История о расследовании и любви. Или Покорми авреца с утреца.

Первым делом, вернувшись в свой дом, Гарри заблокировал от всех камин и закрыл аппарационный шлюз. От всех… кроме Малфоя. А потом начал методично напиваться. Бутылка огневиски подходила к концу и Гарри, посмотрев сквозь неё на огонь в камине, горько усмехнулся. Правду говорят, что с горя не напьешься, дурные мысли так и будут лезть в голову. Поттер допил остатки и, поставив пустую тару за диван к её пустой сестре, достал уже третью по счету. Мысль еще не до конца оформилась, а в руках аврора уже оказался альбом с колдографиями. Это была идея Гермионы, к пятилетнему юбилею «Нунду». Гарри не мог сдержать улыбки: на общей колдографии Малфой незаметно ставит «рожки» помощнице Гермионы Эльзе Бранен и хитро прищуривается. А на отдельном же снимке – он смотрит серьезно, даже чуть надменно, периодически выгибая бровь - в общем, выглядит как обычно. "Мерлин, красивый такой…" - пронеслось в голове. На колдо из лаборатории - очень сосредоточенно и внимательно наблюдает за варкой зелья в прозрачном котле. "О! А это с вечеринки. О, Годрик Всемогущий, что мы тогда там творили!"- С теплой улыбкой Гарри окунулся во воспоминания, где, весьма подвыпивший, Драко обвился вокруг шеста, перед этим сняв рубашку, а Гарри с глупо-восторженным выражением лица пытается засунуть ему под ремень джинсов сто баксов. А чего стесняться, все свои, а не свои тебя даже близко не знают,клуб же маггловский. Чтобы избежать на следующее утро красования на первой полосе "Ежедневного пророка" их группа всегда отправлялась в немагическую часть Лондона. Перевернув фото, парень наткнулся на заднем форзаце на список имен членов группы. Гарри пробежал его глазами. «Г.Дж. Поттер – глава группы», «Р. Б. Уизли – заместитель главы по оперативной работе», «С. К. Финниган – взрывотехник, сапер», «Д. Л. Малфой – зельевар, специалист по артефактам», «Чж. М. Чанг - аналитик», «Г. Дж. Уизли – колдоэксперт». Гарри откинул альбом на пол - воспоминания скользили как ножом по телу - и вновь приложился к бутылке. Тогда, почти шесть лет назад, когда они закончили академию Авроров, в мракоборческом управлении решили создать экспериментальную спецгруппу. И поэкспериментировать решили с ними – молодыми ребятами, что прошли войну. Смысл заключался в том, что в группе будут собраны профессионалы из разных отраслей: аналитики, криминальные колдоэксперты, взрывотехники и полевые авроры. Не хватало лишь зельевара и специалиста по артефактам. Последнего вообще было практически невозможно найти – Невыразимцы учили таких в закрытой школе и делиться ими вовсе не собирались, а вот зельеваром предложили стать Неву Долгопупсу. Но тот отказался, заявив, что ему больше по душе спокойная (относительно спокойная!) работа школьного учителя. Эксперимент был под угрозой, но глава Аврората Джон Бербер каким-то образом вышел на Малфоя, которого Гарри и остальные не видели с окончания школы. А тот оказался, так сказать «2-в-1». Конечно, его сначала приняли более чем холодно. Бербер провел его в кабинет, занимаемый "Нунду" (тогда еще один на всех) и представил по всем правилам. — Драко Люциус Малфой. Ваш зельевар и специалист по артефактам. Прошу любить и жаловать, — а потом обвел шокированных членов группы тяжелым взглядом и припечатал: — Это решено и никаких возражений я не принимаю, ясно, Поттер? — Есть, сэр! - твердо и безэмоционально произнес глава группы. После того, как за начальником Аврората закрылась дверь, кабинет утонул в звенящей тишине. Малфой напряженно огляделся и пробормотал: — Надеюсь, что здесь приемлемая лаборатория… Все продолжали молчать. Тогда Гарри вышел вперед и протянул