Моя слабость

Элайджа стоял, словно пораженный молнией. Его лицо внешне не изменилось, но в глубине души он восхищался Вальтером. Он мало знал таких людей, которые были готовы отдать жизнь, во имя семьи, дружбы, или просто справедливости. Последние годы это были Елена Гилберт, или же Деймон Сальваторе, который рискует своей жизнью ради некоторых, хоть и ради Елены. – Ты понимаешь, если Кэролайн узнает, что ты хочешь умереть ради нее, она тебя сама убьет.– Заметил он. – Я знаю,– улыбнулся Вальтер,– но у нас нет другого выбора. Единственный вариант спасти моего единственного потомка, это убить Эндрю, и дать вам фору по защите Кэролайн и вас от вашей матери. – Меня не радует этот вариант. – Элайджа сдвинул брови. – Мы найдем другой способ ослабить Эндрю. – Элайджа, я умру.– Спокойно говорил немец.– Это неизбежно. Пусть это будет через год или же век. Я хочу отдать жизнь во благо. Мы не знаем, сколько еще атак будет, или же, как долго мы сможем продержать его. Поэтому это единственный шанс на данный час. Но ты должен пообещать мне что никогда, не при каких обстоятельствах не оставишь ее. – Ты это и так знаешь Вальтер.– Говорил Элайджа, – но думаю я тут лишний. Тебе лучше говорить это Никлаусу. – Она никогда не должна стать вампиром. С тобой она не станет. – Я тоже этого не хочу. Но... Ее выбор очевиден. Или ты мне предлагаешь похитить ее от Никлауса? – он съязвил, безобидно. – Клаус… Он любит ее. Но он эгоистичен, и может не послушать ее мнения, взять и обратить… Чёртова любовь. Вы не сможете смериться с мыслью, что Кэролайн стареет, а вы нет, что она умрет. Вы влюблены в эту внешность, а не в женщину, которой она станет через сорок лет. – Вальтер, я не допущу этого, насильно она не станет вампиром.– Выдохнул он.– Но думаю что она... Захочет. – Найдите ведьму, у нас мало времени.– Быстро сказал он и вышел из комнаты, и их разговор остался незаконченным. Элайджа стоял посреди комнаты. Что этот мужчина имел ввиду? Он знает, что Кэролайн выберет всегда Никлауса. Да, признаться, он думал об этом. Что будет, когда Кэролайн начнет стареть. Нет, он не боялся ее морщинок и болезней. Он боялся ее потерять. Хоть она и не была его. А вот Никлаус наоборот, обратит ее, даже если она его возненавидит, но таков он по натуре. Он не боится ненависти. Он боится потери. Элайджа подошел к двери и услышал за ней тихие звуки пения. Он улыбнулся, Кэролайн напевала себе под нос некую песню из современной индустрии. Элайджа приоткрыл дверь, блондинка лежала на кровати и смотрела в потолок, в руках у нее покоился сотовый, из которого доносились безвкусные звуки. Он стоял в дверях и не мог скрыть улыбку. Заметив его, блондинка поднялась и выключила музыку на телефоне. – Привет.– Шепнула она. – Добрый вечер, Кэролайн.– Он прошел в комнату, по-деловому, как и всегда. Кэролайн улыбнулась. – Как у тебя дела?– она явно не знала что сказать, и его расположение духа ей хотелось знать. – Ну, я собираюсь идти к могущественной ведьме, которая не может меня убить, но иссушить или обездвижить на пару сотен лет запросто, так что, все хорошо. – Это странно, но я уже не удивляюсь, хотя, я удивилась, видя тебя в целости и сохранности, без крови, порезов и прочих смертельных ран.– Кэролайн натянуто улыбнулась.– Возвращайся невредимым. – Я попытаюсь, и буду рад оправдать твои ожидания. В комнате повисла тишина. Элайджа подошел к окну и долго смотрел в него, на деревья, пролетающих птиц, безмятежность. Он резко развернулся и громко произнес. – Почему ты мне не рассказала, что вспомнила свое прошлое? – Я... Как то все вокруг напряжённо... Но это может и подождать.– Виновато сказала она. – Да...– Протянул он.– Я, пожалуй, пойду, времени мало. – Будь осторожен.– Сказала она ему, когда он почти вышел из комнаты. Элайджа замедлил шаг и повернулся к ней. – Мне жаль, что тебе приходиться проходить через все это. Я постараюсь найти ведьму, и создать зелье. Если все получиться, то в твоей жизни никогда не будет всего этого. Достаточно только Никлауса.