Эрагон. Забытое царство

      Яркий свет освещал весь шатер. Эрагон открыл глаза и повернул голову, увидев рядом мирно спящую эльфийку повернувшуюся к нему спиной. Он улыбнулся и аккуратно, так чтобы ее не разбудить, дотронулся до ее прекрасных волос, мечтательно накручивая ее локон себе на палец. Как же она была прекрасна! Ему стало обидно, что он не дождался Арью этой ночью, но разговор с Муртагом и Мейфрид лишил его последних сил. Обсуждение плана было долгим, очень противоречивым и построенном на так называемом «если», «в том случае». Но если план удастся, то уже следующим утром вместо Дариона править будет Фандилиона. — Доброе утро, — сказала Арья, возвращая его из собственных мыслей. — Хотел бы я, чтобы оно и оставалось таким…       Арья повернулась, качая головой, прося не произносить больше ни слова. Она обвила его шею руками и впилась в его губы поцелуем. Он был мягким, нежным, уносящим все тревоги далеко прочь. В этот момент Эрагону казалось, что ему все под силу. — Арья, нам пора… — разорвал поцелуй Эрагон, хотя это было очень трудно. — Когда ты стал таким рассудительным и правильным? — А когда ты стала такой расслабленной? — он улыбнулся. — Люди вырастают, а на наших плечах большая ответственность. Обещаю, что как только все это закончиться, то мы непременно посвятим пару деньков, чтобы поваляться в кровати. В конце концов, в Дракарии много учителей. — Ты занимаешься с ними? — Да, но личные тренировки у меня всего с парочкой Всадников. — С Измирой и Лиссой? — догадалась Арья.       Эрагон кивнул, после чего эльфийка заметно приуныла. Что-то здесь было не так. Этот тон, когда она произносила имя Всадницы, резкое изменение в настроении, когда было упомянуто имя его ученицы. Вдруг до него дошло, хотя это казалось немыслимым: Арья ревнует Эрагона! — Ты ведь знаешь, что она для меня просто ученица, — Арья посмотрела ему в глаза, отчего он понял, что именно это тревожило возлюбленную. — Да, она чуть больше, чем просто очередная ученица. Она стала мне другом, не более. Она мне как младшая сестра. — Но она думает о тебе по-другому. — Знаю… Но ответить взаимностью я ей не могу, не мог тогда, не могу и сейчас. Она понимает это, — Эрагон вздохнул. — Но мы отвлекаемся. Нам пора идти.       Всадник поднялся с кровати, хорошенько потянувшись в разные стороны, он направился к сундуку в дальнем углу шатра. Открыв его, он стал доставать свои доспехи. Через некоторое время он почувствовал мягкую руку у себя на плече. — Арья, ты ведь не думала, что я оставлю тебя беззащитной? — он улыбнулся. — Твои доспехи вон в том сундуке, — он указал на сундук в противоположной стороне шатра.       Эльфийка улыбнулась и подошла к сундуку, извлекая оттуда изящные доспехи, которые Насуада нашла в седельных сумках Фирнена. А когда Эрагон и Арья были облачены в доспехи и готовы к предстоящей битве, то они вышли из шатра. Фана уже ждала их, с удовольствием уплетая свой завтрак. Всадник быстро пробежался по платью девушки и понял, что в таком виде ее нельзя пускать в битву. — Фана, ты ведь не пойдешь в центр битвы в этом? — спросил Эрагон. — Я думала, что королевы не участвуют в битвах, — на такое заявление Всадник ухмыльнулся, думая об Арье, Насуаде и Имиладрис. — К тому же у меня нет доспехов, как у вас. — Это не проблема, — сказал он.       Эрагон вспомнил довольно сложное заклинание, после чего ушел в шатер, оставляя девушек в одиночестве. Полу-эльф порылся у себя в сундуке и наконец, нашел то, что искал. Призывая магию, он быстро пропел заклинание, и метал в его руках стал плавиться, образуя то, что он желал. Через некоторое время на его руках лежали доспехи, очень легкие, но в тоже время не уступающие в прочности его собственным. Он вышел с ними и показал их девушкам, которые с удивлением и восхищением смотрели на его творение. — Они прекрасны! — воскликнула Фана. — А главное легкие, — сказала Арья. — Давай я помогу тебе их одеть?       