Малфою руку: — Добро пожаловать в «Нунду». Рад тебя видеть. — И он не врал. Гарри действительно был рад видеть Драко, все-таки столько вместе пережили, пусть и по разные стороны баррикад. — А лабораторию тебе выделят нормальную, не беспокойся. — О, спасибо, Потти. — Малфой поколебался и пожал протянутую ладонь. Гарри весело хмыкнул. «Потти»! Ну да, как же без этого. Удивительно, но кличка, которая в школе вызывала злость и раздражение, сейчас показалась ему забавной и даже милой. Вот так стали они работать вместе. Малфой, как выяснилось в процессе, был незаменим. Во-первых, он был отличным специалистом как по зельям, так и по артефактам, а это было важнее всего. Во-вторых, отбросив свою чистокровную надменность, он стал каким-то другим. Самым удивительным было то, как изменилось его отношение к Гермионе, тогда еще Грейнджер. Крик: «Ге-е-ера-а-а, я понял, что это за состав!» и пронесшийся в лабораторию колдоэкспертов Малфой, вот это запомнили надолго. Скоро стало ясно, что «Гера» - это Гермиона. Мерлин, как злился Рон, ведь ему невеста не разрешала звать себя даже «Герми». В общем, эксперимент получился успешным. Каждый хорошо делал свою работу, а Гарри мастерски всеми руководил. Члены «Нунду» стали практически одной семьей, как любил говорить Рон. Хотя тихим голосом упоминал белобрысого парня: «Ну и в любой семье не без урода». Вскоре группа из экспериментальной получила звание Особой. Им поручали самые сложные дела, с которыми слаженная команда довольно легко разбиралась. Группа росла, и к пятилетнему юбилею у них уже было по трое зельеваров и колдоэкспертов, два сапера, пять аналитиков и двадцать бойцов оперативной группы. Гарри гордился каждым. А Малфоем... Как-то Гарри поймал себя на мысли, что восхищается им. Ему нравился Драко за работой – сосредоточенный, раскрасневшийся от пара зелий или серьезный, с взлохмаченной шевелюрой, махающий палочкой над очередным артефактом. Нравилось наблюдать, как блондин делает отчеты – рассеяно покусывает кончик пера, или неосознанно рисует разные закорючки на полях пергамента; искренне любовался им в спортзале – Малфой обязательно ходил туда пять раз в неделю. Герою войны нравилось в бывшем недруге все. А потом он понял, что пропал. Влюбился и испугался. Затем в короткие сроки женился на Джинни, но уже, спустя полгода, развелся. Он оказался геем, о чем обиженная Джиневра неприминула сообщить всем, кому только могла. На удивление, к этой новости Магическая общественность отнеслась довольно спокойно – ведь герою можно простить такую мелочь. И только Рон с Гермионой знали тайну, в кого на самом деле влюблен их друг. В конце концов, Гарри решил, что тайно ему любить никто не запрещает, а с кем потрахаться всегда можно найти — разве геев в Британии мало? Так продолжалось почти два года: все время рядом, но недоступен. Со временем, Малфой стал если не другом, то, во всяком случае, близким приятелем. Но все-таки, где-то в глубине души суровый начальник «Нунду» надеялся, что когда-нибудь Драко ответит ему взаимностью. А сегодня... сегодня жизнь Гарри дала ему очередной пинок. Нехрен тебе, Поттер, влюбляться! Он вновь посмотрел в бутылку на просвет: алкоголь не помогал и это удручало. «Мерлин! Ну, как же так, Малфой? Как же я теперь буду жить без твоего «Поооттиии»! Такого родного, чуть насмешливо». Гарри с силой швырнул бутылку в стену и, уткнувшись в обивку дивана, заскулил от отчаяния. Никогда он не позволял себе таких эмоций, но сейчас не было сил сдерживаться. Гарри был слишком занят,чтобы увидеть как пламя в камине стало зеленым. — Потти! Услышав знакомый голос, парень решил, что у него слуховые галлюцинации, но все же, рывком сел на