Кинг сайз

- Кстати, а почему никто, кроме Глоина, в отряде не женат? - спросил Бильбо Балина, влезая в самую гущу куста и делая вид, что ему ни на минуту не хочется прерывать занимательный разговор. - Женитьба — не простое дело для гнома. Женщин у нас мало, потому что девочек рождается гораздо меньше, чем мальчиков. Это естественный процесс — для горного дела ведь нужны сильные руки. Поэтому, когда приходит время, то именно женщина выбирает себе жениха. Дело же мужчины — добиться к моменту женитьбы общественного признания и уважения. - У вас такие тщеславные женщины? - не удержался от иронии хоббит. - Не в этом дело, - не обратил внимания на поддевку старый гном. - От этого напрямую зависит семейное счастье. Разве ты не слышал, что чем уважаемее гном, чем выше его признание, тем крупнее его репродуктивные органы? Хоббит ничего такого, разумеется, не слышал и призадумался. С одной стороны, это объясняло скромный арсенал Фили и Кили, с другой... - Да нет, это невозможно! - воскликнул Бильбо, в сотый раз прокручивая сказанное старым гномом. - Это против законов физики и органики... А еще это было против законов механики, гидравлики и алгебры с геометрией. Другой бы на этом успокоился и позорно сдался. Но не таков был сын мелкого, но гордого народа Под Холмом... - Ори и Оин идут в конце списка, можно сказать, что у них самые внушительные... ээээ... показатели, - завершил отчет Бильбо, сидя на пне перед двумя молодыми пнями, которые отзывались на имена Фили и Кили. - С Ори возни было в три раза больше, чем с его братом. - А по-моему ты совершенно зря с ним возился, - заметил Фили. - Они же родня, а это дело передается по прямой линии от отца к сыну. Но хоббит только отмахнулся. Уж если он за что брался, то делал это не за страх, а за совесть. - Ерунда! Зато в результате он переплюнул своего братца раза в два, - ответил он. - И если судить строго, то не так уж и долго я с ним проваландался. Вот с Оином чуть не вышла осечка. - А? - заинтересовался Кили, который до этого времени безразлично ковырялся в носу. - Старый он. Я ему битый час живописал наших местных красоток — все без толку. Потом приврал, что есть одна, у которой вся спина волосатая, тут то его и пробрало... - Ладно, - подытожил Фили, - а почему в списке нет Бомбура? Хоббит замялся. - Ну... это... Я, если честно, даже не увидел, над чем работать! Ежу понятно — в его хозяйстве вещь непотребная. Давайте его в погрешности спишем? - Остаются Двалин и Торин, - подытожил Кили. Хоббит внезапно заартачился. - Вы как хотите, а к Двалину я на сто метров не подойду. Вы хоть представляете, что он со мной сделает, когда поймет, что мне надо? - Скажите, пожалуйста, - небрежно протянул Кили, - да ничего такого не сделает... плохого. Может, тебе еще и понравится? Хоббит вспыхнул праведным гневом, но уточнять причины этого гнева не стал. Не рассказывать же в самом деле этим мелким, что вследствие частого использования их дяди в качестве допинга в полурослике развилась самая настоящая зависимость, сперва психическая, а потом самого что ни на есть физического свойства, от которой бедное создание неимоверно мучалось. Каждое утро, когда гномы еще досыпали последние сны, хоббит, тихо матюкаясь и сзывая страшные проклятия на голову безголового Кили, разбирался с неумолимым стояком, который был тем крепче, чем отчетливее его владелец осознавал невозможность осуществления своих желаний. А в это время на другом конце леса гномы, пользуясь отсутствием взломщика, созвали другое экстренное совещание. Торин в нем тоже не участвовал. - Наш вор ведет себя как-то странно, - начал Ори. - У него очевидно какие-то проблемы, иначе зачем, спрашивается, он по очереди бегает со всеми по кустам и рассказывает похабные анекдоты? - А мне понравилось, - перебил спутника Оин, - если поход будет удачным — нарочно смотаюсь в Шир, познакомлюсь с этой курчавой девчушкой. Бильбо говорил, у нее все лопатки в завитушках! Косичек наплетууууу... - Ничего странного в этом нет, - перебил мечтателя Балин. - Мы уже долго в походе, стресс и длительное воздержание делают свое дело. Мы же не знаем, каковы аппетиты хоббитов в этом вопросе. Может, ему уже просто невмоготу? - А может, скажем Торину? - предложил Глоин. - Пусть с ним разберется. - Не надо Торину, - решительно заявил Двалин. - У него забот хватает и без чужого недотраха. Я сам разберусь. - Бильбо, - позвал полурослика грубый голос. Взломщик повернулся и увидел перед собой гороподобную фигуру Двалина. - Поговорить надо, - буркнул гном и направился куда-то в чащу леса. У хоббита сжались кишки, потом почему-то анальное отверстие, но он собрал все свое мужество в кулак и последовал за великаном. Через некоторое время Двалин остановился, подождал, пока хоббит его догонит. - О чем ты хотел поговорить? - Бильбо старался изо всех сил говорить как ни в чем не бывало, но выходило это не очень убедительно. - Ты это... В общем, если у тебя какие проблемы... ну там, хочется тебе пар спустить... ну, сам понимаешь. Ты скажи, не держи в себе. Хоббит вытаращил глаза, стараясь понять, что именно ему предлагает гном. Двалин, не обращая внимания на пантомиму, продолжал: - У нас, гномов, это не считается чем-то ужасным. Парней у нас много, девок — всего ничего. Мальчишкам, как в возраст входить начинают, даже обязательный инструктаж проводят, как напряжение снять. - Правда? - выдавил из себя хоббит, не верящий собственным ушам. - Я просто счастлив... - Гномы, видишь ли, народ горячий. Далеко ли до греха? А так, глядишь, друг с другом перебесятся и снова за работу... В общем, мы тут заметили, что тебе тоже этого дела не хватает, так что давай не стесняйся, скидывай портки. Руки Двалина потянулись к поясу его штанов. - Это же, наверное, ужасно больно, - пропищал хоббит, стараясь сжаться до размеров атома. - Да ну! - отмахнулся Двалин с уверенностью пожизненно доминирующего самца. - Мне ни разу больно не было! И тут хоббит понял, что за каждое веселье приходит расплата, которая в этот раз приняла довольно внушительную форму гномьих чресел. Уже несколько привыкнув к скромным размерам их мужского естества, Бильбо с удивлением воззрился на боевой топор Двалина. В эту минуту его грела только одна мысль: если немудрящее дружеское тепло Двалина не минет его задницу, то Кили пусть потом не просит пощады!