Фана кивнула, а Арья забрала у Эрагона доспехи, после чего они направились в шатер девушки. Теперь Эрагону пришлось их ждать и он быстро начал есть свой завтрак, чтобы не тратить время зря.       Через некоторое время девушки вернулись. Полу-эльф переводил взгляд то на одну, то на другую. Обе они были по-своему прекрасны. Доспехи эльфийки были те же, что она носила в битве с Гальбаториксом. Та же короткая чешуйчатая светло-серого цвета кольчуга, тот же шлем, украшенный финифтью и отчасти закрывающий переносицу и нос. Так же как и тогда, Всадник был поражен ее красотой и суровостью. А вот доспехи Фандилионы были больше похожи на платье. Черные чешуйки образовывали длинное платье, которое облегало ее фигуру. Издалека это было похоже на простое закрытое черное платье со стоячим воротником. Но при ближайшем рассмотрении были видны чешуйки и разные руны, которые укрепляли броню. Золотой металлический корсет, который отлично подчеркивал достоинства фигуры, завершал образ. В руках девушка держала высокие золотистые перчатки. На голове у нее был золотой шлем, который больше походил на корону, чем на что-то для защиты. — Вы обе прекрасно выглядите, — Эрагон улыбнулся. — Но нам пора.       Полу-эльф оглянулся и увидел на поле развалившуюся Агадору. Она спала после ночного дежурства, но Эрагон чувствовал, что дракониха полна сил. Глава Ордена глубоко вздохнув, направился к палатке Родорока. Но тот как раз уже выходил, он тоже уже был в броне. Она была довольно простая, но отлично на нем смотрелась. — Я готов, Эбритхиль, — сказал Родорок. — Я знаю, поэтому и боюсь за тебя, — Эрагон тяжко вздохнул и положил руку на плечо ученику. — Сегодня все будет не понарошку, будь начеку все время. Ты отличный ученик и через пару лет станешь замечательным Всадником, но твое обучение не закончено. Я пообещал твоей матери, что сделаю тебя великим воином. Сегодня у тебя есть шанс стать таковым, ты должен выжить в этой битве. Просто помни, за что ты сражаешься. — Я постараюсь, Эбритхиль, — он замолчал, глядя куда-то вдаль. — Но если я не вернусь… Скажите моей матери, что я горжусь, что был ее сыном. — Она тоже гордиться тобой, и вся Алагейзия будет гордиться тобой несмотря ни на что. — Эрагон улыбнулся. — Постарайся вернуться и сказать ей все лично.       Ургал кивнул, и Эрагон убрал руку, давая ученику пройти к дракону. Некоторое время они делали последние приготовления, Эрагон попутно рассказывал им некоторые подробности плана. Но как только все было готово, то три дракона оторвались от земли и последовали на запад. Они летели высоко, так чтобы их никто не заметил, но подлетая к Дариарду, они увидели то, что их всех шокировало. Огромная армия, которая даже с высоты птичьего полета была впечатляющих размеров, защищала замок, охватив его в кольцо. Конечно, основная часть войск была сосредоточенна на главных воротах, готовые встречать вражескую армию и защищать город до конца. С северо-запада на них шла не менее внушающая армия, которая остановилась буквально в паре километров. Они видели друг друга, но ни одна из сторон не нападала. Вдруг Эрагон почувствовал знакомую энергию, обогнав всю армию, впереди них приземлился красный дракон, поднимая столб грязи и пыли, после чего зловеще зарычал. Но армия Дариона так и продолжала стоять, ожидая приказа. — Посмотрим насколько они храбрые? — внезапно предложила Сапфира. — Мне нравиться твоя идея, — ответил Эрагон с улыбкой, после чего обратился к Арье. — Летите к нашим.       