Don't blame me, Liza.

- Мистер Парк, пройдите в кабинет номер 327. Я устало выдохнул и закатил глаза. Что же этому недоумку Блэру снова нужно от меня? Новый статус зам-директора корпорации не позволяет ему вызывать меня каждый день по несколько раз, отрывая тем самым от работы. И все бы хорошо, если бы действительно было что-то важное. Но этот ублюдок, видимо, получал удовольствие от того, что отвлекает меня. Да, мы не ладили особо никогда, но помимо меня есть и другие работники, которых Блер недолюбливает. Однако вымещать эту ненависть предпочитает на мне. Свернув окно рабочей программы на компьютере, я поправил галстук и поднялся с кресла. По пути взглянув в зеркало, я вышел из кабинета и направился к лифту. Тот не заставил себя долго ждать и как только двери распахнулись, я зашел внутрь и нажал на двадцатый этаж. Механизм тут же подслушано зажужжал, и лифт мягко тронулся. Но буквально через этаж остановился вновь. Я немного отошел от дверей, чтобы не загораживать проход. В лифт зашел высокий голубоглазый брюнет, коротко кивнул мне и нажал на двадцать четвертый этаж. Я сам не заметил, как начал рассматривать мужчину. Сбритые виски, белоснежная рубашка с завернутыми по локоть рукавами, синяя жилетка, красная бабочка, перчатки без пальцев, слегка зауженные брюки и блестящие ботинки. Раньше мне не приходилось видеть его здесь, но это не удивляет - корпорация "Меркоф" огромное здание с еще более огромным количеством работников. Всех знать просто невозможно. Но этот мужчина, пожалуй, отличался от основной массы. Ибо я никого еще не видел с такой прической, да еще и в таких перчатках. Поймав на себе мой пристальный взгляд, мужчина вопросительно изогнул бровь. - Я могу чем-то помочь? Томный и густой, словно кисель, баритон мужчины чуть не выбил меня из этой реальности. Я не сразу сообразил, что это было обращено ко мне. - Нет-нет, извините, - лихорадочно помотал я головой и отвернулся, скрывая заалевшие щеки. Надо же было так проколоться. К счастью, лифт остановился на нужном мне этаже, и я пулей выскочил в коридор, буквально спиной чувствуя прожигающий и озадаченный взгляд голубых глаз незнакомца. Поправив еще раз галстук скорее из-за волнения, чем за надобностью, я направился прямиком в кабинет ненавистного начальника. По крайней мере, теперь у меня есть к нему дело, и я не буду выслушивать его очередные совсем ненужные мне бредни. "Лиза, ведь ты не будешь против?" - Вы мистер Парк? - обратилась ко мне молодая блондинка, как только я зашел в приемную. Это была секретарша Блера, и я терпеть не мог эту тупоголовую ошибку природы. Я был более чем уверен, что сам Блер держит ее здесь только из-за пятого размера, который девушка особо не пыталась прикрыть, не застегивая первые четыре пуговицы блузки. - Я сюда прихожу как минимум раза три за день, Стейси. Я рассчитывал, что объем твоей памяти будет немного больше, чем у рыб в аквариуме напротив тебя, - раздраженно ответил я и, не дожидаясь, пока эта курица придет в себя и соизволит оповестить своего начальника о моем приходе, сам вошел в его кабинет без стука. - О, Вейлон. Ты вовремя. Почему-то Стейси не предупредила меня, ну да ладно. Присаживайся, - елейным тоном и с противной улыбкой на лице обратился ко мне Блер. Я сжал всю свою волю в кулак и сел в кресло напротив начальника. - Зачем я понадобился? - невозмутимо спросил я. - Ничего особо срочного. Просто хотел узнать, как у тебя проходит работа над проектом, - все таким же отвратительным тоном произнес Блер. - Ты как раз оторвал меня от процесса. - Я, кажется, просил обращаться ко мне на "вы". И не раз, - улыбка испарилась с лица мужчины. - Не