Маска

Вику разбудил назойливый звонок в дверь. Девушка открыла красные от слёз глаза и пошла в коридор, чтобы открыть раннему гостю. "Я даже не переоделась вчера!" - подумала арт-директор, которая только заметила, что до сих пор одета в строгое бордовое платье. Она, не глядя в глазок, распахнула дверь. - Гляжу, ты уже всё знаешь! - усмехнулась стоявшая на пороге Катя. - Что я знаю? - постаралась как можно холоднее спросить Виктория. - Только не придуривайся! По твоим глазам всё видно. Я пришла сказать, что Макс мне больше не нужен. Нафига мне инвалид?! - Внимательная, - горько усмехнулась Вика. - Но я скажу одно: если бы ты по-настоящему любила Максима, то не бросила бы его. Это не любовь, а так... Игра! Не волнуйся. Я смогу ухаживать за Максом. - Удачи! - хихикнула Семёнова, двигаясь по направлению к лифту. На глазах Вики опять появились слёзы, но, быстро смахнув их, девушка прошла в ванную. Она умылась и внимательно посмотрела на себя в зеркало: жуткие мешки под красными глазами, распухший от слёз нос и неописуемая грусть... "Кошмар! В кого я превратилась?" - подумала Виктория. Она прошла в кухню, но есть не хотелось. При одном только виде еды внутри что-то сжималось и болело. Тогда девушка взяла телефон и набрала знакомый номер. - Алло, - раздалось на том конце провода. - Вить, я ближайшую неделю на работе не появлюсь. Приболела, - сквозь слёзы проговорила Гончарова. - Хорошо. Пригляжу за твоими халдеями, - усмехнулся Баринов. - Спасибо, - тихо ответила Виктория и нажала "отбой". Девушка опять легла на кровать и заплакала с двойной силой. Слёзы не хотели останавливаться, отступать. Они лились нескончаемым потоком. На душе только жуткая боль и пустота. В голове крутится образ Макса, лежащего в больнице, и от этого становится ещё хуже. Вскоре Вика больше не могла плакать. В глазах не осталось слёз. В её глазах лишь страдание и страх, которые не дают жить спокойно. Они съедают заживо и искажают жизнь, словно старый чёрно-белый телевизор, давно отживший свой век. В глазах девушки не осталось ни капли радости и счастья. Они стали пустыми. Это и пугало. Вика больше не хотела жить без Макса, ведь он смысл всей её такой несчастной жизни. Парень мог раскрасить любой, даже самый пасмурный день. Он постоянно приободрял девушку, поднимал её с колен и ставил на ноги, выводил из отчаяния. Макс для Вики - воздух, которого сейчас так не хватает девушке. Виктория не может, не хочет верить в происходящее, но реальность жестока. Очень жестока. Она не щадит никого и ничего. Она ставит свои правила, которые не принимает никто. Реальность страшна, но в тоже время приятна. "Что же в это приятного!?" - скажете Вы и окажетесь правы. Вика всё так же лежала на кровати и перебирала в голове приятные моменты жизни. От этого на лице девушки появлялась улыбка, сменявшаяся неким подобием слёз и отчаянием. Виктория просто убивала себя воспоминаниями. Убивала не физически, убивала душевно. Невольно вспоминалась и измена Макса с Сашей. Вика лишь горько усмехнулась, ведь это была мелочь, по сравнению с аварией, которую она уже простила. Сейчас самое главное - верить в то, что Максим выживет, что он быстро восстановится и пойдёт на поправку. "Верить никому не вредно!" - скажут многие. Почему же? Верить можно и даже нужно, ведь вера спасает даже то, что кажется неизлечимым, неприступным... Опять раздался звонок в дверь. Вика не спеша встала и прошла в коридор. Сил не было, поэтому девушка не глядя, впустила нежданного гостя. - Что с тобой?! - вместо приветствия воскликнула Таня. - Ничего, - слабо улыбнулась Виктория. - Это ты своим красным глазам скажи! Убиваешься из-за Макса? Не переживай! Он парень крепкий. Из комы выберется, оклемается, - проговорила Татьяна, усаживая сестру на стул. - Надеюсь... - гораздо тише добавила женщина. - Тань, я так глупо вела себя! Наделала столько ошибок! - Всё будет в порядке. Вот увидишь, сестрёнка! Ты ела? - Нет. Не хочу, - отрицательно помотала головой Вика. На её глазах опять появились небольшие слезинки. - Тише. Вот. Выпей, - проговорила Гончарова-старшая, протянула воду с успокоительным, прижала сестру к себе, по-матерински погладив по голове. - Мне так мамы не хватает. Почему она приехать не хочет? - всхлипывая, спросила Вика. - Я с ней обязательно поговорю, а теперь ложись-ка ты спать, - проговорила Татьяна, укладывая Викторию в кровать. Вскоре Вика погрузилась в тревожный сон. Таня же решила не уходить и приглядеть за сестрой, которая находится на грани нервного срыва.

