Неудачник.

Стою и с ужасом наблюдаю как моя любимая игрушка для битья кубарем летит вниз. Честно, я и сам себе не могу признаться почему он меня так бесит, вроде же обычный парень, серый, шиплый как девчонка и ничем особо не привлекателен, кроме его чёрных больших глаз, которые смотрят на тебя так, что кажется, заглядывают прямо в душу. Наверное, собственно из-за этих глаз я когда-то и не смог пройти мимо, вечно задирал, бил и издевался над ним, не хотелось, чтобы они посмотрели и узнали о тебе всё. Глупо? Знаю, но чёрт возьми, как же сложно держать себя в руках, когда эти глазища на меня смотрят. Я как будто становлюсь другим человеком агрессивным, не видящим ничего во круг. А главное это ведь только моя персональная, личная игрушка, никому другому я его и пальцем тронуть не позволяю, да , что там трогать, он даже и не общается ни с кем по моей вине, сразу как только вижу на его горизонте человека, которому он может быть интересен, прерываю общение на корню, запугиваю, клятвенно обещая, что , если ещё раз увижу рядом с ним ноги переломаю, его мысли должны быть заняты только мной. Он должен ненавидеть и бояться только меня. Он должен общаться только со мной. Он моя игрушка, а я не люблю делиться. И вот сейчас, картина которую я наблюдаю, бьёт болью по вискам, бам и он летит кубарем по всем ступенькам, ударяется головой и кажется теряет сознание. Он ведь не может со мной так поступить? Он не имеет права так просто от меня избавиться, я не позволю! Быстро подбегаю к парню, который лежит на асфальте, совсем не двигаясь , пытаюсь нащупать пульс, есть, но очень слабый, надо успеть, надо обязательно успеть. В панике ищу телефон в карманах, чтобы вызвать скорую, руки трясутся, еле как набираю номер и сажусь рядом с ним прям на холодный асфальт, который покрыт льдом, беру его за руку и мысленно молюсь, чтобы скорая приехала как можно быстрее. Во круг нас уже начала собираться небольшая толпа школьников, которые опаздывали на занятие и стали свидетелями того, как я держу за руку парня, который не шевелится, увидели лужу крови под его головой и начали шушукаться не я ли в этом виноват. Хотелось кричать, что они кретины и это не я, но сил не было, плевать, пусть думают, что хотят, главное я знаю для себя, что никогда бы не подверг опасности его жизнь. Бил, издевался, да, но я всегда делал это осторожно, чтобы не дай Бог с ним ничего не произошло и я мог издеваться над ним как можно чаще, смотреть в его чёрные глаза и видеть в них всю гамму чувств, которые обращены только на меня . Конечно, чаще всего кроме ненависти и желания сбежать в них ничего не было, но мне этого хватало, главное, что моя игрушка вообще смотрела на меня. А сейчас не смотрит, я ещё раз взглянул на закрытые глаза Гримова и именно в этот момент приехала скорая. Наконец-то! Его быстро погрузили на носилки и увезли в больницу, я, намеревался поехать с ним, но меня не пустили, поэтому узнав адрес больницы в которою его повезут, вызвал такси и опять начал ждать и молиться. Молиться, что его довезут и с ним всё будет хорошо. Что он откроет свои чёрные омуты и снова будет смотреть на меня с ненавистью. В тот момент я побоялся себе признаться, что хочу увидеть в его глазах не только ненависть обращённую ко мне, но и нечто большее, пока ещё не понятное даже самому.