Арья кивнула, после чего Фирнен вместе с Агадорой полетели на той же высоте прямиком к остальным. А Сапфира стала набирать скорость и, пролетая над вражескими солдатами у ворот города, стала резко пикировать вниз. Лишь на высоте пары метров от ворот она раскрыла крылья, пролетая над перепуганными солдатами. Она громко рычала, но не поливала их огнем, надеясь, что кто-нибудь из них сдастся и перейдет под командование Фандилионы. Следить за реакцией перепуганных солдат было восхитительно, некоторые даже бросали оружие и падали на землю. — Трусливые курицы! Еще даже битва не началась! — возмутилась Сапфира. — Эти солдаты новички, — догадался Эрагон. — Дарион уверен, что наша армия будет разбита до того, как мы подойдем к воротам. Их больше, чем наших. — Но на стороне Фаны есть самое опасное оружие — драконы. Им не выстоять против семи драконов и их Всадников! — Сапфира, даже когда Дариард защищало меньше солдат, то Торн не смог сделать большого перевеса. Тем более ты сама знаешь, что у них есть оружие против вас. — Ты ведь сказал, что решил вопрос с этим! — Да, я постарался, но не знаю подействовало ли это заклинание. Все зависит от Фаны.       Но Эрагон сразу заметил, что драконов боялись лишь новички на стенах и дальние ряды солдат, которые по-видимому нужны были лишь для внушительной численности. К сожалению, все остальные солдаты стойко реагировали на дракониху, почти никто даже не шелохнулся с места.       Сапфира немного набрала высоту и через пару минут, в самой конце шеренги увидела Фирнена и других драконов. Возле них стояли пару человек, и не трудно было догадаться, что одной из них была Мейфрид. Как только синяя дракониха пролетела над Торном, то тот взмыл в воздух и последовал за ней. Уже через пару минут оба дракона опустились на небольшую поляну, где их уже ждали. Арья разговаривала с Насуадой, рядом с ними стояли Фана и обеспокоенный Джеймс. Юноше явно не нравилась даже сама идея того, что Фандилиона находиться на поле боя. — Эрагон, рада тебя видеть, — сказала Мейфрид. — Благодаря тебе нас снова большинство, а узнав о Фандилионе, люди присоединяются с большей радостью и надеждой. Они готовы идти за ней. Так же как каждый из нас. — Я рад, что все так считают. Мы начинаем, как только Лисса подаст сигнал.       Мейфрид кивнула и приказала всем быть в полной готовности. Прежде чем уехать, она обняла Фану, пожелав той быть стойкой. Девушка уехала, ей предстояло нелегкое испытание. Она руководила всем боем на земле, а зная ее, она не простит себе ошибки. — Так что ты задумал? — спросила Арья, отведя Эрагона в сторону. — У меня к тебе лишь одна просьба: не отходи от Фандилионы ни на шаг. Сегодня ты ее личный страж, так что прошу тебя, чтобы не случилось, ты должна быть рядом с ней. — Эрагон, я не уверена, что так будет… — Доверься мне. И еще одно. Если я прикажу вам бежать, то ты с Фандилионой должны покинуть замок. Ты должна сохранить ей жизнь, не думая обо мне или о ком-либо еще кроме нее.       Арья замолчала, сомневаясь в правильности такого решения. Но сразу вспомнила то, чему ее учили всю жизнь: долг превыше всего. Она с сомнением кивнула, доверяясь ему. Он улыбнулся, надеясь, что все пойдет по плану и ничего непредвиденного не возникнет.       Мертвая тишина повисла над полем битвы. Внезапно ярко-оранжевая молния сверкнула в небе и яростный рев огласил о начале. Все солдаты ринулись в бой, Насуада быстро попрощалась с Муртагом, мимолетно поцеловав его, и села на Аврору. Дракониха взлетела в воздух, а за ней полетели остальные ученики. Теперь Эрагону, Арье и Муртагу оставалось лишь ждать. — Муртаг, ты с Джеймсом. Арья, ты с Фаной. Я буду расчищать вам путь, — приказал Эрагон. — Следите в оба. Лисса будет нас прикрывать.       Эрагон взобрался в седло и в который раз обдумал план. Начало было положено, но вот удастся ли им все? Этого он не знал, но отступать он не собирался. Он видел решительность остальных, слышал, что Насуада призывает армию Дариона перейти на сторону Фаны. Несколько человек шли в сторону, но их тут же застрелили свои. После такого у каждого пропало желание. Выхода не было, нужно было биться. Мейфрид повела в бой свою армию, а вражеские солдаты пошли на них. С высоты птичьего полета это выглядело, как две огромные колонии муравьев смешивалась между собой. — Начали! — приказал Эрагон.       