Глава 11
12 августа 2014 г., 02:17
POV Дмитрий.
Нам дана жизнь, с непременным условием храбро защищать ее до последней минуты. Смысл жизни только в одном — борьбе. Но как бороться, если сил совсем не осталось? У меня не осталось ничего, только воспоминания о той прекрасной счастливой жизни. Глядя в будущее, я не вижу ничего, только пустоту, но когда она была рядом, все было по-другому: столько планов на будущее, которые разлетелись на кусочки, словно стекло, порезав острием по сердцу. Я устал. Боль съедает меня изнутри, вырывает сердце и кромсает его на кусочки. Вчера я потерял все, смысл всего своего существования. Потерял ее. Глядя вчера в ее дрожащие карие глаза, я увидел всю свою жизнь. Я был готов простить все и забыть, лишь бы она осталась жива. Но жизнь не справедлива, Роза уснула вечным сном, сказав лишь «Спасибо». Кому и зачем она это сказала? Поблагодарила нас, что мы вернули ее человечность? Черт! Но она же умерла! Мы убили ее!
— Будь проклят этот мир! — прошептал я, допивая вторую бутылку вина за это утро.
Мы приехали вчера днем из Колумбуса. Василиса и Кристиан организовывали похороны. На них будут только родные и друзья. Даже моя семья приедет. Сейчас я сидел в мягком кресле в нашем с ней доме. Боль обжигала глаза. Похороны пройдут в полдень, солнце будет ярко светить — она любила солнце, она любила день. Через пару минут ко мне зайдет Эдди с грустным жалким видом, и мы пойдем на кладбище. Там мы последний раз увидим ее и то — она и слова не скажет.
Стук в дверь. Я молчал. Мне не хотелось открывать дверь. Это сон, это не правда. Мне хотелось проснуться. Увидеть рядом лежащую Розу, тихо шепчущую мне на ухо приятные слова — я практически ощущал ее пьянящие, легкие прикосновения. Я словно был под кайфом, меня накрыло. Закрыв глаза, я видел ее милый образ и слышал шепот ее мягких теплых губ, я протягивал руку, желая коснуться ее, и она исчезала и передо мной представлялась обжигающая реальность. Я встал, медленно подошел к двери. Открыл ее — на пороге стоял Эдди с тем же грустным и жалким видом, я мимолетно улыбнулся и впустил парня в дом. Пошел в гардеробную, среди всего собранного хлама достал из сумки черные брюки и майку. Направился в ванную комнату, пока Эдди осматривал дом. Включил свет, зашел, положил вещи, включил холодную воду и умыл лицо — не помогло. Вытер лицо и посмотрел на свое жалкое отражение в зеркале. Оделся, расчесал волосы. Глубокий вздох, мой взор упал на лежащую белую расческу на умывальнике. Взял ее. Расческа Розы, на ней остались ее волосы, длинные, блестящие, шелковистые волосы. На глазах опять слезы. Положил расческу и вышел из ванной комнаты, выключив свет. Эдди, сидевший на диване, оглянулся на меня. Я, не обращая внимание на парня, надел ботинки и направился к выходу, за мной пошел Эдди. На выходе из дома нас накрыло своим сиянием яркое летнее солнце. Двор был пуст, сейчас многие морои спали. Пройдя несколько моройских корпусов и обойдя огромный сад, мы вышли на церковь, пройдя ее, мы попали в небольшой лесок. Этот лес и был кладбищем, пройдя королевский моройский сектор, мы попали к могилам стражи. Мы прошли вперед и остановились у одной пустующей могилы. Рядом стоял бархатный черный гроб. В нем лежала невиданной красоты девушка в прекрасном белоснежном платье, ее окружали красные розы, гроб был усыпан ими. Рядом стоял священник. Джанин и Эйб безмолвно стояли и смотрели на умершую дочь. Моя семья расположилась с другой стороны. Я не обращал на них внимания, не слышал речей священника, я видел только ее и чувствовал боль. Она лежала, такая красивая, прекрасная, будто спала, а если окликнешь ее, глаза распахнутся. Нет, она не проснется. Послышался хруст веток, я обернулся назад. Василиса шла под руку с Кристианом. Она несла в руках отвратительные, тревожные желтые цветы. И эти цветы очень отчетливо выделялись на её черном кружевном платье. Чуть дальше шла Мия Ринальди под руку с Джиллиан. За ними шли Сидни и Адриан Ивашков. Я отвернулся. Роза так же безмолвно лежала. Ее длинные волнистые волосы струились по плечам. Все начали прощаться с ней, рассказывать короткие истории и авантюры, в которые их втянула Роза, просили прощения и просто прощались с ней, желая удачной дороги в иной мир. Я медленно подошел к гробу, достал из кармана брюк синюю коробочку, открыл ее, взял кольцо. Аккуратно взял ее руку и надел на палец это кольцо.
— Оно твое, — прошептал я ей на ухо, нежно поцеловав в холодные губы.
Я отошел, гроб закрыли и опустили в землю. Василиса с заплаканными глазами подошла к краешку и кинула эти желтые цветы на крышку гроба.
— В добрый путь, моя дорогая подруга… — прошептала она и отошла.
Рабочие стали закапывать гроб землей, мы все отошли. Моя семья выражала сочувствие Эйбу и Джанин. Они говорили, каким замечательным человеком была Роза и что она сделала для их семьи. Я стоял в стороне, глядя на просветы между деревьев.
