Broken.

- Что, блять?! – кричит Гарри. Энн плачет, но я не знаю, это слёзы счастья или нет. Обстановка так напряжена, что я почти не могу дышать. Дрожащими руками я подаю Энн салфетку, и она берёт её. Гарри встал со своего места и смотрит на Джемму и Аарона. Я почти забыла, что не хочу с ним разговаривать. Он не зол, по-моему, он просто удивлён. - Гарри, мы… - Заткнись, Джемма, - плюёт он, и я пытаюсь взять его за руку, но он выдёргивают свою, - Как давно? Джемма смотрит на Аарона и из её глаз текут слёзы. Я не знаю, что она чувствует сейчас. Она боится его реакции, это всё, что я знаю. - Гарри… - Я спросил как, блять, давно?! - Гарри, не будь мудаком, - говорит Аарон. - Почти два месяца, - шепчет Джемма. Я так хочу накричать на Гарри, что он ведёт себя как полный мудак, но это их семья. Гарри дёргает себя за волосы и ходит по комнате туда обратно. - Мама… - плачет девушка в объятиях своего любимого. До этого я не замечала, что мои глаза слезятся. - Я…я так счастлива за вас, ребята! – кричит Энн и идёт к ребятам, чтобы обнять их. Что происходит в этом доме? Я смотрю на Гарри, а он смотрит на меня. - Гарри… - Тихо, Кэтрин, я не хочу слышать это, - злится он и убегает вверх по лестнице. Я опускаю голову и смахиваю слезинку с лица. Он настоящий псих. - Кэтрин, ты можешь пойти за ним, если хочешь. Третья дверь направо, - говорит Аарон. Я киваю ему и подхожу к счастливой паре и Энн. - Я так рада за вас, ребята. Уверенна, вы будете замечательными родителями, - говорю я, потому что правда так считаю. Я обнимаю каждого по очереди и когда дохожу до Энн, то шепчу ей на ухо. - Пожалуйста, не переживайте за Гарри, он просто впечатлён. Всё будет хорошо, я обещаю. - Да, спасибо, Кэти, - обнимает меня женщина, - Иди, ты нужна ему, - шепчет она, улыбаясь, и я покрываюсь мурашками. Иду прямо по коридору и когда дохожу до третьей двери, то чувствую ужасную неуверенность. Что я ему скажу? Может он вообще не хочет меня видеть? Я никогда не могу предугадать его настроение. Два раза стучу в дверь, и стараюсь быть спокойной. - Гарри? Могу я зайти? – ответа нет. Принимаю это, как положительный ответ. Гарри сидит на краю кровати и подпирает свою голову руками. Я не знаю, спокоен он или нет, но решаю просто подойти и сесть рядом с ним. - Как ты? – тихо спрашиваю я. - Ты же понимаешь, что нарываешься на грубости, Кэтрин. Я вздыхаю от того, что он чертовски прав. Он постоянно груб, даже со своей мамой. - Знаешь, я думаю, что… - Я, блять, не спрашивал, что ты думаешь, - рычит он и даже не поднимает голову, а только крепче сжимает волосы на голове. Я молчу. Не хочу больше слушать его крики. Он просто хочет выплеснуть свой гнев на меня. - Чья эта комната? – я осматриваю помещение. Гарри поднимает голову. - Ты серьёзно? – усмехается он, будто правда не понимает меня. Теперь я могу видеть его измученные глаза. Мне так больно, потому что я чувствую его боль. - Ну, да. Кто тут живёт? Гарри качает головой и слегка улыбается. Но мне хватает и этого. Я смотрю на его длинные пальцы, и почему – то, ловлю себя на мысли, что его руки безумно сексуальны. - Ты сумасшедшая, тебе кто-нибудь говорил это? – кажется, его настроение стало лучше. - Да, ты. Постоянно, - шучу я и сажусь чуть дальше от него. Комнату освещает лишь небольшая настольная лампа. Стены темные, немного непривычно видеть такие, но это нисколько не уродует её. Это делает её уютной и, какой-то, интимной, что ли. - Ты пришла сюда, чтобы узнать, почему я повёл так себя, да? – он смотрит мне в глаза. - Нет. Я пришла сюда к тебе, - отвечаю я и замечаю, что он доволен моим ответом. Гарри садится ближе ко мне, но я не смотрю на него. - Я просто не ожидал. Я не думал, что у них всё так серьёзно, - объясняет он, и я смотрю на него с нескрываемым удивлением. - Гарри, они живут вместе. Он закатывает глаза. - Блять, я не это имел в виду. Ну, то есть, я не знаю, как это объяснить, - он снова опускает голову. Я не знаю, что должна объяснить ему, потому что мне всего семнадцать, и я