочил с кресла и начал повторять все фразы, сказанные минутами раннее моей матерью.       - Простой обморок?! Да ты с ума сошла! Мы все волновались за тебя, за твое дальнейшее состояние, когда ты не приходила в сознание два часа, а ты говоришь что это просто обморок?! Да кого черта ты продолжала обманывать меня, говоря, что завязала с диетой, но при этом принимала какие-то чертовы таблетки? Да ты больная! - впервые в жизни, я видела Эша таким злым и ... кричащим. Я чувствовала себя как никогда виноватой перед ним. Я знаю, что обманывала его. Но я ему тысячу раз говорила, что я знаю, когда мне нужно остановиться, но какого черта они все останавливали меня в самом начале? Злость ко всем потихоньку капала, а я сдерживалась как не закричать в ответ на Ирвина. Клэр взяла меня за руку и взглядом показала, что мне следует согласить с ним, дабы не раздувать дальнейшей ссоры.       - Прости меня Эш. Я правда не знаю, что на меня нашло. Я не хотела тебя обманывать и... Так что просто прости меня. - я сжала руку Клэр, чувствуя на себе ее положительный взгляд. Эштон же приходил в свое привычное спокойное состояние, глядя на меня взглядом, полным непонимания.       - Поговорим дома. А сейчас собирайся, тебя выписывают. - и парень тут же скрылся за дверью.       - Сколько таблеток ты приняла в последний раз? - Клэр тут же прошептала мне, дабы никто не услышал наш разговор.       - За завтраком всего лишь две, как и прописано. - таким же шепотом ответила я, непонимающе глядя на подругу.       - Ты всерьез хочешь продолжить худеть или все же под таким натиском забьешь на все это? - подруга опустила мою руку и принялась копаться в сумочке.       - Нет, просто так я не буду сдаваться. Я должна похудеть любыми способами и им меня не остановить. - в палату вошла медсестра, которая ловкими движениями сняла с меня иглу и убрала подальше стойку для капельницы, и после чего спокойно вышла из палаты.       - Я знаю, что поступаю неправильно, но ты моя подруга и я понимаю тебя как никто другой. В общем, вот номер одной девушки. Она специалист в области диет. И ...       - Мне не нужны диетологи. Я похудею сама, без помощи всех этих посторонних людей. Два пальца в рот, пара упражнений и я буду в форме. - я нагло перебила подругу, переодеваясь в свою привычную одежду. - Так что, спасибо за помощь и понимание.       Подруга пожала плечами, а я продолжила натягивать джинсы. В поле моего зрения попало ненавистное зеркало. Стоя в одном лифчике и незастегнутых джинсах, я уставилась на себя. За эти два дня, гребанные медики обкормили меня как свинью. Мое состояние было просто катастрофическим. Все те килограммы, которые я усердно сбрасывала, вновь вернулись, да еще и прихватили вместе с собой дополнительную парочку. Единственное, что мне сейчас хотелось, это врезать себе за то, что я такая слабачка. Я была слишком жирной и слишком слабой, и именно это меня бесило в себе. Я ненавижу себя всем своим сердцем. Я заслуживаю к себе жестокого отношения, ведь я жирная как свин. Я достойна того, чтобы меня заперли в комнате без еды на месяц или больше. Я заслуживаю жестокости.       Клэр осторожно подошла ко мне и одернула.       - Хэй, перестань сверлить себя таким злым взглядом. Ты в хорошей форме. Не терзай себя. - девушка с опаской взглянула на меня через зеркало, я увидела свое лицо, свое выражение лица впервые, за этот срок. На лице читалась куча ненависти и отвращения к себе. Я никогда еще не видела себя настолько злой, как сейчас. Исходя из моего состояния, можно было вполне понять, что я собираюсь избить себя за то, что я просто полная. Это пугало меня и казалось ненормальным.       - Прошу тебя, не говори никому о том, что было сейчас. - я умоляюще взглянула на подругу, после чего обняла ее и просто заплакала.       - Милая, Хейли, ты чего? Конечно я никому не скажу об этом. Только не плачь. Все будет хорошо, я обещаю тебе. Мы справимся с этим, я помогу тебе, я ведь твоя подруга. - Клэр принялась успокаивать меня, а я наконец-таки почувствовала то, чего так хотела. Понимание и поддержку.       Впервые за все это время, меня поняли и старались поддержать. Не отговорить, не навязать свою точку зрения, а просто по-человечески поддержать. Меня радовало это и почувствовала прилив сил и уверенности в себе. Чтобы человек поверил в себя, ему достаточно лишь искренней поддержки и понимания. И я это получила.