— Бедный Димка, ему сейчас очень нелегко… Как он будет жить без неё? Как мы все дальше будем жить? — прошептала моя мать. Она думала, что я не слышал ее?
— Ох, Алена, на свете гораздо больше счастья, нежели сколько видят его затуманенные печалью глаза, если только считать верное и не забывать тех приятных минут, которыми бывает богат каждый день человеческой жизни, как бы тяжела она ни была... — хриплым голосом ответила бабушка.
— Ты права, бабушка, — сказала Каролина.
Боль потери парализовала меня, окончательно свела с ума... Самым ужасным было то, что эта боль не убивала меня, а причиняла неумолимые страдания. Страдания, которые были хуже смерти…
Ко мне подошла бабушка. Она смотрела вдаль, глядя на игру лучиков между деревьями.
— Не бойся страданий, сынок. Ты обладаешь сильной душой, а потому и страдаешь сильнее других и стараешься всячески избежать этого. Но страдание ведет к высотам, и весь мир благодаря ему становится лучше. Только, как и все в жизни, страдание должно иметь меру, иначе оно обратится гибелью души и станет источником зла.
— Я не представляю, как жить дальше…
— Жизнь не останавливается, когда кто-нибудь умирает, — с этими словами Ева ушла, оставляя меня одного с болью в душе.
Мы подошли к могиле. Мои глаза побежали мраморному надгробию.
Роза Хэзевей
01.03.1990г.-25.07.2009г.
«Навеки в строю»
Все начали расходиться. До последнего со мной стояли Василиса, Кристиан и Джанин с Эйбом. Нам всем было тяжело, мы не могли поверь в происходящие, иногда Василиса украдкой на меня поглядывала. Она, как и я, впитывала вкус одиночества. Мы осиротели, стали беднее и, кажется, немного постарели. Джанин и Эйб ушли, за ними — Кристиан и Василиса. Она больше не могла смотреть на это. А я не мог смотреть ни на что, кроме этого куска мрамора, на котором выписан окончательный приговор. Я упал на колени перед могилой.
— Почему ты ушла? Захотела бросить меня, да? — крикнул я в пустоту.
Мои слова разлетелись эхом.
— Роза! А как же я? А свадьба? Ты так легко ушла! Зачем? Ты нужна здесь! Нам! А как же Лисса? Ты обещала защищать ее! Лгунья! Ты сказала мне «Да»! Я хотел на тебе жениться! Ты сбежала, ускользнула и замела следы, словно тебя и не было! Зачем ты так с нами, зачем со мной?
Я кричал, как ненормальный, пытаясь выплеснуть ту боль, которая переполняла меня. Сходил с ума. Я посмотрел в небо, яркий свет ослепил меня, я прикрыл глаза рукой, все начало таять и резко наступила темнота.
Я открыл глаза. В глазах двоилось, а виски гудели. Я оказался в спальне. Что случилось? Из кухни доносились приятные запахи. Все тело болело. Я прокрутил недавние воспоминания. Боль ударила в сердце. Она мертва. Нет. Нет. Прошу, только не это. После похорон я отключился, но что произошло и почему у меня болит все тело? На кухне, наверное, сестры или мама готовили завтрак.
Дверь широко распахнулась и в комнату вошла девушка. Я не мог нормально разглядеть ее, в глазах еще все плыло и двоилось. Когда девушка подошла, я был в полном шоке. Передо мной стояла Роза. Я через боль в руках схватился за нее.
— Роза, это ты. Нет, я сплю у меня галлюцинации! Но ты здесь!
— Конечно, я здесь! Где мне еще быть? — удивленно спросила Розмари и села на краешек кровати.
— Ты ж… Нет, я окончательно сошел с ума! Я что, умер? Что случилось? Почему ты здесь? Что происходит?
Я хватался за ее теплые руки, словно она сейчас исчезнет.
— Конечно, Василиса говорила, что у тебя будут галлюцинации, но чтоб такие!
— Роза, что происходит? Что со мной?
— Ты что, не помнишь?
— Нет!
Зрение начало приходить в норму, и я мог хорошо разглядеть любимую. Опухшие красные глаза, значит, плакала, тепля, значит, живая и глаза карие, значит, она дампир. Я что, умер? У меня остановилось сердце?
— Была война, как ты помнишь, мы понесли огромные потери, но все же выиграли. Меня укусил стригой, а ты побежал ко мне, но тебя сильно ранили.
— Но он же тебя обратили в стригоя!
— Нет, Кристиан его поджарил и стражи нас вынесли, мы оба были без сознания, очнулась я в гостиной. Василиса вылечила меня, но для тебя бы потребовалось больше магии, но никто не мог, все были истощены. Лисса отдала последние силы мне.
— Но, а как же Дарен?
— Кто такой Дарен? Видимо, тебе лучше знать, товарищ.
Я посмотрел на руку Розы, мое кольцо было у неё на пальце. Я из последних сил приподнялся и сжал любимую в объятьях. Это был сон, обычные галлюцинации. Господи, спасибо! Это второй шанс!
— Дим, тебе нужен отдых. Скоро придет Лисса и подлечит тебя, а пока отдохни, я сейчас принесу завтрак.
— Останься. Не уходи. Я соскучился.
Роза легла рядом со мной. Я обхватил ее руками и вдыхал пьянящий аромат ее волос.
— Люблю тебя, — Прошептал я.
— Люблю тебя.