– Сказал он, возвращаясь обратно к ней в комнату. – О чем ты говоришь?– Блондинка была в смятении. – Все это ни когда не должно было быть... Ты никогда не должна была узнать о нас... И тем более вступать в схватку с тысячи летними ведьмами. Когда все закончится, ты и Никлаус исчезните. – Последнюю фразу он сказал тихо, и с болью в душе. – А как же ты?– Вскинулась она. – Я..? Я останусь.– Сказал он спокойно. – Но я не хочу, что бы ты оставался один. Я хочу, что бы ты был рядом с нами, рядом со мной.– Блондинка соскочила на ноги. – Твои слова звучат как... Надежда.– Протянул он и подошел к Кэролайн.– Выбирай, пожалуйста, их правильно. Ты словно меня без ножа режешь. – Но я не хочу, что бы ты исчезал из моей жизни. Ты так много для меня сделал, образумил, спас от гибридов, и еще раз от гибридов. – Кэролайн, шведская семья не наш конек.– Он больно улыбнулся. – Не смешно Элайджа. – А я и не смеюсь, что ты прикажешь мне делать. Как ты это себе представляешь Кэролайн.– Он шагнул еще ближе, и теперь его голос был громок, а движения резки.– Вы будите вместе. Любовь и прочая лабуда, а мне смотреть на вас. Ты что не понимаешь, как сильно я тебя люблю. А у тебя всегда есть только Клаус. И с меня уже хватит.– Последние слова он выдохнул ей прямо в лицо, что она ощутила его дыхание. – Я понимаю. И мне безумно жаль, что я не могу сказать тебе тоже самое, как и твоему брату… Я помню. Помню, как ты защищал мою честь, ухаживал за мной, когда меня укусил Тайлер, переживал за меня снова и снова. Но я ничего не могу с собой поделать. Я помню наши поцелуи, нашу близость. Так неужели я ничего не чувствую к тебе, после всего что я сделала? ты не можешь исчезнуть. Я просто не знаю, что мне делать.– Ее глаза становились влажными. – Да, так проще. Оба у тебя под боком. Ребятки, грызитесь из-за девушки, пока она не может выбрать. Так посмотри мне в глаза и скажи, что не любишь Никлауса? – Я... Я не знаю, не люблю, но нравится.– Заикаясь, сказала она. – Да. Ирония. Скажи, что любишь меня?– Он заключил ее лицо в ладони. – Я... – Она опустила глаза.– Вы мне нужны. Оба. Не знаю, что это, но вы дороги мне. – Как меня бесит эта повторяющаяся история без конца и края Кэролайн. Всегда был он. И только он. Его руки переместились на волосы, которые он погладил, а после поцеловал в лоб. Быстро развернувшись, он вышел из комнаты. Кэролайн тяжело задышала и из глаз, наконец, полились слезы. – Элайджа. Она выбежала в коридор, но его уже не было. Лишь темные стены с мрачными картинами. И мысль, что все же Клаус всегда был, а Элайджа нет. Но последние дни, Элайджа был ближе, чем он, Клаус только пугал ее своим поведение. Но ей нравился риск, страх, мания плохих мальчиков, резкие и уверенные движение, правдивые слова, и открытая симпатия, его поведение привлекало, и прошлые откровения заманивали. А в Элайдже она не могла понять, что именно ее притягивает – Он уже далеко. – Привет Стефан.– Она опрокинула голову на косяк.– Новая охрана. – Нет,– он положил руку ей на плечо, обнимая блондинку,– старый друг. Может по мороженному? Кэролайн кивнула головой, и Стефан последовал на кухню, таща за собой блондинку. Она села за стол, и Стефан поставил перед ней блюдце с цветными шариками. – Ты ведь слышал?– Сказала она, ковыряя розовый шар. – Да, я слышал. И словно попал в прошлое. Я думал Елена одна такая. Но ты в открытую говоришь, что не отпустишь их. – Но я не Елена.– Хмыкнула она,– она хоть определилась. – Да, но к этому она шла очень долго. И знаешь, чем ты отличаешься. Раньше ты могла выбирать мгновенно, и знала, как поступить правильно. Отличала зло от просто никчёмной неудачного момента жизни. Но теперь все иначе. Встретив их, Майклсонов. У тебя словно переключатель заел. Все любят плохих парней. И вот пример, сколько бы Елена не клялась мне в вечной любви в итоге она осталась с монстром. Но ты изначально полюбила монстра, и было бы не плохо, если ты переключилась на няшку воспиташку. – Ты сам говорил мне, что я люблю Клауса.