Если бы герои Поттерианы...

Хорошо, что в дряхлом автомобильчике было темно, а лампочка внутри, видимо, не работала по причине того, что магия глушила электричество, так что близнецы не видели жутко недовольной физиономии Гарри. Да и кому бы понравилось, когда тебя поднимают посреди ночи, вытаскивают из уютной теплой мягкой постельки, причиняют моральный и материальный ущерб тебе, дому, в котором ты живешь, и его хозяевам, а потом заталкивают в тесную, пропахшую чем-то непонятным кабинку и везут Мерлин знает куда! Уизли, конечно, не бандиты, но все же... Кто знает, что у них там за дом. Да судя уже по двум этим прохвостам можно со стопроцентной уверенность предположить, что там спокойно и уютно вряд ли будет. И еще придется общаться с незнакомыми людьми... Так что Гарри сильнее возненавидел одного старого бородатого типа, который с некоторых пор задался целью портить ему жизнь сильнее, чем вообще это возможно. Его навязчивость и стремление настоять на своем, несмотря на то, что Гарри определился со своим будущим, поражали и изумляли до бешенства просто. Мирный бедняга хаффлпафец поклялся, что сделает все возможное, чтобы прилипчивый старик отстал от него раз и навсегда. К слову, дядя Люц и отец тоже хотели именно этого. Ну, так тому и быть, значит. Удовлетворенному будущей страшной мстей и пребывающему в мечтах о покое и мире, Гарри мешали только близнецы. Они о чем-то оживленно тарахтели и болтали сами с собой, поминая тюфяка Рона и младшую сестренку, которая вроде бы неровно дышала к Герою магического мира. Гарри толком не слушал, думая, как бы ему выпутаться из этой передряги и не помереть со скуки в гостях. А то, что будет тоскливо и уныло он не сомневался. — Гляди, Поттер, подлетаем! — Да-да, зацени, в каком месте мы живем! Оттери Сент Кечпоул! Неплохая деревенька! — Маглы рядом обитают, представляешь? Над ними так прикольно иной раз подшутить... Мы ночами у них картофель и капусту воруем с огородов. Они утром так забавно негодуют и ругаются, — воришки заржали и хлопнули друг друга по рукам. — А еще можно им оставить на грядках огромные следы с когтями. Или клочья красной длинной шерсти из маминой старой шубы... или пугала переставить на другие места. — О, они так смешно пугаются необычного и странного... Сразу вызывают полицию и еще какое-то странное бюро... Рыжие корчили рожи, изображая испуг и возмущение несчастных неосведомленных маглов, так что Гарри стало даже жаль бедных замороченных и обворованных селян. — Гарри, кстати, хочешь конфетку? — Бери, бери, угощайся, — мило предложил то ли Фред, то ли Джордж. Гарри опасливо взял из щедро протянутой горсти одну. Якобы конфета была завернута в сомнительного вида и качества ядовито-оранжевую бумажку со странными фиолетовыми разводами. — Глотай, жуй, наслаждайся, — подначивал его один из близнецов. Другой, выворачивая зачем-то руль, жадно и предвкушающе поглядывал на него. Гарри вспомнил, что Наставник учил их с Драко не есть и не пить ничего из рук людей, которые не нравятся или неприятны и поостерегся лопать. — Я потом... сейчас неохота. Я по утрам сладкое не очень-то, — отмазался он и сунул подозрительное угощение в любимый гоблинский кошелек, решив потом показать отцу. Гиббоны разочарованно переглянулись, но постарались не подать виду. — Скоро будем на месте, мама тебя знатно накормит. Она отличная кулинарка! — расхваливал миссис Уизли Фредо-Джордж. Гарри подумал, что надо бы их как-то различать — ленточки повязать куда-нибудь, что ли... или волосы незаметно покрасить, а потом плюнул — да какая ему разница? Близнецы Уизли ему не нравились. И подсознательно, и осознанно тоже. Было в них что-то... Он пока не знал, как это сформулировать, но... время покажет, насколько он был прав в своих подозрениях. К тому же, вся эта симпатия и попытки расшевелить его казались наигранными из-за того, что он знал — его послал в Нору Дамблдор. Так где гарантия, что тот не велел всем домочадцам быть с ним милым и ласковым, чтобы расположить к себе? Ведь говорил директор, что