диване. Из камина выбирался... Малфой. Его белокурые волосы были растрепаны, а сажа, взметнувшаяся за спиной,напоминала черные крылья. — Хм, а все-таки напился, аж до глюков. — Констатировал Гарри и, икнув, глупенько хихикнул: — Малфой, ты – ангел? — Поттер, ты – идиот? — ответил вопросом на вопрос Драко, стряхивая с некогда белой рубашки пепел. Потом он подозрительно принюхался: — Ты, что пьян? Гарри не понимал его слов, а лишь ошарашено таращился на бывшего слизеринца и бормотал себе под нос: — Наверное, я уснул. Точно, сплю и вижу прекрасный, прекрасный сон. Драко страдальчески закатил глаза и снял с плеча уменьшенную и заколдованную на невидимость сумку, с которой никогда не расставался. В ней были самые разные и нужные зелья. Он вытащил два флакона – один с отрезвляющим эффектом, которое немного должно привести в чувство героя, а второй – с антипохмельным. — Ну, Поттер, — Малфой присел рядом с Гарри на диван и поднес к его губам первый фиал, — давай-ка выпьем эту штуку. Гарри безропотно сглотнул зелье и спросил: — Дракуля, ты мне снишься? Драко замер, вытаращив глаза. Дракуля? — Ладно, хрен со мной, пусть буду Дракулей, — хмыкнул он и закинул руку Гарри себе на плечо. — А сейчас, герой, пойдем-ка в постель. — А я в душ хотел... — вздохнул Поттер, обдав Драко парами огневиски. — В душе ты сейчас ничего толком не сможешь сделать. Водные процедуры - утром! — ответил, сморщившись, Малфой и попытался оторвать начальника от дивана. — О, а в кровати, ты думаешь, я что-то смогу? — Хитро прищурился Поттер. — О, да, я уверен! В кровати ты сейчас сможешь многое. — Насмешливо протянул зельевар. Тут уже Гарри встал с дивана сам, при этом слегка пошатываясь, и дернул блондина на себя. — Ну, тогда идем! Драко едва успел прихватить с собой антипохмельное зелье. На середине лестницы на второй этаж, Гарри вдруг прижал Малфоя к стене. — Не хочу просыпаться, — выдохнул он куда-то в грудь Драко, прижавшись губами. — Поттер! — ошарашенный Драко попытался оторвать от себя, начавшего расстегивать его рубашку, Гарри. — Ты что? Я не это имел в виду, когда говорил про кровать! Поттер что-то сбивчиво бормотал, покрывая мокрыми поцелуями обнажившуюся кожу. Драко нервно вздохнул и вновь сделал попытку освободиться. — Поттер, пойдем баюшки! — Пойдём. Хороший мой, Дракуля... с тобой хоть в иной мир пойду! — Гарри буквально дотащил Драко до спальни и завалил на кровать, не переставая целовать его. Он снова что-то невнятно шептал и гладил Драко по всему, до чего мог дотянуться. Малфой сначала пытался отбрыкиваться, но с поистине медвежьей хваткой Гарри справиться было невозможно, даже не смотря на его состояние. К тому же он очень сильно устал за этот день и все его попытки сопротивления выглядели, по меньшей мере, жалко. Неожиданно Драко понял, что его тело, точнее определенная его часть, весьма заинтересованно отреагировало на такие нехитрые прикосновения. Поэтому, когда Поттер прижался своими губами к его губам и недвусмысленно потерся пахом о бедро, у Драко невольно вырвался стон. Гарри восторженно что-то пролепетал и углубил поцелуй. Неожиданно, в первую очередь для себя, Драко покорно приоткрыл губы и впустил настойчивый язык Поттера, который ворвался внутрь и принялся исследовать рот слизеринца. Немного дергано пробежался по зубам, кончиком пощекотал небо, а после уверенно протолкнулся глубоко в горло. Сколько это продолжалось, Драко не мог сказать точно. Его собственный член уже протестующее побаливал, упираясь в жесткую ткань джинсов, а руки и губы Поттера вовсю хозяйничали на его теле. Неимоверными усилиями он собрал свои мысли в кучу и ласково, но твердо проговорил: — Гарри, ты не в себе. Давай