совершенно не понимаю, что обычно делают в таких ситуациях. Я кладу свою руку на его колено и он вздрагивает. - Знаешь, ты можешь не слушать меня, как ты делаешь это обычно, но я считаю, что всё, в чём сейчас нуждается Джемма, так это в том, чтобы её брат сейчас был с ней. Он поднимает голову. - Если ты не заметила, то ты единственная, кого я слушаю – тихо говорит он и моё сердце замирает. Я молчу, потому что боюсь сказать что-то не то. - Но что, если она ненавидит меня? – я могу чувствовать его волнение. - Ты сошёл с ума, она любит тебя! Ей просто нужна твоя поддержка, - объясняю я ему. Он громко выдыхает. - Да, думаю, ты права, - его слова заставляют меня покоситься на него. - Что? - Ну, знаешь, просто странно, что ты согласился со мной, - улыбаюсь я. Он пожимает плечами. - Кто сказал тебе эту хуйню? – он показывает мне свои ямочки. Я ударяю его в плечо, а он валит меня на кровать. Губы Гарри находят мои, и мы не можем больше оторваться друг от друга. Я скучала по его пухлым губам целый день. Его руки шарят по моей груди и спускаются ниже. - Гарри, кто-нибудь может зайти, - шепчу я между поцелуем. - Они не зайдут ближайшие полчаса. Они считают, что я псих. Я смеюсь и снова целую его. - Они правы, - смеюсь я, и он кусает мои губы. Свободная рука Гарри находит полы моего платья и поднимает его. Не прекращая поцелуй, он стягивает с меня платье, и я остаюсь в одном нижнем белье. Я не чувствую такое смущение как раньше, но я всё ещё боюсь, что кто-нибудь может зайти. - Что бы я делал без тебя? – шепчет он. Я крепче прижимаю его к себе. Считаю нашу игру нечестной, и стягиваю с Гарри свитер. Его тело так идеально. Я замечаю новую татуировку на плече, там нарисована короткая обрывающаяся лента. Я понятия не имею, что это значит, но решаю спросить позже. Гарри спускается к моим ключицам и целует каждый миллиметр. Я прикусываю свою ладонь, чтобы сдержать стон. Он спускается ниже и целует мой живот. Я выгибаю спину и обхватываю своими ногами его талию. Я почти не чувствую ничего, кроме его языка вокруг своего пупка, но меня больше ничего и не волнует. - Дай мне сделать это, - так сексуально произносит он и стягивает мои трусики. Я так хочу продолжения, просто не узнаю себя. Он заставляет меня чувствовать что-то новое каждый раз. Он нужен мне. Я люблю его. Этого ужасного парня. Гарри доходит до моего самого чувствительного места, и я чувствую, как он целует кожу вокруг него. Я стону от того, что хочу почувствовать его губы, а он не даёт мне этого. - Гарри, - стону я и выгибаю спину. - Прости, малышка, - выдыхает он, и я чувствую, как он достигает моего интимного места. Я перестаю замечать всё, что было до этого. Сейчас всё, что важно – это его язык, который исследует всё ТАМ. Я обхватываю его шею своими ногами, а Гарри сжимает мою задницу своими руками. Одной рукой я хватаю его волосы, когда чувствую, как он посасывает мой клитор, а другой рукой зажимаю свой рот, чтобы никто не услышал мои крики. Гарри добавляет палец, затем ещё один, и когда я дохожу до пика, он падает рядом со мной на кровать. - Кэтрин, я… - начинает он дышать мне в губы. - Я сделаю кое-что. Я сажусь сверху на него и вижу, как его зрачки увеличиваются. Спускаю его штаны и соединяю свои губы с его губами. Слегка покачиваюсь на нём и чувствую, как твёрд член в его боксерах. Улыбаюсь сквозь поцелуй и засовываю одну руку в его трусы. Когда мои холодные пальцы обхватывают его член, Гарри резко выдыхает. Я люблю видеть его таким уязвимым. В такие моменты я понимаю, что он полностью в моей власти. - Кэт… - Тшш, милый, - произношу я, и он закрывает глаза от наслаждения. Я быстро провожу рукой вверх вниз, и примерно через десять минут ласок парень изливается мне в ладонь, рыча моё имя снова и снова. Я падаю сверху на него. Мы молчим. Нам и не нужно говорить. Сейчас всё так идеально, чтобы нарушать что-то. - У меня никогда не было такой девушки, - говорит он мне в волосы, и я поднимаю к нему голову. - Что ты имеешь в виду? – не понимаю я. - Такая