– Опровергла его блондинка. – Да... Но я не слышал до этого твой разговор с мистером элегантность. – Боже, как же все сложно.– Выдохнула она. Элайджа вошел в заброшенную церковь. Раньше в ней собирались христиане этого берега, проводили службы, каялись и обретали покой. Но теперь, это место служит штабом шабаша ведьм. Вампир уверенно открыл дверь и прошел в центр круга, который был составлен из ведьм странного поведения. На его появление они лишь сопроводили его взглядом и теперь рассматривали в упор. Ведьм было не так уж много, человек десять, плюс минус. Но тысячелетняя сила Элайджи могла его подвести, если бы они решили его ослабить. Но он рисковал. Именно на их помощь рассчитывал Элайджа, только они могли знать, где может находиться Давина. – Добрый вечер дамы.– Учтиво улыбнулся он. Ведьмы сидели невозмутимо и лишь с опаской в вперемешку с ненавистью смотрели на известного первородного. Все они имели престарелый возраст, и Давины явно здесь не было. – Я ищу Давину, и знаю, что вы имеете понятие, о ком я говорю. Но ведьмы молчали. Некоторые стали ерзать на стуле. Их молчание начинало раздражать. Элайджа сцепил руки в замок, терпеливо ожидая ответа. – Где Давина?– прорычал он, когда молчание затянулась на десятки минут. Некая ведьма встала в ответ на его слова, но вскинув руки вверх, Элайджа понял ее намерения, и готов терпеть он почувствовал боль в груди, ломающиеся ребра и закипающею кровь. Вампир упал на колени, цепляясь за грудь руками. Снова это колдовство. – Элайджа Майклсон. Какими судьбами?– ведьма опустила руки,– я думала, вы опасаетесь Давины, она теперь сильна. – Я пришел просить о помощи. – Он поднялся с колен, чувствуя, как срастаются рёбра. – Мы не помогаем вампирам, а тем более первородным.– Сказала она деловито. – Эта помощь не для меня, для человека. Девушки. Ведьма противно рассмеялась, и Элайджа узнал в ней другого человека. Он наблюдал, как старушка меняется и стает девушкой, точнее Давиной. – Давина. Сильные игры. Сил не жалко? – Сама наблюдательность. Человек в беде, и ты хочешь ей помочь. Это так странно. Вы хотите ей помочь, как помогали мне. Обмануть? Использовать? – Нет. Мы хотим спасти ей жизнь. И нам нужно зелье, которое можешь приготовить ты. – И что другой ведьмы не было поблизости, ах, да. Вы ведь убили всех.– Язвила она. – Ты поможешь?– Не отступал он. – Нет.– Коротко сказала она. – Я могу достать для тебя все, что пожелаешь. Гримуар нашей матери. – Нет. Элайджа готов был предложить себя, но тут случилось странное. Сильный порыв ветра залетел в церковь. И словно воронка образовалась в помещении. Давина истерично замотала головой, и замерла. Она закричала и в миг все успокоилось. Ведьма подняла на него глаза. – Здравствуй, Элайджа. Клаус вышел из пыльного подвала, который наименовался как, местный архив. И пару часов в нем дали результаты. Он знал, где найти Анну. Вернее, где ее мог спрятать Эндрю, он имел квартирку, заброшенную, на окраине города и куда более криминальном районе, чем их квартал. Туда-то он и направился. Еще у дверей он насторожился. В квартире присутствовала тишина, либо там никого нет, либо это чары. Он пихнул дверь, и она оказалась не запертой. Клаус вошел в комнату и четко ощутил уже часто встречаемый запах. – Анна. У заржавевшей батареи прикованная наручниками повисла Анна. Клаус слышал, как ее тело молчало, в буквальном смысле. Кожа уже посинела и начала разлагаться, отравляя воздух. Он подошел к ней и поднял лицо. Глаза были открыты, а горло порезано. Ее кровь залила полкомнаты. – Тварь.– Он взялся за трубу, и ржавое железо оторвалось,– ты поплатишься за это. Гибрид положил тело Анны на стол, единственную мебель, которая присутствовала в этой помойке. Клаус с досадой закрыл свои глаза, ему было жаль ее, и он чувствовал, как сердце защемляет, но больше он жалел, что у него теперь нет ведьмы. Он потянулся рукой к ее векам, которые нужно было закрыть. Как только он коснулся ее ресниц, то обстановка вокруг изменилась. – Клаус.