вижу в этом необходимости, - я еле-еле сдерживал бурю раздражения, рвущуюся у меня изнутри. - Я ведь могу и уволить... - Тебе не позволят этого сделать сверху, ибо я лучший и крайне важный работник этой компании. И ты это прекрасно знаешь, Джереми. Лучше программиста вы не сыщите. И не говори мне, что это новость для тебя. Еще есть ко мне вопросы? - Нет, - угрюмо ответил Блер. - Отлично. А у меня есть. Лицо начальника вытянулось в изумлении. Еще никогда ранее я не задавал ему никаких вопросов, а тут такой сюрприз. - Ты же должен знать своих работников, не так ли? Мне нужно имя и должность одного из них. - Зачем? - тут же насторожился Блер. - Не твое дело, пожалуй. У него сбриты виски, он брюнет и ходит в перчатках. По крайней мере, именно таким я его сегодня видел. - А, этот... - Блер заметно напрягся и откинулся на спинку кресла. - Его имя Эдвард Глускин. Он начальник отдела по надзору. Его даже выдвигали на мою должность, но... Неважно. - Даже так, - улыбка непроизвольно расползлась по моему лицу. - Но ты отнял у него заслуженную должность путем подкупа владельца. Вы ведь с ним такие друзья хорошие. - Тебя это не касается, - огрызнулся Блер. - Я все тебе сказал. Что еще нужно? - Нет, Джереми, на этом все, - все также продолжая улыбаться, я поднялся с кресла и вышел из кабинета, миновав до сих пор надутую от обиды секретаршу и выбравшись наконец-то в коридор. Эдвард Глускин... Странно, что я не слышал о нем раньше. Отдел по надзору самый крупный в корпорации, и должность начальника довольно тяжелая ноша. Глускин заслуживает должности зам-директора гораздо больше, чем Блер. Ведь этот мошенник даже не знает, что такое истинная работа. И добился своего поста только благодаря хорошим связям. Зайдя в лифт, я надеялся вновь встретиться с Эдвардом, но пришлось добираться до своего этажа в сопровождении незнакомых работников. Войдя в свой кабинет, я подошел к окну и смачно выругался. На улице поливало, словно из ведра. А я не удосужился взять зонт из дома, и машина до сих пор в ремонте. "Придется мокнуть", - с сожалением подумал я и вернулся за компьютер, открыв обратно окно программы. Я просидел за работой на два часа дольше нужного. Проект "Волрайдер" - действительно сложная и ответственная работа. И раз уж ее предоставили мне, я должен довести дело до конца. Быть может мне повезет, и я получу повышение. Сохранив проделанную работу и выключив компьютер, я снял пиджак с вешалки и перекинул через плечо. Закрыв кабинет на ключ, я еще раз с безнадежностью выглянул в окно. Дождь, кажется, и не собирался прекращаться, лишь набирая обороты. "В следующий раз, Лиза, я буду внимательнее слушать прогноз погоды. Как ты мне всегда говорила". Спустившись на первый этаж, я попрощался с охранником, Крисом Уокером, который, честно говоря, пугал меня своим исполинским ростом и недружелюбной наружностью. Однако на деле он тот еще добряк. Иногда. Если его не злить. Выйдя под навес на ступеньки перед главным входом, я спешно натянул на себя пиджак и поежился от холода. - Какая же мерзкая погода, - пробормотал себе под нос я, с недоверием поглядывая на серые и тяжелые тучи. - Солидарен с вами, - послышался знакомый баритон слева от меня. Резко повернувшись, я увидел перед собой Эдварда Глускина, с легкой полуулыбкой смотрящего на меня. От такого теплого взгляда мне стало неловко, и я поспешил сделать вид, что капающие капли - это действительно чудо. Прошло минуты две, но ни я, ни Глускин не сдвинулись с места. - Я могу вас подвезти, если вы не против, - вновь обратился он ко мне. Я вздрогнул и удивленно взглянул на него. - Нет, что вы, не стоит... - смущенно пролепетал