Гарри надо выбрать себе Наставника... Вот небось, отца этих прохвостов и назначил заочно. Ха-ха... Знал бы старый дурак, что у Поттера уже есть любимый и уважаемый им учитель! Наверное, сразу по приезду в школу его вызовут к директору и настоятельно порекомендуют определиться уже. Гарри прямо предвкушал растерянную и рассерженную физиономию Дамблдора, который поймет, что место уже занято. Скорее бы в школу! Он мысленно потер ручонки и злорадно ухмыльнулся. — А ваш отец знает, что вы взяли его машину? — коварно спросил Гарри, вспомнив о правах несовершеннолетних в своем мире. — Не-а. — Он сегодня работает в ночную смену, — беззаботно скалились близнецы. — Но мы все рассчитали: прибудем до того, как дома все проснутся, и поставим ее потихоньку в гараж! — Ну-ну, — скептически сказал Гарри. — А меня вы как домой притащили? Или вы аппарировать умеете в таком возрасте? И мне что прикажете говорить, если спросят, как я у вас дома оказался? — Э... мнэ... ну... как бы... — парочка гиббонов чесала рыжие затылки и судорожно размышляла, как избежать сурового материнского наказания. Ведь и впрямь надо было правдоподобно объяснить свалившегося на голову Поттера. — Дьявол, надо было малыша Ронникина взять с собой, тогда бы и ему досталось! А не только нам одним. Подставлять его чистое удовольствие. — Ну, так он встать не мог из-за Блевательного батончика! — доказывал один другому. — Не надо было на нем испытывать. Он так ослаб после рвоты, что тут же и задрых. И кто теперь виноват? Ты ему сунул эту пакость! — Но протестировать же надо было! — возражал другой. — На нас-то они уже так не действуют. Привыкание происходит, видать. — Ну, так не ночью же! Утром надо было. Гарри слушал и поражался. Ну, надо же — хотели подставить брата младшего. Мало того, что отравили чем-то, так еще и пытались часть своей вины повесить на беднягу Рона. Прелестные создания, нечего сказать. Не зря мистер Филч их терпеть не мог. Напакостили — а отвечать одним не хочется, надо еще кого-то с собой потащить. Как бы и его под удар не подвели. Вот уж Гарри точно ни при чем — он вообще мистера Уизли ждал только завтра утром. — А кем работает ваш отец? — полюбопытствовал Гарри. — Ну, он рядовой клерк в самом скучном отделе «Противозаконное использование изобретений маглов». Это когда берут магловскую вещь, заколдовывают ее, и она попадает обратно к маглам. Ну а потом начинается потеха, когда эта вещь начинает буянить, — они пакостно захихикали. — Папа, вообще-то, кроме того, чтобы стереть маглам память, должен еще ловить этих колдунов, которые зачаровали вещь, и штрафовать их. А если особо тяжелые случаи с травмами или смертью, то в тюрьму сажают. Гарри скептически хмыкнул. — Так это же получается — ваш отец сам и нарушает? Если вы, к примеру, уроните магловский фордик и разобьетесь, он должен себя в тюрьму посадить? Так? Рыжие гиббоны переглянулись. И чего это Поттер такой смышленный? Барсук же вроде, а не ворона. — Ну... — неуверенно начали они. — Это... это как бы эксперимент. Да, отец просто проводит опыты, чтобы точно знать, на что способны эти магловские изобретения! Вот машина, к примеру. Она только по земле умела передвигаться, а теперь и летать умеет. Интересно же! Да и не собирался он ее никому показывать! — У отца полно таких штук! Целый сарай. Ему по работе... положено, — кашлянул Джорджефред. — Он притащит, разберет их, заколдует и снова соберет. Мама говорит, приди он с обыском к себе домой — туго ему пришлось бы. В общем, они постоянно ругаются, но отцу до лампочки, он свое дело делает. Ну, он никому вреда не наносит, так что... Гарри, но это секрет, ты же понимаешь, да? — Разумеется, — скептически ответил Поттер и отвернулся к окну. И эти люди осуждают других! А сами-то... Ответственный министерский работник при исполнении не соблюдает правил и законов, мотивируя свое увлечение тем, что оно безвредно. А сколько маглов бы подумали, что на них нападают НЛО, увидев над собой летающий аппарат, похожий на дряхлый автомобиль, и ударились бы в