– Голос был тихим, и по-детски спокойным. Он открыл глаза, на столе никого уже не было, гибрид обернулся. Он находился в той самой комнате, Анна стояла в другом конце комнаты, и совсем живая, не считая синей кожи и рваного горла. – Ведение при соприкосновении. Ты действительна сильна. – Я была сильна, но оказалась глупой. – Я отомщу за тебя. – Надо было не отказываться от охраны. Глупая. И прости, что изготовила для вас пули, угрожали моей сестре, но все равно убили ее. – Ты ни в чем не виновата, это я не уберег тебя, хоть и обещал. И еще хуже, думал, что ты в сговоре с ним. И поэтому, это ты прости. – Он не один, с ним девушка. И мне жаль Кэролайн. И рада, что услышала от тебя эти слова. – Анна, где нам найти ведьму, ты знаешь еще других ведьм? – Я помогу тебе. Я обращусь к одной сильной ведьме, она сможет помочь, у меня есть предложение, от которого она не откажется. Похорони меня. Клаус кивнул головой и Анна, улыбнувшись, исчезла. Он открыл глаза и ощутил снова ее ресницы. Гибрид прикрыл глаза ведьмы и, взяв ее на руки, вынес из этого дома. Он похоронит ее. Сам. Элайджа не поверил своим ушам, и тут же готов был вцепиться в глотку. Вампир ясно видел, что в теле Давины кто-то другой, и он считал, что это его мать. – Эстер?– решил удостовериться он. – Нет,– То, что было в теле Давины, улыбнулось,– я Анна. Помнишь меня? – Как ты попала в ее тело? – Элайджа, я умерла. И я поговорю с ней. Уже говорю. Давина снова закричала, пока из нее выходил дух умершей ведьмы, и вновь стала прежней. – Я помогу тебе.– Тихо сказала она. – В чем подвох.– Засомневался Элайджа. – Нет никакого подвоха. Что нужно сделать.– Уверенно уверено она. Элайджа не стал вдаваться в подробности, у него не было выбора, да и времени тоже. Он достал потертый лист, который вырвал из Гримуара матери. – Пару ингредиентов. Клаус устало подошел к дому. Ему потребовалось несколько часов, что бы переместить тело Анны в склеп ее семьи. Его слух уловил звуки, доносившиеся из гостиной. Голоса принадлежали Кэролайн и Вальтер, изредка проблескивал смех Стефана. Они в порядке. Она в порядке. – Как зовут мою маму.– Спросила блондинка, и в голосе были нотки сомнения. – Элизабет Форбс.– Мгновенно отреагировал немец. – Хм... Правильно.– Блондинка сделала паузу.– А отца. – Билл Форбс.– Так же быстро ответил он. – Мне вот интересно. По чей линии ты мне приходишься дедушкой?– рассмеялась она. – По стороне Билла. Твоего отца. – И ты знал, что мой отец был геем? – Да, я знал это.– Как то неловко сказал он. – Надеюсь это не наследственно.– Со смешком выдавила она. –Нет, это не наследственно. Стефан громко засмеялся. Клаус открыл дверь, и они вмиг замолчали. Внешний вид Клауса говорил за себя. Грязная от земли одежда, разбитый вид и ноющее сердце. – Освежаете знания по истории семьи?– выдавил он. – Что случилось?– обеспокоенно спросила Кэролайн. Но так и осталась сидеть на диване, после разговора с Элайджей, она решила разобраться в себе. – Нет. За исключением того что ведьма, которая являлась совсем ребёнком умерла. И теперь мы остались ни с чем.– Сделал заключение он. – Ужас. Сколько можно уже смертей.– Кэролайн закрыла лицо ладонями. Ее уже не удивляла, чья-то смерть. Она просто тихо переживала по этому поводу внутри себя. Перебирая мысли, что это она виновна в их бедах, и сердце вместе с душой, потихоньку сгорала от чувства вины. Она посмотрела на Клауса, он все так же стоял, но подошел ближе к центру зала. Она видела на его лице негодование. Но не более этого, мук или вины, на его эмоциях не отражалось. – Элайджа направился к Давине, надеюсь, она согласиться помочь.– Сказал Стефан, после того как молчание затянулось. – Хочется верить,– выдохнул гибрид,– но эта юная ведьмочка ненавидит меня всей душой.– Он злобно усмехнулся.– Но на всякий случай позвоню Марселю, у них неприязнь в отношениях.– Пояснил он. Он улыбнулся натянуто и совсем наигранно, когда посмотрел на Кэролайн, но в ответ лишь получил грустный взгляд, и ущербность существования. Он не стал, как то подбодрять девушку и поднялся наверх. В комнате повисло молчание, которое нарушила внезапно появившаяся Мэгг. – Чего лица кислые.