Paradise Lost

- Интересно, а рай существует? И если все же существует, то как его найти? - выдохнул Шизуо. Дым красивым танцем плясал вокруг. В такую жаркую погоду казалось, что воздух и вовсе исчез, солнце давило на учеников Райры, и лишь на крыше можно было почувствовать хоть малейшее дуновение долгожданного ветерка. - Не знаю, может и существует. Хотя наука и отвергает такое понятие, как Рай, - ответил Шинра, отмахиваясь от коптящего сигаретного дыма. – Селти, а ты как думаешь? Немного помедлив, девушка взяла коммуникатор и стала медленно что-то печатать. « Рай там, где живут люди, которые тебе дороги. Если ты теряешь этих людей, ты навсегда теряешь свой Рай» - светились на экране буквы. Шизуо вновь вздохнул, обдумывая эти слова. Что такое Рай? И как его не потерять? Спустя несколько лет. Наше время. «Убирайся из Икебукуро, блоха!!!» «Я тебя ненавижу, исчезни с этой планеты, Иза-а-ая –ку-ун» Я вновь и вновь повторял эти слова. Я молился на эти слова, исчезновение надоедливого информатора уже стало для меня желанием, которое я загадывал, словно маленький ребенок, на Новый год и собственный День Рождения. Помню, как-то Касука сказал, что своих желаний надо бояться, ведь они умеют исполняться. Тогда я не обратил на это внимания, посчитал бредом и благополучно забыл. Но сейчас я понял, о чем тогда говорил брат. Вот уже месяц, как Икебукуро пуст. Нет, тут не случился Апокалипсис (впрочем, лучше бы случился), просто я потерял некий смысл своего существования. Наши вечные драки с Изаей, наша ненависть друг к другу уже стало неотъемлемым событием каждого дня, я уже настолько привык к нашим играм, что, кажется, теперь не могу. Не могу без надоедливой рожи Орихары, без его ехидных усмешек и глупых шуток, которые так раздражали, без наших вечных встреч, пока никто не знает. Прав был брат, желания умеют исполняться. Просто в один момент я перестал видеть своего врага, а через пару дней от Саймона узнал, что Изая уехал в Германию. Уехал навсегда. Тогда мой привычный мир рухнул. Сейчас я иду по улицам Икебукуро, вглядываясь в лица прохожих. Такие разные и такие одинаковые, они все жутко раздражают своей радостью и счастьем, хочется убить каждого. Но, натянув маску безразличия, я иду дальше, заворачивая в одинокий переулок. Жду, когда же уже выскочит Изая со своими вечными саркастическими замечаниями, беру стоящий рядом пустой мусорный бак и со всей силы кидаю вперед, в пустоту. Бак ударяется о кирпичную стену и громко падает на землю, пугая обитавших рядом бездомных котов. Но никого нет, никто уже так ловко не увернется от моих ударов, никто не приставит нож мне к горлу. Борясь с нарастающей злостью и безумием, иду дальше. Почему ты так поступаешь, Изая? Даже когда тебя нет, ты умудряешься раздражать меня, заставлять тебя ненавидеть. Вновь щемящее чувство в груди, боль, но не такая, как когда ломаешь руку. Это другая боль. «Что с тобой, Шизуо?» - спрашиваю сам себя, но не нахожу ответа. Иду домой, вновь достаю бутылку чего-то спиртного, уже неважно чего, и напиваюсь, просматривая школьные фотографии. Наши драки частенько фотографировали, а после окончания школы снимки отдали Шинре, а тот уже мне. Вот моя самая любимая фотография. Тот самый день, когда невыносимая жара спустилась на Токио, и тяжело было даже дышать. Я, Шинра и Селти сидели на крыше и что-то обсуждали, когда появился Изая. «- Что такое Рай? Хм, не думал, что Шизуо-тян задумывается о таких глубоких вопросах, - он улыбнулся и поднял голову к небу. – Рая нет, мы потеряли свой Рай, поэтому мы тут.» - таков был его ответ тогда. Даже несмотря на жару, я не поленился запустить в него стулом, этот момент и был на фотографии. Чертова блоха, он убежал, а я так хотел его убить… *** Утро. Ненавижу утреннее солнце, оно светит так ярко, прямо в глаза, и вселяет какую- то надежду. Ненавижу солнце, надежду и радость. Голова жутко раскалывается, отчего трудно встать с постели. Я бы и не вставал, сегодня выходной, но в пачке почти не осталось сигарет, поэтому мне придется выйти наружу. Борясь с желанием разнести к чертям собачьим этот ненавистный город, я оделся и вышел наружу. Свежий ветер дул прямо в лицо, и становилось немного легче. Зашел в ближайший магазин, купил пару пачек сигарет. Что же теперь делать? Заняться нечем, и домой идти не хочется, поэтому я повернул к дому Шинры, попутно закуривая. - Ээй, Шизуо, рад тебя видеть, - выскочил врач, как только я позвонил в дверь его квартиры. – Проходи, мы давно тебя не видели. - И тебе не хворать, - пробурчал я и вошел внутрь. Признаться честно, я не очень-то любил этот извечный оптимизм Шинры, но с ним можно было хотя бы отвлечься. «Что с тобой такое, Шизуо?» - протянула мне коммуникатор Селти. Кажется, только одна она догадывается о причине моего состояния. - Плохо мне, просто плохо, - тихо произнес я, чтобы это не услышал Шинра, пока тот нес поднос с чаем. - Угощайся, - он протянул мне чашку в руки. – Кстати, чуть было не забыл. Хотя, может это тебе не понравится, но наш старый друг оставил нам письмо. Я подорвался. Старый друг? Неужели Изая? Будто бы читая мои мысли, Селти ответила: « Орихара оставил послание и для тебя». Быстро подойдя к ноутбуку, она включила видеозапись. На экране красовалась самодовольная рожа Изаи, а рядом с безразличным видом сидела Намиэ. « Ну, здравствуйте, дамы и господа, и Шизуо, - вещал голос информатора с экрана. – Наверное, вам интересно, куда я пропал и почему никого не предупредил? Скажем так, я решил последовать совету Шизуо – тяна и покинуть Японию, хотя и уехал я по важному делу. Сейчас мы с Намиэ в Берлине, погода тут не очень, но не суть. В Икебукуро я, наверное, больше не вернусь, хотя, кто знает? Надеюсь, вы по мне будете скучать, особенно Шизуо – мне так не хватает наших с тобой драк, отчего очень скучно. Впрочем, если мы встретимся вновь, я убью тебя, Хейваджима. Офидерзейн, друзья мои.» Запись выключилась, а я еще долго смотрел на черный экран, вникая в смысл этих слов. Орихара больше не вернется. Хорошо ли это или плохо? «Ты скучаешь по Изае?» - Не знаю,- я накрыл лицо руками. – В последнее время сам не свой, Селти. И не знаю, что мне делать. «Ты потерял дорогого тебе человека, тут ничего не поделаешь. Но время лечит» - даллахан провела рукой по моим волосам в знак утешения. Да уж, развел тут нюни, убить готов блоху за это. Но Селти права, Изая мне дорог. А когда мы теряем дорогих людей, мы теряем рай. И как вновь отыскать свой потерянный рай? Я не знаю.