Сапфира стала пикировать вниз, так же резко, как в прошлый раз. На нее сыпался град стрел, но дракониха сжигала их своим пламенем. Вскоре им на помощь подоспела Лисса с Гелиодором, а так же Родорок с Агадорой. Теперь на них было отвлечение солдат на воротах. Все шло по плану, солдаты на стенах испугались и бросились в рассыпную, давая возможность Фирнену и Торну спокойно летать над городом. Вскоре к ним присоединились Сапфира и Эрагон. Все они направлялись к замку, как и ожидалось, перед замком в ровной шеренге стояли солдаты из пятнадцати Нетронутых. Чему Муртаг был несказанно рад, ведь их возглавлял сам Монрат Венома. — Он мой, — сказал Муртаг, обращаясь ко всем. — Я ему многое задолжал, жаль лишь, что он умрет быстрее, чем заслуживает.       Эрагон понимающе согласился, хотя сам не прочь был отомстить за издевательства над возлюбленной и братом. Сапфира мягко опустилась на землю перед ступенями замка и зарычала на Нетронутых, но те лишь улыбнулись. — Я уж думал, что ты улетел восвояси, забрав свою шлюху, — обратился Монрат к Эрагону, пытаясь задеть того, что собственно говоря получилось. — Зря ты не улетел. Сегодня ты умрешь. — Это мы посмотрим, — сказал Муртаг, который только что приземлился на Торне. — Эрагон, ты обещал. Это касается лишь меня и его. Это моя битва, не твоя. — Вы оба такие идиоты, раз думаете, что сможете меня остановить.       Муртаг ухмыльнулся и спрыгнул с дракона, достав Заррок, он направился к Веному. Тот жестом приказал остальным не вмешиваться. Они шли на встречу друг другу, обнажив клинки, с каждой секундой прибавляя шаг. Через пару мгновений их клинки встретились, издав противный скрежет. Муртаг наносил один удар за другим, но Монрат с легкостью их парировал. Они кружили друг напротив друга, пытаясь наносить удары, но каждый был достаточно быстр. В конце концов, брату это надоело, Всадник пропустил удар, получив хороший удар в плечо, делая вид что упал. Когда Монрат уже занес меч у него над головой, Всадник по-змеиному изогнувшись врезал ногой капитану, да так, что у того осталась вмятина на груди. Веном пошатнулся и упал на четвереньки, в то время как Муртаг вскочил на ноги. Всадник встал на меч капитана, не давая возможности его достать, и улыбнувшись самой очаровательной улыбкой, с одного раза отрубил капитану голову. Голова Монрата покатилась, как мяч прямо к ногам шокированных солдат. — Да здравствует королева! — ухмыльнулся Муртаг.       Остальные Нетронутые быстро очнулись от шока и с яростью направились к Муртагу. Эрагон понял, что им вчетвером не справиться с ними. Конечно, он об этом знал и пытался всячески решить эту проблему. Теперь его план окончательно пошел по ходу «в том случае если». — Фана! — крикнул он девушке, стоявшей чуть дальше всех остальных.       Фандилиона кивнула и помчалась к нему навстречу. Все присутствующие, кроме Эрагона, Джеймса и Сапфиры были в шоке от этого. То, что она пыталась сделать у нее до самого последнего момента не получалось, она не была готова, но времени у них не было. Теперь все зависело от нее.       Девушка в мгновение ока оказалась рядом с Эрагоном, остановившись рядом с ним. Нетронутые не нападали, не зная как поступить в этой ситуации. Девушка подняла руки, направив их в сторону солдат. Ее взгляд выражал предельную сосредоточенность, она глубоко вздохнула и шумно выдохнула. Некоторое время ничего не происходило, но как только Нетронутые стали доставать свои мечи и направились к Всадникам, то мощный поток ветра сбил их с ног. Через несколько мгновений их энергия стала перетекать к Фане. Она не просто забирала их энергию, она забирала дар, которым наградил их ее отец. Она снова делала их людьми. Но все люди смертны, многие из них стали покрываться ужасными рваными ранами. Уже через несколько мгновений все они были мертвы.       