невинная, но такая сексуальная одновременно, - говорит он и ухмыляется. - Ну, спасибо, - он смущает меня даже тем, как он говорит со мной. - Я хочу тебя всё больше и больше. Трахать тебя будет моим любимым занятием. Мы лежим ещё минут восемь, и я решаю одеться. Когда я натягиваю платье, кто-то стучит в дверь. - Что? – кричит Гарри, и я смотрю на него. Он без рубашки и застёгивает свои штаны, но, кажется, его ничего не смущает. - Гарри, десерт готов, мы ждём вас внизу, - говорит Энн в закрытую дверь и уходит. Гарри закатывает глаза и натягивает на себя свитер. Он подходит ко мне и, хватая меня за талию, притягивает к себе. Снова эта страсть, снова - то желание, которое не заменит ничто в этом огромном мире. - Нам нужно идти, - напоминаю я Гарри, и он перестаёт целовать меня. Когда мы спускаемся к ребятам, Гарри обещает мне поговорить с Джеммой. - Как вы долго, мы уже подумали, что… - Джемма пихает Аарона, на что Гарри только ухмыляется, а я краснею. Они ведь не имеют в виду … О Господи. - Садитесь, ребята, - предлагает Джемма, но Гарри не смотрит на неё. Боже, Гарри, она беременна. Я замечаю, что у всех, кроме Гарри в кружке чёрный чай. Почему он так любит зелёный? Мы едим десерт в тишине, только Аарон и Энн обсуждают какие-то вещи, связанные с ребёнком, на что Гарри просто закатывает глаза. После того, как все съели свой десерт, Джемма уносит тарелки. Я беру Гарри за руку под столом, и он, молча, кивает мне. Энн замечает наше странное поведение, но молчит. - Я помогу тебе, - Гарри, как можно вежливей, обращается к Джемме, и я улыбаюсь ему. Я так горжусь им. - Хорошо, - она удивлена, как и все в этой комнате. Когда ребята скрываются за дверью кухни Энн, начинает говорить. - Я не могу поверить, что он сделал это. Я не узнаю своего сына, - она вытирает уголки глаз салфеткой. - Он очень хороший человек, - говорю я. Аарон улыбается мне. - Знаешь, он не всегда делает хорошие вещи, но это приятно видеть, что кто-то всё ещё верит в него, - замечает он. Гарри прекрасный человек, люди должны перестать судить его. Я верю в него, и всегда буду верить. Гарри может всё, что только захочет, он сам знает это. - Правда, спасибо, Кэтрин. Если бы не ты… - Энн плачет. - Тут нет моей заслуги, Энн, - я кладу свою руку на её, пытаясь успокоить её, и из моих глаз тоже идут слёзы, - Вы вырастили прекрасного сына. Гарри и Джемма смеются, когда заходят к нам. Я быстро вытираю слёзы. - Что? Какого чёрта ты им наговорил, Аарон? - не понимает Гарри, а Аарон легко смеётся. - Они женщины, Гарри, это нормально. Гарри закатывает глаза и подходит ко мне. - Вы в порядке? – спрашивает он нас с Энн. Мы, молча, киваем. - Меня окружают одни сумасшедшие, - произносит серьёзно Гарри, и все смеются. Думаю, это был долгий и утомительный вечер, и я так устала, так хочу спать. - Когда мы поедем домой? – я спрашиваю Гарри. - Что? Нет, вы остаётесь у нас, и это не обсуждается, - серьёзно говорит Джемма. У меня нет сил спорить, и я зеваю. Гарри берёт меня за руку, и я встаю с места. - Аарон оставил вещи в комоде для тебя, Кэтрин, - говорит Джемма, но я просто хочу надеть свитер Гарри. Конечно, я молчу об этом. Я благодарю ребят, и мы прощаемся с ними. Когда мы заходим в ту самую комнату, Гарри стягивает с себя свитер и штаны, и помогает мне стянуть платье. Я в его свитере, а он в боксерах. Мы стоим у окна, и он обнимает меня сзади и целует моё плечо. Это всё, что я хочу прямо сейчас. Я поворачиваю голову к Гарри, и мы соединяем наши губы. Хочу узнать так много вещей. Почему он не хочет быть с нами в рождество или что значит его татуировка? Но я знаю, что только разозлю его своими вопросами, поэтому решаю просто провести немного времени с моим любимым грубым Гарри, который распоряжается моим сердцем. - Я, - неожиданно произносит он. - Что? Я не понимаю, что он имеет в виду. - Ты спрашивала. Я живу тут, когда приезжаю к ним, - я поворачиваюсь к нему, и мы смотрим друг другу в глаза. Гарри грустно улыбается, и я целую его со всей своей нежностью.