День тишины

Сегодня был день тишины. Это я помнил отлично. Приглаживая волосы, застегивая ремень, напоминал себе: ни слова. Ни слова, Семи, иначе эта встреча будет последней. Катастрофа, апокалипсис. Нет, никак не последняя, я никак не был к этому готов. Возможно, предпоследняя.. Ну или еще пара. И все. Да. Там точно все. Он не то, он слишком силен, он разрушит меня в конце концов, если я продолжу. Но как же он соблазнителен... И эта встреча не может быть последней, мне нужен он. Хотя бы еще раз. Плеснуть холодной водой в лицо, вот что надо сделать, да, сразу все станет яснее. Но яснее не становится. Встреча уже через двадцать восемь минут, и я до последнего откладываю момент выхода из дома. Я не могу. Не могу физически приехать раньше и ждать его. А он сказал, что закончит в восемь. Скорее всего даже позже. И как я буду сидеть и ждать его в машине? Да у меня же руки начнут дрожать. Выпить в машине у его дома? Нет. С красного вина я грущу, а больше ничего не осталось. И я хотел сразу уехать. Черт! Не успев перехватить себя, с силой бью в кафель. Костяшки порезаны лишь слегка, и кровь удается быстро остановить холодной водой. Идиот. Это будет последняя встреча. Сжав губы, я схватил куртку и выскочил на улицу. Теперь я опаздывал. ... - ... да он просто всем купил выпить, и это классно! - Ну да, так и заводят друзей. - Здесь это сделать сложно, но он справится. - Ты так уверен? - Разумеется, он же не румынский мальчик, - засмеялся Себастиан. - В тебе больше голливуда, чем в коренных калифорнийцах, у каждого свое, - мирно заметил Крис. - Спасибо, что подбросил. - Не за что. Отличных выходных. - Спасибо. Тебя также, - хлопнул дверцей Стен. Крис резко развернул и уехал, Себастиан оперся рукой об изгородь. Его слегка шатало. Краем глаза он заметил белый бмв, и сразу же повернулся весь, забыв, что собирался открывать дверь. - Хм, а выходные и правда обещают быть отличными. Значит, решился? Улыбка осветила лицо Стена. Самодовольная, наглая, но счастливая. Он ждал. Из бмв вышел стройный незагорелый блондин. Нервно поглядывая на Себастиана, подошел и совсем опустил глаза. - Здравствуй, Семи. Ты принял решение? - Стен словно услышал себя со стороны. Да что за хамские интонации? Но блондин кивнул и уставился на него круглыми зеленющими глазами. Себастиан дрогнул. - Ладно. Начнем прямо сейчас. Кажется, ты запомнил, что сегодня день тишины? Семи поспешно кивнул. - Отлично. Тогда заходишь и пьем, дальше будет видно, - Стен наконец набрал код и помахал телефоном у замка. ... Он был пьян. Сразу же запустил меня внутрь и отправился в ванную. Переоделся, вышел ко мне. Господи, я сошел с ума, зачем я пришел? Смотреть на его красные губы? Пить с ним пиво? Тишины так тишины, но дольше терпеть не было сил. Я поставил бутылку на стол и подошел. Медленно, пусть остановит, обидит, мне уже все равно. Но Себастиан молчал. Только смотрел голодными глазами, и так молчал, что внутри все завертелось. Я обхватил ладонями его за шею и поцеловал. Протяжно, тяжело, глубоко. День тишины. Но ты же знаешь. Почему ты не отвечаешь мне? Страх иголками начал роиться в позвоночнике. Что, если он больше не? ... Стен усмехнулся одним уголком рта и, резко прижав к себе затрепетавшего Семиона, впился наконец в него губами, сжимая и обхватывая его плечи, ягодицы, спину, руки, закидывая ногу на пояс. Если бы он мог, трахнул бы блондина языком, но с этим надо было повозиться. Одежда, кто ее только придумал... Себастиан дернул обалдевшего Семи за рубашку и потащил в спальню. Уронил, наваливаясь, приминая, требуя. Он знал, какие слова тот скрывает в сдерживаемых полустонах, и оттого было еще жарче. - Долой, все долой, - прохрипел Стен, отстраняясь, снимая джинсы. По бледным щекам блондина разлился румянец, он судорожно начал расстегивать рубашку, и тут его руку перехватил Себастиан: - А это что за фокусы? Ты дрался? Внезапная тихая нежность сбила Семи с толку. Он лишь мотнул головой. - Случайно? - повернул и осмотрел, медленно и аккуратно поглаживая, а потом так же осторожно взял в рот - не случайно, - языком обводя пострадавшие костяшки, резюмировал Стен - ты злился. На меня? Семи прикрыл глаза, все, что он чувствовал- это язык на своей руке. А, вот и еще: руку на своем члене. И другую на шее, мягко массирующую. Он открыл было рот и тут же спохватился, снова мотнув головой. - На себя, - чуть нахмурившись, догадался Стен. Семи промолчал, и Себ понял: догадка верна. - Не надо. Береги себя, - период нежностей был окончен, Себастиан с силой прикусил кожу на запястье, и вырвал еще стон, толкнувшись напряженным членом в бедро Семи. То выплывая на волне горячего порочного неистовства, то погружаясь в горячее обволакивающее нетерпение, я наконец поймал слово для характеристики Себастиана. Он был именно что порочен. От черной челки, падающей на яркие синие глаза, от искусанных алых губ с сумасшедшей улыбкой - до оставляющих на моих боках синяки сильных пальцев, до безупречных бедер, вклинившихся между моих ног. Я царапал его белую кожу, выл от жадности, но помнил:сегодня день тишины. Забыть было и нельзя. Каждый непроизвольный стон награждался более сильным и глубоким проникновением, а я уже не понимал, наказание ли это или поощрение - боль в его объятиях всегда приобретала изощренный вкус. Наклонившись, он, царапая кожу щетиной, начал вылизывать шею. Нельзя кричать в голос, почему, что за жестокость. Но ощущения остры, как и член Стена, кажется, он никогда не остановится. Никогда, боже, как же это наконец верно! Себастиан обхватил меня, кончая, шепча: "давай!". Я не знаю, что будет дальше. Никогда мне не будет так хорошо и неправильно, как с ним. Я знаю. Даже если это последние минуты - это лучшие минуты моей жизни. .... Стен вытянулся на кровати, поджидая сон. Семи спал на его груди, не выпуская Себастьяновскую ладонь. День тишины удался. Он останется на выходные.