– Она присела на облучок дивана, где сидел Стефан. – Еще одна невинная душа пострадала из-за меня. А мы ведь даже не знакомы.– Говорила Кэролайн, смотря в одну точку,– богом клянусь, если еще кто-то пострадает из-за меня, я сама положу этому конец. – Не говори глупости Кэролайн.– Брюнетка явно не принимала всю болезненную обстановку в этой комнате. – Это не глупости. Неделю назад я не знала, что существует сверхъестественный мир, в котором живут все мои знакомые и которым не чужда кровь и убийства. И самое паршивое то, что я не знаю, кто может умереть следующим, из-за того что я когда то воскресла. Это все не про меня, я не дам людям страдать из-за меня. – Что, вены себе вскроешь.– В дом вошла очередная брюнетка с очередным высокомерием. На вид ей было около двадцати лет, миловидная внешность, и властный уверенный взгляд. – Давина не будь грубой. – Элайджа вошел следом, неся в руках объёмную сумку. Он увидел присутствующих и опустил взгляд. – Пожалуй, так и сделаю.– Слетело с губ Кэролайн, которая наблюдала за Элайджей, выкладывающим на стол непонятные вещи. Какая-то девчонка смеётся над ее переживаниями. И блондинку взбесило то, как отреагировал Элайджа. Она соскочила с дивана, долю секунды ей потребовалось, что бы понять. Она ведет себя как ревнивая дура. Все повернулись на появление Клауса в гостиной. Теперь он снова был чист и опрятен. – Ого,– усмехнулся он,– сколько народу, и моя милая Давина тут. – Клаус, ты же знаешь, что я могу иссушить тебя, прямо тут. – Да, думаю, мне это не очень понравится.– Он ни капли не боялся ее угроз. Она лишь кинула на него короткий взгляд. – Здесь много лишних людей, – она оглядела комнату, и начала расставлять свечи,– может мне стоит узнать, зачем вам это зелье, хотите напоить им Клауса? – Очень язвительная девушка, Клаус. Где ты их находишь?– Стефан встал с дивана и шагнул в сторону Давины. – Думаю, мы затянули нашу ситуацию, и пора приступать к делу.– Не выдержал Вальтер.– Лишнее можете идти, здесь нужен только я, и пепел из белого дуба. Вальтер подошел к Кэролайн. Девушка непонимающе посмотрела на него. Вампир поцеловал ее в лоб и быстро отвернулся, подходя к Давине. И эти движения были явно прощающимися для Кэролайн. – Стефан проводи Кэролайн в комнату.– Сказал Элайджа, видя, как Мэгг исчезла, и заинтересованный взгляд Клауса. – Что? Причем тут Вальтер?– не понимала Кэролайн.– Клаус что происходит? – Кэролайн уйди.– Прорычал Вальтер. Стефан взял Кэролайн за локоть, но она грубо вырвала руку. Клаус хмурил брови, он понимал, что это не простой ритуал. Он посмотрел на Вольтера, который стоял непроницаемо. Он все понял. – Клаус, что происходит?– но гибрид лишь развел руки,– Элайджа? – Какой же цирк! Кровь Вальтера уникальна, он первый излеченный. Для ритуала нужна, его кровь, отданная добровольно.– Давина начинала раздражаться. – Почему ты ведешь себя, как будто прощаешься? – Потому что я прощаюсь.– Слова взорвали мозг. – Какого черта! Я только что говорила, что не позволю больше умереть из-за себя. Скажите ему,– но все лишь молчали,– Вы, что дадите ему умереть? – Это для твоей безопасности.– Спокойно сказал Клаус.– Иногда победа, требует жертв. – Не нужна мне безопасность такой ценной. Он спас тебя Клаус, а ты спокойно дашь ему умереть? Где же ваша человечность? – Ради тебя я убью кого угодно.– Клаус подошел к Кэролайн ближе, но она лишь отшатнулась. Видя ее реакцию, Клаус сорвался с места, и Кэролайн ощутила лишь порыв ветра и теперь стояла в комнате Ребекки. – Ты должна жить! И будешь. И мне плевать, что ты будешь думать обо мне. Зато я буду знать, что ты жива. – Я вижу, что тебе плевать. Решили все за меня. Убьете Вальтера, потом Эндрю, и, забрав меня, ты исчезнешь. Ты подумал, что я не хочу бросать всех. У меня есть мама, Эстер может до нее добраться. Друзья, Стефан, который изменился, но все еще заботиться обо мне. Ты готов бросить своего брата? – Я не понимаю, о чем ты говоришь? – Элайджа сказал мне, что мы должны будем исчезнуть. Только ты и я. – Он так сказал?