я, кажется, вновь покраснев. Меня раздражала своя реакция на этого мужчину, но ничего не мог с ней поделать. - Извините, но я не позволю вам мокнуть под таким ливнем. Также прошу прощения за настойчивость и грубость, - его тонкие губы вновь изогнулись в мягкой улыбке. Рука дернулась ко мне и, слегка сжав мой локоть, притянула ближе. Достав из кейса зонт, Эдвард раскрыл его, и мы направились прямиком на парковку. Он не говорил ни слова, и я боялся что-либо сказать. Стоило поблагодарить его, извиниться за инцидент в лифте, но язык словно прилип к небу. Был слышен лишь шум дождя, глухой стук каблуков и скрип спиц зонта под не щадящими порывами холодного ветра. - Так и знал, что нужно было ставить на подземную стоянку, - вздохнул Глускин и подошел к черной BMW E34. Я удивился тому, что в 2014 модели девяностых все еще держатся на колесах. - Я люблю BMW, особенно модели прошлого века, - пояснил Эдвард, завидев мой удивленный взгляд и открыв передо мной дверь. Я лишь растеряно кивнул и забрался в салон. Изнутри машина выглядела еще более солидно: в бежевых тонах кожаный салон и безумно мягкие сидения. Интересно, как дорого ему обошлось такое сокровище. Хотя, судя по слухам, зарплата начальника крупнейшего отдела была, мягко говоря, не маленькой. Соседняя дверь распахнулась, и на водительское сидение опустился Глускин, отряхивая от случайных капель рубашку. - Какая же отвратительная погода, - недовольно проговорил он и пристегнул ремень. Я последовал его примеру и нервно сглотнул. - Спасибо вам за... За все это, - наконец произнес я. - Вам не стоило, правда... - Уже поздно что-либо менять, - взглянул на меня мужчина. - Кстати, мое имя Эдвард Глускин. Но будет лучше, если вы будете звать меня Эдди - так привычнее мне. - В... Вейлон Парк, - растеряно ответил я, пожав руку брюнета. - Я знаю ваше имя, Вейлон, - голубые глаза Эдди чуть ли не сияли. А мои щеки вновь залились краской. - Но... Откуда? - Мне известны многие работники корпорации, и вы в их числе. А если без выдуманных оправданий, то я сам искал информацию о вас. Давление резко подскочило, а сердце начало выплясывать дикие танцы. "Лиза, ты это слышишь?.." - Но... - Зачем? Вы уже давно мне нравитесь, Вейлон. Просто у меня не хватало смелости взять и подойти к вам. А сегодня выдалась такая возможность. Я мог бы и в лифте завязать с вами диалог, но был как-то не готов... Знаете ли, трудно сразу взять и обратиться к человеку, который вызывает у вас такие эмоции. Поэтому я предпочел сделать вид, будто не знаю вас, и получше приготовиться. Извините за это, мне с трудом удавалось самообладание. "Что мне делать, Лиза?" Воздуха стало катастрофически не хватать. К такому повороту событий я был явно не готов. Я даже не знал, как реагировать. Не каждый день высокопоставленная личность корпорации признается мне в чувствах. - Я... - Я понимаю вашу реакцию, - вновь перебил меня Эдди, смотря слегка виновато, - и не требую ответа так скоро. У вас есть время на размышления, я не буду торопиться. Мысли путались, голова просто раскалывалась. Ситуация казалась такой комичной и нереальной, что мне захотелось истерически засмеяться. Какого черта вообще происходит сейчас? - М... Можно мне домой? - наконец произнес я. - Конечно, - без лишних слов Глускин завел мотор, и машина тронулась с места. Я даже забыл удивиться тому, что Эдди знает мой адрес. Событие прошедших десяти минут все еще крутились у меня в голове, и я не мог реагировать на внешние раздражители. Мне начало даже казаться, что это все глупый сон, поэтому я пару раз ущипнул себя за руку. Но ничего не поменялось - я все еще находился в салоне автомобиля, на