спать. — А? — Гарри поднял пьяный взгляд на лицо Драко. — Давай спать! Неожиданно тот кивнул, положил голову на грудь Драко и... уснул. — Черт! — выдохнул придавленный блондин. — Просто супер! На мне дрыхнет начальник, а в штанах у меня каменный стояк. Нормально! Он попытался столкнуть Гарри с себя, но весовые категории явно были неравны. Драко, хоть и не был слабым, но тяжелое мускулистое тело Поттера так и не смог сдвинуть. Он сдавлено простонал и, пытаясь устроиться поудобнее, заерзал. В конце концов, сложив руки на спине Гарри, он, справедливо рассудив, что утро вечера мудренее, тоже уснул. *** Проснулся Гарри от противного бряцанья посуды где-то внизу. — Убью Кикимера, — простонал он и попытался сесть, но рухнул обратно в подушки. Голова была готова взорваться на сотни частей и, а во рту было стойкое ощущение «кошки ночевали». К тому же, не снятые на ночь, линзы высохли и Гарри не рискнул открывать глаза. Ему снился волшебный сон: Драко в его доме, в его постели. А главное, что он живой. Гарри с шумом втянул носом воздух. Черт! Кажется, вчера он точно перепил – ему явно чувствовался малфоевский запах. Такой особенный: полынь, цитрус и что-то личное. Запах самого Драко. Бред какой-то. Малфой никогда не был в спальне Гарри, а уж тем более на кровати. Но разлеживаться времени не было, поэтому Гарри горестно застонал и рывком поднялся. Надо работать. Надо найти того, кто убил Малфоя. Глаза нещадно щипало, но все же пришлось их, в буквальном смысле, продрать и тогда он увидел пузырек с антипохмельным зельем, стоящий на прикроватной тумбочке. «Ладно, не буду убивать Кикимера», — с долей благодарности к своему заботливому эльфу, подумал Гарри. Зелье сделало свое дело – в считанные секунды головная боль отошла, и тяжесть в теле почти отпустила. Осталось только принять душ, тогда станет совсем нормально. Кое-как выпутавшись из несвежей форменной одежды, Гарри прошествовал в ванную; заменил линзы, быстро ополоснулся прохладной водой, и наскоро обтерся узким махровым полотенцем. Привычно протянув руку, он хотел взять висящий на крючке халат и… не обнаружил его там. — Что за нахрен? — пробормотал Поттер, а потом, махнув рукой на такую мелочь, обернул влажное полотенце вокруг бедер, прихватил лежащую на кровати палочку и отправился вниз – желудок подводило так, что даже припомнил, сказанную как-то Симусом фразу «кишка кишке бьет по башке», и согласился ней. Первое, что почувствовал Гарри, сделав шаг в кухню, это ощущение, что земля уходит из-под ног. У окна, боком к нему с чашкой и надкусанным сэндвичем, в злополучном поттеровском халате стоял… Драко Малфой. На секунду Гарри оторопел, но аврорская выучка среагировала молниеносно. Взмах палочкой – и связанный блондин упал на стоящий рядом стул. — Какого хрена, Поттер! — рявкнул Малфой и дернулся в своих путах. — Кто ты? — спросил Гарри, не отпуская палочку. — Ты что, перепил? — Драко абсолютно по-малфоевски выгнул светлую бровь. — Я тебя спрашиваю: кто ты? — прошипел Гарри, подойдя ближе и утыкая кончик палочки в подбородок связанному. — Поттер, не сходи с ума! Это я – Драко Малфой! — блондин вновь дернулся. — А я – испанский летчик! — усмехнулся Гарри, но взгляд его зеленых глаз оставался холодным и злым. — Ну, соплохвост тебя сожри! Спроси у меня что-нибудь! Что никто не знает! Гарри на секунду задумался. — На шестом курсе, перед тем, как словить от меня Сектусемпру, что ты делал в туалете? — спросил он, наконец. — Мать твою, Потти! — рыкнул Малфой и вздернул подбородок. — Ныл! ПЛАКАЛ! А теперь отвяжи меня! — Он демонстративно поерзал, от чего полы халата слегка распахнулись. — Но… но… — заикнулся Гарри, невольно опустив взгляд