Недетские игры

— У вас больной вид. — Отравление. — Чем? — Реальностью.

- Дава-а-ай, Нацу, дава-а-ай! – Стонала Хартфилия на пол подъезда. – Еще немного, у тебя получится! - Люси, милая, а давай ты помолчишь? – Прорычал розововолосый, преодолев еще один лестничный пролет с пьяной девушкой на руках, и покрывая всеми известными ему матами лифтеров, так и не починивших лифт. - Это тебе за бабушек, сладкий, - пропела блондинка, коварно улыбаясь. - Какая же ты злопамятная, - вздохнул Драгнил, продолжая путь. - Что ты! Я просто справедливая. А память у меня с детства хорошая, - продолжала ерничать Хартфилия, глядя в потолок. - Я так понимаю, за спор мстя будет еще страшнее? – Усмехнулся Нацу. - Зришь в корень, - Люси перевела взгляд на уставшее лицо парня и его напряженные руки. – Ладно, так и быть, мы итак поднялись уже на шестнадцатый этаж, если я правильно считаю. Оставшиеся я могу и сама пройти. - Сиди уж, дьявол в юбке, - пробурчал розововолосый. – Мужик я, в конце концов, или нет? Люси демонстративно прикрыла рот ладошкой, стараясь не рассмеяться и сделать как можно более серьезное лицо. *** - Ну наконец-то! – Воскликнул парень, прикрыв за собой входную дверь. - А куда мы идем? – Поинтересовалась Хартфилия, которую так и не поставили на пол, вертя головой по сторонам и разглядывая интерьер холостяцкой квартиры. – Да так… Планирую утопить одну мстительную даму, - поделился планами Нацу, поднимаясь по лестнице на второй ярус. – А если она убежит? – Серьезно поинтересовалась блондинка, не сообразив, о ком идет речь. – Я тебе убегу, - кровожадно улыбнулся парень, ногой распахивая дверь просторной ванной и ставя Хартфилию на пол. – Так, тут полотенца, тут чистые футболки - можешь одеть любую. Я пока постелю тебе, - закончил инструктаж Драгнил и, прикрыв за собой дверь, помчался убирать царивший в его спальне кавардак. *** Люси осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. В комнате никого не было. Пройдя к шкафу с зеркальными дверями, девушка окинула взглядом свой внешний вид: огромная белая футболка, длиною с короткое платье, распущенные влажные волосы, босые ноги и уставшее выражение лица. Настроение было на редкость поганым, но блондинка не как не могла понять, почему. Тусклый свет пары ламп, стоящих на прикроватных тумбах, вяло освещал обстановку в кофейных тонах: большая кровать на невысоком подиуме, пара кресел и небольшой столик. Не помпезно, но и не слишком просто - ей нравилось. Взгляд Хартфилии наткнулся на выключатель. И когда вместо включившегося света открылись огромные панорамные окна на всю стену, напротив кровати - Люси позабыла обо всем. Горящие вывески, снующие туда-сюда машины – с высоты все это казалось таким крошечным, но поразительно красивым. Люси настолько отвыкла от этого, что вид огней города, как на ладони, и ясное звездное небо ее просто заворожили. Из оцепенения ее вывел тихий голос: - Нравится? Зашуршали простыни: Драгнил сел на кровать за ее спиной. - Невероятно красиво, - прошептала девушка, не оборачиваясь. Какое-то время они молчали, каждый думая о своем, пока тишину снова не нарушил Нацу, немного обеспокоенный апатией блондинки. - Смотри, падающая звезда, - поднялся он с кровати и остановился чуть позади девушки. – Загадывай желание, принцесса. - Согласно астрономии, когда ты загадываешь желание на падающую звезду, ты опоздал на несколько миллионов лет, - тихо ответила Люси, отрешенно наблюдая за снижающимся огоньком. - Эта звезда мертва. Как и все мои мечты. - Ты преувеличиваешь… - Все мечты и все то, ради чего я пробовала жить – рухнуло. А ничего другого я придумать не могу. И не хочу… Поэтому - нет, я не преувеличиваю. - Ты просто боишься, - Нацу подошел ближе и осторожно положил руки на талию девушки. – Это читается во всем: в твоем недоверии к посторонним людям, твоей циничности и язвительности. Да даже в твоей любимой привычке – складывать руки на груди, подсознательно закрываясь от всех. Ты права. Так, возможно, никто не сможет причинить тебе боли. Но никто не может и сделать тебя счастливой. Нацу в тот момент казалось, что он понимал ее. Но в то же время, она оставалась для него загадкой. И тогда, стоя за ее спиной, он твердо решил: чтобы не случилось – он никому не даст обидеть эту девушку, даже если она никогда не подпустит его к себе. Люси молчала и продолжала смотреть в окно. Ладони парня, стоящего позади нее, приятно грели кожу под футболкой. И сейчас ей почему-то абсолютно не хотелось оттолкнуть его или накричать. Он был прав. Он во всем оказался прав. Но это не меняло того факта, что ей было чертовски плохо. И это не та болезнь, которую может вылечить врач. Она внутри, там, у нее в груди. Словно что-то царапало и рвало привычную пустоту, подгоняя к горлу ком. Так было всегда. Стоило ей с трудом навести порядок в своем мире и начать в нем жить, как все снова взрывалось, разлетаясь вдребезги. И этот парень, за ее спиной… Он точно так же предаст ее. Растеребит душу, вывернет ее наизнанку, разобьет сердце и уйдет. И без него вновь отстроенный с нуля мир снова превратится в руины. - Знаешь, - хрипло начала Люси, - я любила его больше жизни. Он спас меня, когда я осталась совсем одна, когда до меня никому не было дела. Нацу прижал блондинку к своей груди, положив подбородок ей на макушку, как бы стараясь поддержать. - И он стал для меня всем. Я никогда его ни в чем не ограничивала, старалась дарить тепло и заботу, не устраивала скандалов и сцен, даже не думала об измене, под конец даже терпела побои… но ему стало скучно, - голос дрожал, по щекам катились слезы. – И он предал меня. Наигрался и выкинул как ненужную вещь. Драгнил слушал рассказ девушки, не пытаясь ее остановить и давая ей выговориться, лишь крепче прижимая к себе. - И это так странно, - продолжала Хартфилия. – Мы были вместе четыре года, и почти год прошел с тех пор, как мы расстались. Я плакала, убивалась, жить не хотела… И как только у меня все перегорело, он захотел все вернуть. А у меня никаких чувств. Ну как никаких, - усмехнулась Люси сквозь слезы, - только одно - какой же он козел. В объятьях Драгнила она чувствовала себя уютно и спокойно. Он казался таким теплым и надежным. И если бы не бутылка коньяка, она никогда не рассказала бы ему всего этого. - И да, ты прав. Я боюсь. Потому что ты точно так же дашь привыкнуть к себе, приручишь, станешь необходимым – и уйдешь, - закончила блондинка, продолжая бесшумно плакать. Нацу вздохнул и осторожно поцеловал Люси в макушку, после чего развернул к себе лицом. - Не говори ерунды, - с улыбкой прошептал он, вытирая ее слезы, словно маленькому ребенку. – Я не стану переубеждать тебя сейчас - это все равно не сработает. Тебе нужно поспать, и все будет хорошо. Шмыгнув носом, блондинка робко улыбнулась в ответ. Драгнил поднял ее на руки и уложил в кровать, накрыв одеялом. - Спокойной ночи, Нацу, - догнал его в дверях тихий голос Хартфилии. - Сладких снов, принцесса, - ответил розововолосый, закрывая за собой дверь.