– удивился он. – Да. – Опять его благородство. Сиди тут. Он развернулся и быстрым шагом вышел. Кэролайн недовольно фыркнув пошла следом. – Грандиозные планы, брат. Но думаю, ты не один так решил. Да Вальтер?– он обращался к присутствующим, которые слышали их. – Извини Клаус, но я больше всего на свете не хочу, что бы Кэролайн была с тобой. Ты уже понял, что семья для меня все. Да она счастлива, может быть, но, сколько бы ты ее не защищал, рано или поздно она либо умрет, либо станет вампиром и умрет.– Вальтер смотрел Клаусу в глаза. – Думаю это решать Кэролайн. – вмешался Стефан. – Да, Стефан прав, и ты прав. Благодарю тебя, что хочешь умереть за нее. Я бы тоже умер, но не могу. Так уж вышло, что я бессмертный. – Никлаус, ты слишком резок.– Элайджа не любил, когда разговор снова приходит к их троим. – Вы только и говорите, что я не достоин, быть с ней. Что ты лучший вариант для нее Элайджа. И поэтому, да я резок. – Извините. Я вынуждена прервать перепалку дедуль вампиров. время идет. – Я готов. – Разве вы не понимаете, что это значит для меня. – Кэролайн снова спускалась вниз,– Элайджа, скажи, ты меня же понимаешь. – Так нужно.– Элайджа сказал голосом, с сомнением. – Вальтер, если ты это сделаешь, то сделаешь напрасно.– Блондинка начала рыскать по комнате и подбирать нужные слова,– Я убью себя, что бы больше никто не пострадал. – Что за прихоти Кэролайн? Разве ты не понимаешь, что значишь для нас. Что все это ради тебя. И не зли меня, иначе я просто внушу тебе забыть.– Сорвался Клаус. – В чем смысл этого спасения. Если вы не цените моего мнения, не видите моих чувств к этой ситуации. Делайте что хотите. И я сделаю что захочу. Кэролайн окинула присутствующих уничтожающим взглядом. И задержалась на лице Вальтера. Она подошла к нему, и обняла. Он бы совсем обездвижен, так он справлялся с приближающейся смертью. Она отошла от него и поспешила наверх. – Все? Сопли кончились, можем начинать? – Давина терпеливо выждала очередную сцену в доме. – Какая же ты стала... Бестактная... Аж стыдно за тебя.– Сказал Клаус. – А я горжусь вами. Влюбились мальчики. Еще и в одну и ту же девушку. Это очень заметно. Она поставила очередную свечу и принялась насыпать травы в каменную чашу. Клаус посмотрел на Стефана, и тот, кивнув ему, последовал наверх, к Кэролайн. Ведьма в это время мяла травы, и достала нож. Свечи вспыхнули, когда она опустила нож в пепел. Свет потух, и гостиную освящала лишь пламя свеч. Она шепнула слово, и травы вспыхнули, отчего пошел густой дым. – Я разрешу тебе вены. Кровь польётся в этот пепел от травы, а я буду читать заклинание, как я закончу, твое сердце остановиться и тело обескровится. Готов? – Ты хорошо подумал Вальтер?– спросил Элайджа, теперь он сомневался. Вампир лишь кивнул головой и вытянул руки вперед. Давина полоснула лезвием по запястьям и полилась густая кровь. Послышался тихий шепот древнего языка. По комнате пронесся тихий ветерок, когда она замолчала, и свечи потухла. Глухой стук мертвого тела раздался в тишине. Когда свет загорелся, в чаше была прозрачная вода, не следов крови, ни трав не было. Вальтер лежал на полу, с потускневшими глазами и синим телом. Клаус подошел к нему и переложил тело на диван. – Готово.– Сказала Давина, – мне нужно восстановить силы. И дальше излечить вашего парня. Дивина отошла от них и в дальнем углу села на диван. Она вмиг стала уставшей, на глазах она словно угасла. Ее глаза прикрылись, она пала в сон. – Я унесу его. Проведай Кэролайн. Клаус кивнул брату и последовал наверх. У ее дверей стоял Стефан, ее вид был удрученный. Он кивнул ему, говоря, что она там и с ней все в порядке, и ему жаль Вальтера. – Уходи.