улице лил дождь, из колонок доносилась тихая и спокойная баллада (кажется, Металлики, но я не был уверен), а слева от меня сидел мужчина, признавшийся мне в чувствах. Это был не сон. Вдруг двигатель машины заглох, и я не сразу сообразил, что уже нахожусь рядом с домом. Эдди вновь взял зонт и выбрался из машины. Обойдя ее сзади, он открыл дверь с моей стороны и протянул мне руку. Я бездумно взялся за нее и выбрался из салона на чуть дрожащих ногах. Непростительно близко к брюнету. Моргнув, я отошел на полшага назад и наткнулся на дверь автомобиля. Я боялся поднять взгляд на Глускина, но знал, что он смотрит на меня. "Скажи мне, как себя нужно вести, Лиза". Я не помню, сколько мы так простояли. Он смотрел на меня, а я на мокрый асфальт. Он держал надо мной зонт, а я без остановки перебирал пальцы рук. - Позволите проводить вас до подъезда? - тихо спросил меня Эдди. Я, все также не смотря на него, кивнул и направился в сторону своего дома. Глускин шел рядом со мной, не позволяя каплям дождя попасть на меня. Подойдя к ступенькам у подъезда, я повернулся к мужчине, но взгляд так и не поднял. - Спасибо вам за то, что проводили... - Ну что вы, не нужно, - я почувствовал, как он улыбнулся. Но не сделал того же в ответ. - И... И я вряд ли смогу ответить на ваши чувства. Эти слова дались мне с большим трудом. Казалось, будто я сейчас и вовсе упаду, будто произнеся эти слова, силы вмиг покинули меня. - Я готов ждать, сколько угодно. Сколько понадобится. Но прошу тебя... Не бросай меня так, - в голосе Эдди звучала паника и мольба. Я даже не заметил, как он отбросил формальности. Но меня не волновало это. - Эдди... - я все-таки осмелился поднять на него взгляд. Горечь в голубых глазах напротив меня, казалось, затопит тот бездонный океан нежности и счастья, который я видел в них раньше. - Вейлон, я умоляю тебя. Не делай таких поспешных выводов... - Прости меня. Но я правда не могу, - я собрался было уйти, но крепкие руки схватили меня за плечи и развернули обратно. Зонт со звоном упал на мокрый асфальт в лужу, подняв кучу брызг, а я оказался резко прижатым к холодной двери подъезда. Из горла вырвался приглушенный стон. "Лиза, так не должно быть!" Его лицо было в миллиметрах от моего. Руки по обе стороны от моей головы. Горячее и частое дыхание касалось губ. Я широко распахнутыми глазами смотрел на Эдди и боялся пошевелиться. - Я прошу лишь... Не говорить так и подумать, - его голос дрожал, а глаза лихорадочно метались по моему лицу. Вдруг брюнет резко поддался вперед, но я в последний момент отвернул голову в сторону и до боли закусил губу. Хочется исчезнуть... Судорожный выдох куда-то в шею, и Эдди медленно отстранился от меня. Я тут же перевел взволнованный взгляд на него. Мужчина отошел на пару шагов назад, прямо под дождь. На его лице появилась грустная улыбка, а глаза отражали боль в сердце. - Когда я был маленьким, мама часто говорила мне: "Женись, сынок, и ты поймешь, как счастлив можешь быть". Я искал повсюду, но так и не смог найти ту единственную, которая была бы похожа на девушку, чей образ стоит перед моими глазами. Но я не сразу понял, что никакой девушки и не было. Что это был юноша с русыми волосами и столь прекрасными изумрудными глазами, который был совсем рядом со мной. И из-за своих грез я так и не смог увидеть его. А теперь, когда я наконец прозрел, оказалось слишком поздно. Видимо, мне не суждено познать счастья. С этими словами брюнет развернулся и скрылся в машине, тут же заведя двигатель и сорвавшись с места. А я остался смотреть на то место, где он стоял, боясь пошевелиться и вдохнуть лишний раз. "Лиза... Я не могу предать тебя".