панику, подавили бы друг друга или сердечный приступ получили. Но тому, кто автомобиль заколдовал ничего не будет, ибо он сам — закон! На востоке полоска неба окрасилась алым, и близнецы начали снижаться. — Садимся, держись, мелкий, — предупредили Гарри. Фордик, как взаправдашний самолет, чуть подпрыгивая, коснулся колесами земли и остановился на заднем дворе рядом с покосившимся гаражом, где мистер Уизли и держал, по всей видимости, утащенные с мест преступлений магловские штуки. Гарри выбрался из салона, и дом Рона предстал перед ним во всей красе. Живя с тетей и насмотревшись передач про ремонт и обустройство домов, Гарри приобрел неплохой вкус в интерьерах и дизайнах, так что жилище Уизли его поразило абстрактным кубизмом или кубическим абстракционизмом — он решил совместить эти два понятия, почерпнутые из школьной экскурсии в художественную галерею Литтл-Уингинга. Потому что они как нельзя лучше характеризовали увиденное им. Поначалу это, должно быть, было отдельное кирпичное строение, к которому постепенно пристраивали с боков и сверху еще помещения для разрастающейся семьи. Все вместе выглядело весьма неустойчиво и шатко и держалось, скорее всего, на Скрепляющих чарах. Гарри с содроганием подумал, что вот в том крайнем боковом отсеке он спать бы не рискнул — тот скрипел под слабым ветерком и грозил оторваться и упасть с высоты третьего этажа прямиком в огромную вонючую лужу, в которой сейчас валялись свиньи. Он постарался запомнить расположение комнаты, чтобы ненароком не попасть в нее и двинулся вслед за близнецами. Обойдя странное сооружение, они вышли к парадному крыльцу, которое выглядело не как парадное. Во всяком случае, оно разительно отличалось от того, что Гарри привык видеть у тети Петуньи и у себя в новом доме. Да и профессор Кеттлберн обитал в очень пристойном старинном каменном особняке. Про Малфоев и говорить было не надо — у них все всегда было на высшем уровне: на огромном крыльце каменные статуи и горшки с цветами. Гарри невольно подумал, что придирается, но... его утонченная натура, привыкшая к красоте хрупких цветочных бутонов, яркой зелени всходов и гармоничности спелых плодов не терпела бардака, разрухи и неряшливости. А тут все это было в наличие, и никакая бедность не служила оправданием. Вот хотя бы взять шест, на котором висела слегка скособоченная табличка с надписью «Нора». Можно ведь хотя бы обстругать палку, а то она щетинилась здоровенными колючками и была кривой как минимум в трех местах. Да и сама табличка выглядела тусклой и облезшей. Ну ладно, у тебя нет рубанка и краски с кисточкой, но ведь ты волшебник! Рон в счет не идет, он в Чарах вроде бы не силен, но тут обитал и более старший отличник и староста Перси Уизли, да и вроде у Уизли были еще два взрослых старших брата, по слухам красавцы и тоже хорошо закончили Хогвартс... Гарри неодобрительно выпятил нижнюю губу — его чувство прекрасного и основательного было сильно оскорблено. Да еще на глаза попалась огромная, проржавевшая насквозь кастрюля, невесть зачем лежавшая сбоку от крыльца, и груда резиновых разномастных сапог рядом с ней. И все это под открытым небом. Ха-ха, пойдет дождь, и резиновые сапоги наполнятся водой. Или они их кастрюлей накрывают? Тогда почему она дырявая? М-дя-я-я... Острый критический глаз Поттера шнырял по двору, замечая все больше несуразностей. Пространство так называемого двора представляло собой затоптанную курами, свободно бродившими там и сям, землю с желтой пожухшей травой. Разумеется, ведь куриный помет очень едкий и трава просто сгорает! Это вам не мягкий и нежный по воздействию драконий навоз! Гарри скривился — ему было жаль загубленный газон. И во дворе ни цветочка, ни клумбочки! Эх... — Ну, вот и наш родной дом! — с любовью сказали близнецы. — Не бог весть что, но на роскошества денег нет, так что вот как-то так. Гарри подумал, что чтобы навести тут чистоту и порядок денег и не надо. Нужны лишь желание и руки. Причем участок ведь был отличный — большой и в низине, значит, тут сыро и можно