на весьма кокетливо торчащую коленку. — Твои ДНК и магия… Анализ подтвердил, что ты был в доме… — Поооттииии! — Драко закатил глаза, — не сомневаюсь, что мой ДНК вы обнаружили в лаборатории! А там почти литр моей крови был! Специально для некоторых именных зелий. И отвяжи ты меня уже! Я жрать хочу! Гарри отступил на несколько шагов назад и, вскинув палочку, пробормотал: — Фините Инкантатум. Малфой поднялся, и начал было растирать запястья. Удар в челюсть он пропустил. Зато успел сгруппироваться и откатиться в тот момент, когда Поттер вновь занес кулак. Он резво вскочил и уже сам впечатал начальнику по лицу. — Поттер, ты, что вообще больной? — взвизгнул Драко, когда их с Гарри разделил обеденный стол. — То обнимашки с воплем «Дракуля! Мой хороший», то драться начинаешь! Ты в Мунго не пробовал обращаться? Гарри оторопело застыл на месте, не обращая внимания на текущую из носа кровь. Дракуля??? Ох,ты ж, бля! Это был не сон! Он действительно приставал к Малфою! Мерлин, как стыдно! — А-а… прости, Малфой… не знаю, что на меня вчера нашло, — промямлил Гарри и тут же, словно защищаясь вызверился: — А где ты вчера был? Почему не дома? У тебя же выходной! — А я вот знаю, что на тебя нашло! — проворчал Драко, поднимая с пола чашку и испорченный бутерброд. — Огневиски на тебя нашло! Три бутылки! — Он повернулся к плите и, включив конфорку, поставил турку. — А где я был в свой выходной, Поттер, тебя волновать не должно! — добавил он, при этом слегка покраснев. — Не зли меня, Малфой! — прорычал Гарри, останавливая, наконец, кровотечение. Драко тяжело вздохнул и повернулся. — Ладно! Я был эээ… на свидании! — На свидании? — с сомнением переспросил Гарри, — Малфой, кто ходит на свидания в десять утра? Блондин пораженно уставился на оппонента. — Поттер, ты издеваешься? Или и вправду такой недалекий? — ехидные слизеринские нотки проскользнули в его голосе. — Я был на этом «свидании». — Драко подкрепил последнее слово знаком кавычек. — С вечера! — Ты меня добить решил? Объясни по-чело… — Трахался я, Поттер! Т-Р-А-Х-А-Л-С-Я! — вышел из себя блондин, — теперь доволен? Ты должен знать, что это значит, Ты ведь был женат! Или вы с Уизли целибат усиленно блюли? — Нет… эээ… то есть... Да… — Гарри растерялся. С одной стороны он был рад, что Драко жив, а с другой… с другой, в его сердце забралась ядовитая змейка по имени «ревность». И хотя он понимал, что не имеет никакого права ревновать Малфоя, но ничего не мог с собой поделать. — О, Мерлин, Малфой… Драко хмыкнул и налил кофе в маленькую чашку. Потом соорудил пару бутербродов с ветчиной и впился в один зубами. — А почему ты пришел ко мне? — поинтересовался Гарри, тоже наливая себе кофе. Драко сел напротив него за стол и пригладил взъерошенные волосы. — Я аппарировал вечером к своему дому, а вместо него обнаружил обугленный остов, обнесенный желтой колдолентой. Ломанулся в Менор – там тишина! Перепуганные эльфы кое-как промямлили, что маман и Асти забрали Авроры. Ну, вот я сложил два и два. Решил, что правильнее будет не показываться на работе. Можно было, конечно к Гере завалиться, но боюсь, что Уизли меня бы с ходу заавадил! Кстати, где Нарцисса с Асторией? — Они на одной из конспиративных квартир, — ответил Гарри. — С ними Авроры, из нашей группы и колдомедики, на всякий случай. — Хорошо, — кивнул Драко. Тут Гарри замер и посмотрел на Драко. — Малфой! У тебя беременная… невеста, а ты… по свиданиям бегаешь? — пораженно спросил он. — О, Потти! — захихикал блондин, — это ты у нас сама верность и добродетель! Многие изменяют своим невестам и женам. Я довольно полигамен. А еще – я не собираюсь жениться на Асти. Она просто мать моего ребенка и хорошая