Муртаг встал, удивленно смотря на девушку. Он не знал, что она на такое способна, да и она сама была в шоке. Но через секунду Фана снова пришла в себя, радуясь, что она справилась. Теперь то она поняла, что и не на такое способна, но ей все равно было жалко этих людей, хоть они уже давно перестали таковыми быть, став чудовищами. — Что? Ты ведь сам сказал, что он твой, — Фана по-детски невинно улыбнулась. — Не хотела лишать тебя радости. — Ладно, пошли, — перебил их Эрагон.       Они вошли во дворец и направились к тронному залу. По пути им встречались солдаты, но Муртаг, Эрагон, Джеймс и драконы с легкостью с ними справлялись. Спустя некоторое время они стояли перед дверью, за которой их ждала судьба. Сапфира резко толкнула лапой дверь, и тем самым сломала все засовы на дверях. Они вошли в тронный зал, но как показалось Эрагону, внутри никого не было. Но как же он ошибался. Через секунду он почувствовал, что магия покидает его, а само его тело как будто душат и пинают одновременно. Он не удержался на ногах и упал на колени. Краем глаза он увидел, что с другими Всадниками и драконами происходит тоже самое. Лишь Фана и Джеймс все так же стояли на своих местах.       Из-за одной из колонн вышел самодовольный Дарион. Он широко улыбался и переводил взгляд от одного на другого. За ним вышел мужчина примерно двадцати пяти лет. У него были голубые глаза и русые волосы. Эрагон сразу понял, что перед ним очень сильный маг. Даже объединенных сил Всадников, драконов, Элдунари и королевы не хватит, чтобы одолеть его.       Джеймс кивнул Фане в сторону выхода, но мужчина лишь взглядом заставил их застыть на месте. Дарион обошел всех и направился к дочери. — Так, так. А вот и принцесса! — он взял ее за подбородок и стал вглядываться ей в лицо. — Странно. В тебе больше от нее, чем от меня. Если бы не волосы, то я решил бы что это ложь и ты не моя дочь, — Дарион отпустил ее и вернулся на свое место. — В прочем, я слишком хорошо знаю Аментею. Она бы не прятала тебя, если бы это не было правдой.       Через пару минут в зал ввели Аментею, она была в кандалах, как будто ей не хватает Радахана. Она выглядела ужасно, как будто ее пытали. Несколько синяков на ее лице, но она по-прежнему была красива. А ее стойкости мог позавидовать любой. Но как только она вошла и увидела мужчину, то ее маска спокойствия разбилась на тысячи осколков. — Алдар! — воскликнула Аментея.       Мужчина поднял глаза и Эрагон мог поклясться, что видел в них слезы. Все встало на свои места. Арья рассказала ему, что в замке чувствовала большое скопление магии, такое же чувствовал и Эрагон от Алдара. Теперь было понятно, почему Аментея не могла уйти. Она оставалась лишь ради этого мужчины. — Какая душераздирающая картина, — Дарион жестом приказал отойти солдатам в сторону. — Семья воссоединилась. Брат и сестра теперь снова вместе! К тому же еще и дочь здесь, — Аментея перевела взгляд на Фану, тысяча чувств промелькнуло у нее в глазах. — Жаль лишь, что это последняя ваша встреча! — Что ты хочешь услышать? — гордо и спокойно ответила Аментея. — Я сделала, и буду делать все, чтобы защитить свою дочь. — И от кого же ты ее защищала? От меня? — От проклятья, которое уже настолько въелось в тебя, что теперь невозможно тебя спасти.       