Это все она - весна...

      Наконец, пришла весна. Такое ощущение, будто все вокруг ожило. Птички поют, деревья расцветают, снег тает, оставляя за собой лишь прозрачные ручейки. Я, как истинный не любитель зимы, вообще готова петь от весеннего настроения. Нет, ну, вы только подумайте, сколько всего может изменить теплая погода? Мало того, что природа оживает, настроение поднимается, так еще и люди добреют! Сегодня еду я, значит, в автобусе, сижу с краю и наблюдаю такую картину: в автобус заходит пожилая бабушка, и, внимание, ей уступают место сразу два молодых человека! Это невероятно. Смотреть на это более, чем приятно.       Солнышко. Как давно его не было видно. Я медленно шла по любимому парку, наблюдая за окружающим миром. Все так красиво, так свежо, по-новому. Противный звук. Ладно, показалось, наверное. Звук повторился. А, ну, конечно, звонит телефон. — Алло, — забыв взглянуть на экран, ответила я.       Из трубки полилась масса негодований. О, черт, засмотревшись видом природы и погрузившись в мир мыслей, я совершенно забыла, куда шла. — Все, все, Кать, я бегу, — быстро протрещав, я положила трубку.       Совершенно забыла про тренировку. Я — капитан группы поддержки хоккейного клуба «Химик». Честно говоря, я очень люблю то, чем занимаюсь, но моя память, к сожалению, очень сильно меня подводит. Ладно, пора бежать, а то девчонки заждались уже. *** — Раз, два, три. Закончили, — привычно сказала я. — Ладно, девчат, на сегодня все.       Я взяла бутылку с водой и отправилась в раздевалку. — Насть, — послышался голос сзади.       Я обернулась. О, знакомые лица. Евгений Свиридов собственной персоной. Вот, почему я такая медленная? — Насть, ты занята после тренировки? — твердо и уверенно спросил брюнет, разглядывая мою фигуру.       То, как мне неприятен этот молодой человек, невозможно передать словами. То, что он переспал почти со всей группой поддержки — еще цветочки, он руки распускает, нахал. Один раз он положил руки мне на талию, за что изрядно получил в глаз. Ибо нефиг. — Занята, — отрезала я. — Это все?       Я развернулась, не дождавшись ответа, и собиралась продолжить намеченный путь, однако, Женя продолжил. — Не все, — его голос стал грубее. — Игра завтра в 3.       Обернулась. Улыбнувшись во все 32, я бросила тихое «спасибо» и прошмыгнула в раздевалку. *** — Девчонки! Играем с Медведями завтра в 3, — громко сообщила я, собираясь выходить из раздевалки.- Собираемся в час, без опозданий. Аня, повторяю для тебя, без опозданий!       Девушка подмигнула мне и улыбнулась, мол, все будет хорошо. Я улыбнулась в ответ и, попрощавшись со всеми, вышла из помещения.       Плюхнувшусь за стол в буфете, я отхлебнула любимого персикового сока. — Господи, откуда же тут столько народу? — проворчала Катька и упала рядом. — Последние эклеры забрала!       Улыбнулась. Катька. Такая забавная. Она из тех людей, кто может сказать абсолютно все абсолютно любому человеку. У нее никогда не было проблем с парнями, но за то она очень плохо находила язык с девушками. Мы общаемся с Катей, потому что я, в принципе, тоже никогда не скрываю своего мнения. Но в отличие от Девяткиной, я не могу подойти к парню и спокойно сказать о своей симпатии к нему. Меня это всегда поражало. Ее называют «девушкой без комплексов», и это, наверное, хорошо.       Я откусила кусочек любимого пирожного. О, Боже, этот вкус детства. Наверное, у каждого человека есть своеобразный «вкус детства». Когда я была совсем маленькой, мой папа, возвращаясь с работы, приносил мне эклеры со сливочным вкусом. Семь лет назад эту кондитерскую закрыли, и я долго искала этот великолепный вкус. — Привет, девочки — припевочки, — вывел меня из воспоминаний Глеб.       Глеб Колесников, молодой человек Кати, всегда появляется не вовремя. Нет, он, в общем- то, хороший парень, но у него привычка выростать из-под земли, когда я думаю о чем-то приятном. Хотя, возможно, это просто совпадение. — Ну, что, как тренировка? — спросила Катя, отодвигаясь от молодого человека. — Нормально. Новый тренер — нечто.       