«Голубая устрица».

      Кит с беспокойством огляделся. Было ощущение, что его спину просто сверлят взглядом, и оно было не из приятных. После того случая с психованной девкой прошло почти два месяца. Он больше не чувствовал чужого присутствия, но вот со среды опять всё возобновилось. Кит тогда сидел с сокурсниками на лужайке около универа и смеялся над глупой шуткой. В четверг его он почувствовал, когда шёл домой с учёбы и ещё когда ходил по магазину, в пятницу это произошло сразу, как вышел из дома. — Да когда же это прекратится? - пробормотал парень себе под нос. — Что прекратится?       Кит дёрнулся, не ожидая, что кто-то услышит его слова. Ведь в «Устрице» сегодня было полно народу, и шум музыки перекрывал всё. На сцене, покачивая бедрами, танцевал новый паренёк. Его и ещё одного парня только во вторник взяли на работу. Правда, второй был не такой вертлявый и изящный. Он фигурой скорее был ближе к Фердинанду. Сегодня работал Кайл, а завтра – Пётр, хотя все его звали Патриком. Он был русским, но жил в Америке с пятнадцати или шестнадцати лет. Если Кайл был юрким, всегда улыбающимся и любителем шуточек, то Пётр был неразговорчивым и вне работы ходил хмурым, а на вопросы отвечал «да» или «нет».       Кит сегодня перед работой спросил у Роя: почему он взял такого человека, но тот лишь пожал плечами и сказал: — Работает он хорошо. Многим нравится, а остальное меня не волнует. Не мне же с ним спать. — Что-что? – взвился Норманн, услышавший последнюю фразу. — Ну-ну. Успокойся, сладкий мой. Мы с Китом всего лишь обсуждали Патрика. — Да? - увидев утвердительный кивок Кита, Норман успокоился. – Ну, хорошо. Смотри у меня.       А потом паренька выпроводили за дверь работать. Хотя он прекрасно понял, что они там будут делать. — Так что же должно прекратиться?       Кит повернулся к говорившему и неосознанно залюбовался его телом. Ну да, была у него такая фишка. Нет, он не был помешан на качках, просто любил смотреть на рельефные мускулы, которые даже под одеждой были видны и вызывали вздохи восхищения. Перед Китом во всей красе стоял Фердинанд и улыбался. Парень фыркнул и повернул голову в другую сторону. Мужчину он не видел целую неделю. В университете по расписанию не было его предмета. Но зато каждый день вспоминал, что дико раздражало парня. — Ничего. И что же вы тут делаете, учитель? – специально, чтобы задеть, назвал так Фердинанда. — Ну, это вроде бар. Зашёл выпить и приятно провести время. Официанты тут очень даже ничего, - не остался в долгу мужчина, скользя взглядом по униформе Кита.       Короткие чёрные шорты, чёрный жилет и бабочка, а на ногах массивные высокие ботинки на шнуровке. Хоть парень и раньше считал её, униформу, немного вульгарной, но сейчас, под этим пронзительным и изучающим взглядом, ему казалось, что он вообще раздет. Резко захотелось натянуть штаны и гольф с длинными рукавами, а заодно сверху замотаться в одеяло по самую макушку, чтобы уж точно ни один сантиметр тела не был виден. — Можешь. Никто тебе этого не запрещает. А теперь прости, но мне надо работать. — Конечно, - и дразня Кита, Фердинанд нагнулся и прошептал. – Если что, то вон мой столик. Я там с друзьями сижу.       Мужчина кивнул на один из столиков, которые обслуживал парень. За ним сидело трое: два миловидных блондина лет двадцати с копейками и один мужчина постарше. Если так подумать, то и Фердинанду было за тридцатник. Как ему недавно шепнул Рой ровно тридцать пять лет. А ещё любовничек брата, как змий искуситель, стал восхвалять его фигуру, характер и ум. И если второе и третье в Ките почти ничего не возбуждали, то первое однозначно будило фантазию и не только её.       Мужчина прошёл к столику и сел на диванчик. Один из блондинчиков придвинулся к нему поближе и что-то зашептал на ухо, положив руку на колено собеседника. Кит, в начале скользнувший взглядом по ним, чуть ли не заскрипел зубами и в груди возникла жажда убийства. От опрометчивого шага его спасла гордость и подошедший к нему Билли. — Кити, тебя клиенты за третьим и восьмым столом заждались. — Ох, прости, - он кивнул головой и пошёл к ждущим посетителям. – Спасибо, Билли. — Не за что.       