Дарион Сорал усмехнулся и отошел от нее, подходя к Фане. Император еще раз перевел взгляд то на одну, то на другую. Он взял дочь за плечо и потащил ближе к матери. Та пыталась сопротивляться, так же как и Джеймс пытался помешать этому, но у обоих ничего не вышло. Дарион оттащил Фану, бросив ее перед Аментей. — Ты хотела справедливости. Хотела ее защитить, — Дарион обращался к Аментее. — Что же, вот мой урок: справедливости не существует. Этот мир жесток. Когда ты пытаешься поступать по совести, то все оборачивается против тебя, — теперь Дарион обратился к Фандилионе. — Ты хочешь их спасти, я знаю, что хочешь. Но ты слаба, пока что слаба. — Только тронь ее! — закричала Аментея. — И что ты мне сделаешь? Сейчас ты ничтожество, надо было давно послушать Монрата и убить тебя! Но сегодня я исправлю свою ошибку, — он улыбнулся Фане, отчего даже Эрагону стало страшно. — Фандилиона, у тебя есть выбор. Либо ты убьешь Аментею, либо я убью этого юношу, — Он указал на Джеймса. — Я хорошо вижу чувства. И знаю, что он тебе не безразличен, так что выбирай. Либо юноша, которого ты любишь, либо женщина, которую ты толком не знаешь.       Дарион протянул ей Рассветную зарю, предупредив, чтоб она не делала глупостей. Он отошел чуть дальше, давая девушке сделать выбор. Фандилиона явно была в панике, не зная как поступить. Внезапно Эрагон почувствовал знакомое присутствие. Это была Лисса, значит все еще может получиться.       Гелиодор молниеносно ворвался в зал, сметая солдат на своем пути и отвлекая на себя Алдара. Эрагон почувствовал, что больше не скован, и рванул к Дариону. Но тот лишь ухмыльнулся и сам выставил руки вперед, ощущение нахлынувшее на всех было еще хуже, чем от магии Алдара. Как будто всё вокруг воспротивилось воле Всадника, он даже не мог дышать, воздух выжигал его внутренности. Через секунду это ощущение пропало, и вновь он почувствовал магию брата Аментеи. — Вы действительно думали, что могли меня остановить таким жалким ходом?       Император подошел к Аментее, толкнув свою дочь на пол и забрав у Фаны свой меч. Но внезапно откуда-то из-за спины на него напала Лисса. Девушка не успела даже атаковать, как император отреагировал, через секунду Всадница уже лежала на спине, прижатая его ногой. — Да уж. Вы действительно ничему не учитесь, — он повернулся к Всаднице. — Пора с вами заканчивать. Пожалуй, я начну с этой милой молоденькой Всадницы, — Дарион наклонился и провел рукой по ее щеке. — Жаль, что пропадут такие… данные. — Ты думаешь, что я так просто тебе сдамся? — усмехнулась Лисса. — Ты ничего обо мне не знаешь. Хоть я и Всадница, но знаешь, даже со всей этой чушью о благородстве и чести я остаюсь той, кем являюсь. Я вор, — девушка улыбнулась еще шире. — Кстати, твоя защита замка очень сильно хромает.       Дарион обернулся и увидел, что Аментея расстегнула с себя Радахан. Уже через секунду кандалы слетели к ее ногам. Она, широко улыбаясь, вытянула руку вперед, и Дарион стал подниматься вверх, забавно болтая ногами и пытаясь вздохнуть. — Как же долго я ждала этого момента! — Аментея взглянула на брата, не отпуская Дариона. — Отпусти их.       Тут же сковывающая магия исчезла, давая всем двигаться, а так же комната вновь наполнилась энергией. Джеймс тут же подлетел к Фане, поднимая ту на ноги, пытаясь успокоить. Сам же Эрагон в мгновение ока оказался в объятьях Арьи. — Полагаю теперь твой выход, Мунфаер, — сказала Аментея.       Джеймс достал Сияние луны из ножен и направился к Дариону. Аментея опустила его, и бывший император упал перед ее ногами, жадно хватая воздух ртом. Он поднял глаза, в которых отражался неподдельный страх. Он знал, что сейчас наступит его конец. — Дарион Сорал, за свои преступления против народа ты обвиняешься в измене всей Империи. Я как последний страж Ниирии, приговариваю тебя к смертной казни. Твои последние слова. — Фандилиона, ты такая же как я. И будешь такой. Не сомневайся, как только ты убьешь, то проклятье поглотит и тебя. — Я этого не допущу. Прощай, Дарион, — сказала Аментея и кивнула Джеймсу.       Джеймс, хорошенько размахнувшись, отрубил Дариону голову. Фана отвернулась, прикрыв рот рукой, не в силах смотреть на это. Аментея подошла к ней, говоря что-то успокаивающее, и отводя подальше от трупа, но что именно Всадник не слышал. Арья отвлекла его настойчивым поцелуем. Они победили, а это было главное. Теперь Ниирия свободна.