AD 1-2: Kein Roi

Этой зимой снова холодно. Кругом снег. Крупными частицами он сыпется с неба. С белого, нависающего, словно полотно, неба. Это напоминает мне время, когда я ещё учился в школе. Дети выбегали на улицу на большой перемене и играли в снежки. Они всегда сильно раздражали меня, я всегда оставался в классе, а когда основной ажиотаж спадал и гардероб опустевал, я одевался и шёл прогуливаться по территории школы. Мне не нравилось то место - оно ужасно сделано. И сама школа тоже не очень. Но я до сих пор помню, как изо рта вырывались белые облачка пара, как они поднимались наверх и растворялись, так и не долетев до неба. Я ненавидел школу. Я ненавижу её и сейчас, но тогда эти чувства были куда ярче. Сейчас же это просто серая ненависть. Её вроде нет, но она всё равно есть. Стоит чему-то напомнить мне о том времени, как она снова оживает, начинает шевелиться в моей душе. Я не хотел бы забывать, ведь тогда произошло достаточно, чтобы я понял, что и как устроено. Сегодня ночью был сильный снегопад. Я стоял у окна и смотрел на то, как бесконечное количество белых частиц окутывает всё в округе: парковку, трассу, машины, дома вдалеке, деревья. Всё. Белый туман поглотил эту местность вместе с атмосферой. Я живу на семнадцатом этаже большого многоэтажного дома. Он построен сравнительно недавно и находится чуть поодаль от города. За ним, конечно, есть множество других кварталом, но этот дом, он словно отрезан ото всех. Поэтому я купил квартиру именно там. Она небольшая, но мне одному в ней комфортно. Я не собираюсь жить в ней с кем-то вместе, поэтому, думаю, проживу в ней всю свою жизнь. В гостиной большое окно, оно практически со всю стену, и из него открывается хороший вид. Я не могу сказать, что он мне нравится, но вчера я долго стоял и смотрел, упираясь рукой в холодное стекло. Я не включал иллюминацию в гостиной, свет исходил лишь из кухни. Он прямоугольником ложился на пол и окно, практически не испортив создавшуюся атмосферу. Я вовсе не умею описывать то, что чувствую, потому что это мне не нужно. Я проживу и так. В любом случае я не хочу делиться этим с кем-то. Все, кто меня окружают, не смогли бы понять, а я не могу понять их. Они делают всё слишком глупо, я просто не хочу их понимать. Тем не менее вчера я почувствовал что-то, что, кажется, называют спокойствием и ностальгией. Я не считаю, что раньше мне лучше жилось, вовсе нет. Жизнь всегда вызывала у меня, как минимум, отторжение. Но всё же снег заставил меня многое вспомнить. Я не чувствовал того внутреннего жжения, что есть обычно. Я просто смотрел в тёмные силуэты домов, в кружащийся снег. Столь привычный вид. Я смотрю на него уже лет пять. Может, чуть меньше. Я ушёл из родительского дома как только это стал позволять закон. Я всё оплатил сам. Отец и сам хотел выставить меня, но я всё предусмотрел. Мой отец - подонок и раздражает меня. Я, наверное, не люблю его. Он хотел, чтобы я уважал его. Я презираю его. И видеть его не хочу. Никогда. Я думаю, что лучшее, что у меня есть - это такие вечера, когда я просто смотрю вниз, в окно, и провожу время в одиночестве. Нет никаких записей, никаких съёмок. Когда люди рядом, я чувствую ужасное раздражение, но мне приходится с ними контактировать. Я стараюсь это минимизировать, но есть такие личности, как Ёзора. От неё не отвяжешься просто так, она всё время лезет. Иногда она просто выбешивает меня, но она дура, так что этого следовало ожидать. Временами я просто не могу на неё злиться - не хватает сил. Но я не хочу проводить с ней много времени. Она вызывает то же самое, что и остальные. Но её порою сложно оттолкнуть, и мне приходится сидеть у неё дома и пить чай. Или идти куда-то. На это я соглашаюсь реже. С ней вообще противно куда-то ходить - очень часто её узнают, всё из-за её чёртовой причёски. Приходится вежливо говорить с незнакомыми людьми. Пусть этим занимается Акияма. Сегодня обычная репетиция. Я собрал гитару, как обычно обернув её в специальную тряпицу прежде, чем убрать в чехол. В машине холодно, но скоро станет теплее. Спускаясь по лестнице вниз, я одновременно с этим пил молоко из пакета. Отец говорил, что такое молоко покупать нельзя, но мне, честно, наплевать на его мнение. Он много чего говорил, но вот, я пью это чёртово молоко и всё ещё жив. Я часто использую лестницу, нежели лифт, в последнее время я стал встречать людей, пользуясь лифтом. Они о чём-то говорили, поглядывая на меня время от времени. Ненавижу. Им мало друг друга? Зачем смотреть на меня? Какая им разница вообще? Ублюдки. Я завёл машину, совсем скоро она согреется, надо лишь подождать. Вчера, насмотревшись в окно, я ещё около двух часов повторял то, что уже и так знал. Моя гитарная игра омерзительная. Я снова и снова играл, но снова и снова проваливался. Одна фигура наконец начала получаться. Это не радует, я всё ещё жалок. Стало теплее в машине, значит, можно выезжать. Машин сейчас не много, все уже разъехались по работам. Мне в чём-то повезло, ведь я могу вставать не так уж и рано. Вчера я ёг спать в пол третьего. Обычно я ложусь раньше. Хотя... Я часто играю на гитаре, и играю достаточно долго. Поэтому, не знаю, насколько ложиться рано спать "обычно". Я ложусь рано спать не потому, что меня волнует