Это все она - весна...

      Почувствовав теплые губы на лбу, я открыла глаза. Взору отрылось лицо Егора. Парень внимательно смотрел на меня. Его взгляд не был заспанным, наверное, он давно проснулся. Знаете, а я не жалею. Ни о чем. Ни о том, что поругалась с отцом, ни о том, что пошла к Ледовому, ни о том, что решилась переночевать у Щукина. И даже не жалею об этой ночи. Все было, так… Как я, действительно, хотела: горячие прикосновения, обжигающие поцелуи, невероятная страсть, умопомрачительная скорость. Это было нереально здорово. — Сколько время? — из моих уст вылетел первый вопрос.       Голос был немного хриплым и тихим — не таким как обычно. Егор продолжал изучать меня взглядом, будто не услышав моего вопроса.       Я улыбнулась. — Начало первого, — наконец, ответил Егор, нависая надо мной.       Пропустив мимо ушей суть сказанного, я автоматически положила руки ему плечи. Его губы дотронулись до моих, а я мягко ответила на поцелуй. Я не знаю, сколько бы мы могли так лежать, но мой разум меня осенил. — Егор, мы же университет проспали! — отталкивая парня от себя, вскрикнула я.       Он лишь упал на подушку, попутно закатывая глаза. Я не поняла его жеста. — Сегодня суббота, — хватая меня за руку и притягивая к себе, произнес хоккеист.       Ой, а я и забыла совсем. Да уж, наверное, стоит когда-нибудь и отдыхать. А то учеба — дом — тренировки, а отдыхать некогда. Не мудрено потеряться в днях недели. — Какие планы на день? — кокетливо поинтересовалась я, садясь на Щукина.       Тот явно оживился, и его руки уже лежали на моей талии. — Абсолютно никаких, — хрипло сказал парень, потянувшись ко мне.       Я едва дотронулась до его губ и встала с кровати. Щукин недовольно на меня посмотрел, оценивая взглядом мою фигуру. Я обернулась на него и, изогнув бровь, надела его футболку. — Мама вернулась? — посмотрела я на Егора, открывая дверь.       Дома было тихо. Мой вопрос Егора проигнорировал. Я сделала несмелый шаг вперед, будто ожидая чего-то невероятного. Знакомые руки оказались на моей талии, и я вскрикнула от неожиданности. — Ну нельзя же так пугать!       Я улыбнулась, разворачиваясь к Егору. Его губы уже по-свойски накрыли мои. Мы стояли посередине коридора и целовались, потому что были уверенны, что дома никого нет. — Кхм- кхм, — послышался голос сзади.       Я отодвинула Егора, но продолжала находиться в его объятьях. — Вы хоть позавтракали? — заботливый тон Елены Константиновны заставил меня улыбнуться. — Нет, мамуль, мы только встали, — ровно ответил Егор.       Елена Константиновна хмыкнула и скрылась на кухне. Егор жестом показал, что он в душ, ну, а мне ничего не оставалось, как пойти помогать маме Егора с завтраком.       Я зашла, когда она собиралась разбить яйцо для завтрака. — Вам помочь? — улыбаясь, проговорила я.       Женщина посмотрела на меня, как будто удивляясь. Я немного смутилась, ища в своих словах скрытый смысл. — Давай, — она отдала мне продукт.- А ты умеешь готовить?       Я подошла к плите и умело вылила содержимое яйца на раскаленную сковородку. Вообще довольно странный вопрос. Конечно, я умею готовить. Мои родители постоянно на работе, у мамы времени на приготовление пищи нет, а дома вечно голодный брат. Как же тут не уметь готовить? — Конечно, — мило проговорила я, накрывая сковородку крышкой. — Это хорошо, — сказала Елена Константиновна.- Ну, тогда ты тут сама справишься, да?       Я утвердительно кивнула и проводила ее взглядом. Мама Егора мне однозначно нравилась. Милая женщина с явно большим жизненным опытом. Она мягкая и добрая, но четко давала понять, что справедливость многое для нее значит. Да, я могу рассказать многое про человека, с которым поговорю хотя бы однажды. Вот такая супер способность. Не могу сказать, что это хорошо, потому что первое мнение самое правильное, а потом его трудно поменять.       Услышав шипение сковородки, я быстро выключила конфорку. — Ну, что у нас на завтрак? — на кухне появился Егор.- Ого, да ты готовить умеешь?       Тут я совсем растерялась. Мне показалось, что это плохо. Ну, а что? Мама его посмотрела на меня удивленными глазами, он задает глупые вопросы. — Умею, — сказала я, удивленно смотря на садящегося Щукина.