– Сказала она, когда Клаус присел на край кровати. – Я скажу тебе честно, если бы я знал, что он хочет отдать жизнь за тебя раньше, я бы ни капли не предпринял по его спасению. – Как вы можете быть такими кровожадными? – В этом все мы. Таковы мы по своей природе. Сколько бы мы не пытались быть нормальными, рано или поздно выскакивает наша сущность. Как ты не можешь этого понять? – Возможно, будь я как вы, я бы это понимала. Но сейчас это дико. Он взял ее за руку, но она ее вытащила. – Каким бы ты не был, но все равно мне нравишься. словно невидимая сила притягивает меня к тебе. Но ты меня пугаешь. Я вижу в тебе мужчину, простого, но чаще я вижу монстра. – Ты сдерживаешь этого монстра. – Нет. Ты думаешь, что готов быть другим ради меня, но ты никогда не изменишь своим привычкам, своей жизни. Лишь лживая реальность, в которой ты показываешь себя не благородным. – Может оно и так. Но я другой. Ты не знаешь меня иного. Настоящего. И я пытаюсь показать тебе, но ты сразу пугаешься, и я закрываюсь. Ты никогда не примешь меня настоящего, и я просто притворяюсь, и это притворство перерастает в реальность. Я такой, каким ты меня видишь. Да, я не Элайджа, который всегда галантен и справедлив. Я резок и импульсивен. Рядом с тобой, как подросток. Такой я. Меня не изменить и не надо пытаться. – Я просто хотела, что бы он жил, и был рядом. А вы стояли и смотрели. Он ведь умер? – Да. – К черту, идите к черту! Она соскочила с кровати и поспешила в ванну. Клаус спустился вниз. По дыханию Давины он понял, что она спит. В подвале слышны стоны Эндрю. Стефан стоит на балкончике. А Элайджа остался беззвучным. Через пару минут он появился. От него пахло сосной, и землей. – Куда вы его дели?– Кэролайн вышла из комнаты. – Я отнёс его к нашему отцу. Кэролайн подошла к столику, где покоился сосуд с полу готовым зельем. – Вальтер не рассказывал, что бы перед ним читали заклинание. Майкл влил ему его в рот. – Потому что, это было давно. И ведьмы были сильнее и опытнее. Я же еще почти подросток, мне нужен тот, для кого оно, что бы направить силы в нужное тело. – Когда мы можем продолжать Давина? – спросил Элайджа, осторожно поглядывая на Кэролайн. – Ночью. Часа в четыре. Мне нужны силы. – Надеюсь, что смерть моего предка была не напрасной. Я иду спать. По крайней мере, попытаюсь уснуть. Думаю, утром меня ждет здоровый Эндрю. И не мертвый. Она бросила на них удручённый взгляд. Но в глазах были слезы, которые тут же хотели вылиться наружу. Она поднялась в комнату. Давина снова плюхнулась на диван, и очень быстро уснула. Стефан спустился с лестницы. – Плачет?– спросил Элайджа – Ага.– Кивнул Стефан. – Женщины. По рыдает и успокоиться. И еще не раз будет улыбаться. Убьем Эндрю и все вместе отправимся на закат. – Не делай вид, что ты эгоист.– Заметил Стефан. – Ты сам знаешь, что мне плевать на всех. Ее безопасность превыше всего. Он посмотрел на Элайджу, который неодобрительно кивнул.– И не строй из себя страдалица, ты бы сам прикончил Вальтера, если бы нужно было. И не видел твоего порыва спасти его, ведь только ты знал, что он хочет закончить жизнь самоубийством. – Но я исполню его волю. Никогда не дам тебе обратить Кэролайн. – Да. Скрытые мотивы. Мы же знаем, что она не будет с тобой, она любит меня. Я всегда первый. – Вам обоим насрать на Кэролайн. Вы оба пытались доказать друг другу что вы лучше. Посмотрите на нее, она ведь, по сути, ребенок. Вам тысяча лет, но вы так и не увидели, как она слаба. Ведь вы были заняты выяснениями отношений. Знаете, как якобы ваши благородные поступки выгладят. Вы ведете эстафету между собой, и пытаюсь показать друг другу, кто из вас лучше. Можете убить меня за правду. Но вы оба не достойны ее маленького и хрупкого сердца. Стефан закончил и исчез из комнаты. Клаус опустошенно посмотрел на брата. Он подошел к холодильнику. – Я эгоист по жизни Элайджа. И ты это знаешь. И знаешь, что я люблю ее, и как я меняюсь. – Я это знаю брат. Но я согласен с ним. Мы меряемся своими достижениями и успехами. Она не вещь. Мы слишком далеко зашли. – Нет другого способа уберечь ее. Оставь мы, так Эстер давно была тут. Забрав ее, мы показали ей ужас. Но она не может опустить нас, не одного из нас. – Я хочу попросить тебя Никлаус. Как только мы убьем Эндрю. Ты заберешь Кэролайн и уедешь отсюда