режим. Я просто ложусь тогда, когда мне хочется и когда всё сделано. Я не люблю оставлять дела на завтра. Сегодня планирую пропылесосить кулер - системный блок перестал достаточно охлаждаться. Я полный ноль в компьютерах, но мне приходится всё делать самому: менять детали, чистить их, что-то улучшать. Не так уж и много народу сегодня. Хоть что-то. Я просто проеду по улице, которая обычно очень забита. Сейчас она более менее свободна. Минут через двадцать буду на месте. Этот город - муравейник, я не очень его люблю. Не понимаю, как люди живут в центральных районах. В детстве я жил в частном районе. Мои родители до сих пор там. Мерзкий телефонный звонок разрезал городской дорожный шум. Меня бесит эта мелодия, но ставить что-то вместо неё - ещё ужаснее. Достав телефон и приложив его к уху, я веду левой рукой. Это не проблема. Я гитарист, у меня обе руки достаточно развиты. - Да? - Кеин, я хотела спросить, ты взял комбик, на котором есть спейс? Я просто осматривала тут всё и поняла, что его нет - ты его забирал. - Ёзора, как обычно, глупая. Когда-нибудь я заблокирую её номер, чтобы она не названивала мне по своим ерундовым поводам. - Ёзора, твою мать... Да, я его взял. - Прекрасно, спасибо большое! Кстати, я купила тебе поесть. - Опять своё дерьмо? - в последнее время она часто заказывает какие-то дурацкие пончики с клубничкой и клюквенной начинкой. Они круглые, с дыркой в середине. Обсыпаны сахарной пудрой. Они не слишком вкусные - слишком сладкие. - Именно их. - Ёзора хихикнула, она, как всегда, СЛИШКОМ весёлая. - Но я взяла с клюквой. Тебе же они больше нравятся? - Кому вообще эта дрянь может нравится? - И чай. С пряностями. - Иди к чёрту со своим чаем. - В общем, вот так. Ждём тебя. - Ага. - я бросил трубку, убрал телефон обратно в карман куртки. Не хочу с ней говорить. Всё равно целый день придётся это терпеть, отдохну хоть сейчас. Снизу раздаются какие-то неприятные звуки. Что это? С машиной всё в порядке, по идее... Чёрт. Нет, нет, твою мать... Она едет всё медленнее и медленнее. Пора ставить аварийку. Тут негде аккуратно встать, придётся немного перегородить движение. Что поделать. В итоге оказалось, что поломка серьёзная. Я полнейший идиот. Как же я себя ненавижу. Вовремя не заменил пару деталей, и теперь вот так. Машину отвезли в ремонт на эвакуаторе. Дело не в том, что это дорого. Я обговорил всё с этим идиотом-техслужащим. Всё будет готово через два дня. Дело в том, что в это время мне придётся ездить на общественном транспорте. Я ненавижу это дерьмо. Комбик пришлось оставить в машине. Я смогу воссоздать спейс и так, при помощи всяких специальных примочек. Будет не совсем то, конечно, но пошла эта Ёзора к чёрту. Я не хочу тащить этот комбик на поезде. С гитарой на плече я минут за десять дошёл до ближайшей станции. Я уже давно не пользовался поездами, поэтому сейчас я даже не знаю, чего во мне больше - отвращения, или же просто негодования. В любом случае я постараюсь не фокусироваться на этом. Весь вагон выполнен в пастельно-бежевом цвете. Достаточно безвкусно, на мой взгляд. Но я не могу ожидать большего от государственного общественного транспорта. Над окнами, за специальными пластиковыми рамками, висит реклама. Зубная паста, крекеры... Сколько же дерьма. Лучше смотреть в окно. Дома, деревья... Чертовски медленно. Обернувшись, я заметил трёх школьниц. Почему они не в школе, эти три идиотки? Хотя. Уроки иногда снимают. Ненавижу. Они очень напоминают мне моих бывших одноклассниц - те тоже сидели по-трое, и смотрели в мобильные телефоны, смеясь над чем-то. Они слишком глупые, чтобы существовать. Моя школьная подружка - Асуна Наоми, тоже была такой же тупой. Поэтому я бросил её, еда окончив школу. Кому она нужна? Никому. Все эти девочки не нужны. Поезд движется плавно. Это ощущение вызывает лёгкую ностальгию. Я ездил в школу, слушая музыку, смотрел в окно. Я никогда не садился, ведь сидеть рядом с какими-то незнакомыми людьми - более, чем отвратительно. Никогда, никогда. Я и сейчас стою - напротив дверей, держась за пластиковую ручку, ездящую по поручню, к которому прикреплена. Как-то совсем пусто и холодно. Или наоборот - тепло. Мне не разобрать, что я чувствую, но это что-то из прошлого. Из того времени, когда всё было не определено. Отец ругался на меня за то, что я посылал его, когда он спрашивал меня о моих планах. Ну а что мне было ответить? Он урод, я не собирался делиться сним планами. У меня их и не было никогда. Я не видел себя в будущем хоть как-то. Мне просто повезло. Я начал играть на гитаре, потому что мне очень захотелось делать хоть что-то. Я слушал очень много музыки, и именно гитара заполняла меня. Я часто переслушивал на репите просто гитарные сольные выступления. Я анализировал звучание. Я, казалось, нашёл в этом себя. Я - бездарность. Сколько не учусь играть, сколько не стараюсь - всё равно ничего не получается. Сколько альбомов мы бы не выпустили, сколько наград я бы не получил, я всегда буду ненавидеть свои руки. Они медленные, они деревянные, они не могут ровным счётом ничего, сколько я не стараюсь. Жалкий. Я просто жалкий. Но я - это я. Нужно просто взять себя в руки и стараться дальше. Врят ли что-нибудь получится идеально, но я продолжу. Я просто продолжу.