выращивать все, что угодно. Но огорода он так и не нашел, хотя и крутил головой во все стороны. А в предполагаемом саду везде валялись какие-то сломанные доски, ветки и камни. Да и деревья все были старые, скособоченные и корявые, без обрезки и ухода. У Гарри даже сердце заныло от такого безалаберного ведения хозяйства! Он-то у себя на земле, подаренной отцом, выдрал все сорняки, хотя там пока ничего и не росло, собрал камни и сложил их в кучки, чтобы потом построить из них ограду, порубил весь сухостой топориком, который ему подарил Мердок, и все сам, собственными руками. Он даже Снейпу не позволил ему помогать. Отец только окружил участок прочной сетью заклинаний от нашествия известных волшебных вредителей — садовых гномов, которые не относились к особо разумным. Они подошли к крыльцу, и близнецы собирались уже тихонько прокрасться в дом, как в окне загорелся свет, и дверь распахнулась, являя им маленькую, полненькую рыжеволосую женщину. Гарри видел ее на вокзале — именно она и сказала ему, как пройти на нужную платформу. — Ну? — грозно спросила она, уперев пухлые ручки в не менее пышные бока. Из кармана фартука в цветочек торчала волшебная палочка. — Доброе утро, мамуль! — Ты чего так рано встала? — Да не стоило нас встречать... — Мы же в своем доме, как-никак, — заискивающе бормотали рыжие. — Доброе утро, миссис Уизли, — вежливо поздоровался Гарри. — По-вашему, выходит, нормально, что вы удираете из дома, не оставив записки? Да еще и берете машину, за которую нас так могут оштрафовать, что вы новых мантий и учебников в глаза не увидите? — рявкнула Молли Уизли, не обращая внимания на Гарри. Близнецы втянули головы в плечи. — Ну... Мы же на благое дело! — Да, отцу ведь некогда, он дома почти не бывает... — Ну, мы и решили ему помочь... — Вот, за Поттером сгоняли! — они подхалимски улыбнулись матери, корча из себя пай-мальчиков в амплуа альтруистов. — Да вы могли погибнуть в аварии! Вас могли увидеть маглы! Отец из-за вас потеряет работу... Да Билл, Чарли и Перси никогда бы себе такого не позволили! Гарри, детка, милости просим! Входи, дорогой, сейчас будем завтракать! — И она втолкнула ошарашенного столь резкой переменой Гарри внутрь. Близнецы облегченно выдохнули и прошмыгнули следом. Они знали, что при знаменитом Поттере мать не станет разоряться как обычно, а постарается быть вежливой и культурной ради дорогого гостя. Собственно, на то и был хитрый расчет, а заодно и машину испытали в полете... Кухня в Норе была маленькой и тесной. В середине стоял деревянный стол с изрезанной столешницей в окружении разнокалиберных стульев. Гарри сел на краешек ближайшего стула и огляделся — было интересно сравнить, как живут разные волшебники. Напротив висели странные часы — с одной стрелкой. Вместо цифр оказались надписи: «Пятичасовой чай», «Накорми кур и свиней!», «Муж на пороге», «Грей быстро ужин!» и прочие бытовые надписи. Гарри подумал, что это, наверное, как таймер на духовке или стикеры-напоминалки с заданиями на холодильнике. Тут же присутствовал и камин. На полке сверху стояли потрепанные книги — ими постоянно пользовались, судя по порванным мягким обложкам. Какие-то собрания сочинений в одном оформлении — видимо, серии романов. Сборники рецептов, кулинарные книги и самоучители бытовых чар. Висевшее возле старенькой погнутой мойки колдорадио вовсю транслировало известную попсовую певичку Селестину Уорлок, которая для пущего театрального и сценического эффекта загадочно величала себя чародейкой и ворожеей. Гарри хмыкнул — разумеется, эти эпитеты звучали гораздо благозвучнее банальных колдуний и ведьм. — А сейчас передаем новую песню известной певицы под названием «Замани меня в волшебный лес!», которая стала хитом наравне с прошлыми популярными шлягерами «Котел, полный колдовской любви», «Я пойду за тобой даже на костер, любимый!» и «Стану светлым единорогом ради тебя». Миссис Уизли бросила сосиски на сковородку и прибавила громкость. Селестина пафосно и страстно застонала и загнусавила басом любовный романс...