- А что в этом такого?       Парень взял со стола бутерброд, но услышав мой вопрос странно нахмурился. А, понятно. Марина, наверное, готовить не умеет. Вот в чем дело. Я не стала задавать этот вопрос еще раз, потому что догадывалась, что Егор не будет мне ничего рассказывать. Честно говоря, не очень то и хотелось слушать, как у них все было отлично, а потом Марина ему изменила. Разбежались, значит, разбежались. Меня это вообще не касается. У меня тут свои проблемы.       Из комнаты послышался звук мобильного телефона. Бросив взгляд на Егора, я отправилась в комнату поднимать трубку.       Я взяла агрегат в руки и увидела знакомую надпись на дисплее. — Алло, — немного грустно проговорила я. — Привет, — как всегда веселый голос на том конце.- Ты чего трубки не берешь? До тебя родители не могут дозвониться!       Я шумно выдохнула и присела на кровать. Катя не знала ровным счетом ничего, и рассказывать это сейчас было очень неуместно. — Кать, я с папой поссорилась. Дома не ночевала.       Странное молчание на том конце. — А где ты ночевала? — тихий вопрос от Девяткиной.       Хм. И что же мне сказать? Правду? Будет очень интересно услышать, сколько всего мне наговорит собеседница. — Насть, ты идешь? — в проходе показалась голова Егора.       Я быстро закивала. — Это кто? — голос подруги был явно обеспокоенным.- У тебя все нормально? — Короче, я тебе все потом расскажу, — торопясь, проговорила я.- Все в порядке. Увидимся на тренировке.       Я быстро нажала отбой и кинула телефон на кровать. Что делать дальше, я не знала. Находясь рядом с Егором, я абсолютно забыла про все проблемы. Я забыла про отца и про Кислого, и про замужество. К сожалению, я точно знала, что отец не шутил. Он в серьез надеется выдать меня замуж за Кисляка. А я мало того, что не хочу, так еще и по уши втрескалась в Щукина. С утра мне казалось, что все так замечательно, и я все сделала правильно, а теперь… Егор ведь не знает, что меня хотят поженить именно с Кисляком. И не дай Бог, если он узнает. Плакали наши только-только начавшиеся отношения. Черт. *** — Три-четыре. Прыжок. Кувырок.       Я жестом показала, что на сегодня мы закончили. Взяв бутылку с водой, я пошла по направлению к раздевалке. Катя уже улетела к Глебу, следовательно, поговорить нам не удастся. Что же, жаль. — Дьяконова, стоять!       Грубый мужской голос окликнул меня. Я узнала этот голос, именно поэтому останавливаться не стала. Хотелось побыстрее дойти до раздевалки, чтобы избежать уймы вопросов. — Стой, говорю, — цепкая рука схватила меня за локоть. — Руки убери! — я выдернула свою руку из его.- Что тебе опять надо?       Кисляк засунул руки в карманы и внимательно на меня посмотрел. — И где же ты ночевала? — Тебе- то какое дело? Или я должна отчитаться? — саркастически спросила я.       Кисляк сделал шаг мне навстречу и ловким движением прижал меня к стене. От того, что я чувствовала его дыхание, кружилась голова. Странно, у меня к нему столько неприязни, а чувствовать его рядом тяжело. — Ты — моя невеста. Надо будет — будешь отчитываться.       Ну ничего себе наглость. Вообще обнаглел что ли? Я? Отчитываться? Я перед родителями то не отчитываюсь, а тут он. — Да ты надоел! Я не буду твой женой, понятно? Никогда! — я оттолкнула его от себя и отошла на несколько шагов.- И вообще, мне другой человек нравится.       Я была на сто процентов убеждена, что он не поймет, о ком я говорю, и уверенно направилась в сторону раздевалки, ожидая вопросов. — Щука, что ли? — послышался насмешливый вопрос.       Остановившись, я не стала оборачиваться. Откуда? Откуда он знает? Хотя, какая разница? Все равно о наших отношениях скоро все узнают. Не знаю, хорошо это или плохо, но меня это вообще не волнует. — Даже если так, тебе какая разница? - я, наконец, обернулась и зашагала в сторону собеседника.- Или ты ревнуешь?       Я совершенно не подумала, что ляпнула, и уже ждала насмешливых фразочек Кисляка. Я подошла слишком близко, и он без труда прижал меня к себе снова. Он рядом. Опять. — Отпусти меня, — не теряя надежды, пыталась оттолкнуть его я. — Да, ревную — почти мне в губы сказал Кисляк.- Да, черт возьми, я тебя РЕВ-НУ-Ю.       Сказать, что у меня шок, не сказать ничего.