далеко. Я позабочусь об Хоуп. – Я попытаюсь. Когда солнце уже вставало. Давина снова склонилась над чашей. А Эндрю в бессознательном состоянии сидел около нее сцепленный со стулом. В этот раз не было никаких спец эффектов, как в фильмах по колдовству. Лишь злобный взгляд Стефана, и ожидающих предвкушения свободы от внеочередного древнего, Майклсоны. Ведьма прочитала заклятие и поднялась с колен. Она подняла чашу и залила жидкость в горло парню. С минуту они, молча, смотрели на него. Но от его резкого вздоха они пришли в движение. Парень начал вырываться, поэтому им пришлось его держать. Его минутная сила убыла на нет. – Что это было? – Пик силы и резкое исчезновение. Теперь он не древний с примесью магии, а простой вампир.– Пояснила Давина. – Его можно убить?– Задал главный для себя вопрос Клаус. Стефан замер, поднимая руку вверх для тишины, пару секунд он не двигался, после чего резко побежал наверх. Клаус и Элайджа молниеносно оказалась возле него. Пол в коридоре второго этажа оказался залит водой, от которой шел тонкий аромат. Сладостный для вампира. – Что происходит?– Давина поднялась вслед за ними. – Кэролайн.– судорожно крикнул Клаус. До вампиров дошла вся суть происходящего. Угрозы Кэролайн, они не были пусты. Вампиры оказались возле двери, и с размаху руки гибрид ударил дверь, которая тут же слетела с петель. Они оказались у двери в ванну, которая была заперта изнутри. Снизу бесконечно текла вода, а запах крови усиливался, как и цвет воды. – Кэролайн, открой дверь.– Крикнул Стефан. Но в ответ была лишь тишина вперемешку с журчанием воды из-под крана. Элайджа оттолкнул Стефана от двери и пробив дверь в основании замка открыл ее. Они ворвались в ванну. Большое помещение полностью залило водой. Через края белого мрамора стекала вода. А в ванне, уже ушедшее под воду находилось тело блондинки. Элайджа увидел нож и посмотрел на брата. Клаус стоял в дверях, молча наблюдая. У него был шок. Стефан кинулся к ванне. И засунув руки в воду, тут же вытащил их, невидимый огонь окутал его, и руки словно закипели. – Вербена. Элайджа не стал медлить и отпустил руки в воду. Он не ожидал, что в ванне будет столько вербены, руки окатило кипятком, но эта боль была ни чем по сравнению с состояние Кэролайн. Он кричал от боли, вытаскивая оголённое тело Кэролайн. – Полотенце.– Крикнул он, видя на ее руках рваные и глубокие порезы. Он посмотрел на Клауса, который словно окаменел. Гибрид стоял в дверях и смотрел на них, пустым взглядом. Стефан бросил Элайдже полотенце, и тот, прикрыв ее, нащупал пульс. – Жива еще. – Его голос дрожал. Он прокусил запястье и зажал его между зубами блондинки. Кровь медленно начинала действовать, а порезы на руках заживать. Через пару минут она открыла глаза. И Клаус пришел в движение. – Какого черта ты творишь. Мы пытаемся спасти тебе жизнь, а ты поступаешь как тупая малолетка. Вены режешь! – Клаус.– Хрипота вырвалась из груди. Она все еще лежала на полу, прикрытая полотенцем. Голова покоилась на ногах Элайджи, он же устало сидел у ванны. – Жалко ей людей. Себя не жалко. Думаешь, мы поступаем, как монстры ради удовольствия убили в буквальном смысле Вальтера. Да что бы спасти тебя, а ты просто решила сдохнуть. – Не они на нее Клаус.– Стефан встал перед ним, но тот лишь пихнул его в грудь.– Стоял и смотрел, как она умирает. Герой! – Это не я.– Она чуть приподнялась. – Что?– гнев Клауса тут же пропал. – Что случилось Кэролайн?– Стефан сел перед ней на колени. – Я пошла в душ, включила воду.– Ее голос начинал дрожать.– И тут появилась она. Она сказала мне не кричать, схватила мои руки и разрезала их. Так больно... – Кэролайн!– Элайджа взял ее за лицо, блондинка начинала задыхаться, вспоминая недавний ужас. – Она бросила меня в ванну, и держала, я потеряла сознание, и только сейчас очнулась. – Кто это был?– Рявкнул гибрид. – Это была Мэгг. – Кэролайн подняла на него глаза. Клаус на вампирской скорости очутился в гостиной. Стул, на котором сидел Эндрю, был пуст, сам вампир пропал. – Я убью эту суку.