***

С того инцидента прошло около двух недель. И они были ужасны. Я надеялся, что через некоторое время я забуду об этом, как о страшном сне. Но судьба посмеялась мне в лицо, подкинув паранойю. Каждый раз, когда я парковался, искал глазами его машину. Каждый раз, когда я заходил в лифт, надеялся на случайном этаже встретить его. Каждый раз, когда я шел по коридору, мечтал увидеть его хоть краем глаза. Каждый раз, когда я выходил из здания, надеялся, что слева от меня появится он и предложит подвезти меня. Даже если нет дождя. Просто подвезти... Но ничего этого не было. Я ни разу не пересекался с ним на работе, хотя его машина была. Следовательно, либо он избегает встречи со мной, либо... Господи, да это глупость. Две недели назад я вообще не подозревал о его существовании, а теперь надеюсь встретиться. Если ты не хочешь пересечься с работником корпорации, тебе не нужно особо стараться. Здание достаточно огромно, чтобы вы постоянно находились в разных его частях. Я мог бы, конечно, зайти в его отдел. Но мне было банально страшно. Что бы я сказал ему? А если он не хочет меня видеть больше? И мысли о Лизе. Я не хотел признавать своих чувств. Чувств, которые принадлежали не ей. Другому человеку. Это казалось аморальным. "Лиза, а как бы хотела ты? Ты бы не желала меня видеть с кем-то еще, ведь так? Я же правильно поступаю?". Ах, Лиза. Жаль, что тебя нет рядом со мной. Ведь все было бы гораздо проще.

***

Это было начало четвертой недели. Мне нужно было отвести документы в другой конец здания. Конечно, я был возмущен. Дескать, я программист, а не мальчик на побегушках. Но выбора мне не предоставили. И чтобы хоть немного срезать путь, я решил пройти через зал, где обычно проводили различные банкеты и празднества. Я любил этот зал за его впечатляющие размеры, огромный белоснежный рояль на сцене и возможность сократить путь. И стоило мне пройти внутрь, как я услышал музыку. Кто-то тихо играл на рояле красивую и немного грустную мелодию. Я остановился возле дверей, боясь спугнуть пианиста и наслаждаясь игрой. Было действительно приятно слушать его. Я не помню, сколько так простоял. И очнулся лишь тогда, когда мелодия стихла. Аккуратно выглянув из своего укрытия, я замер. Человеком, что играл, оказался Эдди. Он медленно водил пальцами по крышке рояля и как-то отстраненно улыбался самому себе. Также не помню, как подошел к нему. Просто ноги сами пошли. Документы оказались лежать где-то на кресле первого ряда, а я - совсем рядом с Глускиным. Тот смотрел на меня ошарашено, будто не веря в происходящее. Я и сам не верил. Но улыбка не сходила с моего лица, а дыхание сбилось, словно после долго бега. - Вейлон?.. Его голос звучал хрипло. Наверное, от волнения. Да и я сам не лучше был. Лишь тогда я смог без помех рассмотреть его так близко. Черты лица тонкие, безумно красивые. Пронзительный взгляд. Господи, как я мог быть таким глупцом? Следуя какому-то порыву, я накрываю его губы своими. Никогда раньше я не целовал мужчину. Эти ощущения такие странные, но... Приятные. Я не чувствовал "неправильности" ситуации. Будто все так и должно быть. Будто это было заведено с самого начала. "Лиза, ведь так и должно быть?.." Эдди ответил неуверенно, словно проверяя на реальность. Я опустил ладони на его плечи и слегка сжал, прижимаясь ближе к мужчине. Спустя пару секунд я почувствовал его теплые руки на своей талии, и поцелуй стал более глубоким и смелым. Я будто выпал из этого мира. Ничего не существовало больше, кроме его рук и губ. Медленно разорвав поцелуй, я поднял на него взгляд. Кажется, он до сих пор в шоке. - Эдди, я... Ты был прав. Я слишком поторопился. Честно, не знаю, что со мной. Не знаю, каким образом. Не знаю, почему ты. Но... - Дорогой, - его палец почти невесомо опустился на мои губы, - ты слишком много говоришь. После этих слов последовал еще один поцелуй. И я понял, что не ошибся. "Прости меня, Лиза. Но мне кажется, что это то, чего ты бы хотела. Ты ведь хотела бы, чтобы я был счастлив? Я нашел свое счастье. Не вини меня в нем, Лиза".