Победителей не судят

- Победителей… ик… не судят… ик… - пробормотал Рональд Уизли, и его раскрасневшееся лицо утонуло в мягкости подушки с милым рисунком в виде васильков. Гермиона Грейнджер лишь грустно покачала головой и молча стянула с его ног черные ботинки, и, так же не произнеся ни слова, вышла из комнаты. Джордж Уизли, который притащил на себе напившегося братца с очередного званного бала в Министерстве Магии, бросил на Рона раздраженный взгляд и пошел следом за девушкой, тихо закрыв за собой дверь. Единственный оставшийся в живых близнец не понимал отношений этой пары. Гермиона – восхитительная волшебница с доброй душой, прекрасной фигурой и симпатичным личиком. Прибавить к этому большой багаж знаний и уверенность в себе, и получаете идеал, а не просто одну из заурядных личностей. Всегда уверенная в собственных знаниях и работе, в доме Уизли бывшая гриффиндорская староста становилась тихой и замкнутой. В ней пропадал какой-то внутренний свет, а при взгляде на Ронни в её глазах цвета ржаной пшеницы появлялся оттенок вины. Почти два года прошло с Великой Победы, почти два года прошло со дня смерти Фреда Уизли, и почти два года Джордж Уизли не видел искреннего счастья в глазах Гермионы Грейнджер. И вот сейчас, спустившись на кухню, молодой мужчина наблюдал за картиной, от которой у него щемило сердце. Мисс Грейнджер, с великолепной высокой прической, в длинном небесно-голубом платье с небольшим шлейфом, тихо роняла горькие слезы на деревянную столешницу, неосознанно помешивая сахар в чашке с кофе. - Гермиона, - позвал её Джордж, и девушка, быстро смахнув слезы с глаз, вскочила со стула и подошла к плите, - не обращай внимания на моего братца, ты же знаешь, каким он становится, когда махнет лишнего… Джордж пристыженно замолчал. Не эти слова хотела бы услышать молодая девушка, вернувшаяся с бала в честь Дня рождения Министра Магии Кингсли Бруствера. Молодой мужчина знал, что его младший братец просто жил этими светскими мероприятиями. Он был готов вещать всем и каждому о победе над Пожирателями Смерти и Волан-де-Мортом, совершенно не беспокоясь о том, что многие из его собеседников потеряли в этой войне родных и близких, и лишь одно упоминание о темных временах причиняло им боль. Гермиона, Джордж и Кингсли прямо говорили Рональду о нецелесообразности и неэтичности данных разговоров, за что получали проповедь о великой славе с неизменной приговоркой: «Победителей не судят». - Знаю, - ответила Гермиона, своим голосом возвращая Джорджа из задумчивого состояния. – Я привыкла. - Это грустно, - покачал головой Уизли и присел за стол. - Зато правда, - отозвалась девушка, отворачиваясь от плиты и преподнося другу чашку с ароматным напитком. Грейнджер присела напротив и взяла свою кружку, не смея посмотреть в глаза молодому мужчине, стыдясь того, что он увидел её слабость. Не зная, как утешить подругу, Уизли отстраненно произнес: - Мама и папа останутся на Рождество у Билла и Флер во Франции. Новоиспеченная бабушка просто без ума от малышки Мари, а папа пускает слюни на новую машину мистера Делакур. Девушка тихо рассмеялась и посмотрела на друга с благодарностью за то, что он сделал вид будто и не заметил её подавленного состояния. Но спокойствие Гермионы было недолгим. - Ты не счастлива, Гермиона. Почему? – Джордж всегда был более думающей частью их тандема с Фредом. Если погибший брат всегда был деятелем, то другому близнецу досталась судьба мыслителя. И вот сейчас он очень хотел понять, что происходит в душе бывшей гриффиндорской старосты. - С чего ты взял? – удивилась девушка, но под испытующим взглядом рыжеволосого мужчины потупилась и, тихо вздохнув, ответила. – Я люблю Рона, у нас всё хорошо. Я счастлива. - Ты никогда не умела врать, Грейнджер, - покачал головой Джордж. – И я знаю, что ты