подруга! — А-а-а… как же это? Драко закатил глаза, но все-таки пояснил: — Во время войны семья Астории разорилась, а ее родители погибли. Дафна Гринграсс – старшая сестра Асти - уже была замужем, а бесприданница Астория стала, скажем так, второсортной невестой. А я не хочу жениться, но род Малфоев надо продолжать в любом случае, да и ребенка я хочу. Вот мы и заключили сделку: Асти рожает мне сына, а за это живет в Малфой-мэноре и пользуется нашими счетами. — Драко допил кофе и призвал сигареты, — Был бы жив отец – он бы так не разрешил. А маме…. Мама хочет, что бы я был счастлив. Асторию она любит как дочь и нашего ребенка, я уверен, уже сейчас просто обожает. Она знаешь, после смерти Люциуса стала какой-то… менее холодной, что ли… — Эм… понятно… — пробормотал Гарри, — Что ж, нам нужно решить, что делать дальше… Договорить он не успел – из гостиной донесся требовательный звон закрытого камина. Догадываясь, кто это может быть, Гарри поспешил в комнату и открыл камин. — Гарри, ты как? — спросила Гермиона, шагнув из зеленого пламени. Она огляделась и ахнула. Рон, выбравшийся следом, присвистнул, обведя взглядом две пустых бутылки из-под огневиски и осколки третьей. — Что с тобой, Гарри, — Гермиона увидела, размазанную по лицу приятеля, кровь. — С кем ты подрался? — С Малфоем, — усмехнулся Поттер. Супруги Уизли тревожно переглянулись и посмотрели на него сочувственно. — О, Гарри… мне жаль, но… Малфой… он… — Привет! — появившийся в дверном проеме Драко заставил Гермиону оборваться на полуслове. Девушка побледнела и отступила на шаг назад. Рон же среагировал как Гарри - чисто по-аврорски. — Иркарцеро! — вновь связанный Малфой, упал на пол. — Да что это за хуйня такая! — взвыл Драко, инстинктивно брыкаясь. Гарри хмыкнул. — Рон, отпусти его. Это и правда Малфой. Его не было в доме. Рон недоверчиво покосился на друга и, вздохнув, отменил заклятье. Пришедшая в себя Гермиона прижала ладони к щекам. — Мерлин, Гарри, я – дура! — констатировала она, — Там просто была твоя, Драко, кровь… в лаборатории, — протянула с досадой она, повернувшись к Драко. — Аллилуйя! — театрально воздев руки над головой, пропел Драко, — как же ты сразу это не поняла, Гера? — Я... Я... — Она растерялась, Малфой, — ответил за девушку Гарри, — Мы все растерялись. — А почему Малфой в твоем халате, да и ты… хм… не совсем одет? — вдруг спросил Рон. Гарри машинально поправил полотенце на бедрах, а Драко привычно закатил глаза к потолку. — Потому, что я сходил в душ раньше! — он хмыкнул, глядя на вытянутые лица сослуживцев и поняв, насколько двусмысленно звучат его слова. — Черт, просто у меня нет чистых шмоток! Вскоре вся компания вновь переместилась на кухню и, отпаиваясь кофе, ребята соображали, что делать дальше. На вопрос, кто может хотеть его смерти, Драко лишь горько хмыкнул: — С моим пожирательским прошлым, это может быть целый список. Гарри покачал головой и подвел итог: — Итак. Расклад такой. Малфой остается здесь, все равно мой дом сейчас самое безопасное для него место. Родных мы предупредим, но тебе Драко, я думаю, с ними пока встречаться не стоит. Еще оповестим Главного и кое-кого из группы. Так, дальше. «Нунду» официально объявляет о смерти сотрудника, скорбит и ведет расследование. Малфой, а ты думай! Думай, кто тебя замочить решил. — «Малфой, а ты думай!», — передразнил Драко начальника. — Так говоришь,, будто я уже не в «Нунду»! — Ты умер! Так пусть те, кто этого хотел так и думают! — сверкнул глазами Гарри и, хлопнув ладонью по плечу блондина, поднялся, не обратив внимания на мягко свалившееся с него полотенце. — За работу! — Гарри, ты б, оделся, что ли... — простонала Гермиона, закрыв лицо ладонями.