о глупости и потерянных ориентирах

В начале десятого Ча Хакен выходит из офиса совершенно уставший. Он уже ничего не ждет и хочет просто добраться до дома и лечь. От долго сидения у него болели ноги, от вечной духоты скребло в горле и будто спеклись извилины в мозгу. Он ничего не ждет, но где-то глубоко маячит мысль о том, что хочется все же, чтобы кто-то встретил и был рядом. Хотя бы этот вечер. Хакен даже (не) думает о том, кто и почему мог бы встречать его с работы. Совершенно ни на что не надеется, но, увидев знакомую спину, глупо улыбается. Он не верит (и, нет-нет, совершенно не думает) что это к нему. Ведь наверняка его девушка работает в этом же здании, или друг какой-нибудь… Но все теории в мгновение рушатся, когда «знакомая» спина разворачивается и внимательно оглядывает улицу. В момент, когда они встречаются взглядами, Хакен смущенно розовеет, а парень нереально мило улыбается. Он подходит к Ча, так же улыбаясь. -Привет. Прости, что так внезапно. Я узнал где ты работаешь у Джехвана, не ругайся на него только, - парень говорит все это слишком быстро, и Хакен не успевает собраться с мыслями для вменяемого ответа. – Прости, что не подошел тогда. Мне очень хотелось, но я боялся немного. Мне казалось, что такой невероятный парень не обратит на меня внимания даже. У Хакена что-то внутри замирает, и холодный влажный воздух в мгновение раскаляется от странных эмоций. -Да, я же не представился даже, вот дурак. Ким Воншик, - у парня слишком приятная улыбка, кажется Хакену, и он верит в то, что успел надумать. -Ча Хакен, приятно познакомиться. Воншик протягивает руку и Ча отвечает на рукопожатие, хотя в мозгу проскальзывает мысль о том, что это не вежливо, ведь он старший. -Правда, прости, что тогда не подошел, - Воншик смущенно опускает взгляд в землю и после снова поднимает голову. – Я бы очень хотел с тобой общаться. У Хакена внутри что-то ломается, будто какой-то блок слетает, и эмоции открываются. Он тихо (про себя, конечно) пищит от восторга. Ведь это тот самый Ким Воншик, к которому у Ча с первой встречи самые не мужественные чувства. Рядом с Воншиком у Хакена с первого раза сносит все понятия, и он чувствует себя глупой девочкой-фанаткой. Но ведь глупых девочек-фанаток любимые айдолы не встречают с работы… Хакен всеми остатками рациональности отказывается верить в происходящее, но оно уж слишком настоящее. Воншик провожает его до дома и как-то даже ожидаемо остается на ночной чай. Хакен захлебывается эмоциями этого парня. Они вдвоем неожиданно много говорят, потому что у них неожиданно много общих интересов. Когда на часах почти полночь, Воншик вспоминает, что утром ему на работу, и собирается уходить. Хакен, потеряв все ориентиры в этом потоке искренних эмоций, на прощанье легко касается чужих губ своими. Воншик, опьяненный общением и близостью старшего, не отталкивает, но и не отвечает. Он смущенно краснеет и внезапно севшим голосом шепчет, что завтра снова встретит Хакена после работы. Ча не успевает ничего сказать, входная дверь закрывается ровно в тот момент, когда он приходит в сознание. Хакен одними губами шепчет в пустоту, что будет рад.