никогда не довольствовалась оценкой «хорошо», а стремилась и добивалась «превосходно»! От его слов гриффиндорка вскочила с места и стала напряженно вышагивать по небольшой кухне. - А что ты хочешь услышать от меня, Джордж?! – воскликнула она через пару мгновений. – Что я сама виновата в своей судьбе?! Что я сейчас отвечаю за свои поступки в прошлом?! За то, что побоялась сделать шаг навстречу своему счастью когда-то и упустила свой единственный шанс?! За то, что поддалась на ухаживания Рона, лишь бы не остаться одной в этой жизни, надеясь, что его чувств хватит на двоих?! За то, что смотрю в его глаза, не смея признаться, что влюблена в другого?! Последние слова дались девушке очень тяжело. Она медленно опустилась на стул и закрыла лицо руками. Джордж сидел, как громом пораженный, и ожидал от Грейнджер приступа истерики, но она удивила его, убрав руки от лица и впившись взглядом в темную столешницу, покрытую вязью потертых трещин. - Я сама виновата в своей судьбе… не Рон, а я! – горько произнесла молодая леди. – Он спас мою душу, собрал по кусочкам моё сердце, когда стало совсем худо… я люблю его, как друга… как лучшего друга, но я не влюблена в него. Но я переживу, это незначительное обстоятельство со временем исчезнет и, возможно, тогда я смогу посмотреть на Рональда, не чувствуя себя виноватой… - Но, Гермиона! Так нельзя! Ты с ним из чувства благодарности! – Джордж протянул руку через стол и мягко сжал теплую ладонь. – Он никогда не заметит, что тебе тяжело и больно. За всё это время, прошедшее после Битвы, он привык к тебе такой… ему не нужно больше и он не даст тебе большего взамен! - Ты думаешь, я не хотела уйти?! – горько усмехнулась Грейнджер, мягко вытягивая ладонь из под пальцев друга. – Я хотела, я пыталась… но становилось только хуже! Эта влюбленность словно поцелуй дементора – она забирает всё светлое, что есть внутри, и медленно вытягивает из тебя душу, оставляя на её месте лишь болезненную пустоту… Джордж Уизли никогда бы не мог подумать, что школьная староста, неугомонная всезнайка, Героиня Войны и просто прекрасная девушка Гермиона Грейнджер будет так страдать из-за безответной любви. - Я знаю этого человека? – сглотнув комок в горле, спросил Уизли. - Знаешь. – Губы девушки растянулись в грустной улыбке. – Как только твоя сестра вернется с квиддичных сборов, этот человек сделает ей предложение. - Гарри?! – рыжие брови молодого мужчины взметнулись вверх. – Гарри Поттер?! Ну ты даешь! И как давно?! - С тех пор, как мы спасли Сириуса в конце третьего курса, - прошептала Гермиона. - Ничего себе! – присвистнул Уизли. – А я ещё не верил Фреду, когда он говорил мне о том, какие ревностные взгляды ты бросала на Гарри и Чжоу Чанг во время тренировок Отряда Дамблдора! - Было дело. – Грейнджер едва заметно улыбнулась и тряхнула головой, сбрасывая с себя морок воспоминаний. – Надеюсь, мой секрет в надежных руках?! - Не волнуйся, близнецы Уизли всегда умели хранить тайны! – Правая рука Джорджа легла на грудь там, где находилось сердце. – И даже наличие всего одного близнеца не изменит этого правила! Гермиона заметила, как потускнел взгляд Уизли при упоминании о брате, и мягко погладила его по руке, сочувственно улыбнувшись. - Я переночую в бывшей комнате Перси, - сказала она, поднявшись из-за стола. – Не могу находиться рядом с Роном после нашего разговора. Спокойной ночи. - Приятных снов, - отозвался молодой мужчина и услышал, как уходящая девушка едва различимо хмыкнула. Да, после такого разговора и таких открытий, единственный, из оставшийся в живых, близнец Уизли вряд ли уснет в эту ночь. Но в чем было преимущество Джорджа относительно Гермионы в их беседе, так это то, что он действительно бережно хранил доверенные ему секреты. И он прекрасно знал одну маленькую тайну Джинни Уизли.