***

Катя шла по улицам Москвы и смотрела куда-то вдаль. Девушка только сейчас поняла, что совершенно не любила Макса, что просто играла с ним, как с игрушкой. Девушка нисколько не расстраивалась из-за аварии. Даже наоборот. Она была рада, что не совершила "глупую" ошибку, которая в корне повлияла бы на дальнейшую жизнь Екатерины. Девушка не смогла скрыть улыбку, когда увидела пустое рабочее место Максима. Кате стало легче, ведь чистая случайность помогла вернуть жизнь девушки в нужно русло. Она просто открыла глаза Екатерине. "Осталось только вещи Макса Вике отвезти", - подумала Семёнова. Она решила сразу поговорить с Гончаровой об этом, но не застала её рабочем месте. Екатерина сразу же поняла причину отсутствия Виктории Сергеевны. - Катя, зайди ко мне, - проговорил шеф, указывая дочери на свой кабинет. Девушка прошла в него, уселась на кожаный диванчик и вопросительно посмотрела на отца. Повисла долгая пауза. - Что ты хотел? - не выдержала она. - Знаешь, что Огузок в больнице? - Знаю. И что с того? - Ты даже не переживаешь за своего жениха? - искренне удивился Виктор. - Никакой он мне не жених, - огрызнулась девушка. - Я даже рада. Представь, что было, если бы мы поженились?! Кошмар! - Кать, то есть, ты и не любила Макса? - взволнованно спросил обычно равнодушный Баринов. - Получается, это действительно так, - развела руками Екатерина. - Знаешь что! Ты как собака на сене! Может у Огузка с Викой что-нибудь получилось бы, а ты ему всю жизнь поломала! Теперь он просто отвернётся ото всех! - перешёл на крик Виктор. - Ты просто предала его! - У него с Викой всё получится! Ты бы видел её заплаканные глаза. Она сто процентов простила его, - быстро проговорила Катя и поспешила удалиться из кабинета, чтобы избежать дальнейших криков отца.

***

Вика проснулась, но открывать глаза не хотелось. Хотелось просто не думать ни о чём или начать новую жизнь, в которой не было бы столько боли и жестокости. Но открыть глаза всё же пришлось. Они жутко болели. Даже моргать было больно. Но, несмотря всё это, Девушка встала и прошла в кухню, где сидела Таня. Она листала какой-то журнал, но, заметив сестру, женщина сразу же отложила брошюру в сторону. - Поешь, - ласково, но в тоже время строго проговорила Татьяна. Виктория подчинилось потому, что спорить не было сил. Она поковырялась в тарелке и в конце концов отставила еду в сторону. - Не хочу больше, - слабо сказала арт-директор. - Прогресс! Результат на лицо, - по-доброму усмехнулась Таня. - Я сегодня здесь останусь, а то ты таких глупостей можешь натворить... - Спасибо, - улыбнулась Вика. Девушке было приятно, что сестра поддерживает её, следит и не даёт раскиснуть до конца. Она всячески уклоняется от темы, стараясь переключить Вику на что-нибудь другое. Только это и спасает. Татьяна всегда находит во всём свои плюсы. Женщина находит их даже в той ситуации, где, казалось бы, плюсов нет и быть не должно. Таня - отличный человек, который может понять и дать совет. Конечно, иногда она может показаться бестактной, но это лишь от того, что Гончарова-старшая высказывает своё мнение, каким бы оно не было. - Танюш, ты у меня самая лучшая сестра на свете! - тихо воскликнула Вика и слегка приобняла женщину.