Парень думал, что этот рабочий день не закончится. Он чуть ли не начал молиться всем известным ему богам, лишь бы с первого столика свалил Фердинанд со своими «друзьями». Особенно его бесил блондин, сидящий около мужчины. Кит прям прожигал его взглядом, благо таким способом пока никто не научился убивать. Не то бы жертвами стал не только блонд, но и Фердинанд, бросающий на Кита хитрые взгляды. А ещё будто бы этого было мало, посетители раздраконивали парнишку всё сильней и сильней своими сюсюканьями и поглаживаниями похотливых ручонок по молоденькому, упругому заду. С каждой минутой ему хотелось всё больше кого-то убить. Но каждый раз спасал критическое положение в последние секунды Билли. Откуда он появлялся, Кит так и не понял, но был благодарен за это.       Наверное, боги всё же услышали его молитвы и этот день закончился. Правда, Киту пришлось немного задержаться. Из-за этого все уже ушли. Чарли и Билли хотели его дождаться, но он замахал на них руками и сказал, что уже не маленький.       Зайдя в комнатку, где персонал переодевался, он расстегнул жилет и снял бабочку, забросив её в шкафчик. Упав на сидение, прислонился к прохладной поверхности дверцы. — Идиотский день. Надо быстрее переодеться и сваливать домой.       Посидев немного, парень вздохнул и уже хотел встать, как свет в комнате пропал. Кит, чуть не матюгаясь, вскочил на ноги и на ощупь пошёл к выключателю, надеясь что, как иногда бывало, свет включится, если нажать на него пару раз. Но тут его кто-то схватил за руку и притиснул к стене. Он не успел даже пискнуть, как его рот заткнули немного грубым поцелуем, а жадные горячие руки стали скользить по его прохладной коже. От нападавшего приятно пахло мускусом и чем-то горячим. Это был непередаваемый запах, но по его понятиям, так и должен пахнуть настоящий мужчина.       Против своей воли Кит тихо застонал, когда пальцы незнакомца, расстегнув его штаны, скользнули по упругому заду. Он и сам не мог понять, почему не отталкивает его и не вырывается. Ведь в помещении клуба ещё оставался Рой, который заполнял документы.       Пальцы жадно сжали его ягодицы и слегка раздвинули. Кит не понимая, что делает, потёрся пахом о ногу незнакомца и вновь застонал от жгучего желания. Но руки, ещё немного помяв его задницу, стали стаскивать с парня шорты вместе с нижним бельём. Язык нападавшего вылизывал рот Кита, иногда задевая его язык и играя с ним. Парень даже всхлипнул, когда до головки его члена дотронулись, а затем слегка сжали между двумя пальцами.       Кит выгнулся, подавшись вперёд. И тут же незнакомец, встав на колени, вобрал в рот член парнишки. Зашипев, тот впился пальцами в волосы и стал двигать по инерции бёдрами. Постанывая от удовольствия из-за того, что при каждом движении по члену скользила серьга в языке незнакомца в виде шарика, стимулируя его и ускоряя приближающийся оргазм. Ещё несколько движений ртом и нажатий умелыми пальцами на пульсирующий анус и Кит с криком кончил ему в рот. Парень сполз по стенке: его ослабевшие ноги не хотели держать тело, а незнакомец перестал поддерживать. — Ублюдок. Найду и убью, - хриплым от пережитого голосом сказал Кит в темноту.       Незнакомец хмыкнул, и парень услышал его удаляющиеся тихие шаги. Через мгновение включился свет. Как же хорошо, что в комнате больше никого не было, иначе Кит сгорел бы со стыда. Тяжело дыша, он вспоминал, как бился в экстазе, дёргая незнакомца за волосы и хватаясь за его плечи в попытках исцарапать.       Проведя бессознательно рукой по полу, он почувствовал что-то прохладное. Сжав это пальцами, поднёс к глазам и увидел цепочку с крестиком. — Странно. Когда я сюда зашёл, то могу со стопроцентной точностью сказать – его тут не было, - ответ молниеносно пришёл в его ещё не совсем отошедший от оргазма мозг. – Точно найду и убью. Хотя лучше найду, потом отымею, а в конце - точно убью! Должен признать: минет он делает даже лучше Луиса.       Почему-то он был уверен, что это точно не «шоколадка». Даже если и брать во внимание тот раз около подсобки. Кит всё же встал и, одевшись, расслабленно пошёл домой, даже не обратив внимания на колючий взгляд полный ненависти. Тот самый, который так долго его беспокоил.