Мы с Катей синхронно улыбнулись. Жарский Степан Аркадьевич — новый тренер Химика. Не знаю, насколько он хорош с тренеровочной точки зрения, но человек он интересный. — Сделаете завтра Медведей? — последовал следующий вопрос от Девяткиной.       Глеб свел брови и улыбнулся, мол, естественно. — Ладно, ребят, я побежала, — я чмокнула Катю в щеку. — Завтра в час.       Я развернулась и зашагала в сторону выхода из Ледового. Вышла на улицу и глотнула свежего воздуха. С приходом весны даже воздух изменился. Я достала из сумки плеер с наушниками и погрузилась в мир музыки. Я спокойно шла по улице, решив прогуляться до дома пешком. Я пошла через любимый парк. Столько связано с этим местом. Здесь я впервые встретилась с Лешей. Черт, опять он. Леша — мой бывший молодой человек. Первая любовь, так сказать. Мы встречались два года и разбежались по самой обыкновенной причине. Он, в силу того, что был старше меня на два года, захотел перевести наши отношения на более высокий уровень. Естественно, я отказалась. Я была так воспитана, хотя, наверное, это глупо. Сейчас можно много рассуждать над этой ситуацией — все равно ничего не исправить. Ну, и Бог с ним. Все, что делается и не делается, к лучшему.       Медленно шагая в сторону дома, я думала о жизни. О том, что сложилось, и нет. В свои 20 лет, я живу с родителями, учусь в университете на журналиста и танцую. В группе поддержки Химика я выступаю уже пятый год. Попала туда совершенно случайно. Ну, как случайно, туда захотела Катюха и своим: «Пойдем со мной, мне одной страшно», вынесла мне мозг. Пришлось идти. Взяли обеих, хотя я и не просилась. В общем, я благодарна Катьке, что тогда она потащила меня с собой. Кто знает, чем бы я сейчас занималась?       Я поднесла магнитный ключ к домофону, и с противным пиканьем дверь открылась. Я поднялась на шестой этаж. Лифт? Нет, лифт- для слабаков. На самом деле, я их боюсь до жути. Да- да, я боюсь лифтов. Однажды, я застряла там абсолютно одна и просидела около двух часов. Теперь -только лестница.       Повернув ключ в замке, я зашла в прихожую. — Настен, мы на кухне, — послышался мягкий голос мамы.       Раздевшись, я прошла на кухню. За столом сидели родители и младший брат. Все были предельно довольны. Так, что происходит? — Всем привет! — как всегда, бодро поздоровалась я.       Я налила в стаканы воды и собиралась покинуть кухню, но голос папы заставил меня остановиться. — Дочь, присядь, пожалуйста.       Что, простите? Дочь? Никогда в жизни папа меня так не называл. Могу поспорить, что разговор будет важным, но неприятным для меня. Сто процентов. Я послушно опустилась на стул. — Я что, смертельно больна? — попыталась я отшутиться. — Настя, что за шутки? — возмущенно воскликнула мама, держа в руках чашку с чаем.       Понятно, не прокатило. Значит, сейчас что-то произойдет. — Насть, завтра в семь часов к нам придут гости, — папа строгим голосом проговорил отрепетированные слова. — Я хочу, чтобы ты присутствовала.       О, нет. Очередные гости. Как же они надоели. Пытаются меня выдать замуж. А мне всего двадцать лет, прошу заметить. Мой папа — начальник нефтяной компании, большая шишка и все дела. Мне никогда не нравилась его работа. Там у него появились новые «друзья» с молоденькими богатыми сыночками, за которых меня и хотели выдать замуж.       Я закатила глаза. Зная, что спорить бесполезно, и я только усложню ситуацию, я послушно согласилась и пообещала, что в семь буду дома.       Пройдя в свою комнату, я устало упала на кровать. Как же я не хочу знакомиться ни с какими папиными друзьями. Нет, против них-то я ничего не имею, а вот против их сыновей. Я начала злиться. Так, все, спокойно. Надо думать о приятном. Завтра матч Химик — Медведи.       К слову о Медведях. Их вратарь сейчас защищает наши ворота, забавно, правда? Мы предполагаем, Бог располагает.       Ладно, пора спать. Завтра тяжелый день. Я закрыла глаза и погрузилась в царство Морфея.