Глаза непонятного цвета

      Больница. Неприятный запах был везде, хотя почти никто из больных не обращал на это особого внимания. Каждый из них жил в своем мире, где было слишком много боли и переживаний, и из-за этого они были в таком состоянии.       Скорее всего, это была клиника, где абсолютно все пациенты нуждались в моральной помощи, некоторых даже и это не помогало.       Сестра осторожно проверила палаты: надо убедиться, что все спят. Вдруг она остановилась, все еще держа ладонь на на ручке двери. Каждый раз, когда она видела его, задавала себе вопрос: почему этот человек в таком состоянии? Молоденькая девушка наконец открыла дверь и осторожно заглянула внутрь.       Он беспокойно шевелил пальцами и ступнями, как будто хотел избавиться от этой кровати. Губы дрожали, лоб был покрыт мелкими каплями воды.       - Кристиана…       Из груди парня вырвался сдавленный, тяжелый и громкий стон. Обычно, люди так стонут, когда им невыносимо больно.       Сестра подошла к нему и осторожно положила ладонь на лоб. Да он горит!       Девушка быстро вышла искать врача, а больной продолжал что-то тихо шептать.       - Как он? - Эмилия сразу встала со скамейки, когда увидела доктора.       - Уже все прошло, ночью у него был жар.       - Отчего? Он простудился?       - Нет, Эмилия. Это не простуда. В его состоянии это нормально.       Девушка медленно кивнула.       - Я хочу его увидеть.       - Ничем не могу помочь. Пока нельзя.       Эмилия отчаянным взглядом посмотрела на дверь комнаты, где уже много времени лежал ее брат. Что с ним? Что делает? Что чувствует? Эмилия встряхнула головой и резко встала с места. Нет, она сегодня же должна увидеть его.       - Эмилия, как я понимаю, ты сегодня не уйдешь?       - Пока не увижу его, никуда не уйду! - почти крикнула девушка и серыми от злости глазами сверлила взглядом доктора.       Мужчина вздохнул. Нет, эта девушка упрямее всех!       - У тебя пять минут. Сегодня больше никаких визитов!       Она удовлетворенным взглядом посмотрела на него и кивнула.       Когда Эмилия уже стояла возле Алана, он спал. Ее рука оказалась на его щеке, и Алан, как будто почувствовав присутствие родного человека, придвинулся ближе к руке. Через несколько минут девушка вышла оттуда, вытирая слезы.       - Ну, и как он? - равнодушным тоном спросил Руслан.       - Отвези меня домой, - тихо произнесла Эмилия.       - Как скажешь.       Арсен сразу же встал с места, когда увидел дочь. Эмилия безразлично взглянула на него.       - Ты увидела его?       - Да. Как всегда.       - Эмилия…       Девушка повернулась к нему. Арсен подошел к ней и попытался обнять, но Эмилия резко отскочила назад и пристально посмотрела на него.       - Что ты делаешь?       Арсен вздохнул.       - Ничего, Эмилия, ничего. Прости.       Она, ничего не сказав, направилась на кухню.       - Ты поел?       - Тебя это интересует?       - Если честно, сейчас меня интересует только состояние Алана.       Арсен опять вздохнул.       - Я сейчас должен идти, вернусь через три-четыре часа. Скажи Руслану, чтоб не искал меня в офисе.       - Хорошо.       Дом был пуст. Без Алана, Эмилия чувствовала себя ужасно одиноко, а когда видела его, так и не могла успокоить себя. Она знала, что Алан вряд ли выйдет из этого состояния, но все же трудно привыкнуть к мысли, что он больше… не вернется. В последний раз, когда она встретила Кристиану, она сказала, что ее адвокат уже занимается делом развода. Эмилия решила молчать по поводу Алана, не хотела, чтобы Кристиана узнала об этом. Она и так слишком многое пережила.       Уже тридцать шесть дней, как Алана положили в клинику. За все это время он произносил только одно слово - Кристиана. У парня часто были приступы, он просто рвал и метал, несколько раз разбил окна и чуть не выбил дверь. Пришлось его привязать, уже который день ему делают уколы.       Сестра опять проверила все палаты. Кажется, все спят. Дойдя до двери палаты Алана, она замерла и остановилась. Девушка сглотнула: там точно что-то не так. Она неслышно открыла дверь и уже в который раз со страхом посмотрела, что там. Алан не спал.       Девушка подошла к нему, подумав, что у него опять жар. Но он был даже слишком холодный. Он поморщился и глухо застонал, обернулся, и с громким рычанием произнес: «Кристиана».       Что же делать? Как успокоить его? Опять сделать укол? Нет, он слишком слаб, не вынесет. Она взглянула на его измученное лицо.       Она стояла возле этого человека и не знала, что сделать. Пришлось звать уже главного врача, как всегда.       - Придется сделать укол, - главврач произнес только эти слова и совсем безразличным взглядом посмотрел на него. - Опять он?       - Но он же…       - Вы свободны.       Медсестра молча вышла, но все же не отдалилась от двери, чтобы взглянуть, какую дозу будет выбирать доктор. Она ясно видела, как медленно закрылись глаза Алана, его пальцы раскрылись, чем позволили ей лицезреть шрамы и до сих пор полностью не зажившие раны, кости почти были обнажены, красные, местами фиолетовые, синие. Несколько дней девушка мазала кремом, но это не помогло, раны не хотели заживать. Первые дни, когда его еще не привязывали к койке, Алан бешено, сильно и слишком агрессивно бил кулаками в стену, иногда даже ногами, и, казалось, что этот человек не устает. Девушка хорошо помнит тот день, когда она с помощниками вошла в палату. Несмотря на то, что пальцы истекали алой кровью, Алан охотно продолжал свое дело, при этом кричал совсем не понятные слова. Помощники еле оттащили его и привязали к койке. С этого дня он был привязан.